1986. Еще раз о Кижах, или как я будировал ЮНЕСКО:)
Недавно, роясь в старых бумагах 1986 года, я обнаружил протокол заседания Центрального совета ВООПиК по Кижам, которое было спровоцированого моим письмом в Комиссию СССР по делам ЮНЕСКО в отношении проекта "колесования" Преображенской церкви под предлогом ее сохранения. Напомню, что после установки силовых металлических лесов или "каркаса" внутри церкви для ее последовательной переборки "снизу вверх" без тотальной разборки "сверху-вниз", оказалось, что проектировщики не знают продолжения. Леса поставили, а систему замены бревен так и не придумали. И тогда они нашли уникальное решение создания "памятника в новом материале" на старом месте, а остатки "непамятника в старом материале", т.е. оригинал, предложили демонстрировать исключительно для специалистов в трех разрозненых объемах в районе дервни Васильево. Внешне здания на погосте сохраняют старинный силует, а подлинные фрагменты уже не обрушатся от ветхости и могут быть экспонированы для любителей подлинности.
Из проекта сохранения расчлененного оригинала Преображенской церкви и устройства "памятника в новом материале".
Поскольку проект прошел уже все согласования во всех высоких инстанциях, включая научно-методический совет МК РСФСР (вот почему я с тех пор НМСам не доверяю)), а музею, как гензаказчику нужно было лишь подписать проект к исполению, то я посчитал, что "поезд со всеми вышесидящими тронулся" и положение может спасти только мировая общественность в лице ЮНЕСКО. Будучи в Москве, я разыскал адрес Комиссии СССР по делам ЮНЕСКО, был любезно принят Н.Титочкиной, одной из сотрудниц, знакомой моих знакомых, и по ее совету тут же, как мог, написал нижеприведенное письмо. Я верил, что всемирно известные Кижи уже давно в Списке всемирного наследия ЮНЕСКО, и что "Запад нам поможет". Но оказалось, все насколько сложней и прозаичней: СССР тогда еще не ратифицировал Конвенцию о Всемирном наследии (1972), и ЮНЕСКО нам в 1986 году еще не помощник, т.е. мое письмо дальше Москвы не ушло.
КОМИССИЯ СССР ПО ДЕЛАМ ЮНЕСКО
ЗАМЕСТИТЕЛЮ МИНИСТРА КУЛЬТУРЫ СССР
МИНИСТРУ КУЛЬТУРЫ РСФСР
тов. МЕЛЕНТЬЕВУ Ю.С.
ПЕРВОМУ ЗАМЕСТИТЕЛЮ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ ПРЕЗИДИУМА
ЦЕНТРАЛЬНОГО СОВЕТА ВСЕРОСИЙСКОГО ОБЩЕСТВА
ОХРАНЫ ПАМЯТНИКОВ ИСТРОИИ И КУЛЬТУРЫ
тов. ПЕТЕРБУРЖЦЕВУ В.А.
Направляем Вам поступившее в Комиссию СССР по делам ЮНЕСКО письмо зав. Химической лаборатории Музея-заповедника «Кижи» т.Куликова С.В. о неблагополучном состоянии дел с реставрацией уникального памятника древнерусского зодчества – Преображенской церкви на о. Кижи.
Просим Вас дать указание проверить приведенные в письме факты и в случае их обоснованности принять необходимые меры.
Просим также направить ответ непосредственно автору письма и информировать Секретариат Комиссии по делам ЮНЕСКО по существу принятого решения по данному письму.
Приложение: письмо т.Куликова С.В. на 2 л.
ПЕРВЫЙ ЗАМ. ОТВЕТСТВЕННОГО СЕКРЕТАРЯ
КОМИССИИ СССР ПО ДЕЛАМ ЮНЕСКО Г.А.МОЖАЕВ
________________________________________ ________________________________________ _____________________
В КОМИССИЮ ПО ДЕЛАМ ЮНЕСКО
Являясь сотрудником музея-заповедника «Кижи», обращаюсь в Комиссию СССР по делам ЮНЕСКО с просьбой оказать содействие в сохранении памятника древнерусского зодчества – Преображенской церкви на о.Кижи.
