. Зёрнышки. Добрые истории для малых ребят
Зёрнышки. Добрые истории для малых ребят

Зёрнышки. Добрые истории для малых ребят

Одна бла­го­че­сти­вая мать вме­сте со сво­ими малень­кими дочерьми зани­ма­лась в своём неболь­шом ого­роде выры­ва­нием сор­ной травы. Работа шла скоро и весело; дочери поспешно рвали сор­ную траву, рос­шую среди овощ­ных рас­те­ний, и не заме­чали, как текло время, потому что были заняты рас­ска­зами о древ­них хри­сти­ан­ских подвиж­ни­ках. Перед окон­ча­нием работы млад­шая девочка оки­нула своим взгля­дом очи­щен­ное место, и ей жаль стало той травы, кото­рая так кра­со­ва­лась прежде среди гряд, испещ­ряя весь ого­род раз­но­об­раз­ными цветочками.

— Милая матушка, — ска­зала она, — я не буду полоть этой гряды. Мне грустно взгля­нуть теперь на наш ого­ро­дик: тут так пре­красно рас­цве­тали и репей­ник, и аню­тины глазки, и кле­вер, а теперь все как будто мертво, и нечем мне полюбоваться.

Мать согла­си­лась и ува­жила жела­ние своей еще мало пони­мав­шей дочери: пол­гряды огур­цов оста­лись покрыты сор­ными тра­вами. Недели через две в ого­роде стали созре­вать плоды. Млад­шая из дево­чек более всех томи­лась ожи­да­нием, когда же при­дет воз­мож­ность сорвать све­жень­кий огур­чик или выдер­нуть вкус­ную мор­ковку… Каково же было ее удив­ле­ние, когда на остав­лен­ной ею невы­по­ло­той грядке она не нашла ничего, кроме отцвет­шей, потому и не кра­си­вой более травы?! С печаль­ным видом воз­вра­ти­лась она к своей доб­рой матери.

— Милая мама! — ска­зала она со сле­зами на гла­зах. — Ты зна­ешь, что я прежде радо­ва­лась, смотря на грядку, кото­рую ты мне поз­во­лила оста­вить покры­той сор­ной тра­вой… Теперь на ней ничего нет, кроме почти засох­шей травы, тогда как наш ого­род и зелен, и свеж, и уже при­нес плоды.

На эти крот­кие слова рас­ка­я­ния доб­рая мать отве­чала лас­ко­вым сло­вом уте­ше­ния и участия.

— Слу­шай же, мое милое дитятко: помни, что ого­род подо­бен нашей душе. Как в ого­роде, так и в нашей душе есть много доб­рого; но есть в нем (и еще более) и худое. Что доб­рые рас­те­ния в ого­роде, то доб­рые жела­ния в нашей душе; сор­ная трава — это наши грехи и злые жела­ния. Как тебе грустно было смот­реть на очи­щен­ный ого­род, потому что он сде­лался пустым, так грустно и тяжело чело­веку оста­вить свои худые при­вычки: без них ему жизнь кажется посты­лою. Он не остав­ляет их, не ста­ра­ется истре­бить — и что же? Они при­во­дят его на край гибели; все доб­рое в нем уми­рает; он пере­стает любить Бога, и ближ­них, своих роди­те­лей… Вот смерть лишает его жизни, он явля­ется перед Богом, и нет у него ничего, ника­ких доб­рых дел; и самые пороки, как тебе теперь трава, не кажутся ему более при­ят­ными; но после смерти нет пока­я­ния. Чело­век под­вер­га­ется веч­ному осуждению.

Откройте, дети, Еван­ге­лие от Мат­фея и про­чи­тайте главу 3, стих 10 ( Мф. 3:10 ).

Одна из дево­чек про­чи­тала: Уже и секира при корне дерев лежит: вся­кое дерево, не при­но­ся­щее доб­рого плода, сру­бают и бро­сают в огонь.

— Запом­ните это место и ста­рай­тесь нико­гда не забыть его, — ска­зала мать своим детям. — Дерево, не при­но­ся­щее пло­дов, — то же, что сор­ная трава. Оно озна­чает чело­века, не дела­ю­щего доб­рых дел, чело­века, пре­дан­ного пороку. Бегайте же греха, этого сор­ного рас­те­ния, кото­рое так часто заглу­шает в людях все доброе.

Великодушная дочь (быль)

В одной стране был обы­чай отру­бать руки вся­кому, кого ули­чат в краже. Попался раз в этом знат­ный вель­можа, цар­ский люби­мец. Не мог царь отсту­пить от ста­рин­ного обы­чая и велел нака­зать преступника.

Но вот нака­нуне казни явля­ется во дво­рец малень­кая девочка, дочь этого вель­можи, и про­сит со сле­зами допу­стить ее к царю. Царе­дворцы испол­нили ее просьбу. Девочка упала на колени перед гроз­ным владыкой.

