Политолог: на Украине никогда не было пророссийских сил
1 декабря 1991 года на Украине прошел референдум о независимости и первые выборы президента страны. Отмечает ли Украина 26‑ю годовщину референдума и какие существенные изменения произошли в политической жизни страны за это время, аналитический портал RuBaltic.Ru обсудил с директором киевского Центра политического маркетинга Василием СТОЯКИНЫМ:
— Г‑н Стоякин, как отметили на Украине 26‑ю годовщину референдума о независимости?
— По-моему, совершенно никак. Я не заметил никаких масштабных празднований. Даже последнее заявление президента Украины было посвящено Дню украинской прокуратуры.
Традиции отмечать 1 декабря в Украине не было никогда. О референдуме вспоминали, проводили социологические исследования, обменивались воспоминаниями и какими-то соображениями, подводили итоги, но именно празднования на государственном уровне не было.
— День референдума не воспринимается как национальный праздник?
— С юридической точки зрения это день, когда было подтверждено решение, принятое 24 августа (24 августа 1991 года Верховный совет УССР принял постановление о провозглашении независимости Украины — прим. RuBaltic.Ru).
24 августа 1991 года Верховный совет УССР принял Акт провозглашения независимости Украины / Фото: blogspot.com
— Если бы этот референдум проходил сегодня, с Вашей точки зрения, каковы были бы результаты?
— Я считаю, что украинцы опять проголосовали бы за независимость. Не 90%, как это было в 1991 году, но около 60%, может быть несколько больше.
Тогдашнее единодушие украинского общества было связано с вполне определенным обстоятельством. На референдум был вынесен вопрос, но альтернативы не было, потому что ее не было в реальной политической жизни страны.
— То есть речь шла о констатации факта распада Советского Союза?
— Да. Недаром говорят, что правильно организован тот референдум, который исключает нежелательные результаты. Референдумы не являются средством получения среза общественного мнения. Цель власти при проведении референдума — подтверждение каких-либо действий этой власти, их легитимация.
Не надо уделять особого внимания референдуму 1 декабря 1991 года, как и мартовскому референдуму 1991 года.
— Но ведь результаты были диаметрально противоположны. На референдуме 17 марта 1991 года 70% голосовавших высказались за сохранение Советского Союза. Прошло девять месяцев — и украинцы фактически проголосовали против СССР. Что изменилось за это время?
— За девять месяцев исчез Советский Союз. Если в марте 1991 года было за что голосовать, то в декабре альтернативы этой уже просто не было. В марте одновременно с общесоюзным референдумом в Украине проводился консультативный опрос. Формулировка там была другая. Если всесоюзный референдум чисто теоретически предлагал восстановление Союза с различными прилагательными, то украинский консультативный опрос предполагал возможность сохранения Союза, учитывая Декларацию о государственном суверенитете Украины, принятую 16 июля 1990 года. В марте 1991 года результаты всесоюзного референдума и республиканского опроса были конфликтными.
— Вместе с референдумом в 1991 году на Украине прошли выборы президента, на которых победу одержал Леонид Кравчук. Он выиграл у позиционировавшего себя как радикального националиста Вячеслава Черновола — лидера «Народного Руха». С тех пор все выборы на Украине, вплоть до недавних, проходили в клинче Восток — Запад. Есть ли шансы преодолеть на Украине это противостояние?
Леонид Кравчук / Фото: orator.ictv.ua
— Это противостояние уже преодолено. После ухода Крыма и при той ситуации, в которой сейчас находится «полуразобранный» Донбасс, говорить о клинче в отношениях Востока и Запада страны уже не имеет смысла.
— «Оппозиция Его Величества» — что Вы имеете в виду?
— Я имею в виду, что раньше оппозиция, представлявшая интересы Юго-Востока, могла претендовать на власть в стране. Сейчас она может претендовать только на то, чтобы быть частью правящей коалиции, в которой решающее значение будут всё равно играть представители Западной Украины, и никак иначе.
— Можно ли сказать, что уход Востока из политической жизни Украины играет на руку нынешней политической элите?
— Да, нынешний политический режим устойчив, потому что оппозиция в стране отсутствует.
— То есть нынешняя украинская власть не заинтересована в возвращении неподконтрольных территорий?
— В целом да, но это не основная причина. Война — это очень выгодный бизнес и та тема, которая привлекает к Украине внимание мирового сообщества, военную и экономическую помощь. В последнее время это, правда, стало плохо работать.
В этом смысле нынешней украинской власти невыгодно прекращение войны, а возвращение нескольких миллионов избирателей, которые будут, скорее всего, голосовать против нее, по-моему, не так сильно беспокоит эту власть. Эти миллионы избирателей деморализованы, дезорганизованы, у них нет политических сил, которые бы на что-то серьезно претендовали. И бояться нынешней власти тут особенно нечего.
