АнтиБожественная комедия. Глава четырнадцатая. Из огня да в полымя.
Есть тысячи книг и фильмов, где главный герой попадает в плен. Его уводят в темницу, где он, за могучей и обязательно ржавой дверью, моментально придумывает план, как ему сбежать, покарать всех злодеев и прихватить красивую девушку в качестве непременного бонуса. А в реальности не все так радужно.
Мысли и правда, ворохом витают в вашей голове, вот только полезностью они не страдают. Наоборот, это полная бредятина, щедро сдобренная похотью и страхом. Вы вспоминаете радостные моменты прошлого, беззастенчиво мнете вялого, в надежде расслабиться, а то и просто сходите с ума. Книги и фильмы врут. Безбожно пиздят. Помочь выбраться из подобной передряги, может только самая настоящая удача, которая имеет обыкновение поворачиваться ко всем задом.
— Ебушки-воробушки, — пробурчал я, когда пришел в сознание на холодном каменном полу. Оглядевшись, я лишь уверился в собственной правоте. Меня швырнули в камеру, а рядом, в кельях по соседству, орали и бушевали прочие грешники, ждущие своего часа.— Проснулся? – ласково спросил меня чей-то голос.— Вот ты злобная залупа, — ругнулся я, когда увидел его обладателя. Это был тот самый демон, что не захотел меня пускать в столицу Пятого Круга. Он ехидно засмеялся и сильно ударил своим мечом по прутьям клетки, в которой я сидел.— Готовься. Через пару минут тебе на арену.— Поди нахуй, страховидло ебанутое, — отмахнулся я, отползая к стене. Голова дико болела, и я даже удивился, может ли так сильно болеть голова у обычной души, отправленной добрым Петром в Ад. Оказалось, что может. И не только голова. – Принеси мне для начала воды, потом сигаретку, а затем поцелуй мою потрёпанную пятку. Натоптыши на вкус, как сушеные кальмары. Тебе понравится.— Дерзкий.— Ага. А где подруга моя? Та рыжая красотка с гневным взглядом и упругими сисечками.— В ложе владыки. Но ты не беспокойся насчет нее. Беспокойся о себе.— Ох ты, потаскун, — усмехнулся я в ответ. – Загадки. Опять загадки. Ладно. На арене что делать надо? Я же новенький, правил ваших не знаю.— Сражаться, — блеснул глазами страж и отпер дверь. – Выходи.— Час от часу не легче.
Арена была большой. Нет, она была гигантской. На всей площади, обильно присыпанной песком, запросто сыграли бы совместный матч все команды Английской Премьер-лиги, да и еще бы место осталось. Везде, кроме пятачка под мраморным балконом, куда меня и поместили, кто-то сражался. Мужчины с мужчинами, мужчины с женщинами, женщины с женщинами, подростки, демоны, бесы. Они натурально выбивали из своих соперников всю их загробную жизнь. После того, как проигравший падал замертво, чтобы прийти в себя уже в камерах, из маленькой дверцы в одной из стен арены выбегали пятеро бесов и присыпали кровь новым песком, а место поверженного и победителя занимали другие грешники.Арена была опоясана высокими стенами, за которыми на трибунах сидел весь цвет Ада. Верховные демоны тискали огромные груди прекрасных суккубов или задницы инкубов, бесы ругались матом и постоянно норовили избить своих соседей, за что их быстро выводили прочь и предлагали выяснить отношения на арене. От пестрого разнообразия буквально разбегались глаза, делая меня похожим на копию очень известного обзорщика Ивана Гамаза. Но и это не все. В воздухе стоял ужасный гул, от которого голова шла кругом, а мозг норовил выйти через уши.
Спустя какое-то время над полем раздался сильный голос, поприветствовавший гостей столицы и предложивший им оставить золото и драгоценности в одной из букмекерских контор, расположенных рядом с ареной. Затем меня отвлекли от поисков Астры, которая была где-то на трибунах, тем, что озвучили мое собственное имя. Тогда-то я и понял, что серьезно влип.