В связи с постоянным ухудшением состояния памятника архитектуры XVIII в. – Преображенской церкви на о. Кижи – под действием биоразрушителей и атмосферной эрозии назрела настоятельная необходимость в проведении экстренных реставрационных работ на памятнике.
С 1969 г. проводились работы по обследованию состояния памятника и выработке проектных решений различными научными учреждениями страны (ЛИСИ –Ленинградским инженерно-строительным институтом; МАрхИ – Московским архитектурным институтом; Институтом «Спецпроектреставрация»), вопросы химической защиты разрабатывались Сенежской лабораторией ВНИИДрев.
В 1976 г. был определен генеральный подрядчик – институт «Спецпроектреставрация». За 10 лет работы им были выданы проекты противоаварийных работ, инженерного укрепления памятника и варианты проекта реставрации, суть которых сводилась к переборке сруба частичной заменой ветхого материала на новый.
За это время из-за аварийного состояния кровель ( протечки, надувы снега), ухудшения естественной вентиляции памятника после установки наружных и внутренних лесов создались благоприятные условия для развития биологических разрушителей. Это привело к тому, что по оценке специалистов процент жизнеспособного материала памятника снизился с 80% до 30-40%. Таким образом, создалась ситуация, когда все применяемые до сих пор методы реставрации (а именно: переборка сруба с частичной заменой исторического материала на новый) и химическая консервация (антисептирование) оказались неприемлемы.
Что касается переборки памятника, то мы рискуем получить новодел, а химическая консервация без проведения мер по упрочению древесины при сильном увлажнении и увеличении массы материала памятника может привести к его разрушению. И тогда в январе 1985 г. на ученом совете объединения «Росреставрация» был принят, а затем выполнен проект переборки памятника, основной идеей которого является разборка, перевозка и восстановление по фрагментам существующего памятника в районе дер. Васильево, а на его месте – строительство копии-макета, что равносильно сознательному уничтожению памятника.
Необходимо коренным образом изменить подход к реставрации уникального памятника, привлечь академическую науку к разработке принципиально новой технологии реставрации памятников деревянного зодчества с использованием синтетических материалов и средств, способных значительно упрочить ветхие деревянные конструкции, остановить развитие необратимых деформаций, и тем самым сохранить для грядущих поколений этот уникальный памятник древнерусского зодчества – Преображенскую церковь на о. Кижи. Для этих целей можно было бы привлечь Институт химии и древесины при АН Латв. ССР или Белорусский технологический институт.
МУЗЕЯ-ЗАПОВЕДНИКА «КИЖИ» Куликов С.В.
14 января 1986 года
________________________________________ ________________________________________ _____________________
Направлено в Комиссию по делам ЮНЕСКО 5.03.86
РАСШИРЕННОГО ЗАСЕДАНИЯ РЕСТАВРАЦИОННОЙ КОМИССИИ ЦЕНТРАЛЬНОГО СОВЕТА ВООПиК ПО РАССМОТРЕНИЮ ВОПРОСА О СОСТОЯНИИ И ОСНОВНЫХ НАПРАВЛЕНИЯХ РАБОТ ПО СОХРАНЕНИЮ ПАМЯТНИКА СОЮЗНОГО ЗНАЧЕНИЯ – б.ц. (бывшей церкви) ПРЕОБРАЖЕНИЯ В МУЗЕЕ-ЗАПОВЕДНИКЕ «КИЖИ» КАССР
Москва 17 февраля 1986 г.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ – ПЕТЕРБУРЖЦЕВ В.А.
СЕКРЕТАРЬ – БУРТОЛИК Е.Б.
Члены реставрационной комиссии ЦС ВООПиК:
Сотрудники отдела памятников ЦС ВООПиК:
Борисевич Г.В. – ЦНИИТИА
Выборный В.Н. – Гипрогор
Иванов С.А. – МархИ
Иванова А.Б. – Моспроект - 2
Лопаткин М.В. – музей-заповедник «Кижи»
Ополовников А.В. – доктор архитектуры
Ополовникова Е.А – кандидат архитектуры
Смирнов Н.И. – ин-т «Спецпроектреставрация»
Уразова М.М. – НМС МК СССР
СЛУШАЛИ: О состоянии и основных направлениях работ по сохранению памятника союзного значения – б.ц. Преображения в музее-заповеднике «Кижи».
