Сирийские хроники. 2 декабря 2015 года
Президент Сирии Башар Асад заявил 1 декабря в интервью Чешскому ТВ, что считает главными целями для Сирии победу над терроризмом, сохранение светского государства и проведение политических реформ в интересах сирийцев.
Башар Асад подчеркнул, что что финансы и оружие для террористов идут в основном через Турцию при поддержке Саудовской Аравии и Катара.
"Если вы хотите действительно сражаться с террористами и победить их, то должны предотвратить поставки им оружия, финансов и рекрутов, что идет, главным образом, через Турцию, при поддержке Саудовской Аравии и Катара. Это первый шаг, который необходимо предпринять, начиная борьбу с терроризмом. Иначе вы с ними воюете, а они при этом имеют неограниченные поставки оружия от разных стран, прежде всего, нашего региона, при поддержке или при закрытых глазах со стороны Запада. Точнее, некоторых из его стран", — подчеркнул Асад.
Отвечая на вопрос о том, какой он видит свою страну через 10 лет, сирийский президент сказал, что главной и безальтернативной целью является победа над терроризмом. Вторая главная задача для Сирии — "сохранить секулярное общество во всем его разнообразии. И, в-третьих, — осуществить необходимые политические реформы согласно устремлениям самих граждан Сирии".
Президент Сирии Башар Асад заявил, что готов уйти с поста президента, если сирийцы не проголосуют за него на выборах, но сейчас не покидает этот пост.
Асад заявил, что он никогда не стремился любой ценой получить и сохранить пост лидера страны.
По его словам, главное для него — воля сирийского народа. "Конечно, сейчас, в разгар войны, я не могу сказать, что по каким-то причинам покидаю свой пост, иначе я стал бы предателем. Но когда придет черед выборов, пусть сирийский народ сам примет решение. Захотят меня видеть во главе страны — я с удовольствием останусь на своем посту. Не захотят — с удовольствием уйду в отставку. С этим у меня нет никаких проблем".
Президент Сирии Башар Асад заявил, что, по его мнению, подлинная сирийская оппозиция должна создаваться в Сирии, а не формироваться за рубежом.
По мнению Асада, нельзя всерьез говорить о сирийской оппозиции в политическом смысле этого слова, поскольку эта оппозиция держит в руках оружие. Если эта оппозиция политическая, то она должна иметь поддержку у сирийского общества, сказал Асад. "А когда мы говорим о повстанцах, которые имеют оружие для того, чтобы нападать на сирийский народ и его армию, уничтожать общественное или частное имущество — так это терроризм", — подчеркнул Башар Асад.
"Другим естественным аспектом оппозиции должен быть патриотизм, какого нет у оппозиции, сформированной во Франции, Катаре, Саудовской Аравии, США или Великобритании. Подлинная сирийская оппозиция должна быть создана в Сирии, и таковая существует. Другой вопрос, насколько она широка и сильна", — подчеркнул он.
Башар Асад высоко оценил роль России
Президент Сирии Башар Асад заявил, что только участие России в борьбе с терроризмом вынудило «ДАИШ» и "Джебхат ан-Нусру" отступить.
"Несомненно, именно участие россиян, создание ими фронта борьбы с терроризмом стало важнейшим фактором (в войне Сирии с террористами), — заявил Башар Асад, отвечая на вопрос о том, что более всего повлияло на нынешние изменения ситуации в антитеррористической борьбе в Сирии.
Башар Асад заявил, что инцидент со сбитым Турцией российским самолетом Су-24 не повлияет на переговоры о будущем Сирии.
Отвечая на вопрос корреспондента о том, может ли инцидент со сбитым Турцией российским самолетом оказать влияние на мирные переговоры по Сирии, Асад ответил: "Не думаю".
"Однако, думаю, что (данный инцидент) продемонстрировал подлинные намерения (президента Турции) Эрдогана… Срыв Эрдогана… означает конец его политической карьеры. Он хотел сделать что угодно, чтобы предотвратить какой-либо успех (в Сирии) — поэтому сделал то, что сделал", — заявил Асад.
