Борис Корнилов - Стихотворения
В книгу известного советского поэта Б.П.Корнилова (1907–1938) вошли избранные стихотворения и две поэмы («Триполье» и «Моя Африка»).
Стихотворения - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Зима пришла большая, завывая,
«Усталость тихая, вечерняя…»
Усталость тихая, вечерняя Зовет из гула голосов В Нижегородскую губернию И в синь Семеновских лесов.
Сосновый шум и смех осиновый Опять кулигами пройдет. Я вечера припомню синие И дымом пахнущий омет.
Березы нежной тело белое В руках увижу ложкаря, И вновь непочатая, целая Заколыхается заря.
Ты не уйдешь, моя сосновая, Моя любимая страна! Когда-нибудь, но буду снова я Бросать на землю семена.
Когда хозяйки хлопнут ставнями И отдых скрюченным рукам, Я расскажу про город каменный Седым, угрюмым старикам.
Познаю вновь любовь вечернюю, Уйдя из гула голосов В Нижегородскую губернию, В разбег Семеновских лесов.
Дни-мальчишки, Вы ушли, хорошие, Мне оставили одни слова, — И во сне я рыженькую лошадь В губы мягкие расцеловал.
Гладил уши, морду Тихо гладил И глядел в печальные глаза. Был с тобой, как и бывало, Рядом, Но не знал, о чем тебе сказать.
Не сказал, что есть другие кони, Из железа кони, Из огня… Ты б меня, мой дорогой, не понял, Ты б не понял нового меня.
Говорил о полевом, о прошлом, Как в полях, у старенькой сохи, Как в лугах немятых и некошеных Я читал тебе Свои стихи…
Мне так дорого и так мне любо Дни мои любить и вспоминать, Как, смеясь, тебе совал я в губы Хлеб, что утром мне давала мать.
Потому ты не поймешь железа, Что завод деревне подарил, Хорошо которым Землю резать, Но нельзя с которым говорить.
Дни-мальчишки, Вы ушли, хорошие, Мне оставили одни слова, — И во сне я рыженькую лошадь В губы мягкие расцеловал.
«Так хорошо и просто…»
Так хорошо и просто, Шагнув через порог, Рассыпать нашу поступь По зелени дорог.
В улыбчивое лето Бросать среди путей Задумчивость поэта И шалости детей.
Луна — под вечер выйди, Чтоб, как бывало, вновь У девушки увидеть Смущенье и любовь.
Любовная зараза — Недаром у меня Заходит ум за разум При увяданьи дня.
Но от нее я просто Шагну через порог, Чтобы рассыпать поступь По зелени дорог.
«Под равнодушный шепот…»
Под равнодушный шепот Старушечьей тоски Ты будешь дома штопать Дешевые носки.
И кошка пялит зенки На ленточку косы, И тикают на стенке Жестяные часы.
И лампа керосином Доверху налита. По вечерам, по синим Ушли твои лета.
И вянет новый веник, Опять пусты леса, Для матери и денег Забытая краса.
А милый не дивится, Уже давно одна. Ты — старая девица И замуж негодна.
Болят худые пальцы, И дума об одном, — Что вот седые зайцы Гуляют под окном.
Постылые иголки, А за стеной зовут, Хохочут комсомолки, Хохочут и живут.
И материнский шепот… Уйти бы от тоски, — Но снова будешь штопать Дешевые носки.
В НАШЕЙ ВОЛОСТИ
По ночам в нашей волости тихо, Незнакомы полям голоса, И по синему насту волчиха Убегает в седые леса. По полям, по лесам, по болотам Мы поедем к родному селу. Пахнет холодом, сеном и потом Мой овчинный дорожный тулуп. Скоро лошади в мыле и пене, Старый дом, принесут до тебя. Наша мать приготовит пельмени И немного поплачет любя. Голова от зимы поседела, Молодая моя голова. Но спешит с озорных посиделок И в сенцах колобродит братва. Вот и радость опять на пороге — У гармошки и трели и звон; Хорошо обжигает с дороги Горьковатый первач-самогон. Только мать поглядит огорченно, Перекрестит меня у дверей. Я пойду посмотреть на девчонок И с одною уйду поскорей. Синева… И от края до края По дорогам гуляет луна…
Эх ты, волость моя дорогая И дорожная чашка вина.
«Засыпает молча ива…»
Люблю грозу в начале мая…
Засыпает молча ива. Тишина И сон кругом… Ночь, пьяна и молчалива, Постучалась под окном.
Подремли, моя тревога, Мы с тобою подождем, Наша мягкая дорога Загуляла под дождем.
Надо мной звереют тучи… Старикашкой прихромав, Говорит со мною Тютчев О грозе и о громах.
И меня покуда помнят, А когда уйдет гроза, В темноте сеней и комнат Зацветут ее глаза.
Запоет и захохочет Эта девушка — и вот… Но гроза ушла, И кочет Утро белое зовет.
Тяжела моя тревога О ненужных чудаках — Позабытая дорога, Не примятая никак.
И пойму, Что я наивен. Темнота — Тебе конец, И опять поет на иве Замечательный синец.
Очень я люблю И маму и поляну, Звезды над водою по рублю. Поискал бы лучше, да не стану — Очень я люблю. Потому не петь иные песни, Без любви, в душе окоченев, — Может быть, На этом самом месте Девке полюбился печенег. Отлюбила девушка лесная, Печенега полоня… Умерла давно-давно, не зная О глазах нерусских у меня. Только я по улицам тоскую, Старику бы не скучать так — старику… Не сыскать мне девушку такую, Вот такую — На моем веку! Запевай от этого, от горя, Полуночная птица соловей, Все края от моря и до моря Трелью расцарапанной обвей, Чтобы я без пива и без меда… Чтобы замутило по краям… Привела бы непогодка-непогода На поляну, к молодым ручьям, Где калина да ольха-елоха Не боится бури и грозы, Чтобы было на душе неплохо, Может быть, в последние разы. Проходи, косой весенний дождик, Поливай по тропке полевой. И не буду я, тоскуя, позже О деревья биться головой. Только буду, молодой и грубый, И заботливый, как наша мать, Целовать калину, будто в губы, И ольху любовно обнимать. . . . . И еще хочу прибавить только К моему пропетому стиху, Что порою называю — Ольга — Розовую, свежую ольху.