Иван Ургант: «Я часто критикую себя за слабость и лень»
16 апреля известный телеведущий Иван Ургант отмечает день рождения. Накануне Иван рассказал нам, перед кем никогда не стал бы шутить, чем спасается от плохого настроения и на кого похожа его дочь Нина.
Дома – жена Наталья и маленькая дочь Нина. Но времени для родных-любимых остается не так уж много. Три программы на телевидении, снимается в кино, часто ведет концерты и праздники. А в мае в Театре имени Пушкина он появится в главной роли в спектакле по пьесе Александра Островского «Бешеные деньги». На встречу с нами он, кстати, приехал именно с репетиции. Вопреки нашим о пасениям – опоздает, с его занятостью точно опоздает! – в фотостудии Иван появился всего на 10 минут позже назначенного времени. Что для Москвы, где всегда пробки, – вообще не опоздание.
Общаясь с Иваном, трудно понять сразу, когда он говорит серьезно, а когда шутит. Только глаза выдают. Кажется, смех для Урганта не только способ общения, но и защита в случае, когда беседа заходит на территорию, где не до шуток (например, на тему семьи). Тогда он сворачивает свой ответ и обращается к журналисту: «Я вас слушаю», – тактично давая понять, что пора перейти к следующей теме.
Персональный Новый год
– Иван, скоро у вас день рождения. Знаю, что не очень любите этот праздник. Почему?
– А кто любит свой день рождения?! Лично у меня нет к нему такого отношения, как, например, к Новому году. Вот его я считаю своим любимым праздником. Конечно, если посмотреть с другой стороны, день рождения – это твой персональный Новый год. Мне кажется, многие так говорят: не люблю день рождения. Но в этот день в семь утра, открывая глаза, все мы хотим увидеть что-нибудь большое, перевязанное лентой.
– А как для вас в идеале должен проходить день рождения?
– Идеально, когда горячо любимые тобой и хорошо изображающие, что любят тебя, люди вместе с тобой отправляются в какое-нибудь неожиданное путешествие. Например, два года назад, когда мне исполнилось 30 лет, я пригласил своих друзей из Москвы в Санкт-Петербург. Никто из них не знал, что же будет дальше, программа не была объявлена. Было много сюрпризов, которые я тщательно подготовил. И видеть удивленные и радостные глаза друзей мне было приятно.
Тони Блэр узнал меня с первого взгляда
– Иван, вы по многим странам уже поездили. Успели на себе прочувствовать известное выражение «Мир тесен»?
– Очень тесен! Представить сложно, насколько наш мир маленький. Мне даже кажется, что иногда мы – одна большая компания. В 2008 году ездил на летнюю Олимпиаду в Пекин. Вместе с Владимиром Познером отправляемся мы на матч 1/8 финала по женскому баскетболу между нашей и американской сборными. Не до конца досмотрев игру, я схожу с трибуны – и вдруг сталкиваюсь с великим американским баскетболистом Клайдом Дрекслером, который уже давно ушел из спорта. А он герой моего детства! Я прямо обалдел, увидев его. Подошел к нему и на ломаном английском – а в такой ситуации любой язык и даже жесты становятся ломаными – выразил восхищение, крепко пожал ему руку. Мне показалось, ему было приятно. В этот же самый день мы отправляемся на стадион «Ласточкино гнездо» смотреть выступление легкоатлетов. Именно в тот день Усэйн Болт из Ямайки установил мировой рекорд в стометровке. Мы с Познером, счастливые, выходим за трибуны – и прямо перед собой я вижу бывшего премьер-министра Великобритании Тони Блэра. Тут я не растерялся и на весь стадион заорал: «Мистер Блэр, хэллоу!» От такого мощного энергетического посыла остановится не то что бывший премьер-министр – сердце у некоторых может остановиться. Он повернулся, и мы принялись пожимать ему руки. Вот до этого момента где был Тони Блэр и где я?! Знал ли он, что вот так запросто сможет встретить на олимпийском стадионе в Пекине ведущего программы «Смак»?! Да в жизнь не подумал бы!
– Если бы Блэр спросил: «Чем вы занимаетесь, молодой человек?» – что бы вы ответили? Ведущий, шоумен, артист?
– А он не стал спрашивать, кто я. Посмотрел на меня, улыбнулся и сказал: «А, «Актимель»?! Привет».