"Но я не думаю, что (инцидент с самолетом) изменит соотношение сил. Война с терроризмом продолжается. Российская поддержка будет еще сильнее, и я не думаю, что здесь существует путь назад, — подчеркнул президент Сирии.
США меняют свою позицию
США разделяют подход России относительно борьбы с финансированием террористов, заявила 2 декабря постоянный представитель США при ООН Саманта Пауэр.
Ранее постоянный представитель России при ООН Виталий Чуркин сообщил РИА Новости, что РФ начала консультации с членами Совета Безопасности ООН по проекту резолюции о выполнении принятого ранее документа о пресечении финансирования террористов «ДАИШ». Документ подразумевает ужесточение контроля за тем, ведется ли торговля нефтью и культурными ценностями с террористическими группировками.
"Мы не довольны тем, как это контролируется и как выполняется резолюция 2199, которая была принята по нашей инициативе. Мы хотим ужесточить всю эту процедуру", — сказал российский постпред.
Саманта Пауэр подтвердила получение данного документа. На брифинге 1 декабря дипломат сообщила, что параллельно с российским проектом идут дискуссии по деятельности санкционного комитета СБ ООН 1267/1989 относительно "Аль-Каиды" и связанных с ней лиц и организаций.
"Большинство усилий России по борьбе с ИГ фокусируются на том же, на чем концентрируемся мы — это финансирование и необходимость сдерживания доступа ИГ к средствам, будь то продажа нефти или проведение денег через международные финансовые институты. Здесь мы разделяем интересы", — отметила американский постпред.
Турция – пособник террористов
Турция сделала гораздо больше для поддержки группировки «ИГ-ДАИШ», чем для борьбы с ней, считает член комитета по вооруженным силам палаты представителей конгресса США Тулси Габбард.
"Открытая граница, которая у них (Турции) есть с Сирией, их прямое и непрямое содействие, которое они оказывают ИГ и другим экстремистам, только доказывает то, что Турция не с нами (США). Они сделали меньше в этой борьбе против ИГ, чем сделали для ИГ", — заявила 1 декабря Габбард в эфире телеканала CNN .
"Главный приоритет для них (Турции) — подавить и избавиться от курдов, которые являются самой эффективной силой на поле боя и наносят поражения ИГ и в Ираке, и в Сирии. Второй приоритет для них — избавиться от сирийского правительства президента Башара Асада и сделать все, что возможно, чтобы поставлять вооружение и боеприпасы тем, кто добивается того же, включая террористические экстремистские группы, такие как "Аль-Каида", "Джебхат ан-Нусра". Они (Турция) укрепляют наших врагов, укрепляют ИГ", — сказала конгрессмен.
Уход Башара Асада с президентского поста приведет к усилению террористических группировок на Ближнем Востоке, как сообщает «Интерфакс», об этом в эфире телеканала CNN заявила американский конгрессмен от Республиканской партии Тулси Габбард.
В качестве примера она привела смещение иракского лидера Саддама Хусейна и ливийского Муаммара Каддафи.
«В результате террористические группировки типа "Исламского государства" (ИГИЛ, запрещена в РФ – прим. «Звезды» ), "Аль-Каиды" (запрещена в РФ – прим. «Звезды» ) только окрепли и захватили еще более значительные территории», – рассказала Габбард.
Она считает, что после ухода Асада «что-то похожее произойдет и в Сирии»: ИГИЛ оккупирует всю Арабскую Республику и террористическая угроза в регионе существенно вырастет.
Ранее также в эфире CNN конгрессмен призвала Вашингтон прекратить «незаконную контрпродуктивную войну по смещению правительства Асада». Также она коснулась политики Анкары в отношении Сирии и группировки ИГИЛ и обвинила турецкое руководство в содействии террористам.
По ее мнению, Турция «сделала в борьбе против ИГИЛ меньше, чем для ИГИЛ», потому что часть открытой турецко-сирийской границы позволяет Анкаре оказывать «прямое и непрямое содействие ИГИЛ и другим экстремистским группировкам», которые таким образом могут пополнять свои ряды и обновлять арсенал.
