Как живет многодетная мама с Рублевки
Яркая, обаятельная, харизматичная, успешная блондинка. Так или примерно так мы и представляем себе жительниц Рублевки. Всему этому Светлана Пчельникова соответствует. А дальше начинается самое интересное.
Супруга успешного бизнесмена и промоутера в профессиональном боксе. Многодетная мама. Автор уникальных авторских кукол, востребованных в Европе. Инициатор многих благотворительных проектов, которые уже спасли не один десяток детских жизней. Светлана Пчельникова рассказала проекту «Дети Mail.Ru» о жизни, браке и, конечно же, о детях.
– Светлана, признайтесь, легко ли живется так называемым «рублевским женам»?
– Женой вообще быть сложно – и на Рублевке, и в любых других местах. Молодым девочкам кажется, что достаточно просто самой влюбиться и влюбить в себя достойного парня, чтобы стать счастливой. Потом – встречи, расставания, переживания, сделает ли он предложение. И вот свадьба, кольца, и вроде бы – все, жизнь удалась, но спокойствие не наступает никогда. Нужно подстраиваться под человека, под его ритм, график, под его капризы, наконец. А это труд ежедневный. Если женщина ничем не занята, она заранее в проигрыше, потому что перестает быть интересной. Тем более – если твой муж богат, ведь на него всегда идет «большая охота» и его запросто могут увести. А еще многие мужчины сейчас выбирают путь одиночки – так им проще и спокойнее, не надо задумываться об ответственности.
– Но вы с супругом уже много лет вместе. Как вам удалось сохранить свой брак, когда вокруг столько соблазнов?
– Все просто: у нас классическая патриархальная семья, где мужчина – глава. Поэтому подстраиваюсь я, но в этом я вижу не слабость, а силу. Я никогда не старалась бороться за свою «самость» – и, наверное, только больше от этого выигрывала. Не перестаю говорить об этом дочери. Но пока она в силу своего юношеского максимализма меня не очень слушает. Я порой спрашиваю ее: «Ты хочешь быть счастливой или всегда быть правой? Если ты хочешь быть всегда правой, то ты все время будешь спорить, ссориться, доказывая свою точку зрения. А это никого не сделает счастливым». Словом, я за разумный компромисс. Только этот путь и ведет к счастью – во всяком случае, я так живу.
– Вы гордитесь своими детьми?
– Да, я по праву горжусь детьми. Старшей дочери Насте 25 лет. Это абсолютно творческий человек и при этом она очень помогает мне, взяв на себя всю коммерческую составляющую моего бизнеса. Я же занимаюсь куклами, выставками и благотворительностью. Сын окончил экономический институт, а кроме того, он серьезно занимается боксом. В этом году стал чемпионом Эстонии. Ему 20 лет. Посмотрим, что выберет – бизнес или спорт, пока что у него получается и то и другое. А младшая дочка, Мишель, учится в первом классе. Она с утра до вечера рисует, мечтает стать художником.
– Все ваши родные помогали вам с куклами?
– Да, все были при деле: сын, пока был маленьким, помогал мне шить одежду для кукол, муж шлифовал кукольные детали, а мои мама с папой и родители мужа взяли на себя наблюдение за внуками: за их уроками, режимом и спортом. Если бы не это, я не смогла бы достичь своих целей. Конечно, наши родители могли бы жить в свое удовольствие и ничего не делать, но это люди другого формата. Я бесконечно им благодарна, и считаю, что если бы не они и не мой муж, который дал мне финансовую независимость, наша семья в принципе не состоялась бы.
– То есть вы – за патриархальную модель семьи?
– Целиком и полностью. Наши родители отдают долг своим родителям, которые помогали им воспитывать нас. И в этом – преемственность поколений, это абсолютно нормальная семейная история. Я считаю, что в России молодежь может реализоваться именно благодаря институту семьи – поддержке родителей и бабушек-дедушек. Это дает возможность детям и молодым внукам строить свою жизнь и карьеру.
– А вот в европейских странах принято по-другому.
