Башкирское восстание (1735-1740 гг.)
Поручик Алексей Арефьев ГАСО. Ф.24. Оп.1. Д.626 «а». Л.325-327. Подлинник.
№ 49. 1737 г., июня 23. Запись допроса крестьянина Окуневской слободы Г. Соколова о пленении его повстанцами и переданных условиях мира. (Л.86)
- Как тебя зовут, чей сын и прозванием, и откуда родом, и сколько от роду лет?На 1. Гаврило Артемьев сын Соколов, родом бывал Алапаевского дистрикта Мурзинской слободы. Оттуда назад тому лет с сорок переселился отец мой и с нами Окуневской слободы в деревню Плотникову, коя от Окуневска в 10 верстах, где живем поныне во крестьянстве. От роду мне лет с 45.
- Когда тебя татара в полон взяли, и откуда, и одного или многих, и каким образом, и кто те татары, и много ль их было?На 2. В сем месяце, назад тому с сего числа две недели, как я ходил для дозирания подъезду башкирского кругом своей деревни, понеже в той деревне оставлено нас для обережи 20 человек, а прочие все выбрались в слободы. И шед подле гумен один, незапно наехали башкирцев 4 человека и поймали. А кто те башкирцы были и которых волостей – не знает.
- Полоня, куда тебя возили, и много ль собрания видел, [и] знаешь ли кого татар из тех?На 3. По поимке, связав, повели по дороге что к Верхо-Яицкой пристани. И ведши, спрашивали, где нашей деревни скот, на что им я сказал, что якобы о скоте не знаю, для того что я приезжий с заводу для покупки хлеба. И наперво до того, как еще не сказался заводским, при спрашиванье о скоте стегнули раза два плетью. Когда же (Л.86об) сказался заводским, то они спросили: с того-де завода, где генерал живет? И я им сказал: с того. И более бить не стали, [и] повели вперед. И довели до Карасья бору, где их в собрании человек с 40 без жен и детей. И тут паки спрашивали о скоте и метались было заколоть. И я им сказывал о скоте то же, что не тутошний, но заводской, и за тем о скоте не знаю. То место Карасий бор от деревни их верст с 20. Тут посадя на лошадь и связав руки и ноги, повели вперед и в 4-й день приехали к болотам и озерам, где башкирцев в собрании человек с 700. Где при них имеются жены, и скота довольно. И один из них, вышедши спрашивать, что городы заводят ли?1 И я сказал, что заводят. И он на то сказал: когда-де генерал городы заводит, то-де мы воевать будем и русские слободы все разорим; когда же бы-де городы не стали строить, то бы-де и мы воевать перестали. Оттуда повезли чрез Камень по горам. И в 3-й день привезли к кошам, которые стоят в Камню у озер, с женами и скотом. Где их в собрании на пример тысяч с две. И того собрания старшина, взяв меня, и вел на гору, и, показывая на собрание, говорил: смотри – у нас силы много, а вдали-де и в других местах еще более; и буде же генерал на наших землях городов строить не перестанет, то будем воевать; и ты-де поезжай и о том ему скажи.
- Как с полону свободился, и из которого места которою дорогою шел, и давно ль от них?На 4. Как меня во оном последнем месте продержали сутки, а именно с вечера до вечера, то старшина того (Л.87) собрания, призвав башкирцев 5 человек, сказал им, чтоб меня отвезли в Русь на завод к генералу. И при том мне говорил, чтоб я за его молил Бога, для того-де что меня в Русь отвезут. И велел об оном донести генералу, чтоб городов на их земле не строили. А до отпуску спрашивал он, много ль где силы у нас. И я сказал, что силы сбирается много, а где она – не знаю. И те башкирцы, дав и под меня лошадь, а себе взяв по две, повезли незнаемыми мне местами чрез горы, лес и степь и в 7 дней ночью привезли к бору, который по сю сторону [села] Брусяны. И, указав дорогу сюда на завод, оставя пешего, поехали возвратно. И я, пошед немного, пришел в Косюлину [деревню] ночью поутру, где ночевать никто не пустил, для того что незнаком. И немного пошед за Косулину, нашел на дороге на мужиков катайских2, которые ехали отсюда с заводу. И тут отдохнул, и накормили меня хлебом. И поутру днем пошел сюда, и того ж дня, пришед в Екатеринбург, явился. А из них, башкирцев, ни одного человека не знаю. А со мною все говорили по-русски. И, будучи в их руках, кормили меня мясом и сырами. И в сем допросе все сказал самую истинную и сущую правду. А ежели что сказал ложно – и за то повелено учинить чему буду достоин. Оный грамоте и писать не умеет. По осмотру на спине знаков, чтоб кнутом был биван, не видно.
3 ГАСО. Ф.24. Оп.1. Д.695. Л.86-87. Подлинник. № 49.
- (Л.86об.) Одной из причин восстания было активное проникновение сил Оренбургской экспедиции в башкирские земли и строительство крепостей.
- (Л.87) На жителей Катайского острога.
- По запросу, доношением от 25 июля 1737 г. управитель Окуневской воеводской канцелярии (Тобольская провинция) подтвердил личность Г.А. Соколова и известил об исправности подушного платежа и отсутствии за ним вин: «Не стало из дому вышепомянутого Соколова сего 1737 года июня против 9 числа в ночи» (ГАСО. Ф.24. Оп.1. Д.695. Л.90.) 4 августа 1737 г.
Соколов был отпущен домой.
№ 79. 1739 г., июнь 26. Определение Канцелярии Главного правления заводов о мерах по защите границ заводского ведомства. (С.528) Секретно.
