Александр Федорович не знает, на какие деньги теперь будет жить его семья
Три с половиной месяца назад единственный украинец, выживший после столкновения лодки с катером береговой охраны России, очнулся в больничной палате для арестованных. «Тараканы, не туалет, а, извините, параша, вонь, решетки на окнах», — рассказывал тогда Александр Федорович нашему внештатному фотокорреспонденту Николаю Рябченко. Жителя Донецкой области арестовали, обвинив в браконьерстве. Но усилиями украинских дипломатов и защитника пострадавшего удалось добиться для Федоровича подписки о невыезде. И вот новая победа: Александр вернулся на родину, взяв на себя обязательство являться по первому требованию следственных органов России.
— Того, что я пережила, никому не пожелаю! — со слезами на глазах вспоминает Марина Николаева, гражданская жена Александра Федоровича. — Когда журналисты сообщили мне, что Сашу отпустили на родину, сначала даже не поверила! А после звонка Николая Сегеды, консула Украины в Ростове-на-Дону, спросившего, пересек ли мой муж со своим защитником границу, я расплакалась от счастья.
*Радостная встреча в Безыменном. Три с половиной месяца Федорович не был дома и сильно похудел, находясь на чужбине без средств к существованию (Фото Николая Рябченко, специально для «ФАКТОВ»)
По словам Марины, о том, что ее муж оказался на катере, затонувшем в результате столкновения с российским военным судном, она узнала 17 июля от местных пограничников: «Ко мне пришли домой и сообщили, что муж один выжил в морской катастрофе».
— Ни на какую рыбалку в тот день никто не собирался, — рассказывает Александр Федорович о событиях, предшествовавших трагедии. — Я шел с огорода на море искупаться, так как дома воды не было. По пути встретил Юру Бойко, он предложил мне прокатиться, чтобы проверить двигатели катера.
Федорович утверждает, что согласился с неохотой. Но Бойко пообещал, что они выйдут в море ненадолго. Однако, как вспоминает Александр, слишком увлеклись и зашли далеко. А когда уже легли на обратный курс, их и стал догонять катер российских пограничников.
По словам Федоровича, его защитнику удалось добыть видеозапись, где зафиксировано реальное столкновение катера береговой охраны с их лодкой. А сам пострадавший не в полной мере видел, как все происходило в действительности.
— Я стоял спиной к курсу, а российский катер летел на нас в лоб. Команд с него мы не слышали из-за рева двигателя нашего катера, — вспоминает Федорович. — Я только услышал, как Дима (Дараган, управлявший катером. — Авт.) крикнул: «Держитесь!» — и боковым зрением увидел пограничное судно — уже перед самым столкновением…
В Украине Федорович проходит свидетелем в уголовном производстве по факту нарушения действующих правил на транспорте. В браконьерстве его на родине пока не обвиняют, хотя российские правоохранители продолжают настаивать именно на этой статье.
— В Ейске органы дознания решили «закрепиться» на доказательной базе и пытались убедить Федоровича признаться в браконьерстве, но Александр остался сильным бойцом, сломить его не удалось, — говорит правозащитник Александр Кудинов, представляющий интересы украинского моряка. — Впервые Федоровича допрашивали 19 июля, в реанимации, когда он не мог отдавать отчет своим словам и действиям. Видеозапись этого допроса есть, однако, несмотря на наши запросы, нам так и не дали с ней ознакомиться.
По мнению Кудинова, у российского следствия не было необходимости держать пострадавшего гражданина Украины в Ейске на подписке о невыезде: на допросы и другие следственные действия Федорович мог бы приезжать и из дому.
Защитник говорит, что будет обжаловать незаконное решение о задержании Федоровича по надуманному обвинению в браконьерстве, ведь доказательств вины подозреваемого нет, а сети, изъятые спустя два дня с места крушения украинского катера, принадлежат другой лодке. Кроме того, Александр Кудинов намерен добиваться привлечения к уголовной ответственности российских пограничников, которых он считает ответственными за гибель людей, находившихся на украинском катере. Правозащитник будет также настаивать на выплате компенсации Федоровичу за полученные в аварии увечья, незаконное обвинение и задержание.
— У Саши сломаны шесть ребер, в шести местах пробито левое легкое, — сокрушается жена. — У него скачет давление… А как он похудел!
— В Ейске я все время сидел без денег, на одной «Мивине» да на том, что жена привозила. Сто долларов, которые консульство выделяло мне раз в месяц, я отдавал за аренду жилья, — рассказывает Федорович.
Мужчина, раньше зарабатывавший на стройках, переживает, что теперь такие физические нагрузки ему не по силам.
— Здоровье не ахти, болит вся левая сторона, где были ушибы и переломы, от головы до ноги, — жалуется Федорович. — Как буду кормить семью?
Марина, которой удается поработать лишь в летний курортный сезон, сетует: в долгах, как в шелках. «После того как на поездки к мужу и на российского адвоката потратила 70 тысяч гривен, и считать деньги перестала», — говорит женщина.
По признанию супругов, когда семьи погибших товарищей Федоровича получили от украинского правительства компенсацию по утрате кормильцев, они рассчитывали, что и им немного помогут.
Александр Кудинов, имеющий доверенности на представление интересов семей погибших, заявил, что намерен добиваться от российской стороны возмещения ущерба за гибель украинских граждан и вреда, нанесенного здоровью Федоровича.