Чикамога: Последние воины чероки
Мы надеялись, что бледнолицые не захотят идти через горы. Сейчас мы поняли, что ошибались. Они перевалили через горы и поселились на земле чероки. Они совершили это незаконно, и теперь им нужен этот договор. Заполучив его, они захотят идти дальше. Будут новые договоры. В конце концов бледнолицые потребуют всю нашу страну, которая принадлежала чероки и их отцам с незапамятных времен. А остаткам Ани-Йунвийя, Настоящего Народа, некогда великого и грозного, придется уходить все дальше и дальше. Но нигде им не будет покоя - стоит им лишь чуть передохнуть, как они снова увидят передовые отряды все тех же захватчиков. Когда же несчастным чероки будет некуда отступать, их просто уничтожат. Так зачем нам ждать этого? Не следует нам рискнуть и стойко принять свою судьбу? Такие договоры хороши для тех, кто слишком стар для войны и охоты. Со мной же - молодые воины. Мы не отдадим нашу землю…».
- Тянущий Каноэ.
Сикамор-Шоулс, март 1775 г. [1]
Часть первая. Мстители.
. В 1730 г. британский посол А. Каминг отвез в Англию группу индейцев чероки и познакомил их с королем Георгом II. Индейцы подписали договор о дружбе и сотрудничестве с англичанами. Хотя всех семерых чероки представили королю как «вождей», у настоящих вождей племени оставались дела на родине. За океан поехали молодые воины, искатели приключений. Правда, некоторые из них – в частности, Аттакуллакулла, или Маленький Плотник[2], - потом действительно стали вождями.
В 1750 г. Аттакуллакулла вышел на тропу войны против французов и их индейских союзников в долине Огайо. Когда воины уже готовились отплывать, то увидели, как 12-летний сын Аттакуллакуллы[3] пытается столкнуть в воду нагруженное до отказа боевое каноэ. Мальчика обещали взять в отряд, если он это сделает. За свое упорство он заслужил имя «Тянущий Каноэ»[4].
Тем временем англичане выиграли Семилетнюю войну с французами и на некоторое время стали единоличными хозяевами Северной Америки. Однако на смену внешнему врагу постепенно выходил внутренний. Противоречия между британскими властями и колонистами ширились. Желая поправить положение и успокоить колонистов, представители королевской администрации попытались «узаконить» их права на землю, захваченную скваттерами у индейцев. На переговорах с индейцами средств не выбирали – использовались любые, вплоть до прямого подкупа и шантажа. В 1768 г. по соглашению в форте Стенвикс ирокезы уступили колонистам часть земель, на которые претендовали и чероки. В последующие годы были заключены новые соглашения, и чероки лишились «за долги перед белыми торговцами» сначала двух миллионов акров земли в Джорджии, а затем огромных территорий в Кентукки[5].
На переговоры в Сикамор-Шоулс (восточный Теннесси) 17 марта 1775 г. собралось более тысячи чероки. Трансильванская земельная компания, которой управлял судья из Северной Каролины Р. Хендерсон, намеревалась выкупить у индейцев большую часть западного и центрального Кентукки и северного Теннесси. В случае успеха она получала всю территорию между реками Огайо и Камберленд. За площадь в 20 миллионов акров индейцам предложили 2 тысячи долларов наличными и 10 тысяч - товарами. В основном это были ружья и боеприпасы. Оружием была набита целая хижина, и соблазн для вождей чероки оказался слишком велик.
Вожди чероки согласились. Среди них были и Аттакуллакулла с Онокостотой[6], которые 45 лет назад ездили за Большую Воду. Присутствовал там и вождь Двухголовый[7].
Разумеется, чероки могли говорить только за себя. На проданной земле охотились не только они, но и другие племена (в частности, шауни), с которыми никто не советовался. Вожди хорошо это понимали, но считали, что это уже не их головная боль. Как вспоминал Дэниэл Бун, один из вождей отвел его в сторонку и, лукаво улыбнувшись, сказал: «Мы вам продали хорошую землю. Но я боюсь, что у вас будут большие неприятности, если вы попытаетесь поселиться там».
По случаю сделки устроили большой пир, но далеко не все чероки радовались. Один разъяренный воин заявил, что его доля - это всего лишь рубашка, на которую он мог бы заработать всего за день охоты на проданной земле.
Это была самая крупная частная земельная сделка в истории США, хотя она и являлась прямым нарушением действовавших тогда в колониях законов. Дж. Вашингтон писал: «. есть в этом деле что-то, чего я не понимаю и не одобряю». Частные компании не имели права заключать договоры с индейцами. Хендерсон потерял свой вклад. Однако сделка была слишком выгодной, чтобы так просто забыть о ней, и впоследствии американцы ссылались на нее в доказательство своих прав на земли чероки.
