«Блондинка за углом», или страдания Догилевой
У хваткой продавщицы Нади из фильма «Блондинка за углом» по жизни был девиз: «Нет проблем!» Но на долю актрисы Татьяны Догилевой, сыгравшей эту героиню, проблем выпало как раз выше крыши. Начиная от обидных разговоров о «неудачной внешности» и кончая потерей волос!
Догилева от природы русая, а ее героиня по последней моде красится в платиновый цвет. В 1984 году у актрис не было личных стилистов, а отечественные краски (других-то не было) буквально сжигали волосы.
К тому же съемки проходили сразу в двух городах — Ленинграде и Москве, поэтому мастера, которые красили Догилеву, менялись. В результате волосы Татьяны постоянно меняли цвет — сохранить одинаковый оттенок платины парикмахеры не могли. И если присмотреться, на экране это заметно. Перед сценой свадьбы невесту в очередной раз высветлили. Выйдя из парикмахерской, Татьяна решила поправить прядь на темечке, но… прядка осталась у нее в руке! Волосы Догилевой не выдержали химической атаки, и через несколько минут на макушке уже торчал короткий ежик… Татьяна была в шоке. Но в не меньшем ужасе был и гример — как снимать?! Режиссеру Владимиру Бортко — человеку крутого нрава — невесту с проплешиной решили не показывать.
Ситуацию спасли киношные пастижеры высшей квалификации. Они замаскировали «полянку» на темечке невесты трессами — вплели в волосы Татьяны маленькие прядки. Режиссер ничего не заметил…
Кстати, Бортко не сразу разглядел в Догилевой героиню своего фильма. Только после окончания съемок Владимир Владимирович признался Татьяне, что пригласил ее на пробы лишь благодаря своему отцу — опытному театральному режиссеру. Узнав, какую героиню ищет сын, тот заявил: «Тебе нужна только Дюгилева (режиссер помнил актрису, но не помнил фамилию). Я видел ее в паре картин: она — настоящая Надя». Бортко-старший тогда тяжело болел, сын решил не расстраивать отца и выполнил его просьбу. Однако первая встреча с актрисой Бортко разочаровала. «На пробы шла как в последний бой, — рассказала Татьяна. — Прочитав сценарий Александра Червинского, я была потрясена: какая острая литература, какой яркий язык — многие фразы типа «главный по тарелочкам» ведь потом пошли в народ.
Но больше всего меня поразила героиня — не плакатная комсомолка, а живая и реальная девушка. Да, она «материальная», умеющая достать дефицит, но при этом добрая, верная, заботливая. Я буквально влюбилась в Надю. Но потом быстро себя одернула: нет, не светит мне сниматься в этом фильме. Надя ведь неземная красотка, а я таковой не считалась. Сколько раз меня приглашали на пробы красавиц и не утверждали! Я не сыграла с Высоцким в «Маленьких трагедиях», с Садальским в картине «О бедном гусаре замолвите слово». И к своим 25 годам почти смирилась, что главной героиней мне не быть. Поэтому перед пробами «Блондинки. »
решила: роль не получу, так хоть за пробы пусть будет не стыдно! На кастинге пошла ва-банк: играла по-своему, игнорировала замечания Бортко — пиетета перед молодым режиссером у меня не было».
Пробы Догилева не прошла, но ее яркое «выступление» режиссер все-таки запомнил. И когда директор «Ленфильма» начал выдвигать на роль «блондинки» свою кандидатуру — Александру Яковлеву (Аасмяэ), — Бортко стал отстаивать Догилеву. «Когда я приехала на съемки в Ленинград, меня вызвал к себе директор студии, — вспоминает Догилева. — Я недоумевала — зачем?! А он усадил меня в кресло, ходил вокруг меня и изумленно приговаривал: «Ну вот, вас утвердили… А ведь другая хорошая артистка пробовалась… А утвердили вас…» Обидную фразу «Почему утвердили вас, ведь в сценарии Надя красавица?»
Догилева потом не раз слышала и от своего партнера Андрея Миронова — секс-символ советского кино частенько щипал Татьяну за спину и задавал ей этот проклятый вопрос. «Другая звезда, Елена Соловей, была ко мне очень добра, просто ангел какой-то, — признается Догилева. — А почему меня подкалывает Миронов, поначалу не понимала: ведь он такой воспитанный и интеллигентный?! А потом догадалась: Миронов не хотел меня обидеть, просто подшучивал над молодой артисткой. И, осмелев, на очередной его «щипок» я ответила: «А теперь все, отшутились! Ладно?» Андрей Александрович мгновенно сориентировался: «Неужели вы, Танечка, не видите, что я цепляюсь к вам потому, что вы мне очень нравитесь?!» Вообще Миронов был невероятно добр. Он даже взял надо мной «культурное шефство» — познакомил с песнями Вертинского, которые пел гениально.
И еще учил меня искусству красиво жить. Я же из простой рабочей семьи, а Миронов был эталоном вкуса и элегантности, к тому же только что приехал из Америки». Согласно «звездности» Догилеву поселили в обычной гостинице «Советская» за 4 рубля в день, а Миронова — в легендарной «Астории» за 10. Как-то артист проводил Татьяну до номера и, оглядев ее скромный приют, иронично изрек: «Да, это не «Хилтон». Миронов долго убеждал Догилеву, что ей непременно нужно поселиться в «Астории», где обитали великие поэты и артисты. Он вспоминал, как в детстве жил в знаменитом отеле под присмотром горничных, когда его родители-актеры уезжали на концерты. «В общем, «накрутил» он меня, и я пошла к директору картины требовать «Асторию», — вспоминает Догилева. Он был поражен такой наглостью молодой артистки и, естественно, отказал.
Но я не могла ударить лицом в грязь перед Мироновым. И переехала в «Асторию» за свой счет, доплачивая за каждый день по 6 рублей, но ни разу не пожалела об этом — впервые в жизни почувствовала, что такое комфорт. » Догилева с Мироновым не расставались не только на съемках, но и после работы. Вечерами заезжали за сводным братом Андрея Кириллом Ласкари и устраивали шумные прогулки по Питеру — как раз стояли белые ночи. «Мы называли друг друга Джон, Джек и Мэгги, — рассказывает актриса, — и, пугая прохожих, громко вели такие разговоры: «Не пропустить ли нам, старушка Мэгги, по стаканчику виски?» — спрашивал Миронов. «О да, Джек!» — кричала я. Это было невероятно счастливое, беззаботное время, возможное только в молодости».