– Как бы описали себя человеку, который видит вас первый раз в жизни и не знает, кто вы?
– Я, наверное, сказал бы о себе просто: ленинградский озорной гуляка!
– Однажды в интервью вы признались: «Я часто себя ругаю и редко хвалю». За что обычно ругаете-то?
– Обычно веду тяжелые разговоры с самим собой в небольшой келье, на циновке. Не дай бог кто-нибудь установит там видеокамеру! Столько можно узнать про меня плохого! Я часто критикую себя за слабость, за лень. Часто говорю себе утром: «Встань немедленно с перин. Иди в огород! Обрежь у клубники усы!»
Я смог бы быть дублером Безрукова
Персонажа, которого репетирует Ургант в спектакле, Островский описал так: «Савва Геннадьевич Васильков, провинциал, лет 35. Говорит слегка на «о», употребляет поговорки, принадлежащие жителям городов среднего течения Волги: «когда же нет» – вместо «да»; «ни Боже мой» – вместо отрицания, «шабер» – вместо «сосед». Провинциальность заметна и в платье». Васильков знает, как добывать деньги, и умеет это делать. Один из героев пьесы, Телятев, говорит о Савве: «Мне страшно его, точно сила какая-то идет на тебя». В деловых операциях Васильков основателен и сам признается: «Что я сказал, то и будет, я даром слова не говорю».
– Премьера спектакля «Бешеные деньги» заявлена на май. Как вы решились снова выйти на театральную сцену? Если не ошибаюсь, в театре играли лишь однажды, да и то в массовке…
– Скажу вам больше: считайте, что я никогда не выходил на театральную сцену. Мой 12-й стражник (спектакль «Макбет» в питерском БДТ. – Прим. «ЗН») был еще почти в детстве. Я тогда учился в Санкт-Петербургской театральной академии. Разве можно это назвать игрой на сцене?! А вот сейчас такая возможность появилась… Режиссер Роман Козак, которого я считаю безусловной величиной в театральном мире, предложил мне роль Саввы Василькова. Это было первое предложение от театра, в данном случае от Театра имени Пушкина, до этого меня звали лишь в антрепризы. Я думаю: уж если участвовать в театральной постановке, то в чем-то серьезном. Мне показалось крайне интересным сыграть в классическом произведении. К тому же рядом великолепные партнеры – Вера Алентова, Николай Фоменко, Виктор Вержбицкий, Александра Урсуляк, Борис Дьяченко, Сергей Миллер. Сейчас и пьесу-то «Бешеные деньги» уже забыли. Моя мама (Валерия Киселева, актриса Санкт-Петербургского театра комедии имени Акимова. – Прим. «ЗН») не смогла в книжных магазинах Питера даже найти это произведение, пришлось брать в театральной библиотеке… Сейчас идут репетиции. Знаете, ощущения у меня сложные. Прорываюсь сквозь пелену собственного дилетантизма. Позабыл я, в общем-то, чему учили в театральном институте.
– Ваш Васильков – человек, умеющий заработать на жизнь и относящийся к деньгам с благоговением. Вы же как-то говорили, что, несмотря на нынешние гонорары, прекрасно помните время, когда не было пятака на трамвай, и что именно поэтому относитесь к деньгам спокойно. Научившись зарабатывать деньги, вы уже со знанием дела можете ответить: так есть ли в деньгах счастье?
– Никакого. Но спросите меня: «Есть ли счастье без денег?» И я отвечу: «Не знаю». Мне кажется, деньги – это хороший цементирующий материал. Вот представьте: закладываем фундамент счастья. Вот кирпич, который называется «любовь». Второй кирпич – «семья». Затем – «любимая работа». Еще один кирпич – «мир во всем мире». Но хорошо бы зацементировать это все деньгами. И тогда уже точно фундамент под этой мазанкой будет крепким. Но нельзя ставить деньги на первое место.