Тянущий Каноэ тогда был младшим вождем племени и правил городом Большой Остров. Он решительно осудил продажу земель предков, предупредив колонистов, что «над этой страной нависла грозовая туча» и они покупают «мрачную и кровавую землю»[8]. Примерно то же говорил и Дэниэл Бун: два года назад он уже потерял своего старшего сына Джеймса - его убили шауни, когда он там охотился. К тому же, когда англо-американские противоречия перешли в открытую войну, англичане постарались использовать недовольство индейцев колонистами в своих целях. Британские уполномоченные – торговцы, которых индейцы хорошо знали, и делегаты от союзных англичанам племен (мохоков, шауни) неоднократно уговаривали вождей чероки «сделать нужный выбор».
Глава Южного департамента по делам индейцев, Д. Стюарт, начал агитацию за короля Георга еще в сентябре 1775 года. Он подозревал, что молодые воины чероки не смирятся с последними земельными уступками. Тем не менее, Стюарт надеялся удержать их от «поспешных и необдуманных действий» и использовать индейских союзников только во взаимодействии с регулярными английскими войсками. К тому же часть колонистов сохранила верность королю, а индейцы, мало разбиравшиеся в тонкостях отношений между колониями и метрополией, могли угрожать и их жизням. Поэтому английские представители, отправившиеся к чероки, советовали им пока не вмешиваться в «чужую войну».
1 марта 1776 г. брат Д. Стюарта, Генри, встретился с Тянущим Каноэ в г. Мобил (Алабама) и изложил ему позицию властей. Говоря о «сделке Хендерсона», он отметил, что чероки несут за нее такую же ответственность, как и колонисты, - они вместе нарушили закон. Однако убедить молодого вождя ему не удалось. Стюарт утвердился во мнении, что Тянущий Каноэ «твердо решил наломать дров».
Стюарт обратился и к колонистам, советуя эвакуироваться со спорных территорий и не провоцировать индейцев. Соответствующие письма были подготовлены и отправлены, но человек, которому это было поручено, оказался шпионом. Колонисты изменили текст таким образом, чтобы посеять страх перед нападением индейцев и усилить антииндейские и антибританские настроения. Тогда же в «столицу» чероки, город Чота, прибыла очередная делегация индейцев с севера. Она состояла в основном из индейцев шауни, а возглавлял ее, по одним данным, вождь Маисовый Стебель - ветеран недавней «Войны Данмора» 1774 г. Гости убеждали чероки выступить против колонистов, говоря, что «лучше умереть сейчас, как подобает воинам, чем нас будут резать медленно и по частям». Старейшины чероки снова отвергли военные вампумы, однако Тянущий Каноэ с энтузиазмом их принял и тем самым утвердил за собой репутацию раскольника. В результате все попытки Стюарта не торопить события оказались сведены на нет.
До переговоров 1775 г. в Сикамор-Шоулс Тянущий Каноэ был практически неизвестен белым. Зато во время революционной войны он быстро снискал себе прозвище «Дракон».
"Дракон". Картина Талмэджа Дэвиса
Противники соглашения в Сикамор-Шоулс вышли на тропу войны и нанесли серию ударов по колонистам. Отряд вождя Ворона[9] из Чоты атаковал поселение Картерз-Вэлли, сжег его, однако колонисты успели бежать. Метис Ускиа (Абрам из Чилоуи) осадил форт Уотога; в то время там находился знаменитый Джон Севьер, в будущем прославившийся в индейских войнах. Сам Тянущий Каноэ выступил против поселений на р. Хольстон, включая форт Итонс-Стэйшн. Однако поселенцы организовали успешную оборону. Во время боя Тянущему Каноэ прострелили обе ноги, был ранен и его брат, Совенок. Поняв, что американцы слишком сильны, чероки отступили ни с чем.
Индейцев постигла неудача еще и потому, что в планы Тянущего Каноэ вмешалась его собственная соплеменница. В американской литературе она известна под именем Нэнси Уорд; она прославилась как женщина-воин и носила титул «Ги-га-у», или «Любимицы»[10]. Узнав о том, что Тянущий Каноэ вместе с английскими войсками готовит большой поход, Нэнси рассказала об этом белым торговцам У. Фоллингу и А. Томасу. Она даже помогла им проделать 120-мильное путешествие, чтобы предупредить жителей Хольстона и Уотоги. Нападение чероки было отбито.
