Борис Каплун: «Меня кинули в прорубь, и я прозрел!»

Автор этих строк знакома с Борисом Каплуном не один десяток лет, поэтому беседуем с ним на «ты». Борис по-дружески рассказал, где он провел длинные новогодние каникулы.

— Приглашений было огромное количество. Друзья звали приехать в Пхукет или отметить Новый год в США. «Нет, ребята, хочу к детям и внукам». И мы с женой Леной отправились в Москву.

Кем я только за эти дни не наряжался. То козликом, то барашком. Пришлось и бегать, и мекать. Ну и само собой изображать Деда Мороза. Усы настоящие, бороду пришлось цеплять на веревку.

Для детей нашего младшего сына, куда мы явились от сына старшего, это был сюрприз. Лена одела на меня костюм, завела и сказала: «Смотрите, кого я вам сегодня привела!» Я потопал, попел. Начал раздавать подарки, затеял игры. Сначала они приняли меня за настоящего Деда Мороза. Но старшей Аришке уже шесть лет, конечно, она меня опознала, но четырехлетний Лева еще долго сомневался.

— А сыновья в это время где были?

— Старшего мы до 3 января почти не видели. У него была командировка. Он работает на телеканале «Культура» звукорежиссером, и его часто привлекают к разным проектам. Младший Лешка домой приехал часа в три ночи, он же в группе «Ума Турман» играет, в Новый год они работали на концерте. Мы с детьми его ждали. Борода у Мороза уже съехала на бок, но мы продолжили карнавал.

— Старый новый год тоже отмечаешь?

— Не получается. 15 января у меня день рождения, а поздравлять начинают с 13-го и почему-то до 17 января. Считается, что заранее поздравлять нельзя, но все равно огромное спасибо!

— Веришь в приметы?

— Я? Нет. Доверяю не приметам, а чувствам. Кто-то не спит с четверга на пятницу, чтобы не дай бог не приснился дурной сон — а вдруг он сбудется. А я в приметы не верю, верю в жизнь.

ПОСЛЕ ПРОРУБИ ХОЧЕТСЯ ЖИТЬ

— Следом праздник Крещение. Девушки будут гадать. Интересно, а мужчины гадают?

— Гадают, но не на кофейной гуще, как женщины. Садятся за стол: «Ну, что, мужики, давай-ка погадаем. Открывай… огурчики» (смеется).

— Может в прорубь ныряешь?

— Нырял дважды. Первый раз в Челябинске. Это было потрясающе. Друзья, которые каждый год купаются в проруби, в Крещение выволокли меня из постели, а я глаза продрать не могу. «Сейчас искупаешься, и глаза сами откроются», — сказали они и кинули меня в прорубь. Это что-то необыкновенное. Серьезно, это прозрение! Я пытаюсь вылезти, а меня не пускают. Ногой по голове, и я лечу в воду. Надо же три раза окунуться. Потом меня закутали и в машину. После чего наступает катарсис. Миллиарды иголок впиваются в твое тело после ледяной воды, ты как будто заново родился. Еще больше хочется жить. Это надо всем попробовать обязательно.

Второй раз нырял в Питере, куда приехал по делам. Мороз градусов 18, но в северной столице всегда сыро в воздухе, слякотно. А к проруби огромная очередь. Пока стоишь, уже околеешь. Но коль назвался… грузчиком, полезай в кузов. Окунулся, как положено, трижды. Правда, такого удовлетворения, как в Челябинске, не получил.

В МИНУВШЕМ ГОДУ КАПЛУН ОБЗАВЕЛСЯ ДЕТЬМИ

— 2014-й был не простым годом. Чем запомнится?

— Больших потрясений, слава богу, не случилось. Были у нас с «Ариэлем» концерты, гастрольные поездки, выступления на кооперативах. Были и мои сольники. Но в прошедшем году время пошло быстрее, чем прежде. Я теперь преподаю в институте музыки, у меня появилось много детей. Это мои студенты.

