О гипертрофированном эстетизме, превращенных формах и развитии.
Наблюдая за тем как люди общаются между собой ,что либо обсуждают, дают оценки, я заметил в этом некоторые странности. Странности в взаимоотношении друг к другу, странности в связях между обсуждением и предметом обсуждения, странности в оценках даваемых предметам, явлениям, процессам, другим людям. Странность эту я назвал про себя как чрезмерную эстетизацию всего на свете. Это мое представление было довольно мутно, но когда я посмотрел документальный фильм "Круги на воде с Юлией Чернявской". Лени Рифеншталь: нацистский гламур. Ознакомился с некоторыми определениями эстетики, мое представление получило более твердую почву, чем и хочу с вами поделиться. Понятие эстетика необъятно по содержанию и объему, существуют миллионы определений. Я предлагаю одно определение для опоры, которое мне кажется наиболее продуктивным с точки зрения рассмотрения социальных, социокультурных, социально-психологических и, в конечном счете, политических процессов. Оно имеет максимально широкий охват, что мне необходимо. Так же это определение принадлежит очень крупному специалисту в области эстетики Алексею Федоровичу Лосеву. И так Согласно А. Ф. Лосеву, предметом эстетики является выразительная форма, к какой бы области действительности она ни относилась. Лосев отмечал, что практически каждая область общественной жизни может стать источником эстетики, которая впитывает и концентрирует специфику любой социально-исторической конкретики. То есть эстетика это область знания, которая занимается этими самыми выразительными формами, и что наиболее важно для меня каждая область общественной жизни может стать источником эстетики. Значит те странности в перечисленных мною областях (а они, безусловно, имеют отношение к общественной жизни) могут быть источником эстетики, и ее форм. Нужно сказать, что у любой формы должно быть содержание, хотя существует еще феномен превращенная форма (форма пожирающая свое содержание). Следовательно, если мы имеем дело не с превращенными формами, то эстетика выражает, если пользоваться определением Лосева, специфику социально-исторической конкретики. Далее нужно говорить об этой самой социально-исторической конкретики и ее специфике, какова она сейчас в России ХХI века. В чем суть современной эстетики, что она концентрирует. Но в том то и дело, что эта логика работает если мы имеем дело с формами не пожирающими свое содержание, то есть с «нормальной действительностью». Но я то как раз хотел обсудить странности, которые мне почудились. Так вот у меня есть гипотеза, что мы имеем дело именно с превращенными формами и, следовательно, эстетические формы не концентрируют и не выявляют содержание, а уничтожают. Через них уже нельзя выйти к содержанию. Или можно но оно будет как пишет Мираб Мамардашвили в своей статье «Превращенные формы о необходимости иррациональных выражений» неклассическим… Статью можно прочитать здесь http://filosof.historic.ru/books/item/f00/s01/z0001103/st023.shtml. Я настоятельно рекомендую эту статью к внимательному изучению. В ней содержится аппарат с помощью которого можно анализировать множество социальных явлений в частности и то которое я хочу обсудить в этой статье. Здесь я приведу некоторые выдержки из нее со своими комментариями. Про не классичность: «Фактически речь идет о конструировании специального (отдифференцированного от других) оператора в концептуальном аппарате гуманитарных наук, обозначающего особую онтологическую реальность — превращенные объекты или «превращенные формы» — и вводящего эти объекты в число объектов всякой теории, относящейся к человеческой реальности (исторической, социальной, психологической). Свойства таких областей теории фундаментально неклассичны.» О том что такое превращенная форма: «Сам термин «превращенная форма» (verwandelte form) был в свое время введен еще Марксом в научный и философский оборот. Он прилагался к некоторым характеристикам строения и способа функционирования сложных систем связей (или того, что Маркс называл «органическими» или «диалектически-расчлененными целостностями») и позволял исследовать видимые зависимости и парадоксальные эффекты, выступающие на поверхности целого в качестве того, что тем не менее является «формой его действительности, или, точнее, формой его действительного существования» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 26, т. III, с. 507).