Следует отметить, что во время войны Нэнси Уорд оказалась в запутанном, противоречивом положении. С одной стороны, как «Ги-га-у» и член совета племени, она участвовала в планировании набегов на поселенцев, проводила очистительные обряды для воинов и священную церемонию «черного напитка». В то же время она извещала об этом колонистов и благодаря этому снискала среди них широкую популярность. Однозначно оценить деятельность Нэнси Уорд невозможно, учитывая, что тогдашнюю ситуацию в племени историки иногда называют «маленькой революцией внутри революции большой». У самих чероки (по крайней мере, значительного их числа) было больше оснований осуждать как раз Тянущего Каноэ. С формальной точки зрения молодые воины объявили войну колонистам в нарушение воли старейшин[11], и некоторые из них открыто называли Тянущего Каноэ изменником. Так или иначе, Нэнси Уорд оказалась перед сложным выбором – долг перед братом или долг перед племенем. Выходит, что она по мере своих сил стремилась помочь обеим сторонам, и это не может не вызывать уважения[12].
После первых неудач старейшины чероки, включая Оконостоту, обратились к колонистам с просьбой восстановить мир и даже предложили награду в 100 фунтов за головы «мятежников». Однако нашлись ли охотники, источники умалчивают, но в любом случае начало войны с чероки играло на руку жителям Юга. Делегаты от Северной Каролины в Контитентальном Конгрессе призывали выжечь страну чероки огнем и мечом. У. Дрэйтон из Южной Каролины заявил: «Ни о каком мире с этими индейцами не может быть и речи, пока мы не прогоним их отсюда». Ему вторил Томас Джефферсон: «Я надеюсь, что чероки будут изгнаны за Миссисипи». По словам историка К. Галлоуэя, если раньше захватывать индейские земли было незаконно, то теперь это стало патриотично[13].
4 июля 1776 г. в форте Патрик-Генри (где сейчас стоит город Кингспорт, штат Теннесси) произошел любопытный казус. На первое празднование Дня независимости колонисты пригласили индейских вождей из числа союзников англичан, надеясь, скорее всего, рассорить своих врагов между собой. Больше всех они хотели видеть именно Тянущего Каноэ, однако он предпочел остаться дома.
Чероки не знали о Декларации независимости, и понятия не имели, что сегодня празднуют. Когда же им разъяснили, они все равно пошли на праздник и охотно веселились вместе со своими врагами. Однако несколько дней спустя они вернулись на службу к англичанам, и война возобновилась.
В июле 1776 г. отряд в 700 воинов чероки атаковал два американских форта в Северной Каролине - Итонс-Стэйшн и форт Уотога. С этого нападения (хотя и неудачного) началась серия набегов чероки и верхних криков на поселения в Теннесси и Алабаме. Тем не менее, жители Уотоги во главе с Д. Севьером отбили нападение и быстро нанесли контрудар.
Посчитав поселенцев слишком сильными, чтобы одолеть их в открытом противостоянии, Тянущий Каноэ предложил оставить старые города, уйти на юг и там продолжить борьбу. Зимой 1776-77 гг. мятежные индейцы обосновались у речки Чикамога[14], на севере Джорджии. К ним присоединилось много иноплеменников, среди которых были даже белые[15]. Вернулся на тропу войны старый вождь Остенако – в свое время он воевал на виргинской границе вместе с Дж. Вашингтоном и близко знал не только его, но и других лидеров Американской революции – Т. Джефферсона и П. Генри. Всех вместе их стали называть «чикамога»[16].
"На тропе войны". Картина Талмэджа Дэвиса
С уходом Тянущего Каноэ английская военная помощь перестала поступать в Чоту. Мушкеты и боеприпасы «от короля» стали уходить в лагеря чикамога. Их распределением заведовал шотландский торговец Д. Макдональд, который еще до революции построил факторию как раз там, где потом возникла главная база Тянущего Каноэ – Чикамога-Таун[17]. Макдональд хорошо знал индейцев и был женат на индеанке из чероки. С началом революции Макдональд был назначен заместителем британского суперинтенданта по делам индейцев на Юге. В его фактории собирались белые и индейские сторонники короля.
Семнадцать лет чикамога вели ожесточенную партизанскую войну с поселенцами. Их лагеря находились близ нынешней Чаттануги (Теннесси) и Масл-Шоулс (Алабама). Под началом Тянущего Каноэ и его «лейтенантов» - Бенджа, Кисти-младшего (Джона Уоттса), Стекла, Черепахи-В-Панцире, Ричарда Джастиса, Двухголового, Черного Лиса, Ворона и метиса Ускиа (Абрама) они совершали внезапные набеги, убивали и скальпировали поселенцев, жгли хижины и поля. За ними всюду тянулся кровавый след.
