Этнос и государство: общее и особенное
Различные стадии, которые проходит этнос в своем развитии, отличаются друг от друга главным образом характером связи, скрепляющей народ. В ранние эпохи это – кровнородственная связь. Главная форма существования такого этноса – род, племя. Затем кровнородственная связь сменяется территориальной, поземельной.
Главная форма жизни этноса на этой стадии – община, преимущественно сельская (хотя и в городах имеются аналоги общины). Обратим внимание на то, что здесь уже связь не кровнородственная, а по земле. Общие обычаи, нравы, обряды скрепляют эту общность. Именно на этой стадии развития этносов государство приобретает вид империи. Империи возникают и распадаются, включая в себя разнообразные и разноплановые территории и этносы, а общины продолжают существовать в неизменной форме, пока не наметится переход к стадии нации.
Основная связь, скрепляющая нацию, – это культура, главным элементом которой являются ценности, системы ценностей. Национальное государство и создается этносом, достигшим зрелости нации, для реализации, воплощения в жизнь собственных ценностей. Империя, объединяющая различные этносы на своей территории, обычно имеет своей задачей защиту этой территории от посягательства соседей, расширения ее, наведения внутри нее порядка. Она в значительной степени безразлична к культурным принципам и ценностям входящих в нее этносов (“нелицеприятна” к ним). Она представляет собою как бы скорлупу, внешнюю раковину защищающую помещенною в ней мягкого, бескостного моллюска и создающую внешние условия для его развития. Этносы существуют внутри империи как миры в себе, причем каждый мир – это не сплошной организм, а соты, с большим количеством отдельных, похожих друг на друга ячеек-общин. Общины развивают внутри себя часто богатый конкретно-культурный контекст, т. е. комплекс социальных норм-правил: обычаев, обрядов, ритуалов и т.п. на основании системы ценностей, общей для всех ячеек данного этноса. Именно общины формируют личность, осуществляя преемственность культуры.
Пока этнос развивается, постепенно, неторопливо, начинают нарастать процессы урбанизации, усиливаются процессы миграции населения, превращаясь в массовые, интенсивная социальная мобильность также вносит спой вклад в распад общины как социальной структуры. Личность становится автономной. Прежние этнические связи ослабевают, преемственность культуры нарушается, начинают дисфункционировать механизмы формирования целостной личности. В этнических “мирах” нарастает хаос. Этнос оказывается перед перспективой либо погибнуть, диссимилироваться, либо создать национальное государство, организованное уже не по принципу сот, заключенных в одну внешне ограждающую их скорлупу, а с принципиально новым типом связей – по культуре и ценностям, в пространстве всего этноса. Это возможно, поскольку ценностное “ядро” культуры сохраняет свое единство. На этом этапе этносы “взрывают” империю изнутри, и на ее развалинах начинается формирование национальных государств.
Первая реакция на распад империи, самая простая, – воссоздать прежнее государственное устройство, сформировать «мини-империю» только на базе одного этноса. Это стремление приводит к противоречию. Империя распалась не случайно, а закономерно, так как не обеспечивала больше необходимых условий для существования этноса. Она построена на принципе «невмешательства» в жизнь ячеек-общин, и этнические проблемы ей безразличны. Это безразличие не психологическое (часто имперские правительства, напротив, декларируют свою принадлежность к тому или иному этносу, поддержку этнических ценностей), а именно структурное. Империя как государственное образование отчуждена от жизни конкретных носителей культуры – общин, а, следовательно, и от личности. Она – социальная форма, вторичная и формализованная, а формальные структуры вообще не могут эффективно осуществлять культуротворческие процессы и формировать личность (кроме отдельных ее самых внешних слоев сознания), они только пользуются тем и другим “продуктом”, создаваемым общиной. Но ведь кризис этнической жизни и возник именно из-за нарушения всех этих процессов в связи с разложением общины, и вся проблема заключается в том, чтобы эти процессы восстановить. Колония маленьких ячеек-сот должна переформироваться в единый организм, функционирующий как целое, которому уже не нужна будет внешняя скорлупа.
Существует другая концепция, принимающая во внимание проблему налаживания новых связей в распавшемся этносе. Но ее коренное заблуждение в том, что восстановление связей мыслится как возвращение к прежним, изжитым их формам, причем к изжитым исторически уже давно, а именно – к связям типа кровнородственных, ставя во главу угла общее этническое происхождение. Но в современном мире вообще нет людей с “чистым” этническим происхождением, поэтому на данном принципе вообще ничего невозможно создавать и поддерживать. Следует сказать также, что именно для сторонников этого принципа восстановления прежнего кровнородственного принципа связи наиболее характерно параноическое представление о таящихся повсюду врагах иноэтнического происхождения, которые «нас ненавидят, задачей своей жизни ставят вредить нам, преследовать и, в конечном счете, уничтожить нас как нацию». Поиски и выявление этих врагов, их обличение и прочее приводят к совершенно бессмысленной растрате сил и отвлекают внимание от реальных проблем, направляя усилия в неконструктивном направлении.
Реальный же путь, могущий открыть перспективу решения национальных проблем, – это путь создания в этносе принципиально новой связи, как мы отмечали уже в самом начале, связи между людьми на основании системы главных культурных ценностей, которые разделяют все. Налаживание такой связи – это налаживание определенного уровня консенсуса, который необходим любой человеческой группе, в том числе и нации, и без которого невозможно вообще ничего создать.