Подобная форма существования есть продукт превращения внутренних отношений сложной системы, происходящего на определенном ее уровне и скрывающего их фактический характер и прямую взаимосвязь косвенными выражениями. Эти последние, являясь продуктом и отложением превращенности действия связей системы, в то же время самостоятельно бытийствуют в ней в виде отдельного, качественно цельного явления, «предмета» наряду с другими. В этой «бытийственности» и состоит проблема превращенной формы, которая видимым (и практически достоверным) образом представляется конечной точкой отсчета при анализе свойств функционирования системы в целом, представляется как особое, не разлагаемое далее образование, как «субстанция» наблюдаемых свойств.Такова, например, капитализированная стоимость в системе буржуазной экономики, обнаруживающая «способность» к самовозрастанию. Это — типичный случай иррациональной превращенной формы, когда вещь наделяется свойствами общественных отношений и эти свойства выступают вне связи с человеческой деятельностью, то есть вполне натуралистически. Если подобная объективная видимость разрешается в системе связей, восстанавливаемых и прослеживаемых методом восхождения от абстрактного к конкретному, то мы имеем дело с содержательным исследованием превращенной формы, выводящим их как необходимую форму «проявления существенных отношений» (Маркс К., Энгельс Ф. Coч., т. 23, с. 547) в условиях, когда последние накладываются одно на другое и подвергаются искажению». О функциях которые могут играть превращенные формы в сложных системах например общественных и их (что очень важно!) отношение к развитию: « Превращенные формы обеспечивают стабильность системы и противодействуют ее изменению. Внутренние же связи дают о себе знать насильственно (например, в экономических кризисах, в психических заболеваниях и, вообще, в условиях, когда не срабатывает, разрушается какая-либо из генетически разнородных, но наслоившихся друг на друга и одновременно существующих структур функционирования), а также в процессах развития, которые прежде всего и разрушают превращенные формы.» О применении превращенных форм к выявлению социально-исторических закономерностей и их взаимоотношении (супер важно!) с историей как таковой: «В социально-исторических исследованиях понятие превращенной формы позволяет выявлять социально-исторические закономерности в максимально приближенном к действительности виде. Если с точки зрения научного знания превращенная форма является воспроизведением предмета в виде представления о нем, то в исторической действительности такое «представление» является реальной силой, частью самого исторического движения. Очагом и реальной движущей силой истории, то есть «объективным событием», «фактом» (а не представлением, отличным от факта) истории является интерпретированное бытие, в применении к которому нельзя отдельно выделить анализом «интерпретацию» бытия его субъектами (ложную или же более или менее приближающуюся к действительности) и «истинное бытие», которое складывалось и действовало бы помимо своей интерпретированности.» Я должен отметить, что последняя выдержка сложно соотносится с предидущими, ибо в первой говориться что развитие разрушает превращенные формы, а во второй что превращенные формы являются не только частью исторического движения (тут не поспоришь) но и движущей силой истории (а вот тут вопрос). Вопрос заключается в том, что нельзя путать историческое движение и развитие. Есть два фундаментально противоположных взгляда на историю. Один говорит, что историческое движение и развитие неразрывны, а другой что историческое движение есть не развитие а регресс, удаление от золотого века, отпадение от рая, первозданной традиции и так далее. Первый взгляд исповедуют многие религиозные и светские традиции наследующие хилиастическую идею возможного построения рая на земле, главные из которых христианство и коммунизм. Второй взгляд свойственен традициям берущим свои истоки в различных вариантах гностицизма, главным представителем которых является фашизм. Отмечу что в самой статье этого противоречия нет, она логична именно потому, что можно представить