— А что ты с ними делаешь? Учишь барабанить?

— Вовсе нет. Меня пригласили как консультанта по концертной деятельности. Студенты учат песни и эстрадно-джазовые композиции. А я смотрю на них, пытаюсь «поставить» на сцену, чтобы чувствовали себя артистами, делаю для каждого какой-то индивидуальный образ. С ними очень интересно.

ЗОМБИ-ПЕСНЯ ПРО МАГНОЛИИ

— Борис, ты любишь вспоминать прошлое?

— Ужасно тепло на душе от того, что столько песен спето. Что они такие разные и замечательные и что их помним не только мы. В прошлом году ехал в троллейбусе номер 11 вдоль моря в итальянском городе Римини. Ехать нужно было долго. Напротив нас стояла женщина лет сорока с мальчиком, смотрела на меня и как-то странно улыбалась. Когда доехали, она подошла ко мне: «Извините, если ошибаюсь. Есть такой ансамбль «Ариэль», вы случайно не оттуда?». — «Попали в точку», — отвечаю. Она рассказала, что родом с Донбасса, из Луганска, когда-то давно смотрела там наши концерты. А в те времена мы «заряжались» на неделю в одно место и давали по два-три выступления в день. Она говорит: «Я была на всех ваших концертах. Вы мне так нравитесь!»

Значит, мы оставляем какую-то веху в памяти людей. А чем? Вот этими песнями. Они мне во сне снятся до сих пор. «В краю магнолий» мы играли в финале каждого концерта. С большим удовольствием пою их и сегодня. Мы с течением времени пересматриваем свои хиты. Осовремениваем для тех, кто впервые пришел к нам на концерт. Казалось бы, я эту «Бабу Ягу» уже слушать не могу. Но я ее всегда пою по-другому. Не для себя, а пытаюсь публику приблизить к себе. Народ реагирует прекрасно. На песне «В краю магнолий» все встают с мест и танцуют. Я называю ее «зомби-песня». Зазвучала — все! Изменилось настроение в зале. Я говорю: Ребята, не стесняйтесь! Идите потанцуйте!»

БАРАБАНЫ ОТ НИЧЕГОНЕДЕЛАНЬЯ

— В одном интервью ты сказал: «Мы всем интересны только в плане ностальжи»…

— Нашей публки нужны ассоциации с добрым прошлым временем. Когда на сцену выходим мы со Стасом, зрители встречают овациями и долго не могут успокоиться. Потому что увидели людей, с которыми когда-то начинали жить. Это время их молодости, первой любви, становления семьи, рождения детей. И все под нашу музыку. Они не хотят слышать новые песни из наших уст, им нужны ТЕ песни.

Но мы можем и новое поиграть. У нас скоро выходит очередной диск. Мы исполняем песни челябинского автора Игоря Кривопалова-Москвина. Они очень социальные, при этом симпатичные, некоторые вполне в нашем стиле. Одна из- них — «Песня о Челябинске», она звучала на церемонии вручения народной премии «Светлое прошлое». Мы попытались приблизить его песни к ариэлевскому духу и звучанию.

— Автор не возражал?

— Наоборот, он этого хотел. И когда услышал первую песню, воскликнул: «Ребята, это то, что надо, звучит «Ариэль»! А тем, кто приходит на наши концерты, это, возможно, неинтересно. Им надо услышать «Храни меня, дождь», русские народные песни, которые бы относили их в далекие 70-е. Ну и конечно «видеоряд»: я с усами (никогда не сбрею!) и галантный Стас. Сами мы новые песни не пишем, хотя Гепп в молодости много писал. Надо же еще желание. Валера, я знаю, пишет каждый день по песне. Он не может не писать, как я не могу отдыхать. Я купил барабаны, поставил в институте и хожу туда каждый день. Студенты удивляются: «Борис Федорович, вам зачем?». А мне все время надо что-то делать.

