Лекция #1 Говно, как фактор геополитики.
Сначала, про политическую систему. Введем, говоря по-научному, упрощенную модель общества – поселок с золотым прииском, на котором пашет что-то типа артели. Несколько бараков, у кого-то более уютные, а у кого-то совсем фиговые. На всех – один сортир типа «два нуля на шесть очков». Контингент – работяги, мастера, начальство, завхозы и вохра. Работяги роют, моют, чинят – в общем обеспечивают материальное производство. Мастера прикидывают как чего и организуют процесс. Начальство продает продукт и делит бабло. Завхозы, как бы, организуют быт и командуют вохрой.Вот эти самые завхозы и есть правительство, а вохра - это армия, менты, гебисты (в общем, те, кто обеспечивают порядок и безопасность артели, т.е. обчества). По идее, если работяги - не алкаши, а мастера – не отстой, то эта машинка образцово крутится и все наживают бабла. Но на самом деле много чего зависит от завхозов. Потому что одно положение - если. они действительно занимаются своим делом, а другое – если они крысятничают. Вот здесь-то и зарыта собака. Ведь если скрысить что-то просто так, можно и ломом по тыкве огрести. Значит, надо крысить, чтобы никто не заметил – но как, если все у всех на виду? Для этого делается штука, называемая по-научному «операция прикрытия». Идет ночью завхоз и кидает в выгребную яму палку дрожжей. Дрожжи в теплом говне – это страшная разрушительная сила, потому что от них говно начинает бродить, вспениваться и по утру из очков прет, как из грязевого гейзера на Камчатке, так что все вокруг оказывается обосрано. Говно в переводе на умный язык геополитики – это разные империалисты-агрессоры, террористы, врачи-вредители, шпиены и прочие троцкисты-зиновьевцы-жЫдомасоны, в общем – враги народа и социально-опасные элементы, которых можно придумать сколько угодно, если котелок варит.По утру вохристы кричат «что за нах»! – и весь народ собирается смотреть, что, действительно, за нах? В это время завхозы, как бы шныряя на предмет ликвидации бедствия, спокойно гребут добряк и ныкают где-нибудь. Где-то через час народ расползается по местам, и обнаруживает, что добряк-то кто-то подрезал! Опа! Идут к завхозам – что за нах? А те говорят: вохры мало, народ вокруг вороватый, да и ваще надо еще разобраться, вдруг кто из своих тырит. Их спрашивают: так и чо?Чо – чо, вохры надо больше, а на это надо бабла.Ну, вот вам бабло, сделайте, чтоб охраняли. Чо еще?А еще надо, чтоб вохра могли бараки в любое время шмонать - иначе как словят того, который тырит, если он свой?Ну, шмонайте. Чо еще?Еще надо все, нах, колючкой огородить, и вход-выход только по гумаге с печатью, чтоб всякие не шныряли.Ну, х с вами, вот вам еще бабла, валяйте, огораживайте.Проходит этак месяц. Колючка натянута, вохры вдвое больше прежнего, зато, вроде, все безопасно. Все забыли про ту историю и расслабились.Тут завхоз идет и снова палку дрожжей в выгребную яму.Поутру все как в прошлый раз. Пока народ глазел и варежку разевал, опять кто-то добряк подрезал. Что за нах?Завхозы говорят: ну, блин, как тут уследишь, когда кругом враги? Давайте бабла, будем еще больше вохры нанимать, а колючкой ваще все обмотаем и проходить только по гумаге. Даже если в сортир идешь – сперва выправь в конторе гумагу. Тогда точно никто ничего потырить не сможет.Мужики чешут репу, и говорят: ладно. Чо еще?А еще надо попа-жреца-колдуна вызвать, он запопит нажречит, поколдует, и Вышшые Ссилы укажут ему, кто тут крысит – такое у него сильное колдунство. Но, понятно, все это будет стоить денег. Мужики говорят: ладно, нах. Пусть делает свое колдунство. Дальше – картина маслом: весь поселок обтянут колючкой вокруг и поперек, кругом вохра, шмонают пять раз на дню, без гумаги шагу не ступить, а поп-жрец-колдун каждый день указывает на кого-нибудь свещщенной палкой-ковырялкой и поет утробным голосом: «крыысааа. »Тогда все начинают указанного мужика физдить до полной его неподвижности, хотя, по-научному говоря, никакой доказательной базы за утробным пением попа-жреца-колдуна не усматривается (а по-русски говоря, поп-жрец-колдун просто пургу гонит).Умные политологи такой фокус называют «снятие социальной напряженности».И все это счастье народ купил за свои же бабки (которых из-за этой херни уже на хлеб едва хватает, так что приходится переходить на суп из лебеды, березовой коры и других зеленых насаждений). При всем при том, все равно каждый месяц кто-то кидает дрожжи в сортир и кто-то подрезает добряк, и всем уже ясно , что это - сами завхозы с вохрой, но лучше об этом молчать, потому что их такая толпа, а всем остальным они запретили собираться больше чем по трое, как бы, для их же собственной безопасности, да и начальство уже давно с ними в доле, и поп-жрец-колдун тоже в доле.На работу все забивают, и производство валится к едрене фене.Все, что получилось, по-научному называется «переход к тоталитаризму» и «социальная апатия».Тогда жрец-поп-колдун выходит к народу и говорит «Братья, нах, и сестры, бля! Настала полная ясность! Во всем виноваты мужики с соседнего прииска! Это они потырили весь наш добряк! С чего бы иначе они так кучеряво живут и откуда у них каждый день мясо в котле, запах аж отсюда нюхается?!»Опа! Точно, нах! Мужики берут ломы, дубины, багры с топорами, и толпой идут физдить соседнюю артель. Это в политологии называется «агрессивная война, как средство ухода от неразрешимых внутриполитических проблем».Но соседняя-то артель давно просекла, что у них за соседи, поэтому броня крепка и все оплачено. В миг налетают ОМОН, СОБР, Альфа, Бета, Гамма, Дельта, Эпсилон и делают Вихрь-Антитеррор, то есть всю агрессивно-милитаристскую артель гонят с прииска нах, в тайгу, где ее добивают ежики, волки, медведи и прочая хищная живая природа.Это по-любому называется «звездец». Вот почему тоталитаризм – это небуверняк. Регулируемая демократия, которая в соседней артели – эт тож не подарок, но про них будет на следующей лекции.