Забытые имена - Борис Корнилов.
Борис Петрович Корнилов (16 (29) июля 1907, село Покровское Нижегородской губернии — 21 февраля 1938, Ленинград) — советский поэт и общественный деятель-комсомолец, автор стихов знаменитой «Песни о встречном».
Борис Корнилов родился 16 (29) июля 1907 года в селе Покровское Нижегородской губернии (ныне городского округа Семёновский Нижегородской области), в семье сельского учителя. В 1922 году Борис переселился в Семёнов и начал сочинять стихи. Одновременно он активно участвовал в деятельности пионерской, а затем комсомольской организаций.
Первые публикации отдельных стихов Корнилова относятся к 1923 году.
В конце 1925 года поэт уехал в Ленинград, чтобы показать свои стихи Сергею Есенину, но не застал его в живых. Он вошёл в группу «Смена» под руководством Виссариона Саянова, и там его вскоре признали одним из самых талантливых молодых поэтов России.
В 1926 году Корнилов — вместе с Ольгой Берггольц, также участницей «Смены», — поступил на Высшие государственные курсы искусствоведения при Институте истории искусств. Борис и Ольга вступили в брак, который оказался недолговечным — они прожили вместе два года, их дочь Ира умерла в 1936 году. Корнилов не задержался и на искусствоведческих курсах.
"Перечитываю сейчас стихи Бориса Корнилова, — сколько в них силы и таланта! Он был моим первым мужчиной, моим мужем и отцом моего первого ребёнка, Ирки. Завтра ровно пять лет со дня её смерти. Борис в концлагере, а может быть, погиб." — Из дневниковой записи Ольги Берггольц от 13 марта 1941 года
В 1928 году у него вышла первая книга стихов «Молодость». Затем в 1933 году появились сборники «Книга стихов» и «Стихи и поэмы».
В 1930-х годах у Корнилова вышли поэмы «Соль» (1931), «Тезисы романа» (1933), «Агент уголовного розыска» (1933), «Начало земли» (1936), «Самсон» (1936), «Триполье» (1933), «Моя Африка» (1935). Писал также песни («Песня о встречном», «Комсомольская-краснофлотская» и др.), стихотворные агитки («Вошь»), стихи для детей («Как от мёда у медведя зубы начали болеть»).
В 1932 году поэт написал о ликвидации кулачества, и его обвинили в «яростной кулацкой пропаганде». Частично реабилитировала его в глазах советских идеологов поэма «Триполье», посвящённая памяти комсомольцев, убитых во время кулацкого восстания.
В середине 1930-х годов в жизни Корнилова наступил явственный кризис, он злоупотреблял спиртным. За «антиобщественные поступки» неоднократно подвергался критике в газетах.
В октябре 1936 года исключён из Союза советских писателей. 19 марта 1937 года Корнилова арестовали в Ленинграде.
20 февраля 1938 года Выездной сессией Военной Коллегии Верховного Суда СССР под председательством корвоенюриста Матулевича Корнилов был приговорен к исключительной мере наказания. В приговоре содержится следующая формулировка: «Корнилов с 1930 г. являлся активным участником антисоветской, троцкистской организации, ставившей своей задачей террористические методы борьбы против руководителей партии и правительства». Приговор приведен в исполнение 20 февраля 1938 г. в Ленинграде.
Посмертно реабилитирован 5 января 1957 года «за отсутствием состава преступления». . .
Песни на стихи Корнилова исполнялись и печатались и после его гибели с примечанием «слова народные», например финальная песня кинофильма «Встречный» (композитор Дмитрий Шостакович).
Нас утро встречает прохладой, Нас ветром встречает река. Кудрявая, что ж ты не рада Весёлому пенью гудка?
Не спи, вставай, кудрявая! В цехах звеня, Страна встаёт со славою На встречу дня.
И радость поёт, не скончая, И песня навстречу идёт, И люди смеются, встречая, И встречное солнце встаёт.
Горячее и бравое, Бодрит меня, Страна встаёт со славою На встречу дня.
Бригада нас встретит работой, И ты улыбнёшься друзьям, С которыми труд, и забота, И встречный, и жизнь — пополам.
За Нарвскою заставою, В громах, в огнях, Страна встаёт со славою На встречу дня.
И с ней до победного края, Ты, молодость наша, пройдёшь, Покуда не выйдет вторая Навстречу тебе молодёжь.
И в жизнь вбежит оравою, Отцов сменя. Страна встаёт со славою На встречу дня.
. И радость никак не запрятать, Когда барабанщики бьют: За нами идут октябрята, Картавые песни поют.
Отважные, картавые, Идут, звеня. Страна встаёт со славою На встречу дня!
Такою прекрасною речью О правде своей заяви. Мы жизни выходим навстречу, Навстречу труду и любви!
Любить грешно ль, кудрявая, Когда, звеня, Страна встаёт со славою На встречу дня.
И ещё 2 пронзительных и мощных творения Бориса Корнилова ! - Песни Русской Души ! . .
"Усталость тихая, вечерняя. "
Усталость тихая, вечерняя Зовёт из гула голосов В Нижегородскую губернию И в синь Семёновских лесов.
Сосновый шум и смех осиновый Опять кулигами пройдёт. Я вечера припомню синие И дымом пахнущий омёт.
Берёзы нежной тело белое В руках увижу ложкаря, И вновь непочатая, целая Заколыхается заря.
Ты не уйдёшь, моя сосновая, Моя любимая страна! Когда-нибудь, но буду снова я Бросать на землю семена.
Когда хозяйки хлопнут ставнями И — отдых скрюченным рукам, Я расскажу про город каменный Седым угрюмым старикам.
Познаю вновь любовь вечернюю, Уйдя из гула голосов В Нижегородскую губернию, В разбег Семёновских лесов
Качка на Кайспийском море
Качка на Каспийском море За кормою вода густая — солона она, зелена, неожиданно вырастая, на дыбы поднялась она, и, качаясь, идут валы от Баку до Махач-Калы.
Мы теперь не поём, не спорим — мы водою увлечены; ходят волны Каспийским морем небывалой величины.
А потом — затихают воды — ночь каспийская, мёртвая зыбь; знаменуя красу природы, звёзды высыпали, как сыпь; от Махач-Калы до Баку луны плавают на боку. Я стою себе, успокоясь, я насмешливо щурю глаз — мне Каспийское море по пояс, нипочём. Уверяю вас. Нас не так на земле качало, мотало кругом во мгле — качка в море берёт начало, а бесчинствуют на земле.
Нас качало в казачьих седлах, только стыла по жилам кровь, мы любили девчонок подлых — нас укачивала любовь. Водка, что ли, ещё? И водка — спирт горячий, зелёный, злой; нас качало в пирушках вот как — с боку на бок и с ног долой.
Только звёзды летят картечью, говорят мне: — Иди, усни. — Дом, качаясь, идет навстречу, сам качаешься, чёрт возьми. Стынет соль девятого пота на протравленной коже спины, и качает меня работа лучше спирта и лучше войны. Что мне море? Какое дело Мне до этой Зелёной беды?
Соль тяжёлого, сбитого тела Солонее морской воды.
Что мне (спрашиваю я), если наши зубы, как пена, белы — и качаются наши песни от Баку до Махач-Калы.