историческое движение без развития. Это конечно не значит, что Мамардашвили фашист (фашизм одна из форм ликвидационного гностицизма, сам гностицизм бывает и не ликвидационным, то есть не содержащем в себе неотменяемую установку уничтожения мира, которого все варианты гностицизма рассматривают как нечто пакостное и главное фундаментально не исправляемое), но то, что он склонен к какой то из форм гностической традиции и, как токовой, является идеологическим оппонентом Маркса, мне кажется налицо. То, что он внимательно изучал Маркса и мог использовать его аппарат не должно смущать. Капиталисты тоже Маркса изучали. Мамардашвили действительно был Марксистом только официально (в СССР все философы должны были быть марксистами-ленинцами). Но меня его личность сейчас не очень интересует. Выражаю ему благодарность за ценнейшие мысли которые можно сформулировать так: мысль первая - можно сказать что превращенные формы являются препятствием на пути развития и следовательно их наличие в той или иной сфере являются индикатором того что развитие в этих сферах не происходит. Верно и обратное, что одним из признаков и неотменяемых атрибутов развития является разрушение превращенных форм. Мысль вторая – развитие пробивает себе дорогу восстанавливая классическую реальность через особую реальность превращенных форм. Спутниками этого процесса являются кризисы, экономические, психологические и иные, следовательно, можно и должно предположить, что развитие, в каком то смысле, и есть сама классическая реальность. Справедливо сравнить развитие с позвоночником у человека, если позвоночник вынуть, то тело человека превратиться в бесформенную слизь, так же если из реальности вынуть развитие, то она превратиться в слизь особого рода - в неклассическую реальность. Так же предложу к рассмотрению читателя на основании статьи гипотезу, что видимо превращенные формы превращенным формам рознь. Если представить идеологию, религию, миф, как превращенные формы-компенсаторы (они же ложные формы сознания), то нужно понимать, что в их основании лежит попытка прорваться человека к подлинности, ответить на вызов смерти (любой человек в глубине души знает что на этот вызов можно ответить только подлинностью, а не ее суррогатом) и такие превращенные формы могут не только не быть препятствиями развитию но и быть его катализаторами, что и показывает человеческая история. Вот что пишет о мифе Лосев в Диалектике мифа: «Разумеется, мифология есть выдумка, если применить к ней точку зрения науки, да и то не всякой, но лишь той, которая характерна для узкого круга ученых новоевропейской историй последних двух-трех столетий. С какой-то произвольно взятой, совершенно условной точки зрения миф действительно есть вымысел. Однако мы условились рассматривать миф не с точки зрения какого-нибудь научного, религиозного, художественного, общественного и пр. мировоззрения, но исключительно лишь с точки зрения самого же мифа, глазами самого мифа, мифическими глазами. Этот вот мифический взгляд на миф нас тут и интересует. А с точки зрения самого мифического сознания ни в каком случае нельзя сказать, что миф есть фикция и игра фантазии. Когда грек не в эпоху скептицизма и упадка религии, а в эпоху расцвета религии и мифа говорил о своих многочисленных Зевсах или Аполлонах; когда некоторые племена имеют обычай надевать на себя ожерелье из зубов крокодила для избежания опасности утонуть при переплытии больших рек; когда религиозный фанатизм доходит до самоистязания и даже до самосожжения; - то весьма невежественно было бы утверждать, что действующие тут мифические возбудители есть не больше, как только выдумка, чистый вымысел для данных мифических субъектов. Нужно быть до последней степени близоруким в науке, даже просто слепым, чтобы не заметить, что миф есть (для мифического сознания, конечно) наивысшая по своей конкретности, максимально интенсивная и в величайшей мере напряженная реальность. Это не выдумка, но - наиболее яркая и самая подлинная действительность. Это - совершенно необходимая категория мысли и жизни, далекая от всякой случайности и произвола» и еще «Он (миф прим. мое) - не выдумка, а содержит в себе строжайшую и определеннейшую структуру и есть логически, т.