Замок для любимой, вомбат на поводке и исландские саги: Как жил и чудил первый дизайнер и рыцарь-социалист Уильям Моррис
Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.
Уильям Моррис родился в 1834 году в богатой благополучной семье – его отец был преуспевающим коммерсантом. В детстве Уильям развлекался в основном прогулками верхом (родители подарили ему пони – да-да, дети мечтали о собственном пони и в XIX веке!) и… чтением исторических романов. Мир средневековья, воспетый Вальтером Скоттом, зачаровал его на всю жизнь. Он даже потребовал, чтобы ему изготовили игрушечные латы – и прихоть любимого сына была немедленно исполнена. Так, в образе прекрасного рыцаря, он и объезжал окрестные леса.
На пять лет позже, в 1839 году, в семье конюха и неграмотной наемной прислуги на свет появилась девочка. Ее назвали Джейн – как тысячи других английских девочек. Детство Джейн Берден прошло в бедности и лишениях, да и будущее казалось беспросветным. Уильям, как и полагалось сыну богатых и образованных родителей, учился в Оксфорде, где увлекался то одним, то другим философским или общественным течением. Он ратовал то за очищение христианства и возвращение к основам веры, то за «феодальный социализм»… но главной страстью Уильяма было искусство. Он познакомился с начинающими художниками-прерафаэлитами - они считали, что искусство должно отказаться от достижений унылого академизма и вернуться в средневековье. Их пугала развивающаяся английская промышленность – уродливые паровые машины из стали и железа выглядели вестниками конца света. Не лучше ли обратиться к корням – к вдохновенному ремесленному труду, прекрасной деревянной мебели, гобеленам с образами прекрасных дам и единорогов? Предводителем прерафаэлитов был известный художник, поэт и ловелас Данте Габриель Россетти.
Джейн тоже жила в Оксфорде, но готовилась не к блистательной творческой карьере, а к безрадостной участи наемной прислуги. Но в один прекрасный день сестра позвала ее немного развеяться – так они оказались на выступлении театра «Друри-Лейн», которое посетил и Россетти. Он был ценителем необычной женской красоты, и яркая, выразительная, даже андрогинная внешность Джейн не оставила его равнодушным. Россетти моментально влюбился в нее и потребовал, чтобы она стала его натурщицей. Джейн согласилась.
Прерафаэлиты увидели в Джейн не безграмотную прислугу, а величественную, прекрасную женщину, и среди восторженных художников был Уильям Моррис. Он написал ее портрет в образе королевы Гвиниверы, жены короля Артура, и остался недоволен работой. Он считал – Джейн так прекрасна, что и не выразить на холсте. Уильям и Джейн обручились, и это изменило судьбы обоих.
Моррис решил, что его королева не может жить в обычном доме. Конечно, это было не единственной причиной, по которой он решил построить дом, напоминающий средневековый замок, где продумано было все – обои, мебель, дверные ручки…
Как ни странно, Уильям Моррис был одним из первых социалистов и мечтал о равенстве для всех людей. Он говорил, что в будущем работа каждого человека будет творческой и приятной, никому не придется голодать и соглашаться на тяжелый, изматывающий труд ради пропитания.
Джейн было, что сказать о тяжелом труде, которого Уильям никогда не знал. Она вовсе не была красивой пустышкой, призванной только услаждать взоры. После обручения с Моррисом Джейн рьяно взялась за самообразование. Она учила языки, осваивала музыкальные инструменты, и вскоре совершенно преобразилась, став полноправной хозяйкой Красного дома.
Эскизы текстиля и обоев, созданные Моррисом для Красного дома, считаются настоящими шедеврами дизайна.
На стенах и креслах вились растительные побеги, желтели лимоны, пели птицы, извивались девизные ленты.
Он сам был прекрасным ткачом и возрождал давно забытые традиции ручного ткачества в своей мастерской.
Моррис протестовал против поточного производства, собственноручно печатал книги на станке, установленном в саду – под цветущими яблонями. Эти книги, конечно же, стоили баснословных денег, но Моррисом двигала утопическая мечта.
Он страстно желал делать простые и красивые вещи для обычных людей, вдохновляясь образами средневекового искусства. В те далекие времена вещи были лишены нелепых украшений, зато отличались благородной формой и функциональностью. И эти вещи стояли в домах обычных крестьян и ремесленников!
Моррис возглавил «Движение искусств и ремесел» - первое в истории объединение дизайнеров, то есть художников, стремящихся создавать эстетичные предметы быта. Чуть позже он создал фирму «Моррис, Маршалл и Фолкнер, художественные работы по живописи, резьбе, мебели и металлу». Кроме того, он был одним из создателей британской Социалистической лиги. Мечты Морриса разбились в прах. Его обои, его книги, его мебель оказались слишком дороги для простых работяг. Все, что он делал, покупали лишь богачи.
Влияние в Социалистической лиге захватили анархисты, чьи жесткие методы были далеки от фантастических мечтаний о будущем. А Джейн изменяла ему с Россетти – ровно так же, как легендарная Гвинивера была неверна королю Артуру.
Россетти в то время держал в мастерской диковинного зверя – вомбата. Он нарисовал Джейн с нимбом над головой и вомбатом на поводке, карикатурной фигурой зверька словно насмехаясь над обманутым другом.
Впрочем, измена не разрушила брак Уильяма Морриса и Джейн, и они еще долго жили вместе в Красном доме, где воспитывали двух своих дочерей – Мэри и Алису.
Мэри продолжила дело отца, уже в двадцать три года возглавив в его мастерской отделение вышивки. А он писал стихи, переводил исландские саги, читал лекции – и остался в истории как великий мечтатель, определивший философию современного дизайна: каждый человек достоин жизни в прекрасном и комфортном мире.
Стоит отметить, что даже великие художники далеко не всегда писали только картины. Были у них и другие таланты. Итак, какими были платья от Климта, гобелены от Морриса и другие текстильные шедевры великих художников .