Колониальная милиция, организованная специально для защиты от таких рейдов, не делала различий между враждебными и нейтральными чероки. К тому же последних было проще искать. Вместе с каролинскими и виргинскими ополченцами, теннессийцы Севьера вторглись в сердце страны чероки и прошли по ней огнем и мечом. К сентябрю 1776 г. карательные экспедиции колонистов сожгли более 36 городов чероки. Индейцев убивали на месте или продавали в рабство, чтобы достать деньги для ополчения. Буквально под дулами ружей в 1777 г. каролинские чероки подписали два договора - в Девиттс-Конер (май) и Хольстоне (июль), по которым лишились последних оставшихся здесь владений.
Большая часть чероки таким образом оказалась выведенной из войны, однако чикамога не собирались складывать оружия. Они совершали набеги в Теннесси, Алабаму, а летом 1777 г. дошли даже до южной Виргинии. Со своей стороны, колонисты не собирались с этим мириться и в апреле 1779 г. выслали против чикамога большую карательную экспедицию во главе с полковником Э. Шелби и капитаном Д. Монтгомери.
Американцы выступили из форта Патрик-Генри и спустились вниз по р. Теннесси. Выйдя в устье Чикамога-Крик, они захватили рыбака-индейца и заставили его указать дорогу к столице Тянущего Каноэ. Они застали чероки врасплох и сожгли город дотла. Взять город оказалось нетрудно, поскольку вождь и большая часть воинов тогда находились в Джорджии.
Т. Джефферсон представил подробный отчет об экспедиции генералу Вашингтону. Он докладывал, что люди Шелби сожгли 11 мятежных городов, захватили 20 тысяч бушелей зерна, товаров на 25 тысяч фунтов, 100 голов скота и 150 лошадей. Затопив индейские лодки, американцы поднялись выше по реке и уничтожили город вождя. Узнав об этом, Тянущий Каноэ и его воины вернулись на родину. Кэмерон привез им английские ружья.
После этих событий шауни прислали к чикамога послов, желая узнать, не сойдут ли они с тропы войны. Согласно Кэмерону, Тянущий Каноэ энергично успокоил их, сказав: «Нас еще не завоевали». В 1780 г. чикамога помогали англичанам оборонять город Огаста. Отряд чероки в знак доброй воли отправился к шауни на север, чтобы сражаться вместе с ними. В свою очередь, к чероки прибыла группа шауни, в том числе овдовевшая мать Текумсе с детьми[18]. Чисика, старший брат Текумсе, несколько лет успешно воевал на стороне чикамога, но погиб во время набега на Нэшвилль.
Чероки отстроили разрушенные города заново, однако через три года - в 1782 г. - кавалерия Севьера снова разрушила их. После этого Тянущий Каноэ отступил дальше на юг и основал там новые поселения - будущие Пять нижних городов чероки.
В 1786 г. несколько индейцев чикасо по дороге в Теннесси, на Дак-Ривер миновали город чикамога в северной Алабаме и поняли, что обнаружили один из тайных партизанских лагерей. Прибыв в Теннесси, они рассказали об этом своим белым друзьям. Те снарядили карательную экспедицию. Отряд из 130 волонтеров во главе с полковником Дж. Робертсоном при поддержке чикасо пошел вдоль Шоул-Крик на юг, переправился у Кольбертс-Ферри и напал на группу чикамога под началом Двухголового у Колдуотера (ныне город Тускумбия). В отряде Двухголового Робертсон обнаружил девять французов. На какое-то время индейские набеги к югу от Дак-Ривер прекратились, однако Теннесси вошел в состав Союза штатов только через десять лет - в 1796 г.
Весной 1788 г. чикамога вырезали 11 человек из семьи Керков, и противникам индейцев вроде Севьера и Хаббарда представился удачный случай показать себя в деле. Они пригласили четверых вождей чероки якобы на переговоры, заперли их в охраняемой комнате, где их хладнокровно зарубил томагавком Д. Керк, старший сын убитого главы семьи. Никто из этих четверых вождей не был связан с нападением на Керков. Тем не менее, они просто склонили головы под топор и стоически приняли смерть.
Летом 1788 г. воины Тянущего Каноэ разгромили полутысячную армию генерала Мартина у Лукаут-Маунтин. Однако они могли выигрывать отдельные бои, но не войны: американцы постепенно вытесняли их все дальше на север, пока в 1790 г. чикамога не объединились с шауни на Огайо. После первых побед в Войне Маленькой Черепахи (1790-94 гг.) – в частности, после уничтожения армии генерала А. Сент-Клера на р. Уобаш[19] - большинство чикамога вернулось на юг и поселилось в северной Алабаме, у р. Теннесси. Там они начали получать неофициальную поддержку (в том числе и оружием) от испанских агентов во Флориде и Луизиане. Воодушевившись, они возобновили набеги на поселения американцев. В одном из набегов едва не погиб молодой юрист и земельный спекулянт из Нэшвилля по имени Эндрю Джексон.