е. прежде всего диалектически необходимая категория сознания и бытия вообще.». Такое понимание мифа не обязательно противоречит развитию. А вот миф в ХХ ХХI веке это совсем другое дело. Он может быть только суррогатом и ни какого отношения к подлинности не имеет. Не случайно именно фашисты говорили о золотом веке, фашистский идеолог Альфред Розенберг написал книгу Миф ХХ века. Так что возможно не все превращенные формы агрессивно противостоят развитию. Вероятно важнейшим вопрос в отношении превращенной формы, если рассматривать ее с точки зрения компенсатора, состоит в том, что именно компенсируется. Если в основе стоит страстное стремление к подлинности, целостности и практики для достижения этих целей соответствуют моменту истории (например, нельзя в ХХI веке игнорировать достижения науки, астрофизики в том числе) то это хоть и не гарантирует полную свободу от превращенных форм, которые компенсируют недостаток знания, но такие формы могут играть положительную роль в плане развития ибо есть воля к их преодолению. Если же этой воли нет, а наоборот человек понимая, что это компенсаторы, хочет в них начать купаться и утонуть, то качество этих форм будет иметь строго контрразвивающий характер. То есть компенсировать эти формы будут наши как я их называю хотелки, а так же комплексы и бог знает что еще. Не погружаемся ли мы сегодня не без удовольствия в этот мир превращенных форм, которые опираются лишь на наши хотелки и псевдо-тоску по подлинности и бытию? Не расширяется ли сегодня, благодаря нам, этот мир превращенных форм, поедая последние островки бытия. Не слушаем ли мы убаюкивающие песни постмодернистов воспевающих это погружение, как единственно правильное и возможное. Из подобного болота, если с ним не начать борьбу, выход может быть только в фашистскую сторону. Первобытный дикарь не знающий ни о достижениях современной науки ни о современной философии, ни о мировых религиях, но использующий свои первобытные представления и практики на всю катушку, имеет возможность быть полноценным человеком и даже восходить, преодолевая свою первобытность, потому что таков исторический момент в который ему довелось жить. Но если человек ХХI века агрессивно отверг и науку и религию и весь путь все достижения человечества, которое жило до него, то он более дикий, чем этот первобытный дикарь. Он может даже пользоваться мобильником, водить автомобиль, решать, не доступные дикарю, системы уравнений, но в нем не будет подлинности, он становиться сам превращенной формой. И чем больше он ищет ответа на проклятые вопросы в суррогатах, тем больше он теряет человечность. Его воля к смыслу (которую не возможно убить до конца, но что пытались сделать фашисты) направляется в регрессивную сторону и чем больше этой воли, тем больше она становиться волей к смерти. В какой то загадочный момент происходит инверсия духа, которая толкает человека по другому пути, на котором все что было до этого выворачивается на изнанку, начинает носить перверсивный характер. В конечном счете человек на все сто процентов отвечает за то, что он знает и на основании чего он принимает решения и совершает поступки. На страшном суде если меня спросят почему ты совершая такой то поступок исходил из того, что земля круглая и вращается вокруг солнца, а не наоборот, я не смогу сослаться, например, на Коперника или на Аристарха Самосского (он еще в iii веке до нашей эры сделал это открытие). Я должен буду сказать, что это именно я так считаю, именно я поверил научным сведеньям и за эту свою веру тоже отвечаю я, а не Коперник или еще кто либо, кто меня этими сведениями снабдил. Теперь можно вернуться к изначальной теме и привести конкретные примеры.
Чтобы была яснее странность приводимых мною примеров и почему их совокупность и массовость заставляет меня говорить именно о гипертрофированном эстетизме, сделаю еще небольшое введение. Существует очень давнее разделение на этику (наука о морали, нравственности и справедливости), эстетику (приведу расширенное определение: «(от греч. aisthetikos чувствующий, чувственный) филос. дисциплина, изучающая природу всего многообразия выразительных форм окружающего мира, их строение и модификацию. Э. ориентирована навыявление универсалий в чувственном восприятии выразительных форм реальности. В широком смысле это универсалии строения произведения искусства, процесса художественного