– В одном интервью вы сказали, что хотели бы сыграть какого-нибудь исторического персонажа – Сталина, к примеру, или Гитлера…
– Видимо, это было интервью журналу «Санкт-петербургские кровососы». Сталина и Гитлера я сыграл бы, но в какой-нибудь экспериментальной постановке. Например, Гитлер и Сталин против Терминатора. Вот до такой степени довести эксперимент! Но дело в том, что я достаточно высокого роста, а политические лидеры того времени были довольно неказистыми… Ну а вообще роль яркого исторического персонажа была бы мне интересна. Я, например, очень люблю Владимира Маяковского. Моего скудного актерского дарования не хватит, чтобы его сыграть. К сожалению, в своей жизни я не видел ни одного захватывающего фильма об этом поэте. Знаю, что Иван Дыховичный вынашивал идею снять кино о Маяковском. К сожалению, этим мечтам не суждено было сбыться. А ведь замечательная могла бы получиться история… У нас такие фильмы снимают не часто, а в Америке ситуация с биографическими лентами другая. Вспомните прекрасный фильм «Рэй» о музыканте Рэе Чарльзе. Я надеюсь, что все-таки найдется режиссер, который снимет кино о Маяковском. Я бы с удовольствием поучаствовал в съемках. Часто бреюсь наголо, по росту подхожу. Думаю, что я был бы замечательным дублером Сергея Безрукова.
Хочется оторвать собственную ногу и дать Познеру
– Владимир Познер как-то рассказал, что не сумел «подобрать к вам ключики», когда вы приходили как гость в его программу «Познер». Мол, у него не получилось показать Урганта таким, каким он его знает по совместным поездкам в Америку и Францию. Как думаете, почему?
– Да, это была непростая передача. Сложно там, у Познера, скажу я вам. Попробуйте, сядьте туда! Сам-то Владимир Владимирович невероятно располагает к дружескому искреннему общению. В беседе ему хочется выложить все сразу: от пин-кода банковской карты до места в парке, где ты в 5-летнем возрасте зарыл машинку. Но у этой передачи такой статус! К Познеру ведь какие люди приходят: Хиллари Клинтон, Михаил Горбачев, Жванецкий, Макаревич, светила настоящие, министры, политологи. И вдруг плевок такой небритый сидит! Поэтому было сложно расслабиться до конца. Мне кажется, Владимир Владимирович меня по блату пригласил в передачу. Он же у нас тоже в «Прожекторперисхилтон» был. И замечу, что нам тоже не удалось показать Познера, каким я знаю его в жизни. Наколок-то по телевизору не видно.
Мечтаю пригласить Владимира Владимировича в «Смак», но пока не складывается. Он ФАН-ТАС-ТИ-ЧЕС-КИ готовит! Это мне посчастливилось узнать и в наших поездках, и когда я бывал в гостях у Владимира Владимировича. Как он запекает баранью ногу! Столько в этом такта и уважения к мясу! Когда я наблюдаю процесс и потом все это поглощаю, мне хочется оторвать собственную ногу и дать Познеру, чтобы он ее запек. Известны случаи, когда бараны сами отдавали свои ноги Владимиру Владимировичу, чтобы он их приготовил. Помните этих знаменитых трехногих баранов?!
Если бы я каждый день питался у Владимира Владимировича, то сейчас не вошел бы в эту гримерку. Вы бы первый мне сказали: «Уйди отсюда, жиртрест!» Но при этом сам Познер находится в великолепной форме, он знает меру в еде.
– Какую Америку показал вам Владимир Владимирович, мы видели по серии передач «Одноэтажная Америка». А вот какую Францию вы увидели его глазами?
– Ту, которую я полюбил и которая стала моей любимой страной в конечном итоге. Наш Первый канал планирует показать цикл программ «Тур де Франс» в этом году. В сентябре прошлого года мы проехали страну буквально вдоль и поперек. Почти каждый день Владимир Владимирович вливал в меня по бутылке бургундского, и, скажу я вам, путешествовали мы с удовольствием. Конечно, было очень интересно, все это увидите в передачах. А вообще, эта идея и с Америкой, и с Францией мне нравится. Есть еще много стран, куда хотелось бы поехать с Владимиром Владимировичем. И я не исключаю такой возможности.
Ваня, перестань целоваться с гондольером!
– «Мне приходилось иногда извиняться за свой неуместный юмор», – сказали вы как-то…
– Иногда даже не успеваешь извиниться за какую-то свою шутку – стреляют раньше. Конечно, у людей, для которых шутки становятся профессией, случаются проколы. Что тут сделаешь? Думаешь о том, чтобы всем было весело, а человек расстроился. Нехорошо. Так что лучше всегда шутить про человека, когда он находится в длительной заграничной командировке, на стационарном лечении или в тюрьме. Всегда есть шанс, что у него есть более серьезные проблемы, чем твои идиотские шутки.