– Да, потому они так поздно и рожают – в 38-40 лет, когда уже жизнь налажена. Бывает и наоборот, например, в Англии – совсем не редкость 15-16 летние мамочки. Но тогда у них уже никаких шансов получить образование и достичь чего-то в жизни. Кстати, я много езжу по миру и начала замечать другую крайность: в Америке, в Германии, в Италии, да и во Франции 35-летние сплошь и рядом теперь живут с родителями. У них не болит голова о квартплате, и всегда можно что-то найти в холодильнике. Так родители до 70 лет и тянут на себе «младшее поколение», а дети все ищут себя или делают вид, что ищут. Сейчас в США очень популярны курсы, где возрастных родителей учат, как им выставить сорокалетнюю «детку» за дверь. Начинается обратный отсчет – «через полгода, через три месяца, завтра – ты, сынок, должен будешь уйти от нас». Устраивают целое шоу – с шариками, свечами на торте, и отправляют «ребенка» в свободное плавание. Видимо, без специальных курсов там эта миссия невыполнима.
– У нас такое все же увидишь нечасто.
– У меня очень много друзей в России, которые в достаточно молодом возрасте смогли самореализоваться – и семью завести, и детей родить, и карьеру построить. Но это возможно лишь тогда, когда старшее поколение инвестирует в тебя свой человеческий ресурс, свое время и заботу. Вот этим нужно дорожить и за это надо держаться, это важно для всех. Ведь и старики чувствуют себя востребованными, у них начинается вторая молодость с внуками.
– У вас необычная сфера деятельности для дамы с Рублевки – не бутик и не салон красоты, а куклы. Ваш супруг сразу это поддержал?
– Да. Мужу вообще очень не нравится, когда женщина «босая, беременная и на кухне». Ему нужно, чтобы жена была чем-то занята и увлечена. Может, в этом и есть секрет успеха нашего брака – мы всегда были интересны друг другу и поддерживали в разных начинаниях. Мы не просто муж и жена, а еще и друзья – это очень важно. Знакомые тоже восприняли кукол с энтузиазмом: например, моя подруга Ирина ездила со мной по первым выставкам, помогала, переводила – она очень хорошо знает английский язык, а я – похуже. Может быть, кто-то и обсуждал меня за спиной, но я настолько счастливый человек, что ничего этого не видела и не слышала. Меня вообще непросто вывести из равновесия – даже если кто-то пытается обидеть, я назавтра это забываю. Потому что если одна тропинка запуталась, а дверка захлопнулась, то рядом всегда есть другие дороги и другие двери.
– В вашей жизни была страшная автокатастрофа. Как удалось остаться столь жизнерадостной и деятельной?
– Как я потом шутила – у меня осталось целым только одно ухо. Все остальное было раздроблено и переломано. Больше года я провела в разных клиниках. Но муж меня очень сильно промотивировал. Он честно сказал, что жена ему нужна здоровая: «Если ты собираешься тут болеть, то это без меня». И я поняла, что нужно бороться, и теперь благодарна судьбе за этот урок. Уже потом я узнала о Нике Вуйчиче, о его борьбе, о его правилах успеха. И сделала для себя вывод: по сравнению с таким испытанием даже стыдно говорить о каких-то своих проблемах и неудачах. Просто нельзя складывать лапки. Кстати, через полтора года я вновь села за руль.
– Когда с вами случилось несчастье, дети были еще малы. Ими занимались няни и гувернантки?
– Нет, на помощь, как обычно, пришли родители, пока я восстанавливалась. Кроме того, все мои дети – детсадовские. Это очень важно для социализации. Потому что в нашем детстве был Двор (именно так, с большой буквы), были прятки, классики и казаки-разбойники. Но сейчас ребенка же не отпустишь гулять одного, а с бабушками дома сидеть тоже неправильно. Так что необходим детский коллектив. Первая няня появилась в нашем доме только после рождения младшей дочери. Она была слабенькой, 900 г, и ей сразу же пришлось делать операцию на сердце. Тогда на семейном совете мы решили, что мне нужно все поспевать – и ребенка растить, и бизнес развивать. Мы пригласили прекрасную женщину с медицинским образованием, Наташу. Она много лет прожила в нашей семье, и стала очень уважаемым ее членом, к ней всегда прислушивались. Этот пример был перед глазами у детей. Они поняли, что каждого человека есть за что уважать: кто-то виртуозно гладит пеленки, а кто-то хорошо продвигается в бизнесе.