творчества и восприятия, универсалии художественноконструкторской деятельности вне искусства (дизайн, промышленность, спорт,мода), универсалии эстетического восприятия природы. Длительное время предмет Э. в отечественной науке определяли тавтологически как «изучениеэстетических свойств» окружающего мира, поскольку любой разговор об активности художественной формы был недопустим. Вместе с тем мировая Э., отстаивая идею о приоритете в искусстве и Э. не «что», а «как», вела речь именно о выразительных формах, переплавляющих сущность и явление, чувственное и духовное, предметное и символическое. Процесс эстетического и художественного формообразования мощный культурный фактор структурирования мира, осуществления чувственно выразительными средствами общих целей культурной деятельности человека преобразования хаоса в порядок, аморфного в целостное. В этом смысле понятие художественной формы используется в Э. как синоним произведения искусства, знак его самоопределения, выразительно-смысловой целостности. Многообразие использования слова Э. — свидетельство широты содержания этого понятия, длительного исторического пути, в ходе которого возникали разные его смыслы. При всем различии употреблений на обыденном и профессиональном уровне («Э. интерьера»,«Э. спектакля») данное понятие обозначает единый принцип, обобщающее чувственно выразительное качество как произведений искусства, так ипредметов повседневного обихода, феноменов природы.») и гносеологию (науку о познании). Здесь не место говорить подробно о том, откуда это разделение взялось, что породило. Это гигантская тема. Скажу только, что одним из следствий стало разрывание мифологической целостности (другой в те времена не было). С тех пор человечество мечтает о новой целостности. Той целостности, где эти три компонента будут вновь вместе, но это будет уже не миф. Мировые религии на время, до появления науки, подарили эту целостность, но потом снова стал вопрос, как сопрягать науку со всеми формами знания, которые были до нее. Если из жизни человека выпадает хотя бы один элемент, то он теряет не только целостность (ее у него нет коли существует это троичное разделение, что между прочим является главной проблемой ХХ ХХi века) но и возможность ее обрести. Красота с большой буквы всегда включает в себя истину и справедливость.
Так вот странности в взаимоотношении друг к другу, странности в связях между обсуждением и предметом обсуждения, странности в оценках даваемых предметам, явлениям, процессам, другим людям заключаются в том , что во всех случаях рассматривается только та сторона которая относится к эстетике, а проблемы гносеологического и этического характера выбрасываются на обочину. Судите сами. Вот я говорю с одним человеком по поводу одного политика, он мне говорит, что политик ему не нравиться. Переспрашиваю: «что не нравиться? Он говорит, что то не правильное? Вы с ним не согласны? (гносеология) Может он совершил какой-нибудь ужасный поступок (этика)?» Получаю ответ: «нет ничего неправильного он вроде не говорил, поступков вроде ужасных не совершал, просто мне не нравиться, как он себя иногда ведет, как то некрасиво.» Это так политик оценивается, понимаете? Казалось бы политик должен оцениваться по тому, что он делает и по тем проектам которые он предлагает, но уж ни как не по симпатичности. Есть такое выражение: сделай красиво. Оно тоже отдает двусмысленностью. Сделать можно правильно, хорошо, но ни как не красиво. Люди очевидным образом смотрят друг на друга как на эстетические объекты, что выражают в соответствующих оценках, которые может на первый взгляд могут включать этическое и гносеологическое, но при внимательном анализе и вглядывании не остается ни каких сомнений в том, что они видят перед собой только некий образ, а любой образ по своей природе эстетичен. Все же другие измерения: анализ, вживание в другого и прочее, просто отсутствует. А на образ выдается только один тип реакции, который описывается в разговорном жанре как «нра, не нра». Другие типы реакции на образ (например, можно задать гносеологический вопрос: образ чего я перед собой вижу?) так же отсутствуют. Следовательно мы имеем дело даже не с классической красотой, классическим образом, классической выразительной формой (ничего не имею против образного мышления, как