Как Турция торгует ворованной террористами нефтью
ИГИЛ не мог бы существовать без Турции и не получил бы мощи захватывать территории. Об этом рассказал 2 декабря в интервью телеканалу «Звезда» экс-глава израильской спецслужбы «Натив» Яков Кедми.
Дипломат также рассказал о черных схемах торговли нефтью. То, что Турция в коммерческих объемах покупает ее у ИГИЛ известно давно, как и то какие именно турецкие базы в этом задействованы. Однако, считает Кедми, не понятно куда эта нефть идет дальше.
Ранее появились новые доказательства связей Анкары с террористами запрещенного «Исламского государства» . Караваны грузовиков, отправляясь из районов, контролируемых боевиками ИГИЛ, пересекают турецкую границу ежедневно.
Журналисты местного бизнес-портала Globes выяснили не только место добычи топлива, но и как происходит торг.
Вереница бензовозов со стороны Сирии направляется к контрольно-пропускному пункту Баб эль-Хава в провинции Идлиб, беспрепятственно пересекает турецкую границу и продолжает движение уже по территории Турции. Так перевозят до 30 тысяч баррелей в сутки, зарабатывая от полутора миллионов долларов в день.
От границы контрабандная нефть направляется в турецкий порт Джейхан, а потом «растекается» по миру. Среди активных покупателей, по данным ряда источников, есть даже Израиль.
Турция спровоцировала миграцию в Европу
Глава Пентагона отметил, что большая часть того, что предпринимает Анкара, направлена не против боевиков , а против Курдской рабочей партии, которая сама сражается с террористами, и турецкие ВВС бомбят курдов, а не террористов ИГИЛ.
Ранее Барак Обама заявил, что Турция должна прикладывать больше усилий по охране своей границы с Сирией и не допускать проникновения террористов. Сейчас существует участок турецко-сирийского кордона протяженностью почти 100 километров, через который боевики ИГИЛ получают пополнение живой силы и оружия.
Борьба против ИГИЛ грозит затянуться, если Турция не остановит поток боевиков в Сирию. Об этом в интервью агентству Sputnik сказал экс-помощник министра обороны США Лоуренс Корб:
«Если мы не сможем остановить поток боевиков из других государств, это (борьба с ИГИЛ в Сирии) будет длиться значительно дольше. Если Турция закроет свою границу (с Сирией), для этих людей будет более затруднительно добраться туда, куда они стремятся».
«Мы не враги». Живущие в России турки рассказывают…
В Москве закрылся российско-турецкий научный центр, турецкие рестораны по всей стране меняют названия, чтобы не потерять посетителей. А часть турецких граждан, летевших в Россию к родственникам, в страну просто не пустили.
АиФ. ru поговорил с гражданами Турции, живущими в России, о том, как сложившаяся политическая ситуация изменила их жизнь.
Зия Баки, работник туристической отрасли, Стамбул-Волгоград: «Когда люди любят, страны не воюют»
52-летний Зия Баки из Стамбула в Волгограде бывает часто. Здесь живёт его русская жена Лена. Они поженились три года назад, но пока ещё не решили, где лучше остаться — на турецком побережье или в России.
Внезапное охлаждение отношений между странами внесло свои коррективы и в жизнь русско-турецкой семьи. На днях Зию вместе с другими турецкими соотечественниками не пустили в Россию. И хоть он безуспешно пытался доказать в аэропорту Шереметьево, что едет домой, к любимой супруге, пограничники приняли решение отправить его назад, в Турцию.
«Это политика, ничего больше, — говорит он. — Мы в Турции не видим русских людей в качестве врагов. Мы всегда вас ждём и очень любим. А когда люди любят друг друга, то страны никогда не воюют», — уверен Зия Баки.
Сефа Бузган, владелец кафе, Челябинск: «Мы отправим выручку семье погибшего лётчика»
Сеть турецких кафе «Анталия» в Челябинске работает уже 10 лет. Хозяин заведений, турок Сефа Бузган, признаётся: за столько лет, проведённых в России, он завёл здесь гораздо больше друзей, чем осталось в его родной Турции. Потому события, из-за которых наши страны «поссорились», крайне неприятны для него.
