Престол в честь священномученика Сергия Махаева
В 1937 году отец Сергий был назначен настоятелем Богоявленского собора города Ногинска (Богородска) Московской епархии. Некогда в одном из храмов Богородского уезда служил диаконом его дед.
Отец Сергий оказывал помощь ссыльным священнослужителям и их семьям. Письма с просьбой об оказании помощи посылались на имя Анастасии Ивановны Кулевой, прихожанки Богоявленского собора, которую отец Сергий духовно окормлял и в доме которой он первоначально поселился. Однако через некоторое время он был вынужден перейти на жительство в дом на самой окраине города в поселке Жуково. Здесь, в доме № 15 по Клязьминскому переулку, он снимал комнату. В этой комнате и до него останавливались священники, которым служили две благочестивые женщины – Анна и Евдокия Богачевы, сестры хозяина дома Архипа Алексеевича Богачева. Многие соседи сторонились этой семьи, принимавшей под свой кров «попов – врагов народа», но были и другие, дети которых которых на всю жизнь сохранили память о том, с какой любовью всегда относился к ним живший у Богачевых батюшка.
Лето 1937 года было ознаменовано началом новой волны страшных репрессий. В августе были арестованы все члены церковного совета Богоявленского собора. Чтобы избежать закрытия храма, отец Сергий срочно организовал создание новой «двадцатки». В обстановке массовых арестов некоторые члены этой новой «двадцатки» заявили органам власти о своем выходе из нее; впоследствии это дало повод обвинять отца Сергия в том, что, организуя новый церковный актив, он оказывал давление на верующих и, кроме того, ввел в церковный совет «антисоветски настроенных лиц».
22 ноября 1937 года отец Сергий был арестован по обвинению в «контрреволюционной агитации» и заключен в тюрьму города Ногинска.
В тот же день он был допрошен помощником уполномоченного Ногинского районного отдела УНКВД Барковым.
– Вы арестованы за активную контрреволюционную деятельность, признаете Вы это?
– Никакой контрреволюционной деятельности я не проводил.
– Вы лжете, следствие требует от вас правдивых показаний.
– Я дал правдивые показания и еще раз повторяю, что я никогда контрреволюционной деятельности не проводил.
– Следствием установлено, что Вы подложным, обманным путем привлекали верующих в церковную двадцатку. Дайте показания по этому вопросу.
– Обманным путем я верующих в церковную двадцатку не вовлекал.
– Следствием установлено, что Вы писали листовки контрреволюционного характера и распространяли их среди верующих. Признаете Вы это?
– Никаких контрреволюционных листовок я не распространял и не писал.
– Вы нагло лжете, листовка контрреволюционного характера обнаружена у Вас при обыске, написанная Вами. Дайте правдивые показания.
– Эту листовку, изъятую у меня при обыске, писал я, но я ее выписал из церковных книг для себя лично…
– Следствием установлено, что Вы после утверждения сталинской Конституции призывали верующих на активную организованную борьбу против советской власти и наносили гнусную контрреволюционную клевету по адресу сталинской Конституции. Дайте правдивые показания по этому вопросу.
– Клеветы на сталинскую Конституцию я никогда не наносил и верующих к борьбе против советской власти не призывал.
– Следствием установлено, что Вы в одной из бесед с верующими по возвращении из Московской епархии высказывали террористические намерения против коммунистов. Признаете Вы это?
– Никогда я террористических намерений не высказывал.
– Признаете ли Вы себя виновным в предъявленном Вам обвинении?
– Виновным в предъявленном мне обвинении я себя не признаю.
В тот же день, 22 ноября 1937 года, начальник Ногинского районного отделения УНКВД лейтенант госбезопасности Васильев в обвинительном заключении по следственному делу протоиерея Сергея Константиновича Махаева написал, что последний, «будучи враждебно настроен против советской власти и являясь одним из активных участников вскрытой контрреволюционной террористической группы бывших торговцев и церковников, активно проводил контрреволюционную агитацию среди верующих Ногинского района, призывая к организованной борьбе против советской власти, и высказывал террористические намерения. Помимо этого, писал и распространял среди верующих листовки контрреволюционного характера, рекламируя [их] как Священное Писание», и постановил направить следственное дело на рассмотрение тройки при УНКВД СССР по Московской области.
25 ноября 1937 года тройка при УНКВД СССР по Московской области на своем заседании постановила «Махаева Сергея Константиновича расстрелять».
2 декабря 1937 года священномученик Сергий Махаев был расстрелян на Бутовском полигоне под Москвой. В этот день Святая Церковь праздновала память святого мученика Варлаама.
На Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви 2000 года протоиерей Сергий Махаев был прославлен в лике новомучеников и исповедников Российских среди сонма иных священнослужителей, пострадавших в годы гонений. Память его празднуется в день Собора новомучеников и исповедников Российских и 19 ноября (2 декабря).