– А перед кем вам сложно шутить?
– Есть люди, рядом с которыми этого делать просто не хочется потому, что они сами все время шутят. А есть те, кого хочется просто слушать, а самому молчать. И таких много – умных, интересных собеседников. Я очень люблю общаться с остроумными людьми. С моими партнерами по переда че «Прожекторперисхилтон» в том числе. Все наши совместные поездки всегда проходят под гомерический смех. Недавно мы ездили вместе на гастроли в Санкт-Петербург. Пока мы ехали в поезде, Гарик Мартиросян был в ударе. Мне физически стало плохо от смеха, дышать не мог. Умолял: «Остановись!» Но он продолжал.
– Александр Ширвиндт сказал однажды: «Импровизация хороша, когда она заранее подготовлена». Вас считают блестящим импровизатором. Вы согласны с этим утверждением?
– Конечно, любая импровизация должна быть подготовлена, но на поверку самым смешным оказывается то, что родилось неожиданно.
– Журналисты давно терзают вас вопросами о сольном музыкальном альбоме. А вы все продолжаете над ним работать. И с таким удовольствием музицируете в финале каждой передачи «Прожекторперисхилтон»… Как говорил когда-то критик, «когда же придет настоящий день»?
– Надеюсь, к концу года альбом наконец-то появится. Идут репетиции, записи в студии, песни я пишу сам.
– На диске будут песни из вашего первого любительского альбома, выпущенного вами в Питере в 18 лет?
– Точно не будет! Все-таки я сильно изменился за эти годы. Тот альбом так и останется свидетельством того, что когда-то я с помощью моего товарища, музыканта Максима Леонидова, записал эту пронзительную исповедь юнца. Мы выпустили совсем небольшой тираж и раздали друзьям и знакомым. Я, между прочим, собирался тогда стать певцом. По радиостанции «Европа Плюс» покрутили мою песню «Марс и Венера», на MTV несколько раз показали клип. Но… Тогда, в 1999 году, нужна была танцевальная музыка, и нам говорили: «У вас медленная песня? Нет, не пойдет».
– При записи альбома вы аккомпанируете себе сами? Вы же играете на стольких музыкальных инструментах. Говорят, и на балалайке можете…
– Вы считаете, если меня зовут Иван – значит, я обязательно играю на балалайке?! Следуя вашей логике, я должен быть дураком, вдовьим сыном и ездить на сером волке. Так вот я поломаю вашу лубочную конструкцию, ваши старообрядские домыслы: это была мандолина!
В детстве у меня были мандолина, домра и маленькая гитара. И я на всем этом сам учился играть. Недавно к нам на передачу «Прожекторперисхилтон» приходил музыкант Горан Брегович, и мы вместе исполняли песню «In The Death Car» из фильма «Аризонская мечта». Я подыгрывал на мандолине. Впервые за 15 лет взял ее в руки.
Не хочу символизировать секс
– В прессе время от времени публикуются фотографии целого замка, который строит в Подмосковье Максим Галкин. У вас никогда не было желания обзавестись своим домиком?
– Вот, вы правильно заметили – домиком. Домик строю – с палисадником и с мезонином. Помните, как в произведении Антона Чехова «Дом с мезонином»: «Мисюсь, где ты?» Вот и перед моими глазами, когда я думаю о доме, возникает такая картинка: выхожу я на крылечко и кричу: «Мисюсь!» И ко мне сразу бегут ближайшие родственники, дети. Мне кажется, дом нужен для того, чтобы там позволить себе то, чего не можешь позволить себе в городской квартире. Например, выбегать обнаженным на улицу. Жители столичного района Хамовники были бы удивлены, если бы я голый с веселым криком выбежал из подъезда.
– Вас часто называют в прессе секс-символом. Но вы всегда так бурно на это реагируете. Почему открещиваетесь от этого, можно сказать, почетного звания?
– Я категорически не хотел бы символизировать секс. Поверьте мне, человеку, который работал на канале MTV. Часто девочки влюбляются просто в телевизор: кого показывают на телеэкране, в того и влюбляются. Девочки, милые, не влюбляйтесь в телевизионные лица! Лучше влюбляйтесь в кого-нибудь поближе! Хотя когда-то я тоже носил значок с изображением Пола Маккартни. Помню, 18 июня 1992 года, в день 50-летия музыканта вышел на улицу с этим значком на куртке.