Слушав рапорта, от подполковника г-на Немцова, которым требует о прибавке людей ко определенным для охранения заводской границы мужикам, буде из приписных к казенным заводам крестьян от заводских работ отлучить неможно, то хотя с партикулярных, на которое по справке явилось:
- До сего по сообщенным из разных мест сюда ведомостям о обращениях воров-башкирцев довольно известно, что оные воры имеют намерение нынешним летом паки бунтовать и наипервее у русских и верноподданных иноверцев табуны лошадиные и скот отогнать, и потом разорять и рубить, чего ради и себе в тож согласие и в соединение общее призывают и киргис-кайсаков.
- О которых ворах-башкирцах и Кудейской волости старшина тархан Теперишев секретно подполковнику Павлуцкому объявил, что оной Кудейской и других волостей Каратабынской, Тарнаклынской, А[и]линской, Кува[ка]нской и Каратавлинской все старшины и лучшие люди к переписи идти не хотят1 и говорят, что они все помрут и будут драться, а ко оной переписи не пойдут.
- Также и киргис-кайсаков в Башкирию пришло немало, от которых на некоторых русских не только нападение, но и убивство и грабеж бывшего при них учинен. И башкирцы от самой Ревдинской крепости лошадей отгнали.
- И для предосторожности и безопаства, по предложению г-на полковника [Ивана] Татищева, ко определенным до сего для охранения заводской границы из здешних приписных к казенным заводам крестьян пятистам, кои отделены от нужнейших заводских работ, хотя и наряжено и выслано еще триста человек, и с теми и с регулярными будет 1 154 человека.
- К тому ж велено находящихся в крепостях жителей во время нужного случая к тому же употреблять.
- Но подполковник г-н Немцов вышеписанным рапортом и еще в прибавок людей для лучшего охранения и безопаства требует. А Его превосходительство г-н генерал-майор Соймонов (С.529) и полковник г-н Татищев присланными ордерами подтверждают, чтоб всемерно как от башкирцев, так и от ка[й]саков иметь крепкую предосторожность и жилища верноподданных охранять и до разорения не допущать, и где буде появятся – чинить над ними поиск.
- В прошлом же 1738 году, как такое опасение от показанных орд было, и для охранения заводской границы ко определенным мужикам люди в прибавку понадобились, то во общей комиссии, для того собранной, определено было, чтоб нарядить из приписных к казенным заводам слобод к преждеопределенным из оных полуторам тысячам еще тысячу ж пятьсот человек; да с партикулярных баронов Строгановых и дворян Демидовых заводов для охранения крепостей по Кунгурской дороге и их, также и казенных состоящих в той стороне заводов тысячу человек, расположа по числу душ2.
- О чем для конфирмации, по тому ль учинить повелено будет, представлено было к Его превосходительству тайному советнику г-ну Татищеву. На что от него и конфирмация получена [была], по чему оные люди кроме [как от] Акинфея Демидова к тому охранению были и высланы. А он, Демидов, упрямством своим оных не дал и от того отказался. О чем и в Высочайший Ея ИВ Кабинет представлено.
- И хотя по вышеписанным ведомостям и ныне люди в прибавку для охранения всей здешней заводской границы (где заключаются и партикулярные пограничные заводы) надобны ж, но от казенной стороны удовольствовать без остановки заводов неможно, а от партикулярных, паче же от Демидова, без представления к команде здешняя Канцелярия взять опасна.
- Однако ж чтоб верноподданным между тем какого разорения не нанеслось, ради того согласно определили: К находящимся ныне на заводской границе мужикам еще нарядить из приписных к казенным заводам слобод из таких же, как 300 человек высланы, Конторе судной и земской3 немедленно 200 человек. А о взятье от партикулярных ко оным в прибавку пятисот человек, или сколько рассудится, представить к Его превосходительству генерал-майору Леонтью Яковлевичу Соймонову с таким предложением, что, по мнению здешней Канцелярии (С. 530) Главного заводов правления, оную прибавку людям учинить надлежит, и чтоб оные люди были ко обороне годные на добрых лошадях, и со исправным ружьем, и с довольным запасом. И при том же включить, ежели Его превосходительство соизволит о том по сему учинить, то б соблаговолил к Акинфею Демидову от себя указом объявить, дабы он в даче тех людей здешней Канцелярии был послушен, а не так, как от него в прошлом году было, о чем и Его превосходительство известен.
Майор Леонтий Угримов, главный межевщик Игнатий Юдин, поручик Василий Ближевской, секретарь Евдоким Яковлев. ГАСО. Ф.24. Оп.1. Д.818. С.528-530. Подлинник.
№ 80. 1740 г., июня 19. Из определение Канцелярии Главного правления заводов о мерах по обороне границ заводского ведомства в связи с восстанием Карасакала. (Л.136)
(…) Слушав доношения от подполковника г-на Немцова (…) и при том приложенной копии с ордера г-на полковника Арсеньева о сообщении к вору-возмутителю Карасакалу, или Салтангирею, трех волостей башкирских для воровства1, от которых для предосторожности требует г-н подполковник на границу в прибавок людей, показывая, что к тому по последней мере кроме регулярных до тысячи человек надобно, на которое по справке здесь явилось, что тех нерегулярных в команде его, подполковника, находится (…) 200; ныне же еще таковых оставших[ся] в домах за отсылкою имеется 300 человек. Которых (…) (Л.136об.) (…) надлежит на границу ж оную выслать. И ради того на оное согласно определили: оных достальных 300 человек велеть из слобод выслать в команду его, подполковника, немедленно. (…) И тако у него, подполковника, кроме нерегулярных будет тысяча человек.
Майор Леонтий Угримов, главный межевщик Игнатий Юдин, поручик Василий Ближевской, секретарь Евдоким Яковлев.