Не всех их жертв ожидала мучительная смерть. В январе 1791 г. вождь чикамога Стекло (Убийца Катоуба) захватил 16 человек во главе с Дж. Хаббардом, которые строили блокгауз в Масл-Шоулс (Алабама), но отпустил их, строго-настрого запретив возвращаться.
17 февраля 1792 г. вожди Стекло и Черепаха-В-Панцире (брат Тянущего Каноэ) совершили налет на дом семьи Коллингсуортов близ Нэшвилля. Индейцы убили отца, мать и старшую дочь; младшая, восьми лет, попадает в плен. В Лукаут-Таун (у Трентона, Джорджия) победители провели пляску скальпов.
Так случилось, что эта победа стала последней для самого Тянущего Каноэ. Недавно он вернулся из Миссисипи после переговоров с чокто[20]. Вождь охотно присоединился к празднику, и, по одной версии, именно это убило его. Его похоронили у Раннинг-Уотер. Как сказал вождь Черный Лис, «Тянущий Каноэ покинул этот мир. Это был поистине великий человек; его уважали и индейцы, и белые»[21].
Тянущий Каноэ
Часть вторая. Финал истории: Ридж и Двухголовый.
Со смертью Тянущего Каноэ война в центральном Теннесси и северной Алабаме только ужесточилась. Сопротивление чикамога возглавил метис Джон Уоттс из Уиллстауна (у форта Пэйн, Алабама), племянник знаменитого вождя Кисти-старшего. Он организовал новую серию набегов на поселения в Теннесси (в частности, Бьюкененс-Стейшн и Кэветтс-Стейшн в 1793 г., последний совместно с криками).
Особо отличились Двухголовый и его воины. 7 августа 1792 г. губернатор Северо-западной территории Блаунт встретился близ Нэшвилля с вождями чероки, чокто и чикасо. «Друзья и братья», - начал он, - «у нас имеются все основания полагать, что вождь чероки по имени Двухголовый, который подписал договор в Хольстоне, а с ним отряд в сорок человек чероки, криков и северян /Northwards/ обосновались у устья реки Теннесси, на ваших землях; этот Двухголовый, иначе Тускалатегу, проливал кровь американских граждан; а поскольку ваши племена дружны с Соединенными Штатами (и мы надеемся, что так и будет), будет хорошо, если вы прогоните эту банду со своих земель или позволите нам уничтожить ее. »
Президент США Дж. Вашингтон был сторонником курса на ассимиляцию индейцев и выделил средства на то, чтобы научить чероки выращивать хлопок и обращаться с ткацкими станками, как раз перед началом охотничьего сезона. Индейцев следовало убедить, что прясть проще, чем охотиться, одежда из ткани лучше, чем из кожи, и стоит дороже. Молодые и дальновидные воины типа Утеса (Риджа)[22], признавшегося своей подруге, что «лучше охотиться на оленя, чем на человека», быстро осознали те преимущества, которые сулил новый образ жизни.
По соседству с Риджем жили еще два метиса-чероки[23], которым суждено будет оказать сильное влияние на дальнейшую историю племени. Чарльз Хикс поразил Риджа тем, что тратил деньги на книги, а Джеймс Вэнн - что одним из первых овладел английским. Эти трое вскоре стали близкими друзьями.
Поручив миссионерам научить индейцев фермерству и скотоводству, Вашингтон рассчитывал на успех эксперимента с чероки. Президент заявлял, что это поможет заделать брешь между белыми и краснокожими. Разумеется, разработчиками программы «просвещения» индейцев двигали не только гуманистические идеалы. Они надеялись приучить индейцев к существованию на гораздо меньшей площади, чем требовал их прежний образ жизни, а «освободившиеся» участки выкупить за символическую плату.
Программа «просвещения» чероки и других индейских племен Юга оказалась неразрывно связана с внедрением рабства. «Особый институт» поощряла метисная элита, которая надеялась обогатиться за его счет. Торговцы и предприниматели взяли в свои руки управление делами племени. Они охотно принимали христианство. Однако при всем этом ужасная война продолжалась, и Ридж еще не зарыл свой томагавк.