— Если водораздел Запад — Восток больше не является определяющим на Украине, в чём заключается главное противостояние внутри украинской политики?
— Внутри украинской политики всегда есть противостояние между властью и оппозицией. Это не является особенностью именно Украины, но в Украине этот вопрос приобрел злокачественный характер. У нас государственная власть не обладает достаточной легитимностью. Любой избранный на выборах президент Украины через короткое время становится врагом людей, которые за него голосовали.
В октябре на Украине резко усилились призывы к импичменту Петра Порошенко / Фото: gazeta.ru
Кстати говоря, избранный в первом туре Леонид Кравчук утратил свои полномочия до истечения их срока.
— Очередные президентские выборы на Украине запланированы на 2019 год. Каковы шансы Петра Порошенко избраться на второй срок?
— Это очень сложный и неоднозначный вопрос. При прочих равных условиях я бы сказал, что у него шансы занять свой пост повторно близки к 100%. Сейчас в Украине реализована модель президентской власти, когда президент имеет огромные ресурсы. По уровню полномочий он может намного больше, чем мог в свое время Кучма.
Другое дело, что Порошенко всем очень сильно надоел, главным образом, надоел США. Демократическая партия США недовольна тем, что их надежды на деолигархизацию Украины и превращение ее в сырьевую колонию Запада не оправдались. Также Порошенко находится в не очень хороших отношениях с Дональдом Трампом.
Сейчас американцы поддерживают кампанию по прессингу Порошенко. На него давят по целому ряду направлений — обвиняют президента и его окружение в коррупции и неправильных внешнеполитических действиях. Тут можно вспомнить и ракетный скандал, например.
С другой стороны, американцы готовят своего собственного кандидата на пост президента; скорее всего, это будет певец Святослав Вакарчук (лидер рок-группы «Океан Эльзы» — прим. RuBaltic.Ru). Во всяком случае, он наиболее перспективен из всех возможных проамериканских кандидатов. Есть вероятность, что к моменту наступления выборов президент Порошенко не захочет баллотироваться на второй срок либо будет делать это в очень некомфортной и неуютной внешнеполитической обстановке.
— Святослав Вакарчук всегда воспринимался как политик с поддержкой на Западной Украине. Каков социальный портрет сторонников Порошенко?
— Дело в том, что Вакарчук не является представителем Западной Украины. Да, он львовянин, но как певец и общественный деятель Вакарчук с Западной Украиной прямо не связан.
Святослав Вакарчук / Фото: 1news.az
Порошенко в настоящий момент ориентируется преимущественно на Западную Украину, его действия и заявления носят довольно воинственный характер. Он рассчитывает на голоса наиболее радикальных сторонников Майдана, сторонников военного пути решения украинских проблем. Главная битва Порошенко будет именно за электорат Западной Украины. К украинскому Востоку никто из политиков не обращается. Наверное, они правильно делают, потому что большая часть избирателей там просто не хочет участвовать в выборах при нынешней власти.
— На Украине сейчас можно наблюдать спад политической активности ультраправых и радикальных националистов. Такие фигуры, как Олег Тягнибок, Дмитрий Ярош, могут представлять какую-то политическую силу? Могут ли они набрать на предстоящих выборах значительный процент голосов?
— Что-то они набрать могут. Но необходимо понимать, что националисты на Украине не являются самостоятельной политической силой.
Западная же политология подходила к этому вопросу более технологично, исходя из классических постулатов марксизма. Радикальный национализм для нее всегда был некой силой на службе у капитала. После ошибки 1930‑х годов, когда служебная инстанция в Германии внезапно стала единственно правящей, не было случая, чтобы идеологические националисты приходили где-либо к власти. Приходили к власти военные, для которых патриотизм — естественная среда обитания, бизнесмены, связанные с националистическими кругами, как, например, Порошенко. Но такие люди, как Тягнибок, всё-таки власть никогда не получали.
— Как Вы считаете, в нынешнем противостоянии на Украине есть политик, который мог бы опереться на пророссийские силы в стране?
— Сейчас в Украине нет организованных пророссийских сил. На мой взгляд, их никогда не было. «Оппозиционный блок» не является пророссийской силой, это часть Партии регионов, которая нашла общий язык с нынешней властью и ее заокеанскими спонсорами. Именно представители «Оппозиционного блока» начали Евромайдан в 2013 году.
«Оппоблок» паразитирует на оппозиционных настроениях Востока Украины. Рассматривать эту партию в качестве силы, которая выступает против проводимого ныне на Украине политического курса, было бы преувеличением.