одного из продуктивных типов интеллектуальных практик), которые включают в себя, повторюсь, этическое и гносеологическое, а с превращенной формой, которая (цитирую туже статью Мамардашвили): «Подобная форма (превращенная прим. мой) существования есть продукт превращения внутренних отношений сложной системы, происходящего на определенном ее уровне и скрывающего их фактический характер и прямую взаимосвязь косвенными выражениями.». Интересно все таки узнать, с превращением каких внутренних отношений мы все таки имеем дело в каждом конкретном случае. Думаю тут надо говорить о социальном аутизме, гипертрофированном эго и не только. Но об этом в другой раз. Главное что меня интересует в этой статье это то, что нельзя в неклассическую эпоху воспринимать даже самые искренние высказывания и оценки напрямик. Они все, что то скрывают, за своими эстетическими обертонами. Какое то, свершившееся внутри, превращение. Сама искренность и совесть перестают быть гарантией от лжи. В классические эпохи человек мог опереться на свою совесть, он мог понять, спросив ее, где он солгал, а где нет. Теперь же доступ к совести стал более сложным, а привычка, что она есть под рукой, осталась. Привычка говорящая, что если я делаю что то искренне, то это обязательно хорошо, не работает. Известен соответствующий опыт, когда разговаривали с пленными нацистами. Оказывалось что они абсолютно искренни испытывают человеческие чувства к своим и полное безразличие к чужим. Правильным выходом в такое время является прорыв к превращенному процессу, который скрывают за реакциями, эмоциями, словами, и предъявление этого процесса собеседнику, самому себе, с надеждой, что эту правду о себе ты и собеседник выдержите. Я буду полным идиотом если начав говорить о, например, о политике с первым встречным, буду считать, что то что он говорит есть его убеждения. Нет, это он создает для меня и для себя самого образ, который должен говорить, что у него есть какая то политическая позиция. "И нам уже важней казаться и нам уже не важно быть» Вот суть нашего времени и, согласитесь, эта суть несет в себе именно эстетику с выключением из нее бытия и справедливости. Почему то вспомнилось высказывание Максима Шевченко, точно уже не помню, в какой передаче: «СССР себя исчерпал эстетически». Поняли? Это так страна и государство оценивается, главный параметр заключается в том чтобы все было эстетично, а справедливо ли общество, государство или нет, какое у него содержание, это все в лучшем случае не втором плане. Случайность? А разве большинство не предало СССР не только за колбасу, но и за джинсы. Как кто то вспоминал: «Я сапоги купила!»- «Какие?»- Французские!». И не важно- какого они цвета, фасона и так далее, важно - что французские. Вот вам и не классический эстетизм. По классике было бы сказано про фасон цвет и так далее, но в место этого образ французских сапог как таковых, скрывающих превращение содержания, суть которого в том что красивыми могут быть только французские сапоги. На подобных механизмах держится все общество потребления. Такая вещь как бренд устроена точно так же, как капитализированная стоимость, а все это вместе складывается в целый мир превращенных форм, который начинает властвовать над человеком не только в сфере потребления, но и абсолютно во всех сферах его жизни, перенося туда свои законы.Скажу несколько слов о том какой социум формируют индивиды, которые воспринимают окружающую и даже свою внутреннюю реальность, только как мозаику из эстетических объектов, которые могут либо нравиться, либо нет. Такой социум уже не вполне можно назвать социумом. Это будет неклассический социум. Он будет по формальным признакам как обычный, но содержание будет совсем другим. Связи между людьми, законы функционирования этого неклассического социума, будут совсем другими. Формированием, как на практическом так и на теоретическом уровнях, подобного общества, уже давно занимаются. Приведу отрывки из статьи Концептуализация Не-Бытия. Концепты постмодернизма. Часть VI. Текучий хаос. Руины и Хаосмос Юрия Бялого (которую я настоятельно рекомендую к прочтению) где он в частности приводит цитаты из книги идеолога нового анархизма Хакима Бей я Обучение Кали-Юге//Хаос и анархия: революционная сотериология. М., 2002. «Пройти сквозь ХАОС, проехать на нем, как на тигре, принять его (даже и сексуально), напитаться его шакти, его жизненной силой, — вот Вера для Кали-Юги. Творческий нигилизм…».