— Вели­кий госу­дарь, — ска­зала она в страхе, — отец мой при­суж­ден остаться без рук — так вот, отру­бите мои руки.

У царя были свои дети, и ему понра­ви­лось, что малень­кая девочка так любит отца.

— Пусть будет так, как ты про­сишь, — ска­зал царь. — Но ты можешь отка­заться от казни, хотя бы в в самую послед­нюю минуту.

На дру­гой день девочку повели на двор казни. Среди двора сто­яла обрыз­ган­ная кро­вью плаха, а возле — палач с мечом. Поблед­нела девочка, сму­ти­лась на минуту… но скоро овла­дела собой, подо­шла к плахе и про­тя­нула свои ручонки.

Палач крепко при­вя­зал ее руки к плахе рем­нями. Девочка не про­ро­нила ни слова. Палач под­нял меч, а она закрыла глаза… Меч сверк­нул и опу­стился, не задев и края пальцев.

— Царь про­щает отца тво­его за любовь вели­кую твою! — объ­явил послан­ный от царя. Отво­ри­лись двери тюрьмы: бежит к дочери отец, целует у нее руки, сле­зами их обли­вает. На дру­гой день царь объ­явил народу указ об отмене навеки жесто­кого ста­рого обы­чая. А на дворе казни по цар­скому при­казу поста­вили столб с мра­мор­ной дос­кой, и на ней золо­тыми бук­вами напи­сали, как дочь готова была отдать свою жизнь за жизнь отца; а в конце при­ба­вили такие слова: «Счаст­ливы отцы, у кото­рых такие дети!»

Ведь это моя маленькая сестра!

Кон­чи­лись уроки; все бегут поиг­рать, а Митя домой.

При­дет и сей­час к своей малень­кой сест­ренке. Вымоет ей ручки, при­че­шет ее, уса­дит, зани­мает, гуляет с ней. Вста­нет поутру — сей­час к ней: под­ни­мет, умоет, оде­нет, рас­ска­жет ей что-нибудь, накор­мит и бежит в школу.

Кон­чит зани­маться, при­го­то­вит уроки — и опять к ней: он ее и уло­жит, он и уба­ю­кает. Все сво­бод­ное время она с ним. Соседи даже удив­ля­ются: что за маль­чик — точно нянька, все с сест­рой да с сест­рой! Раз при­хо­дит он из школы, а она упала, запач­ка­лась, рас­пла­ка­лась. Он уте­шил ее, умыл, раз­ве­се­лил, успо­коил. Девочка часто каприз­ни­чает, упря­мится нарочно, ста­ра­ется рас­сер­дить брата, а он все с ней, все­гда лас­ков, все­гда добр.

Одежда у него про­стая и бед­ная, зато сердце золо­тое. Все его любят и ценят.

— Митя, да что же ты не пой­дешь поиг­рать с това­ри­щами? Разве тебе не скучно посто­янно возиться с этой девоч­кой? — гово­рят ему.

Митя радостно улыб­нулся и нежно поце­ло­вал ребенка.

— Да ведь это моя малень­кая сест­ренка! — ска­зал он, при­жи­мая ее к себе и крепко целуя.

Материнская любовь

Кто вас, детки, крепко любит, Кто вас нежно так голубит, Не смы­кая ночи глаз, Все забо­тится о вас? Мама дорогая!

Колы­бель кто вам качает, Кто вас пес­ней забавляет, Или сказку говорит? Кто игрушки вам дарит? Мама золотая!

Если, детки, вы ленивы, Непо­слушны, шаловливы, Как бывает иногда, Кто же слезы льет тогда? Всё она, родная!

Наследство

Роди­тели Лизы были люди бед­ные, но чест­ные и тру­до­лю­би­вые. Сама Лиза была очень доб­рая и лас­ко­вая девочка, и все дети в сосед­стве любили ее за веж­ли­вое и милое ее обра­ще­ние. Вся­кий охотно играл с нею, несмотря на то, что она была бед­нее всех и не имела таких хоро­шень­ких пла­тьиц, как Наташа, Настя и про­чие подруги. Они же смот­рели не на пла­тье, но на сердце, кото­рое, конечно, стоит больше какой-нибудь шел­ко­вой или бар­хат­ной тряпки. Вдруг с Лизой про­изо­шла пере­мена. Роди­тели ее полу­чили боль­шое наслед­ство и раз­бо­га­тели. Лиза вооб­ра­зила, что она важ­нее своих подруг, и сде­ла­лась в выс­шей сте­пени спе­си­вой; от преж­ней услуж­ли­во­сти и любез­но­сти у ней не оста­лось и следов.

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