– Ну он же не был для вас секс-символом?
– Нет, конечно. Он был моим музыкальным кумиром.
– Иван, что вас чаще всего расстраивает? Что может вывести из равновесия?
– Хамство, грубость. Необязательно в мою сторону. Достаточно увидеть, как люди хамят друг другу в магазине, и я могу расстроиться. Пошлость.
– И что же вас все-таки спасает от плохого настроения?
– Мне нужно просто уединиться.
– Многих спасает алкоголь…
– Я малопьющий человек. А в последнее время вообще стал себя держать в руках.
– А раньше, значит, больше потребляли?
– Как, вы не слышали о знаменитом пьяном мальчике с канала Грибоедова? В начале 1990-х часто можно было услышать на улицах Санкт-Петербурга такой диалог туристов: «А пойдемте в Эрмитаж!» – «Нет, лучше посмотрим знаменитого пьяного мальчика с канала Грибоедова!» С тех пор утекло много воды. И по каналу, и во мне. Поэтому теперь только хороший алкоголь – с удовольствием, но в меру.
– Когда вы последний раз напивались?
– В начале весны в Венеции. Захотелось посмотреть ее не летом, в туристический сезон, а весной. Венеция располагает к тому, чтобы бродить по ней, перебираясь из ресторанчика в ресторанчик, слегка подшофе. Последнее, что я помню, это шепот жены: «Ваня, перестань целоваться с гондольером!»
Хочу пересмотреть «Кармелиту» на дисках
– Как-то вы говорили: «Отношения в любви должны быть непредсказуемы». В чем эта непредсказуемость должна проявляться?
– Да во всем. Если перестаешь удивляться, тебе перестанет быть интересен человек. В семейной жизни просто необходимо делать сюрпризы. Это очень важно – быть неожиданным. Как только ваша жена четко поймет, что ровно в 03:15 вы выходите из спальни, идете на кухню и варите там себе чесночный отвар, – ваш брак под угрозой. Удивите ее! Сделайте, например, сельдереевый мусс!
– Свою дочь вы назвали в честь своей бабушки – актрисы Нины Николаевны Ургант. В мае Нине-младшей будет 2 годика. С прабабушкой малышка уже виделась?
– Виделась и видится. Я не ожидал, насколько Нина Николаевна будет рада появлению на свет еще одной Нины Ургант. Даже предположить не мог. Если бы знал, что это событие так ее обрадует, я бы раньше нашел маленькую девочку, назвал бы Ниной и привел бы к Нине Николаевне. Специально даже украл бы ребенка. Из табора. Вы смотрели «Кармелиту»?
– Нет.
– Я всем задаю этот вопрос. Вот посмотрите 470 серий и поймете все про детей из табора… Я с нетерпением жду, когда выйдет этот сериал на 179 дисках.
«Иван Ургант. Караван уходит в небо» – это не мое
– Если бы вы писали книгу о себе, с какой фразы ее начали бы?
– Надо подумать… «Занималась заря…» Нет, не то. А может, так: «Раз уж мне издательство заплатило миллион долларов, прочитайте горестную исповедь…» Нет у меня, пожалуй, ответа на ваш вопрос, потому что книгу о себе я напишу, только если совершу какой-нибудь подвиг… Спасу мир от атомной войны, например, или выкраду корону Российской империи. Вот тогда и напишу о своем подвиге. Но пока не ждите. Если обнаружите на прилавках книгу с надписью на обложке: «Иван Ургант. Несколько слов о главном» или «Иван Ургант. Караван уходит в небо», знайте – не мое. Писал не я.и
– Каким видите себя в 60 лет?
– Главное, живым. Это моя программа-минимум. Чтобы во рту не ощущался привкус чернозема средней полосы…
– Может быть, попробовали бы себя в каком-то новом качестве: поставили спектакль, сняли фильм?
– Почему бы и нет?! Хочется развиваться, но и не забывать ту профессию, которой я сейчас занимаюсь. В 60 лет хотелось бы еще быть на телевидении – это уже немало. Мне бы хотелось заниматься всю жизнь тем, в чем состоялся, и продолжать совершенствоваться. Что может быть лучше, чем умереть на сцене, произнося в микрофон перед огромным количеством телекамер: «Встречайте! Анна Семено…»
Олег ПЕРАНОВ, ООО «Теленеделя», Москва (специально для «ЗН»), фото Владимира ШироковА