«Кочевник перемещается с места на место, в то время как деньги перемещаются во времени, а пространство уничтожают. Деньги не ризома, но хаос…».«Шариат — бесконечная дорога странника, не имеющего цели. Ценности даются воображением, то есть движением».«Все законы неестественны, все — в сфере личной воображаемой морали, включая убийство. Мы можем и должны в любой момент захватить любой квадратный метр реальности и навязать ему свою волю… ХАОС — является центром нашего проекта».«Аватары хаоса ведут себя как преступники, саботажники, шпионы безумной любви… Последний возможный поступок… безумная пляска в коридорах полицейского участка…».Вам это все, кстати, отечественного С. Удальцова не напоминает?А теперь — о том содержании, которое проповедует Хаким Бей.Он заявляет, что современное государство имеет мощные и эффективные механизмы подавления, и потому революция невозможна. А что возможно? — «Спонтанное освободительное эстетическое (подчеркнуто мной) восстание» против Модерна и государства в «анархической культуре».И далее следуют инструкции по ведению городской партизанской войны-герильи, где ключевыми понятиями оказываются «машина кочевой войны» и «временно автономные зоны» (ВАЗ). Суть — в том, чтобы быстро наносить «проклятому государству» и неправедной буржуазной собственности крупный ущерб в рамках ВАЗ (то есть завоеванной на время в данной точке «свободы» от государства и Модерна). А затем — мгновенно исчезать, растворяться в мегаполисе.При этом Хаким Бей заявляет, что «ВАЗ — это возврат, который также является продвижением вперед». Продвижением в направлении чего? В направлении «всех типов неавторитарной духовности — неоязычество, свободные религии, малые культы».Далее Хаким Бей утверждает, что патриархальная семья — это изобретение неолита и продукт нужды. А в палеолите основой социальности — и синонимом изобилия! — была банда, открытая для племенных родственных связей и основанная на «духовном родстве». И в нынешнем мире симуляции — все идет к палеолитическому возврату. То есть к уничтожению семьи и утверждению в качестве основы социальности кочевой банды!» Тут для нас важно, что в основе подобных социумов лежит банда. Вот вам и криминальное государство, которое пока еще государство, по стольку-поскольку еще не все пожрал хаос. А нам все с какой то там коррупцией предлагают бороться. Коррупция это во-первых следствие, а во-вторых не самое страшное. Так же обратим внимание на то, что Хаким Бей говорит именно об эстетическом восстании (вспомним цитату М Шевченко, может перестройка то же была эстетическим восстанием) и о некоем духовном родстве, как том, что будет связывать участников банды. Угадайте с трех раз, каково содержание этого духовного родства. Разумеется оно будет не классическим, а будет соответствовать принципу нра не нра. суть которого я описал выше. Что касается всех типов не авторитарной духовности то тут процитирую еще Мамардашвили: « начиная с иррационального выражения как пункта, за которым полностью вытеснено, «утоплено» то, что им обозначается рационально, существует и проявляется совершенно четкая тенденция к «образованию систем» (Systemenbildung, в смысле Фрейда) — вполне связных, последовательных и логичных.Такой вторичной рациональной системой оказывается, например, функционирование товарного производства, хотя оно и содержит в себе глубоко фетишистские посылки. Такой системой является и психоневроз как внутренне связная и осмысленная форма поведения — он вполне логичен и последователен, если принять его онтологические посылки. В систематической связи развертывается и движется заколдованный и завороженный, на голову поставленный мир, обильно населенный чудесами и привидениями, которые при этом вступают в жесткие и логичные связи, стоит только принять в качестве естественной отправную точку этого мира. Все в нем принимает отличную от реального бытия фантастическую форму, но она отделена, ведет самостоятельную жизнь и вступает в самостоятельные связи; не имеющие сами по себе ничего алогичного. Так, тенденция к системам ткет мистическое покрывало всего общественного процесса жизни. Но, повторяем, «мистика» — это