Сефа Бузган говорит, что принял решение перевести выручку из своего заведения за один день работы семье сбитого над территорией Сирии российского лётчика.
По словам бизнесмена и его переводчика Дмитрия, готовят еду здесь только турецкие повара, чтобы сохранялся колорит и традиции национальных блюд. Официантами и помощниками поваров работают русские, татары, казахи — люди разных национальностей.
Сефа Бузган от всего сердца надеется, что Россия и Турция возобновят отношения. И готовит официальное письмо в Министерство обороны РФ с просьбой сообщить расчётный счёт для перевода средств. Сумма для благотворительного перевода составляет порядка ста тысяч рублей.
Эмир Кардеш, инженер, Петербург: «Я не согласен с турецкой политикой»
31-летний Эмин Кардеш переехал в Петербург из турецкого города Аданы два года назад. Эмин — инженер по образованию. В Северной столице он руководит работами по строительству Западного скоростного диаметра — второй по величине автомагистрали города после КАДа. Кроме Кардеша, в строительстве ЗСД заняты и другие граждане Турции. По словам инженера, известие о том, что турки сбили безоружный российский бомбардировщик, стало потрясением для всей бригады.
«Прежде всего, хочу выразить свои соболезнования по поводу погибших лётчиков, — подчёркивает Эмин. — Я абсолютно миролюбивый человек, поэтому не согласен с турецкой политикой: турецкие власти стремятся влезть в ближневосточное болото. Я думаю, в будущем отношения между Россией и Турцией станут ещё хуже — возможно, появятся дополнительные санкции, а визовый режим будет ужесточён. Сейчас мы работаем, как будто ничего не случилось. Мы создаём замечательную автомагистраль и любим эту работу. Конечно, мы все обеспокоены создавшейся ситуацией».
Инженер признаётся: он бы не хотел уезжать из Петербурга, ведь за два года жизни в городе на Неве он успел проникнуться петербургским духом и полюбить Северную столицу. «Петербург — чудесный город, если не брать в счёт погоду, — говорит Эмин. — Я со Средиземного моря, поэтому всё-таки мёрзну здесь. Я хочу остаться в Питере, но, если российское правительство отправит нас домой, мы не сможем воспрепятствовать этому».
Бильгин Деврим, администратор турецкого кафе, Ростов-на-Дону: «Жену-ростовчанку и ребёнка придётся забрать с собой в Стамбул»
Администратор одного из немногих турецких ресторанов в Ростове-на-Дону «Мармарис» по имени Бильгин Деврим охотно соглашается на беседу.
«За последнюю неделю клиентов в заведении стало меньше, но я верю, что всё будет хорошо. Россия и Турция нужны друг другу, у нас добрые отношения между простыми людьми», — начинает разговор гражданин Турции.
Бильгин в Ростове уже седьмой год, за это время он успел жениться на ростовчанке, они воспитывают сына.
Сам бизнесмен родом из Стамбула, где живут его родители, брат, сестра. «Навещаю их два раза в год, в последние дни общаемся через скайп почти каждый день. Родители очень переживают, мама плачет…» — говорит он, добавляя, что если его будут депортировать на родину, то жену и ребёнка придётся забрать с собой в Стамбул.
Но он не желает такого исхода. В связи с ужесточением визового режима он думает получить российский паспорт.
«Политика — это плохо; семья, бизнес — это хорошо, — поясняет турецкоподданый. — Если я закрою ресторан, то 15 русских останутся без работы, кому это выгодно?»
Бильгин Деврим не скрывает политических взглядов: «Чтобы было понятно, в Турции население по своим политическим пристрастиям — 50 на 50, одна половина симпатизирует президенту Эрдогану, другая против него, так вот я отношусь к той партии, что против него», — объясняет собеседник.
«Хочу сказать русским: я люблю Россию, и таких, как я, — большинство. Это правда. Я очень доволен русской женой», — говорит Бильгин.
На своей странице в соцсети он изобразил сердце в виде двух половинок — флагов России и Турции. По его мнению, похолодание отношений между двумя странами пройдёт, потому что два народа связывают тесные экономические связи.