Одним январским днем 1793 г. чикамога устроили засаду у дороги на Нэшвилль, желая отомстить за свое недавнее поражение у Бьюкененс-Стэйшн. Это место называлось Дриппинг-Спрингс. Двухголовый, Ридж, Роберт Бендж и другие воины спрятались в овраге и стали ждать. Они подстерегли караван из 9 мулов, который вез продовольствие поселенцам, и убили сопровождавших его капитана Оверолла и м-ра Барнетта. После того, как воины отметили победу трофейным виски, Двухголовый выхватил нож и принялся кромсать тела убитых, приглашая товарищей присоединиться к древнему ритуалу «поедания врага». Для его товарищей, уже сделавших первые шаги на «дороге белого человека», это выглядело дико.
В сентябре того же года военный вождь Джон Уоттс бросил своих воинов на Кэветтс-Стэйшн, небольшой блокгауз в нескольких милях к западу от Ноксвилля. Внутри находились трое мужчин и тринадцать женщин и детей. Хотя индейцев было намного больше, поселенцы оказали отчаянное сопротивление и убили нескольких воинов. Тогда Уоттс предложил им сдаться под честное слово. Он пообещал сохранить им жизнь и освободить за выкуп. Поселенцы поверили и вышли наружу, но тут на них напал Двухголовый с отрядом из чероки и криков. Они вырезали всех. Бенч и Уоттс пытались спасти женщин и детей, однако разъяренные палачи едва не перебили их самих. Вождь Вэнн на лошади вклинился в толпу и успел схватить одного ребенка. Завидев это, Двухголовый сделал звериный прыжок и раскроил малышу голову томагавком.
«Детоубийца!» - выкрикнул Вэнн. В племени чероки слово «Мужеубийца» считалось почетным прозвищем, достойным великого воина[24]. Вэнн же нанес Двухголовому страшное оскорбление. Он не простил и не забыл того, как Двухголовый нарушил слово чести.
Уоттс успел спасти еще одного ребенка и передал его крикам, чтобы те доставили его в безопасное место. Они так и сделали, но там же, в безопасном месте, его и убили.
Тем временем «Война Маленькой Черепахи» близилась к концу. 20 августа 1794 г. американцы под началом Э. Уэйна нанесли индейской конфедерации решающее поражение в битве в Буреломе (Фоллен-Тимберс). Поддерживавшие индейцев на первых порах англичане и испанцы решили уладить свои разногласия с США средствами дипломатии. Они прекратили оказывать повстанцам военную помощь. Чикамога еще два года сражались с теннессийской милицией, однако остались в изоляции. Их решимость начала слабеть.
В том же году чикамога проиграли бой у Масл-Шоулс (Алабама), а затем американцы захватили и сожгли город Никаджек. Местный вождь Бреф (Вздох) погиб. Во время нападения большая часть мужчин в городе отсутствовала – они ушли на большой совет в Тёкитаун. Вернувшись, они хотели немедленно догнать американский отряд и отомстить, но их отговорили родственники тех индейцев, которые попали в плен. Они боялись за жизнь своих близких.
Поняв, что дальнейшее сопротивление бесполезно, представители чикамога в 1796 г. согласились встретиться с американцами в Теллико и подписать мирный договор. Целыми группами чикамога начали сниматься с места и уходить за Миссисипи, в испанский Арканзас. Наиболее отчаянные во главе с Боулом[25] (Чашей) и метисом Уиллом Уэббером (Рыжим Уиллом) сопротивлялись еще какое-то время. Потом ушли и они: Уэббер - в Миссисипи, Боул - в Техас. К 1799 г. исход завершился, а с ним - и открытое противостояние чероки и американцев.
По иронии судьбы именно бывшие сторонники Тянущего Каноэ после войны фактически захватили власть над всем племенем. Именно те, кто столько лет воевал с американцами, перестроили жизнь чероки и в течение последующих 15 лет направляли соплеменников по «пути белого человека». Уже в конце XVIII в. сложившееся еще на тропе войны «трио» в лице Риджа, Вэнна и Хикса начало противопоставлять себя традиционным вождям племени и все активнее спорить с ними. Однако вскоре у «трио» появился опасный конкурент – бывший товарищ по оружию, Двухголовый.
«Детоубийца» ревниво наблюдал за растущими успехами метисов на ниве предпринимательства. Особенно впечатляющими они были у Вэнна: в 1803 г. он удачно провел переговоры о строительстве федеральной дороги и сделался обладателем таверны, магазина, парома и поместья на Чаттанучи. Не отставали и двое остальных участников «трио», причем Хикс совмещал бизнес и работу переводчиком у американского агента Р. Мэйгса. Сам Двухголовый приспосабливался к новым условиям гораздо болезненнее, поэтому для обогащения он избрал иной способ.