«МОГЛО РОДИТЬСЯ МНОГО КЛАССНЫХ ХИТОВ»

— Из «золотого» состава группы вас осталось двое: ты и Стас Гепп. А если были бы живы Сергей Антонов и Лева Гуров, если бы не покинули «Ариэль» Ярушин и Шариков?

— Гипотетически могу себе это представить. Когда Валера уходил, я мог бы его уговорить. По меркам сегодняшнего дня этот шаг не нужен был никому — ни ему, ни нам. Но я тогда устал в одиночку сдерживать две стороны, устал быть буфером. Рукой махнул: как будет, так будет. И он ушел. Очень жаль. Если бы сохранился тот состав, родилось бы много замечательных песен. Надо было пережить тот период, когда в сфере эстрады пошла, грубо говоря, пена, появилось огромное количество музыкантов, порой очень слабых. Но мы не смогли пережить. Получилось то, что получилось. Я жалею, что первозданный состав не сохранился. Но и после ухода Валеры у нас очень много интересных событий произошло. Вышла пластинка «Русские песни», записанная в Германии, диск с песнями Митяева и много других.

БИЗНЕС С КОЛЮЧЕЙ ПРОВОЛОКОЙ

— Борис, когда ты заработал свои первые деньги?

— Лет в двенадцать. Это было в моем родном городе Оренбурге и тоже связано с барабанами. Заболел барабанщик из кинотеатра, где оркестр с певицей выступали перед сеансами. Позвали меня: «Дядьки в коллективе старые, а ты в пионерском галстуке, будет клево». И действительно. Я сел и играл серьезные по моему возрасту произведения. Ходила моя мама почти на каждый сеанс, гордилась мною. Прибегали мои одноклассники, ребята из музучилища смотрели, как веселый БОРЯбанщик в руки палочки кленовые берет. Я целую неделю играл, и мне денег отстегнули.

— Известно, что звезды эстрады и кино нередко ведут еще и бизнес. А как с этим у «Ариэля»? Занимались?

— Ой, занимались… Торговали в свое время замечательными польскими яблоками. Помню, пришли фуры, а в них 30 тонн сгнивших плодов. Бедный несчастный я, который поет про мандарины и про магнолии, вынужден был их куда-то определять, на какие-то винзаводы. Время было потрясающее. Денег-то за товар не платили — взаимозачеты. Давали, скажем, колючей проволокой: «Возьмите моток, поменяйте на трубы. У вас же их в Челябинске делают, а им предложите колючую проволоку, чтобы трубы не воровали». Вот такой был период нашей коммерческой деятельности.

ПОДЗАРЯДИЛИ «БРАТЬЯ ЕНОТОВЫ»

— Борис, я привыкла тебя видеть всегда жизнерадостным. Неужели «батарейки» никогда не подсаживаются?

— А мне везет. Как только подсаживаются, так находится «зарядник». Недавно ко мне подходят челябинские музыканты и говорят: «Борис Федорович, мы обзвонили весь город и не нашли ни одного барабанщика с визой для выезда за границу. А у тебя есть?» — «Есть». — «Не согласишься с нами поехать в Давос?» — «Ребята, какой Давос?» — «Там будет огромный Всемирный экономический форум, и нам предложили поиграть в культурной программе». А у меня «батарейки» как раз были на исходе, и я искал возможность наполнить свою жизнь энергией. А тут такое предложение. Мне всегда так везет по жизни. Так что 19 января мы улетаем в Швейцарию с этим замечательным коллективом, практически уже моим. Уже несколько дней слушаю только их музыку в стиле кантри. Она мне незнакома, но близка по духу. Ее здорово играет группа «Братья Енотовы». Может, поездку эту они держали в тайне, а я по секрету вам ее выдаю. Потому что очень рад, полон энергией, репетирую и наслаждаюсь этой музыкой. 19 и 20 января у нас концерт в Давосе.

Борис Каплун: «Меня кинули в прорубь, и я прозрел!»

Читайте также