— На малой арене под номером восемнадцать «П» выступит грешник Збышек! – проорал голос. Я вздрогнул и испуганно начал озираться. – Против него будет сражаться народный чемпион Ахиллес, герой Троянской войны, покинувший на время проведения турнира Первый Пояс Седьмого Круга. Напомним, что на его счету восемнадцать миллионов пятьсот тринадцать тысяч девятьсот двадцать одна победа. Любимый прием – «Троянская шлюха».— Бля, да вы ебанулись? – жалобно закричал я ввысь. – Какой, блядь, Ахиллес?!— Умолкни. Жребий брошен, и твой соперник сейчас прибудет, — жестко ответил голос, раздавшись, на сей раз, в моей голове. Ворота, через которые ввели меня, открылись, пропуская на поле бегущего мужчину с копьем. Его бронзовые доспехи ярко сияли под адским светом, который освещал арену. Еще издали мужчина начал что-то громко орать, попутно бряцая оружием и доспехами. Когда он остановился напротив меня, то я получил возможность внимательно его осмотреть.
Это был суровый мускулистый воин с таким профилем, который обычно чеканят на монетах. И на Брэда Питта он вообще не был похож. Жесткие карие глаза, нос с горбинкой, сухие губы и поломанные уши являли собой образ самого настоящего убийцы. Тут и гадать не надо. Мне и раунда против него не выстоять. Ахиллес наверняка таскал камни в темницах и вообще частенько дрался, а я тяжелее хуя ничего не поднимал, да и в драке был довольно посредственным, предпочитая обрушивать на противника град ударов руками и ногами.
— Чё, бля? Бык, бля? – хрипло спросил меня Ахиллес, чем напомнил славных романтиков большой дороги, отжимающих мобильники и мелочь на обед у первоклашек. – Ебну, бля. Черт, бля.— Заблядился ты, герой войны, — хмыкнул я в ответ, принявшись разминаться прямо на поле. – Потягушечки. Ручки потянем, ножки потянем. Бедрами покрутим.— Ебу дал, бля? Гнида, бля?— Слышь, ты нормально разговаривать можешь? – обиделся я на очередные вопросы прославленного бойца. Тот нетерпеливо подпрыгивал на месте, благодаря чему походил на безымянного наркомана под действием веществ.— У, сука!— Ясно все с тобой. Башку отбили, айкью не поправили. Получите други, ебанашечку.— Конь, бля! – согласился с моими доводами Ахиллес и призывно зарычал, будучи не в состоянии больше ждать. – Давай нах. Чё ты, бля.— Сейчас дам, погоди немного, — поморщился я, когда попробовал почесать себе спину. – Так и растяжение, между прочим, словить легко. Это ты на стероидах вырос, а я только кошерное пиво с водкой мешал.— Кабан, бля.— Ты уж определись, дружище. Я тебе не зоопарк, чтобы ты меня по-всякому обзывал. Въебу же и голова отломится.— Соперники готовы, — радостно доложил голос сверху. Я поспешил отойти к стене, сплошь утыканной острыми кольями. Главное подальше от хулиганистого грека, вознамерившегося выбить мне все зубы. – И… бой начинается!Раздавшийся в воздухе звон, возвестил начало великой битвы худосочного неформала и прославленного античного героя. Ахиллес сплюнул и, проорав свою коронную фразу, бросился на меня, перебросив копье в правую руку.
Когда грек понесся на меня, напоминая разозленный локомотив, которому угля пожалели, я сделал единственную разумную вещь. Просто резко отскочил в сторону, чудом увернувшись от острого копья, нацеленного мне в живот. Ахиллес с размаху влетел в шипованную стену и заорал так громко, что где-то в реальном мире исцелилась от запора моя бабушка. Зрители охнули, ни грамма не сочувствуя великому воину, повисшему на шипах, как дешевая пьяная девка.Когда Ахиллес свалился мешком на песок, орошая арену кровью, я победно вскинул руки и гордо прошелся по кругу, пару раз пнув ногой поверженного воина. Как оказалось, зря. Грек пошевелился и не без труда поднялся на ноги. Вид его был крайне плачевным.Доспехи уберегли от удара грудь, но вот голову защитить не удалось, и теперь на меня смотрела злобная версия первого Терминатора. Один глаз Ахиллеса повис на тонкой ниточке и принялся быстро вращаться, пока хозяин не оторвал его волевым движением. Щека была пробита и сквозь дыру проглядывали зубы, придавая воину жуткий вид.— Экий вы ебанашка, — изумленно пробурчал я. – Может, по чарке вина и забудем былые обиды?— На, нах! – проревел Ахиллес, ударом ноги в пах сметая все преграды. Я взвыл раненным лебедем, которого охотник огорошил дробью в задницу, и повалился на колени. Грек же схватил свое копье и встал позади меня.— Готовьтесь, — вновь раздался голос ведущего. – Наш чемпион готовится провести коронный прием. «Троянская шлюха». Напомним специально для тех, кто здесь впервые. Прием был придуман самим Ахиллесом в далекие времена Троянской войны. Суть его сводится к тому, что поверженному, стоящему на коленях, загоняется древко копья аккурат в задний проход и выходит через рот, делая лик поверженного похожим на древнегреческих проституток. Итак, обращаем все внимание на арену.