термин в метаязыке, а не в языке-объекте.» Особо обратим тут внимание на «В систематической связи развертывается и движется заколдованный и завороженный, на голову поставленный мир, обильно населенный чудесами и привидениями.». Ну вот вам и формула неоязычества. При чем, именно нео. Например Платон был язычником, это вам совсем не Хаким Бей. Неоязычество потому и нео, что это суррогат подлинного язычества, которое, по описанным мною выше причинам, в ХХi веке принципиально не возможно, а возможно только нео. А радикальный ислам? Не то же ли это «духовное родство», а так же эстетичность (посмотрите, как они себя пиарят на видеосъемках) и антиисторичность (ИГИЛ и прочие организации подобного типа регулярно уничтожают исторические памятники культуры). Само собой все это имеет прямое отношение и к майдану на Украине, маниакальное разрисовывание все в желто синие цвета, особый смак и образность с которыми изобретали свои костюмы погромщики на майдане, и конечно совсем особое, я бы сказал специфическое «духовное родство» достигающееся с помощью совместных прыжков и иных психотехнологий. А современный запад с его клиповым мышлением, обществом потребления и антиисторическими методами ведения информационной войны и пропаганды. Само по себе использование мягкой силы против нас, как своего врага находилось бы в пределах нормы, если бы в ее пределах разрушалась только наша историческая идентичность, но вся штука в том, что запад уничтожает и свою идентичность. Я имею ввиду пересмотр результатов второй мировой войны и тому подобное. Ведь вторая мировая война является не только нашим, но и мировым достоянием, уничтожая которое, нельзя не затронуть идентичность людей, в тех зонах, в которых это уничтожение проводится. Или может быть простые западные люди, это одна зона, где можно уничтожать за одно и походя идентичность, а есть еще закрытые элитные зоны где эта самая идентичность будет блюстись пуще глаза…
Выше перечисленное: концепции Хакима Бея, мутировавший запад, исламский фундаментализм, Украинский фашизм, является для меня формами нового наступающего фашизма. Я говорил выше, что выход из болота превращенных форм, если их не преодолевать, возможен только в фашистскую сторону. Преодолевает же их - развитие. Фашизм же, по совей сущности, контристоричен (Хаким Бей нас прямо и призывает идти вспять) и люто ненавидит именно развитие. Нужно иметь ввиду, что грядет именно неофашизм (приставка нео носящая мутационный индекс не должна смущать потому, что фашизму, в отличие от других идеологий и религий, мутации не страшны - он ими питается), который будет формально отличаться от Гитлеровского, причем боюсь еще в более зловещую сторону. Это будет так сказать абгрейженный фашизм 2.0. Не зря говорят, например, о либеральном фашизме, яркий пример которого высказывание Шендеровича http://www.echo.msk.ru/blog/shenderovich/1503754-echo/ и иных видах. Пикантность этого высказывания заключается в том, что Шендерович уже сам стал превращенной формой, что явствует из самой статьи. Потому что ни один элитарий к коим Шендерович себя причисляет, каким бы человеконенавистником ни был, такого бы никогда не написал. Шендерович этого даже не понимает, что свидетельствует о том, что ни в какую элиту он не входит, и навряд ли сгодиться даже на роль полицая. Думаю в какой то момент все эти формы сольются в одну окончательную, и явят лик нового будущего, которое словом будущее вряд ли можно будет назвать. Наша задача это осознать и этого не допустить. Надеюсь, моя статья прибавит что ни будь, в копилку этой борьбы.
Не знаю, удалось ли мне или нет показать, что специфическая эстетичность является одним из атрибутов фашизма и свидетельством того что общество склоняется куда то в эту сторону. Так же что ответить на вызов специфической эстетичности и самого фашизма, можно только с помощью развития. Если нет, то предприму последнюю попытку, предложив посмотреть документальный фильм "Круги на воде с Юлией Чернявской". Лени Рифеншталь: нацистский гламур. Важно, что ведущая совсем не советских взглядов. Но очень саркастично и с большим пониманием сути проблемы рассказывает о Рифеншталь ,в приверженности которой если не к Гитлеровскому варианту фашизма то к сущности, которая порождает подобные идеологии, не приходиться сомневаться.