Слабослышащие полтавчане грызут гранит науки для здоровых детей
Можете ли вы представить себе, что однажды не услышите звука своей любимой музыки? Как это зависит от аппарата в ухе? Что случится, если вы заблудитесь в незнакомом городе, но не сможете спросить о том, как пройти в то или иное учреждение?
Обо всем этом знают воспитанники полтавского интерната для глухих и их завуч Елена Яковенко.
Слабослышащие дети — особенные
— Наши дети не чувствуют себя какими-то не такими, они понимают, что они просто другие, — говорит она. — Я бы сказала — особенные. У них свой язык, свои любимые занятия, своя культура.
Вместе с одной из ее учениц мы провели эксперимент: девочка подходила к прохожим и спрашивала, как проехать в центр, но ее не понимали из-за слабо развитой речи и соответственно — не могли помочь. Получается, если слабослышащий ребенок потеряется в незнакомом городе, шансов, что ему помогут окружающие, — немного.
— Не стоит переживать по этому поводу, — сказала Елена Яковенко. — Потому что общение среди глухих и слабослышащих детей — это как сарафанное радио. Когда они приезжают в чужой город, сразу же находят ребят, у которых тоже проблемы со слухом. Поэтому им не страшно где-то потеряться.
Задача: шум или голос?
Елена Яковенко рассказала интернет-изданию «Полтавщина» о том, с какими трудностями сталкиваются в жизни ее воспитанники.
— Нет людей с одинаковой потерей слуха, — объяснила она. — Тотально глухих тоже нет. Лай собаки, к примеру, дети могут слышать, другие громкие звуки — тоже, а вот речевой диапазон — нет. Для того, чтобы ребята лучше ориентировались в обществе, они носят звукоусиливающий аппарат. Но здесь они и сталкиваются с очень большой проблемой: при этом дети слышат речь человека, потому что этот звуковой диапазон усилен слуховым аппаратом, но вместе с ним усилены и другие звуковые диапазоны. К примеру, для нас, нормальнослышащих, ничего не значит, если мы сидим в кафе, а рядом проехала машина. А для ребенка со специальным аппаратом такие моменты временами доставляют неудобства — если аппарат усиливает звук речи, то представьте себе: ровно во столько же раз усилены и все остальные звуки. К тому же у детей период адаптации проходит тяжело: им нужно учиться отличать обычный шум от речи. Поэтому я за то, чтобы слабослышащий ребенок приучался носить звукоусиливающий аппарат, начиная с двухлетнего возраста.
Но, по словам Елены Яковенко, те слуховые аппараты, которые используют сейчас, — лучшее из всего, что есть. Хотя, конечно, нет предела совершенству. К примеру, раньше, дети носили слуховой аппарат карманного типа — с таким уж точно не побегаешь. В классе ребята сидели за партами в наушниках, у учителя был микрофон. Если ребенок вставал к доске, снимал наушники, и автоматически оказывался вне слухового общения с преподавателем.
— Из 100% наших детей 70% рождаются в семьях, где родители хорошо слышат. В школе мы учим ребят не только воспринимать чужую речь, но и развиваем в них способность говорить самостоятельно. Есть родители, которые приходят и говорят: «Мы не хотим, чтоб наш ребенок махал руками и что-то показывал на пальцах, а хотим, чтоб он говорил». Конечно, это все развивается, но у каждого ребенка на разном уровне.
Уроки «на английском»
В интернате для глухих используют программу массовой государственной школы.
— Если данная программа сложна для обычных детей, то для наших — в тысячу раз сложнее. Это все равно, если бы нашим детям каждый день проводили уроки на английском — и математику, и биологию. В нашей школе мы практикуем еще и курс «Українська жестова мова», разработанный Натальей Адамюк. Есть разговорные жесты, а есть — литературные. Для того, чтобы разговорная речь глухих детей была культурной и грамотной, мы сейчас проводим уроки этого курса. Если ребенок не слышит ушами, он пытается компенсировать это, воспринимая информацию глазами. Цель всех наших уроков — коррекционная: научить ребенка воспринимать чужую речь на всех уровнях. Наши дети считывают информацию с губ, если сидят без аппаратов. Наши малыши, к примеру, даже могут подойти, взять лицо говорящего руками и повернуть к себе, если чего-то не поняли. Научить читать по губам — это сложно. Видимых звуков очень мало. Как, например, различать согласные «б» и «п»? Для этого мы активно используем дактильную азбуку — параллельно со звуками, пишем буквы пальцами. Большинство учеников стесняются своего голоса и стараются объясняться не столько речью, сколько жестами.
После окончания учебы в интернате выпускники уезжают продолжать «грызть гранит науки» в другие города, например, в Житомир, Харьков, Киев. В Полтаве учиться глухим и слабослышащим фактически невозможно. Если в вышеперечисленных городах есть специальные группы для таких ребят, в которых учитель владеет и дактильной азбукой, и знает жестовый язык, то в нашем городе такая группа только одна — в ПТУ № 23 (строительная специальность).
Почему в Полтаве не создано большее количество спецгрупп, знает Елена Яковенко.
— Понимаете, все должно быть экономически обоснованно, — говорит она. — Преподавателю нужно платить за работу, группы обучаемых не должны быть меньше, чем по 15 человек в каждой. Наш город, в принципе, небольшой. Деток в нашей школе 88 — со всей Полтавской области. А в Киев, например, съезжаются глухие и слабослышащие со всей Украины.