Эхо войны сделало чеченского юношу инвалидом, но не сломило его
Он - 18-летний парень, за короткую жизнь узнавший, что такое настоящая беда. Она - его супруга, которая вопреки воле родителей связала свою судьбу с инвалидом. Но от шекспировской трагедии про Ромео и Джульетту эту историю отличает то, что у молодых есть надежда на счастливый финал.
Взрывная волна
Шестого декабря 2007 года Мовлади Тепсаев с друзьями после школы отправился на тренировку. Спортзалом служил один из заброшенных домов. Возле него кто-то из подростков увидел предмет, похожий на большую консервную банку. Выросшие на войне дети знали: это вполне может быть мина. Стали думать, что делать. Один из мальчиков достал мобильный телефон и увидел неотвеченный вызов от мамы. "Надо узнать, что случилось", - сказал он и начал набирать номер. Тепсаев в это время надел тренировочный пояс и принялся поправлять шапку у старого зеркала.
- Вдруг раздался хлопок. Я обернулся и вмиг потерял сознание, - вспоминает Мовлади. - Когда очнулся, долго не мог понять, что произошло.
Оказалось, боеприпас сдетонировал на радиоволну от телефона. Двое ребят погибли - на них обрушилась крыша. Еще одного откинуло взрывной волной, поэтому и остался почти невредим. На самом Тепсаеве не осталось ни одного живого места. Не было кистей рук и обоих глаз. Медики сначала и вовсе сомневались, что выживет: потеряно много крови, повреждены жизненно важные органы. Операция длилась несколько часов. Но произошло чудо, и Мовлади выкарабкался.
Его выписали через два месяца. С того дня дом Тепсаевых никогда не пустовал - любимца всей округи навещали родственники, друзья и одноклассники. А сам Мовлади учился жить в новом для него мире, в котором единственным проводником стали звуки, и терпеть выпавшие на его долю испытания.
Спасение с отсрочкой
Спустя несколько месяцев их соседка узнала, что в Грозном находится генеральный консул Румынии в Германии Алекс Якоб, который помогает пострадавшим от мин. История Мовлади тронула уже повидавшего многое дипломата. Он снял его на видеокамеру и пообещал помочь - фонд консула уже много лет ищет спонсоров для таких ребят. И вскоре из Германии пришел вызов с предложением пройти обследование.
- Благодаря роликам о Мовлади удалось собрать около 12 тысяч евро на лечение, - говорит тетя юноши Малика.
В Германии Тепсаева осмотрели врачи, сделали протезы для глаз и сняли мерки на протезы для рук. Остальное отложили для следующего визита Мовлади.
Посодействовать парню взялись и местные предприниматели, собравшие для него около 29 тысяч евро. Их вполне бы хватило на оплату одного протеза. Пришла и другая хорошая новость - фонд Алекса Якоба собрал еще 20 тысяч евро.
- Мовлади с матерью поехал за границу второй раз, - продолжает Малика. - Но выяснилось, что возникла проблема с ушами - взрывом были повреждены барабанные перепонки. Делать подобную операцию в Германии очень дорого. Пришлось вернуться домой ни с чем.
Тем временем по округе поползли слухи - мол, деньги для лечения мальчика семья якобы тратит на собственные нужды. Родственникам Мовлади ничего не оставалось, кроме как вернуть их. А фонд уже перечислил накопленные суммы другому ребенку.
- В итоге пока никакой поддержки племянник не получил, - сокрушается женщина. - Ему необходима срочная операция, ведь Мовлади может потерять еще и слух, но местный минздрав уже несколько месяцев не может выделить квоту на лечение.
Ромео и Джульетта
Сегодня, несмотря на все проблемы, с лица парня почти не сходит улыбка. Виной тому - любимая жена Марем. История похожа на сказку. Они учились в одной школе и начали дружить задолго до трагедии. На Новый, 2008-й, год он пообещал подарить девушке букет роз. Но праздник Мовлади провел на больничной койке. Тогда ему позвонила Марем: "Где обещанные цветы?" Юноша ответил, что не может принести их любимой, ведь у него нет ни рук, ни глаз. На что красавица Марем невозмутимо ответила: "Я знаю, для меня это неважно. "
Против свадьбы молодых был даже старший брат Мовлади. Но решение они не поменяли. 27 апреля 2008 года на торжество собрались гости со всех уголков республики. Все восхищались мужеством жениха и невесты и благодарили их за то счастье, которое они подарили всем окружающим.
Молодой человек старается никогда не унывать. Он искренне хочет, чтобы в глазах его родных перестали появляться слезы.
- Мовлади очень любознательный, поэтому мы надеемся, что благодаря педагогам ему удастся получить школьный аттестат, - рассказывает тетя Малика. - Тогда можно будет подумать и о получении высшего образования. Он всегда увлекался историей Чечни. Правда, сейчас книги ему читает Марем.
После первой поездки парню предлагали остаться в Германии. Для таких, как он, в других странах созданы все условия для дальнейшего развития - можно даже получить новую специальность. Но пока Тепсаев не хочет уезжать из республики. А родственники юноши надеются, что им все-таки удастся сделать для него протезы и любым способом вернуть зрение. Ведь у этого сильного духом парня еще вся жизнь впереди.
Адлан Динаев, председатель общественной организации "Ламан Аз" (является исполнительным партнером Детского фонда ЮНИСЕФ и занимается вопросами противоминной безопасности):
- С 2001 года количество пострадавших остается примерно на одинаковой отметке - около 25-30 человек в год. По мировым стандартам, страна считается опасной территорией, если в течение полугода в ней происходит хотя бы один минный инцидент. В Чечне же было время, когда это число доходило до 350. А самой уязвимой группой является именно молодежь в возрасте от 14 до 29 лет.
Люди, ставшие недееспособными в результате минных взрывов, в России по сравнению с другими странами фактически лишены многих прав. Чтобы добиваться каких-либо компенсаций или дополнительных пенсий, у них нет никакой нормативно-правовой базы. Пострадавшие признаются инвалидами разных групп или инвалидами детства, если получили травму до 18 лет, но этим все и ограничивается.
Статистика подрывов пошла на убыль, однако вовсе не потому, что проблема решается. С улучшением жизни люди перестали сознательно рисковать жизнью и не ходят, к примеру, за дровами на неразведанную местность. Увы, но пока мы не находим понимания со стороны властных структур всех уровней в исправлении ситуации. Работы по разминированию ведутся медленно и локально, не влияя на общее положение дел. Сегодня, по нашим оценкам, в горах и лесах республики остается до миллиона различных взрывоопасных предметов.