Фатих Языджи, студент Кубанского государственного технологического университета, Краснодар: «Ситуация со сбитым самолётом очень неприятная и неправильная»
«Несмотря на то, что я всю жизнь прожил в Анкаре и мои родители живут в Турции, возвращаться в свою родную страну я не собираюсь, — говорит студент Фатих Языджи. — По крайней мере, ещё неделю назад не собирался… Ситуация со сбитым турецкими военными российским самолётом очень неприятная и неправильная. Нам, туркам, живущим в России, очень и очень не повезло, что она произошла. В университете нас предупредили, что студентов трогать не будут, дипломы мы защитим».
Фатих надеется получить высшее образование в России, потом получить российское гражданство и остаться здесь жить, чтобы строить карьеру. По его словам, такие планы у многих его соотечественников-студентов. Только суждено ли им сбыться?
Россия и Турция. Война или мир?
О предательстве – с восторгом?
Свежая иллюстрация к этой статье: ну кто ожидал, что «решительно» - это у нас означает не запрет заключать новые контракты с Турцией (то есть, удар по противной стороне конфликта), но задержание на таможне товаров по уже ранее оплаченным нашими компаниями контрактам, то есть, хотя и под патриотическую риторику, но удар по своим, разорение своих… Эта моя статья с подзаголовком «О цинизме манипуляторов на фоне разворачивающейся войны» вышла сегодня в «Свободной прессе». Несколько замечаний в связи с разворачивающейся войной. События развиваются стремительно. Не успеешь предупредить, что война – не место для шапкозакидательства и преждевременных фанфар, а контекст меняется, и читателю уже не вполне понятно, о чем речь. Так, вспомните, что творилось на наших телеканалах, какое было ликование и упоение нашими и французскими массированными бомбардировками, операцией «Возмездие» после трагических событий в Париже и последовавшего признания, что и наш гражданский самолет был именно подорван… Не успеешь усомниться в ценности подобных «союзничков», обратить внимание, на то, что такое «союзничество» скорее настораживает, чем обнадеживает (см. мою статью «Война – дело серьезное», направленную в «Литературную газету» 20 ноября, но вышедшую неделю спустя), а контекст всех рассуждений уже затмили новые события. Я говорю об уничтожении нашего самолета (еще гражданского – с туристами), но на слуху у читателя уничтожение уже другого нашего самолета – военного. И уже не безвестными «террористами», но этими самыми нашими сомнительными «союзничками» – натовским истребителем. Подчеркиваю: не одной лишь Турцией – США пост фактум действия Турции немедленно официально одобрили и есть серьезные основания полагать, что и предварительно - неформально благословили. Кстати, с моим определением подрыва нашего гражданского самолета как диверсии (эпизода войны, в которую мы вступили и в которой противник наносит нам ущерб теми средствами, которые ему доступны) многие читатели не согласились. А некоторые даже и возмутились. Мол, какая же это диверсия – это же не объекты военной инфраструктуры. Убийство мирных людей, значит – теракт! Придется пояснить. Речь вообще не об оправдании или обвинении организаторов и исполнителей. Нет такого, что теракты совершают люди плохие, а диверсии – хорошие. Речь о нас самих – как мы все это трактуем и осознаем. Речь об адекватном понимании ситуации и описании событий на языке, не вводящем в заблуждение. Пример: когда гитлеровские диверсанты отравляли наши колодцы – это были теракты или диверсии? В условиях военного времени трактовка была однозначной – диверсии. А когда уничтожали наши деревни вместе с жителями? Тоже не теракты, а карательные операции, акты геноцида. Все это были преступления против мирного населения, против человечности, военные преступления, но называть это терактами никому не приходило в голову. Почему же теперь иначе? Да потому, что в общественном сознании теракт воспринимается как неспровоцированное нападение на мирное население, как акт устрашения в мирное время, без какой-либо официально ведущейся войны. Всякое убийство людей ужасно. Но когда во время войны бомбардировщики сбрасывают бомбы на вражеские города, это не вызывает удивления – война же ведь! Так было и во Вторую мировую, и у американцев во Вьетнаме и Ираке. Аналогично, если это не бомбы, летящие сверху, а мины, заложенные вражескими диверсантами – война… А вот если в массовом сознании войны нет, то реакции совершенно иные. Разница в том, что если никакой войны нет, но вдруг происходят теракты, то основные претензии у людей – не к своей власти, не обеспечившей безопасность, а к неким «террористам». Если же идет война, и все понимают, что это ВОЙНА, то не к внешнему противнику, но к своим властям предъявляются ясные требования: эффективно вести войну на фронтах и защищать тыл от вражеских диверсий. Если идет война, то всякая удавшаяся вражеская диверсия – это не просто успех противника, но еще и недоработка или даже провал своих. Что же в данном случае?