ПЕТЕРБУРЖЦЕВ В.А.: сообщил о поступивших в Центральный совет ВООПиК материалах из Комиссии ССССР по делам ЮНЕСКО и других организаций о неудовлетворительном техническом состоянии памятника и сформулировал задачу рассмотрения вопроса.
НЕДОВИЧ Н.Д.: Информация о состоянии памятника. Состояние ц. Преображения в Кижах нельзя назвать аварийным. В 1982 г. закончено сооружение металлических силовых лесов , на которых стоит все здание, благодаря чему есть возможность сохранения памятника несмотря на высокий процент разрушения древесины, создается также возможность подготовки к более солидным реставрационным работам. Основной проект (6 вариантов), согласованный в МК РСФСР и в Карелии, предусматривает постепенную переборку памятника . Остается спорным вопрос о проценте замены древесины. В 1985 г. совещание в Измайлово признало целесообразным сооружение модели памятника, пока жив подлинник. Реставрационный совет музея полагает необходимым искать возможные пути сохранения памятника. Раздел химической обработки древесины в музее вел С.Н.Горшин в течение 3 лет. В/О «Росреставрация произвело проверку всех методов химического укрепления древесины, известных в СССР и некоторых – за рубежом.
ЛИСЕНКО Л.М.: МАрхИ сделал свой проект реставрации и укрепления церкви на собственных началах. В 1980 г. было решено создать комиссию по проверке всех деформаций, произошедших в памятнике, для выбора проекта, однако В/О «Росреставрация» начало осуществлять свой проект, не дожидаясь результатов. Основные дефекты этого проекта – полное уничтожение интерьера памятника с уникальным «небом» - внутренней кровлей. С целью поддержания двух верхних восьмериков были поставлены леса, установке которых способствовало занесение грибка на сруб. Наружные леса способствуют скоплению снега на кровлях. Были произведены замеры для установления размеров крена в северо-восточном направлении, в результате чего обнаружено, что крен небольшой (в пределах 53 см), верхние восьмерики крена не давали – в уровне «неба» произошел внутренний сдвиг. В 1966 г. было предпринято самовольное поднятие ребра «неба» на вагах, что повлекло за собой сдвиг всей конструкции. Проект В/О «Росреставрация» демонстрирует невнимание к памятнику, имеет целью утрату его ценности. Необходимо использовать все средства консервации, восстановить интерьер, убрать внешние леса.
ГУСЕВ Б.П.: Каков на сегодняшний день процент замены древесины?
СМИРНОВ Н.И.: В настоящее время не установлен.
ИВАНОВ В.Н.: С памятника должно быть удалено все, что способствует дальнейшему заражению древесины.
ДАВИД Л.А.: Каким образом организовалось соревнование проектов? Неужели не было выдано руководящее задание?
ИВАНОВ В.Н.: Преображенская церковь – памятник союзного значения, следовательно, вопрос о его реставрации может быть передан в МК СССР.
ИВАНОВ С.А.: Договор на изготовление проекта был заключен с В/О «Росреставрация» в 1976 г. С тех пор прошло 10 лет. Может быть вы не уверены в правильности своих вариантов реставрации памятника?
НЕДОВИЧ Н.Д.: За 10 лет здание выведено из аварийного состояния; новые варианты реставрации мы не придумываем, переборка – единственная мера реставрации, вопрос о проценте замены древесины остается открытым. Последний вариант, представленный на рассмотрение, предусматривает полную замену.
ОПОЛОВНИКОВА Е.А.: Если будет создана новая комиссия по вопросу реставрации Преображенской церкви, Кижи станут полигоном идей. Без переборки реставрации быть не может. Совещания по этому поводу длятся уже в течение 30 лет.
ШУРГИН И.Н.: На сегодняшний день – кто давал последнее заключение о техническом состоянии памятника, кем обосновано отрицательное отношение к переборке?
