Медуниверситет: Лицом к лицу с городом
Удивительная вещь – история… Изучать её по книгам мало кому нравится, но стОит только прикоснуться к ней рукой, пощупать, осязать кожей, как всё меняется. Как будто мир вокруг начинает стремительно преображаться, увлекая тебя в какое-то иное измерение.
Приблизительно такие чувства я всегда испытываю в исторических местах, энергетика которых завораживает и долго не отпускает. Складывается ощущение, что за очередным поворотом, колонной, дверью можно запросто столкнуться с другой эпохой лицом к лицу.
Курск – удивительный город, гуляя по которому можно путешествовать во времени! Для этого надо совсем чуть-чуть: только прикоснуться к какому-нибудь из старинных зданий или постоять рядом с ним, вдыхая запах ушедшей эпохи…
Как жаль, что городские власти не дорожат таким сокровищем, живя только днём сегодняшним. Впрочем, это началось не сегодня: помните, когда создавался «Ревизор».
Когда-то я читала про пожар, в курском городском театре, начавшийся после бенефиса одного из его суфлёров. Результатом грандиозной попойки стало пепелище, в которое превратился и театр, и близстоящие здания. При этом местные пожарные не очень-то торопились тушить горящее здание. Конечно, после инцидента пришлось заменить некоторых начальников, но, видимо, это не решило проблему. J Разгильдяйство для нас и сегодня – норма.
Лицом к Красной Площади
Впрочем, это было отступление. Рассказать я хотела совсем о другом. Для меня одно из самых значимых и любимых мест в городе – университет, в котором я провела пять прекрасных студенческих лет. Отнюдь, не беззаботных, потому что учиться в «МЕДе» спустя рукава нельзя. Во всяком случае, так было раньше. J
Помнится, когда отец вёз меня на вступительные экзамены, я обратила внимание на красивое здание, открывавшееся взору почти от самой Красной площади. На мой вопрос, что это, он улыбнулся: «Сюда ты едешь поступать»…
На тот момент я уже была в списках абитуриентов «Политеха» и категорически не хотела сдавать экзамены в другой ВУЗ, но, увидев Медуниверситет, «оттаяла». Он завораживал своей монументальностью! Именно таким – грандиозным, основательным, красивым – должна была быть в моем представлении « Alma Mater »…
Помнится, как преподаватели подшучивали, что жаловаться на тяготы учёбы здесь не имеет смысла, поскольку порядки со времен его создания остались теми же – поменялось только название учреждения. Здание, оказывается, было построено для содержания уголовных и политических преступников. С 1851 г. здесь располагалась арестантская рота.
Столп Десято-Пятницкой площади
Действительно, разве можно учиться легко в острожных стенах. Кстати, именно сидельцам город обязан своим современным ландшафтом: крутые спуски были частично выровнены искусственно, силами арестантов. В результате земляных работ более пологими стали улица Дзержинского и Сонина, местность в районе площади Перекальского.
Первый этаж главного здания Десято-Пятницкой площади был занят караулом, хлебопекарней, кухней, столовой, подсобными помещениями и двумя карцерами. На втором этаже располагалось начальство, а на третьем – заключенные. Четвёртого этажа тогда ещё не было, он был надстроен только в начале 20 века. Кроме того, в тюрьме имелась церковь Николая Угодника и больница с аптекой.
Кстати, стены тюрьмы возводились на совесть: их толщина не может сравниться с современными постройками. На институтских подоконниках я очень любила сидеть с конспектами: на них можно было забраться с ногами, поставить рядом свою сумку и оставалось ещё достаточно места для других желающих! А преподаватели не раз говорили, что в нашем здании можно запросто пережить ядерный взрыв, поскольку толщина стен гарантированно спасёт от радиационного воздействия…
Со временем арестантское отделение трансформировалось в государственную исправительную тюрьму. Впрочем, это не отразилось на его сути.
Крутой виток в судьбе здания
Он произошёл лишь к 30-м годам 20 века. Сначала здесь было фабрично-заводское училище, а потом – медицинский институт.
Впрочем, не стОит думать, что тюрьма была так же красива, как нынешний университет. Здание реконструировали, украсили колоннами и лепниной, пристроили к нему крылья. Этим занимались уже совсем другие люди: архитекторы из Москвы Мельников и Бульковштейн. Строительство было грандиозным по своим масштабам – бюджет составлял аж 3,5 миллиона рублей!
К сожалению, институт пострадал во время Великой Отечественной войны, но его быстро восстановили. Сегодня он радует взгляд курян и гостей города. Возможно, кому-то колонны и лепнина покажутся слишком помпезными, но без них храм науки потеряет своё строгое очарование и особый статус.
Я уверена, что именно из этих стен, пропитанных традициями русской науки, могут выходить истинные Врачи, для которых их профессия – не ремесло, но призвание…