Напомню: именно Франция (из «цивилизованных» стран) была зачинщиком и активным соучастником уничтожения Ливии. На месте ранее цветущего государства теперь - зона хаоса. Но мы принимаем палача Ливии Саркози в Москве с небывалыми почестями. Об этом я уже писал, но повторю с некоторым дополнением. Только вдумайтесь: глава союзного нам государства Белоруссии, умудряющийся столько лет эффективно противостоять давлению Запада (вот где искусство!), до сих пор не является почетным доктором МГИМО. А палач Ливии Саркози – теперь вот такой вот «почетный». Не стыд и позор нам – что мы с подобным молчаливо соглашаемся? А в нынешнем сентябре – уже при президенте Олланде - Франция бомбила территорию Сирии. Без какой-либо просьбы или согласия сирийских властей. Это что – не война? А тогда что? Карательная операция? Мое личное мнение… Ладно, отставим мое личное мнение. Но Россия тогда официально, устами представителя МИДа, заявила, что такие действия Франции - это уничтожение международного права. В этих условиях, когда Франция недвусмысленно ведет войну, было бы странно, если бы противник не пытался бы ей отвечать. Чем отвечать? Очевидно: тем, чем может.
Повторю: никоим образом не оправдываю уничтожение мирных людей. Ни во Франции, ни в Сирии, ни в Ливии и Ираке. Но категорически против лицемерного деления мира на две зоны. Зону хаоса, где «цивилизованные» развязывают и ведут войны, лишающие мирное население покоя, крова и самой жизни. И зону спокойствия и благополучия, до которой, если рука мстителя дотягивается, то это уже «теракт» и основание для возмущения «варварством». Кстати, важное уточнение для ясности видения окружающего мира и нашего места в нем. Несмотря на все попытки нашего руководства выстроить с Западом то такую, то другую единую «коалицию против ИГИЛ», несмотря на всю нынешнюю «дружбу» с Олландом (судя по всему, осознавшим свою персональную ответственность за беспечное ведение войны и необеспечение надежного тыла и именно поэтому ищущего «нестандартный» - за рамками НАТО - способ реабилитироваться в глазах своих сограждан), тем не менее, нет ни малейших оснований предполагать и надеяться на то, что по планам таких наших «союзничков» в будущем нам отводится место в зоне благополучия, а не хаоса… А ведь как хотелось нашим руководителям включиться в единую с «цивилизованным миром» коалицию против ИГИЛ! Похоже, готовился некий акт исторического единения с Западом. Иначе к чему бы это недавнее странноватое помпезное мероприятие, на которое собрали вместе членов обеих палат парламента (по Конституции собираются вместе – исключительно для заслушивания послания Президента) и даже руководителей законодательных органов субъектов Федерации и глав религиозных конфессий? Для чего? Ясно же, что не для того этот большой хурал собирали, чтобы посмотреть на Матвиенко и Нарышкина. Что такое важное должны были сообщить? Не иначе, как нечто масштабное внешнеполитическое - на уровне не менее присоединения Крыма. Но не случилось, что-то в последний момент «не срослось» – Президент не прибыл и ничего судьбоносного не сообщил. А чтобы лучше понимать всю ситуацию, представьте себе, что мы оказались в роли Ливии, Ирака и Сирии. Скажете, невозможно? Мол, у нас ядерное оружие? Но мир не стоит на месте. И если продолжать уничтожать свою науку и свое высокотехнологичное производство и все надеяться, что Запад нас «простит», создаст с нами единую коалицию, санкции отменит, цена на нефть вырастет – и заживем, как прежде, то… То недалек тот день, когда, в силу тех или иных научно-технологических достижений наших геополитических противников, и ядерный щит окажется не абсолютной защитой. И что тогда?