СМИРНОВ Н.И.: Состояние конструкций – главный вопрос сегодняшнего дня. Исследование ЛИСИ до сих пор остается фундаментальным: подробная паспортизация бревен дала понять о приближении неремонтного состояния памятника. Процент замены древесины – ок. 30% особенно – в северо-восточном направлении. В 1981 г. ин-т «Спецпроектреставрация» также провел паспортизацию бревен – выявлен значительный рост естественных биозаражений, дерево приближается к концу своего существования. Происходит постоянное прогрессирование крена, депланация панелей, разломы бревен в уровне «неба», на переходном четверике, на котором установлен 2-й восьмерик, обнаружен прогиб ок. 15 см – результат огромной нагрузки; одна из граней проломлена ветровым подкосом, необходимые замены по северо-восточной панели составляют 80%.
1 этап проекта – проведение противоаварийных работ, 2 этап – переборка. Любая переборка традиционными способами приведет к макетированию. Проект предусматривает рубку копии в д. Васильево и перевозку его на Кижский погост, подлинник предполагается хранить в ярусах в д. Васильево. Необходимо определить срок переноски.
АЛТУХОВ А.С.: Каково состояние пропитанной древесины?
СМИРНОВ Н.И.: Пропиточные растворы со временем вымываются, кроме того, химия разрушает сетчатку. На сегодняшний день на памятнике происходят сколы врубов, здание расползается.
ТРОФИМОВ И.В.: Почему отвергнут метод реставрации, предложенный Ленинградским инженерно-строительным институтом?
СМИРНОВ Н.И.: Этот проект не предусматривает решения вопроса аварийности памятника, он был рассчитан на хорошее состояние здания. Проект предполагал переборку с вывешиванием на внешних конструкциях, фиксацию памятника.
ЛОПАТКИН М.В.: Ин-т «Спецпроектреставрация» отвергает переборку как таковую своим отношением, для них переборка – это макетирование. В замене нуждается максимум 70% древесины, есть возможность уточнить состояние памятника, пока силовые леса его стабилизируют. Так называемую аварийность создают протечки в кровлях, строительный мусор, наружные леса. На устранение всего этого нет документации. В 1986-1987 гг. предлагается провести доисследование памятника. Музей не имеет рекомендаций по эксплуатации, по поддержанию температурно-влажностного режима. Нужно решать, что иметь – интерьер или памятник вообще; интерьер можно экспонировать и отдельно.
ПЕТЕРБУРЖЦЕВ В.А.: На лесах памятник может простоять еще 2 года, а что делать с грибком?
ШУРГИН И.Н.: Как вы оценивали состояние сруба в 1976 г. на предмет разборки?
СМИРНОВ Н.И.: Тогда был совсем другой процент биозаражений. Стояла задача переборки с удалением негодных элементов.
ГУСЕВ Б.П.: Состояние памятника не так уж беспризорно. В МК РСФСР действует комиссия по Кижам. В результате реставрации памятник приведен в состояние полной конструктивной непригодности. Внешние леса были поставлены для того, чтобы взять панели в схватки. Необходимо избегать любых скоропалительных решений. В настоящее время сруб в безопасности от дальнейших деформаций. Что такое переборка или создание нового сруба с конструктивной точки зрения? Необходимо ок. 80% замены древесины, в срубе и наблюдается несовпадение венцов, что не должно быть допущено при переборке. Проект предусматривает подборку древесины по параметрам. Этическая сторона вопроса: эмоции не предлагают альтернативы. Лес имеется. Основная идея – сохранить сруб на каркасе неопределенно долгое время, но древесина смертна. Использовать новый сруб для постепенной замены по элементам нельзя – в подлиннике обнаружено несовпадение срубов. С 1980 г. можно было убрать любой мусор, любую грязь; на ремонтные работы смета не требуется, это в силах музея.