Скоро Двухголового начали подозревать в том, что он берет крупные взятки от правительственных агентов; те, со своей стороны, считали его более сговорчивым, чем «трио», и предпочитали вести дела именно с ним. Через Хикса остальные участники «трио» узнали, что Двухголовый минимум трижды оказывался замешан в незаконных сделках о продаже племенных земель. Вэнн, Хикс и Ридж обвинили Двухголового в измене и потребовали для него смертной казни. Однако былые подвиги Двухголового соплеменники еще помнили, и его популярность оставалась высокой. Тем не менее, «трио» все равно решило привести приговор в исполнение – безразлично, будет ли это казнью изменника (неизвестно, добились ли они официального одобрения совета племени) или их личным делом – ликвидацией конкурента. К Вэнну, Риджу и Хиксу присоединился еще один метис по имени Александр Саундерс.
По другой версии, для казни Двухголового имелся еще один повод. Недавно у него умерла беременная жена вместе с неродившимся ребенком; подозревали, что в приступе пьяного буйства вождь забил ее насмерть. Жена Двухголового приходилась родственницей Вэнну (она была сестрой его жены), и тот по обычаю кровной мести взялся отомстить.
Казнь наметили на март 1806 г.[26] Она должна была состояться в Хивосси, в таверне Макинтоша. В тот день с утра Вэнн много выпил и не смог идти; Ридж, Хикс и Саундерс бросили его и пошли одни. Они прождали в таверне целый день. Двухголовый явился уже поздно вечером, уселся за стол, на котором горела одинокая свеча. Ридж подошел, задул свечу и выстрелил Двухголовому в лицо. Затем они вместе с Хиксом и Саундерсом выбежали вон.
Позже они узнали, что старый вождь был еще жив - пуля вошла в голову под ухом и вышла сквозь челюсть. Палачи бросились на поиски и на рассвете нашли Двухголового в доме неподалеку. Раненый прятался на чердаке; когда за ним пришли, он, разъяренный болью, кинулся на убийц с ножом. Ридж и Саундерс выстрелили, но оба промахнулись. Двухголовый сцепился с Риджем, а пока они боролись, Саундерс прострелил ему бедро, а затем разрубил голову томагавком.
…Через три года погибнет и Джеймс Вэнн, который станет одним из богатейших чероки. Родич убитого им человека вызовет его на дуэль и застрелит. Риджу суждено будет дожить до 1835 г., причем судьбе будет угодно поставить его на место Двухголового. Ридж поставит свою подпись на договоре в Нью-Эчота, по которому согласится на выселение чероки за Миссисипи и вынесет себе смертный приговор. Убьют и его, и его сына Джона, которого зарежут ножами на глазах у жены и детей.
Историки по-разному оценивают и договор в Нью-Эчота, и обстоятельства его подписания. Оценивать деятельность «договорной партии» не входит в задачи данной статьи. Ограничимся констатацией очевидного факта: как бы то ни было, последний вождь чикамога сполна разделил сложную и трагическую судьбу своего народа.
При написании статьи использовался ряд интернет-публикаций, а также следующие работы:
Debo, A. A History of the Indians of the United States. London: Random House, 1995. 450 p.
Ehle, J. Trail of Tears: The Rise and Fall of the Cherokee Nation. New York: Anchor Books, 1988. 424 p.
Galloway, C. The American Revolution in Indian Country. Cambridge: University Press, 1995. 328 p.
Utley, R., and Washburn, W. Indian Wars. Boston: Mariner Books, 2002. 318 p.
Woodward, G. The Cherokees. Norman: University of Oklahoma Press, 1963. 360 p.
Война за независимость и образование США. М.: Наука, 1976. 390 с.
[1] Эта речь часто цитируется, однако ее подлинность вызывает сомнения.
[2] Буквально «Клонящееся Дерево». Настояшее имя – Белая Сова (Onacona). Прозвище «Маленький Плотник» получил за дипломатическое искусство – умение «чинить» отношения между людьми.
[3] Точный год рождения Тянущего Каноэ не установлен. Известно только, что он родился в 1730-х годах (разные исследователи называют 1730-й, 1732-й, 1737-й). Местом рождения биограф вождя Брент Кокс называет город горных (Overhill) чероки в современном графстве Монро (восточный Теннесси).
[4] Индейское имя – Tsiyu-Gunsini (tsiyu – «каноэ», gunsini – “он тащит”).
[5] Это были «Покупка Локабера» 1770 г., договоры в Огасте 1773 г., в Уотога 1774 г. и в Сикамор-Шоулс 1775 г.
[6] Оконостота (Oconostota, Сурчиное Мясо, ок. 1710-1785), военный вождь чероки, пытался выступить посредником в конфликте между чероки и колонистами в середине XVIII в. Однако губернатор Южной Каролины Литтлтон арестовал его на переговорах. Освободившись, Оконостота вышел на тропу войны и принял участие в так называемой «Войне чероки» 1760-61 гг. В 1760 г. он вместе с криками осаждал форт Принс-Джордж. В 1763 г. Оконостота помирился с англичанами; с началом революционной войны выступил на их стороне, однако после серии поражений чероки зарыл топор войны.