Представьте себе, что Западу в будущем все же удастся организовать у нас то, что ему уже удалось сделать на территории Ирака, Ливии и Сирии. Так неужто тогда наше сопротивление будет исключительно «в белых перчатках»? И по всем цивилизованным правилам ведения войны? И наши группы сопротивления будут исключительно высоко гуманными, ни в коем случае не экстремистскими, не «террористическими»? Прямо так: сначала бежим подписываться под всеми женевскими соглашениями и лишь после этого начинаем «правильно» сопротивляться своему уничтожению? Неужто кто-то всерьез полагает, что те, чьи дети, жены и матери погибли от американских бомб с поражающими элементами из обедненного урана, (а именно эта трагедия разыгралась , когда в 2011 году альянс НАТО бомбил Ливийскую Джамахирию!), теперь будут чрезвычайно тщательно выбирать, как мстить врагу – чтобы попадать исключительно во вражеских генералов, но ни в коем случае не задеть мирных жителей? Соответственно, возвращаясь к Франции и «терактам» в ней – здесь все просто: руководство воюющей страны элементарно не обеспечило безопасность тыла. А что же у нас?
Мы – Россия - оказываем союзническую помощь Сирии, подвергшейся внешней агрессии, спровоцированной и организованной Западом. Эту помощь я поддерживаю. Хотя неоднократно выступал, в том числе, и на страницах «СП» (см., например, мою статью «С-300 в Сирии: так быть или не быть?» еще от мая 2013 г. -http://svpressa.ru/politic/article/68780/?mra=1) за своевременное и полноценное оказание помощи Сирии на существенно более ранних этапах – 2-3 года назад. Тогда достаточно было помогать оружием, комплексами С-300 и т.п., не подвергая риску уже и наших сограждан. Но тогда российское руководство, скажем так, медлило, а теперь зачем-то в одностороннем порядке объявило войну ИГИЛ. Но если так, если не просто помощь Сирии в отражении внешней агрессии и освобождении ее территории, а объявленная нами война ИГИЛ – значит, война. Тогда будьте любезны адекватно и полноценно защищать тыл. Или кто-то ожидал, что война против ИГИЛ будет этакой легкой прогулочкой, в которой мы – мирные люди - будем лишь с упоением восторгаться перед телевизором мощью нашего (по сути – еще советского) оружия, но ответа получать не будем? К сожалению, ответ получать будем. И задача властей в такой ситуации не картинно ужасаться коварству противника и варварским методам его действий против нас, но своевременно обеспечивать защиту тыла.
И еще о «правилах ведения войны». И о нас – мирных жителях, к войне, как будто бы, никакого отношения не имеющих. Когда войну ведет монарх или диктатор, то, пусть и с некоторой натяжкой, можно считать, что войну ведет лишь правитель, а народ, вроде как, ни при чем… Народ может быть убежден, что он ни при чем. Вот только как-то так получается, что плоды колониальных, а также и неоколониальных войн достаются не только монархам, диктаторам, президентам и олигархам, но по чуть-чуть даже и простым мирным людям, которые к войне, казалось бы, отношения не имели. А, может быть, имели? Раз не воспротивились? Это я вовсе не к тому, что французы теперь должны восстать против продолжения войны. Это надо было делать раньше – когда уничтожали Ливию. И нынешней ранней осенью (еще до ответной атаки на Париж), когда начали бомбить Сирию. Теперь это уже значительно сложнее. Но давайте без иллюзий: если ты считаешь свое государство демократическим, то нет войны, которую ведет лишь твое правительство. Если ты не выступаешь против, значит, и ты ее ведешь. Можешь считать своего противника варваром, можешь как-то иначе, но в его глазах ты – участник этой войны, даже если лично сам оружие в руки и не берешь. Ты – тот тыл, на который опирается бомбящий «варваров». Подрыв в ходе войны тыла противника – не теракт, а диверсия.