— Кочет, бля! – прохрипел Ахиллес, замахиваясь копьем. И опять в последний момент мне удалось откатиться в сторону. Древко оружия только больно стукнуло меня в бедро. Грек разочарованно вздохнул и сильным ударом под дых выместил свою злобу.— Увы, прием не получился. Бой продолжается, — констатировал голос и послушно заткнулся, предоставив зрителям самим гадать, что сейчас произойдет. А произошло следующее. Ахиллес допустил ошибку любого киношного злодея. Он швырнул копье на землю и поднял руки вверх, празднуя преждевременную победу и оставив меня без внимания.— Как тебе такой прием? Называется «Месть по-сицилийски», — рявкнул я и, вскочив, врезался в ничего не подозревающего героя. Подняв клубы пыли, гигант рухнул на песок, а я с размаху врезал ему по яйцам. – А это «Яйцерезка» ты, дрочильный обмудок.— Пшел, нах, — вяло отмахнулся Ахиллес, но меня уже было не остановить. Стащив со своей ноги один из верных башмаков, я принялся методично лупцевать рожу греческого героя тяжелой обувью.— Поделом тебе, параша ебанная, — устало ругнулся я, когда Ахиллес перестал подавать признаки жизни. Это подтвердили и бесы, которые шустро выскочили на арену и утащили прославленного бойца с глаз долой. А весь амфитеатр замер в благоговейном молчании, пока к краю мраморного балкона над моей головой, не подошел самый настоящий великан. Он жестко усмехнулся и показал на меня стражникам. Те мгновенно кинулись ко мне и, схватив под руки, куда-то потащили. Последнее, что я услышал, это был разочарованный голос диктора.— Второе поражение народного чемпиона. Не расходитесь. Следующий бой: Рассел Кроу из Города Дит против Джо Фрейзера из Лимба.
Когда меня швырнули обратно в камеру, там был тот самый великан, которому пришлось присесть на корточки, чтобы не проломить головой каменный потолок. Он весело меня оглядел и даже пощупал одним пальцем, сильно похожим на батон вареной колбасы. Незнакомец выглядел, как самый настоящий человек, только вот глаза у него были ярко-красными, как и у всех демонов, а зубы больше походили на челюсть самой настоящей акулы.— Неплохо, Збышек, — усмехнулся он, и жестом приказывая мне сесть напротив. Я повиновался. – Первый бой и первая победа. И над кем. Над прославленным Ахиллесом. Я слышал он в ярости и уже мечтает о реванше.— Не подумайте, что я невежлив и все такое, но кто вы, блядь, такой? – спросил я, с трудом прислонившись к прохладной стене. – Ваш Ахиллес мне все кишки отбил, пидарас полоумный.— Он такой. Самый яростный боец на свете, — кивнул великан. – А я, владыка Пятого Круга. Флегий мое имя.— Очень приятно, а я Збышек. Но вы и так это знаете, — вздохнул я. О побеге даже думать не стоило. Я с ужасом отгонял мысли об Астре, про которую ничего не слышал, но надеялся, что Флегий сам расскажет.— Знаю, конечно. Но вот, что забыл грешник, осужденный за похоть, в моем городе? – в глазах владыки заплясали дьявольские искорки. – Ты здесь один?— А с кем мне еще быть? – огрызнулся я, втайне радуясь тому, что Флегий ничего не знает про Астру. Может девушке удалось сбежать. Если это так, то мой плен был не напрасным.— Вот и расскажи мне, а то твоим следующим боем будет реванш с Ахиллесом и будь уверен, он с радостью поквитается с тобой за все унижения.— Бляха-муха. Я вам честно говорю, что пришел сюда один. Не верите, так выпускайте