[7] Двухголовый (Doublehead) был значительно моложе Тянущего Каноэ. Он родился около 1755 г.
[8] Название The Dark and Bloody Ground надолго стало неофициальным названием штата Кентукки.
[9] Здесь «Ворон» - не имя собственное, а титул, обозначавший военного вождя, человека, проводящего разведку впереди своих воинов.
[10] Строго говоря, в то время Нэнси Уорд еще так не называли (она вышла замуж за ирландского торговца Б. Уорда уже после революционной войны). Ее индейское имя – Nanye-hi (буквально «Та, кто ходит вокруг»; «Нэнси» – искаженный американизированный вариант), также известна под именем Tsistunagiska (Дикая Роза).
Нэнси Уорд, двоюродная сестра Тянущего Каноэ, родилась около 1838 г. Она прославилась в битве с криками при Таливе в 1755 г., когда, по легенде, подхватила мушкет убитого мужа и повела воинов чероки в атаку. После этого она возглавила женский совет, получила почетный титул «Любимицы» (Ghi-ga-u, Beloved Woman) и право голоса на совете вождей.
[11] Аттакуллакулла, в частности, принял сторону колонистов и даже привел к ним отряд из 500 воинов. Во всех бедах племени он винил англичан. Выражаясь фигурально, сын выступил против отца.
[12] В 1780 г. Нэнси Уорд пыталась использовать свою популярность у американцев, чтобы остановить очередную карательную экспедицию. Однако добилась она лишь того, что американцы не тронули ее родной город – Чота. К концу жизни Нэнси разочаровалась в белых, и на совете вождей 1817 г. призывала прекратить распродажу племенных земель. Скончалась она в 1824 г.
[13] Galloway, C. The American Revolution in Indian Country. Cambridge: University Press, 1995. P. 197.
[14] Точное значение слова Chickamauga неясно. Имеется несколько вариантов перевода, в том числе «Стоячая Вода», «Военный Лагерь», «Река Смерти».
[15] Среди них было немало обычных «солдат удачи», а то и настоящих бандитов, которые намеревались извлечь максимум пользы из создавшегося положения. Один из таких атаманов стал лагерем в городе Никаджек, в нескольких милях ниже Чаттануги. За их преступления отвечать приходилось индейским вождям.
[16] В канун Американской революции у чероки оставалось около 3 тыс. воинов (общая численность племени в 1775 г. составляла около 12 тыс.). С Тянущим Каноэ ушли 400-500 воинов.
[17] Крупная партия оружия для южных индейцев была отправлена из Детройта губернатором Г. Гамильтоном. Большую часть груза сначала доставили в Пенсаколу, а затем на лошадях повезли в Чикамога-Таун.
[18] Отец Текумсе участвовал в Войне Данмора 1774 г. и погиб в решающем сражении при Пойнт-Плезант.
[19] Сражение 4 ноября 1791 г., самое крупное по количеству убитых (по разным подсчетам, от 500 до 1000 человек) поражение американцев в «индейских войнах».
[20] Скорее всего, идея этой встречи исходила от вождя криков Александра Макгилливрея (1758-1793) – на тот момент ключевой фигуры на индейском Юго-востоке. Известно о его знакомстве с Тянущим Каноэ и о планах создать на Юго-востоке мощный союз племен под эгидой европейских держав.
[21] До переговоров 1775 г. в Сикамор-Шоулс Танущий Каноэ был практически неизвестен белым, зато во время революционной войны он быстро снискал себе прозвище «Дракон».
[22] Джон Ридж-старший (1770-1839), или Майор Ридж (Nunna Hidihi - Человек-На-Горе, или просто Утес). «Майором» стал называться после участия в Войне криков 1813-14 г., где командовал отрядом чероки на стороне американцев. Его сын, тоже Джон (Ganun`dalegi – Идущий-По-Горам) родился в 1803 г.
[23] Сам Ридж, по одним данным, был сыном индейца и метиски.
[24] Английское Mankiller, как и Ridge, затем сделалось фамилией в метисированных родах. В частности, ее носит Уилма Мэнкиллер – первая женщина-вождь чероки.
[25] По другой версии, он тоже был метис (его отцом иногда называют известного «солдата удачи» У. Боулса, фамилию которого он и унаследовал). Его индейское имя – Дивали – означает чашу для приготовления «черного напитка». В 1839 году (который стал поистине черным для многих вождей чероки) его убили техасцы.