ТРОФИМОВ И.В.: необходимо удалить все, приносящее вред памятнику: завалы мусора, щепы, земли.; устранить протечки в кровле. Нет проветривания подклета, нет проекта вертикальной планировки и благоустройства. Применение внутренних силовых лесов верно, но переход на каркасную систему, предложенную МАрхИ, был возможен. Памятник необходимо всячески сохранять. Новый сруб можно поставить в другом месте, обязательно вне силуэта церкви. Лес для нового сруба заготовлен и соштабелеван неправильно. Необходимо использовать опыт пропитки натуральными смолами, применяемые реставраторами Швеции и Норвегии. Каркас обеспечит устойчивое положение примерно на 2 года.
ШУРГИН И.Н.: Сложность ситуации двояка: биопоражение и нарушение конструкции. Биопоражения 10 лет назад были сравнительно незначительными. Необходима замена для защиты основной конструкции. Укрепление древесины возможно только ванным способом, т.е. разборка неизбежна. Восстановить конструкционную прочность без разборки также нельзя. Почему после разборки памятник обязательно станет новоделом? Будет заменено северо-восточное прясло и два сопряженных с ним прясла. Чтобы сделать копию, церковь также надо разобрать. Есть положительные примеры подобной реставрации: Ширков погост (Калининская СНРПМ) и В.Уфтюга (Архангельская СНРПМ). Памятник должен быть разобран, конструкции исследованы и укреплены химически, утраченные элементы необходимо заменить.
ЛОПАТКИН М.В.: Документация на памятник поставляется некомплектная. До настоящего времени нет генерального проектировщика по объекту, что замедляет работы по организации системы сухого пожаротушения, водо- и энерговооружения.
ИВАНОВ С.А.: Памятник необходимо оставить на месте, разобрать его также нельзя – это гибель. С внутренних лесов можно осуществить переход на систему внутреннего каркаса.
ДЕМИДОВ С.В.: музей демонстрирует безобразное отношение к памятнику.
ЛОПАТКИН М.В.: устранение аварийной ситуации – забота В/О «Росреставрация», а не музея, тем более, что есть его постоянный представитель – Кижский реставрационный участок Карельской СНРПМ.
ИВАНОВ В.Н.: Вопрос материалов – важнейший. Необходимо привести памятник и его территорию в полный порядок и привлекать к ответственности Кижский реставрационный участок (информировать об этом МК РСФСР). Памятник сейчас не разбирать, модель построить как можно скорее, обязательно – вне силуэта.
ДАВИД Л.А.: Результаты проведенных реставрационных работ оказались очень пагубными для памятника. Необходимо сделать модель его на всякий случай.
ПЕТЕРБУРЖЦЕВ В.А.: Подвел итоги рассмотрения вопроса.
- Состояние памятника в настоящее время требует принять оперативное, обоснованное решение, по проведению комплекса работ, обеспечивающих длительную перспективную его сохранность в необходимом для экспонирования и эксплуатации состоянии как уникального памятника деревянного зодчества России.
- В качестве первоочередных работ по сохранению памятника и продления его «жизни» необходимо потребовать от эксплуатирующих и реставрирующих его организаций ликвидации всех факторов, вызывающих гниение, развитие грибков и других губительных явлений, активно и отрицательно влияющих на надежность и долговечность деревянных конструкций.
- На заседании выявлено два основных направления выполнения комплекса работ по сохранению и реставрации памятника:
первое: раскатать (разобрать) памятник полностью, обмерить, укрепить дерево, заменить утратившие прочность венцы (или отдельные элементы) и снова собрать;
второе: оставить памятник «вывешенным» на металлических силовых конструкциях сколь возможно более длительный период, проведя необходимые локальные противоаварийные работы , - подобрать и высушить лес необходимого качества, соответствующего тому, из которого создан памятник – на других территориях по точным обмерам собрать срубы всех его крупных элементов – четверика, восьмериков и т.д. – и ряд лет выдержать их на солнце, ветре и морозе. При обнаружении опасности утраты памятника и жизненном старении древесины – возвести его точную копию из простоявших значительный период и выдержанных по времени срубов, как это делалось ранее.
Это не идеальный подход к сохранению памятника, но он даст возможность продлить жизнь подлинного памятника на возможно более длительный период и в последующем создать копию в точном соответствии с подлинником в однокачественном строительном материале с запасом прочности на последующие века.