К сожалению, аналогично и применительно к нам. Мы, конечно, сколько угодно можем считать себя мирными людьми, к войне отношения не имеющими. Но тот, кого мы объявили своим противником (в данном случае - ИГИЛ), явно так не считает. Он видит в нас тех, кто ведет против него войну. И будет отвечать – всеми доступными ему средствами. К этому надо быть готовыми. И надо было быть готовыми – с первых дней, когда вступили в войну.
И, наконец, о нападении турецкого самолета на наш бомбардировщик в Сирии, гибели летчика и морского пехотинца и о последствиях этих событий. Понятно, что не в Турции и ее руководителе дело - такие решения в рамках НАТО односторонне не принимаются. Ладно, допустим, решили делать вид, что верим, будто это действия не США и НАТО, но одной лишь Турции. Но и тогда меня беспокоят четыре факта.
Первый. Ведь о фактической поддержке Турцией ИГИЛ и, тем более, вооруженного сопротивления Асаду в приграничных с Турцией районах Сирии все было известно и раньше. Тогда почему же была проявлена такая беспечность? Неужто всерьез верили в сдерживающую Турцию (а не, напротив, провоцирующую) роль США и НАТО?
Факт второй. Реакция наших СМИ. Обратили ли внимание, как зачищено информационное поле и как тщательно подобраны и теперь играют уже в практически неизменных составах (с заранее расписанными ролями, включая и специально назначенных «плохишей» из вульгарно-либерального лагеря) на разных телеканалах участники «свободных дискуссий»? Но что вся эта машина пропагандирует? То мы слышим бесконечные восторги от дипломатических талантов и мудрости нашего руководства (помните, как еще совсем недавно мы, вместе с «дружественной» Турцией, «сделали» эту «Гейропу»?), то неуместное шапкозакидательство и упоение от весьма, к сожалению, локальных военных побед. На этот же раз элементарную беспечность и безответственность при проведении военной операции наших властей представили как … «неожиданное» предательство Турции…
Факт третий. Под прикрытием всего этого патриотического треска какой была фактическая реакция властей? Вместо решительного разрыва дипломатических, экономических и прочих связей с Турцией, целую рабочую неделю – какой-то невразумительный лепет про некачественные турецкие овощи и фрукты. И бесконечные подсчеты, во что Турции обойдется потеря экономических связей с нами, мелочное калькулирование дозированных уколов противнику. То есть, не все жестко и сразу, а вот пусть правительство определит, какие турецкие товары можно ввозить, а какие нет, кому можно нанимать турецких рабочих, а кому нет и т.п. А затем и вовсе: мол, не лишать же сограждан перед Новым годом турецких овощей и фруктов (тех самых, весомая доля которых, если верит нашему министру сельского хозяйства, не удовлетворяет никаким требованиям)… Параллельно выяснилось, что по целому ряду позиций зависимость от турецких поставок оказывается критической – вроде как, детали для КАМАЗа и т.п. З десь у меня не новый, но неизменный вопрос: чем же другим, более важным, так заняты у нас все советы безопасности, администрация Президента и Правительство, если допустили по стратегически важным позициям такую критическую зависимость от потенциально недружественного государства – члена НАТО, да еще и, как заранее знали, оказывающего помощь ИГИЛ – той самой, которой мы объявили войну?
И факт четвертый – для кого-то, может быть, в этом контексте неожиданный. Имею в виду не только участие Президента в открытии музея Ельцина в Екатеринбурге («лихие 90-е», сдача страны Западу и ее разграбление - отдельно, а фигура Первого президента – отдельно?). Но и демонстративно восторженную подачу всего этого по основным телеканалам. Кстати, среди упомянутых в репортажах документов - экспонатов музея как-то не оказалось: - ни спровоцировавшего хотя и кратковременную, но фактическую гражданскую войну и приведшего к демонстративному расстрелу парламента из танков антиконституционного Указа №1400 от 21 сентября 1993 г., - ни Указа «Вопросы соглашений о разделе продукции при пользовании недрами» от 24 декабря 1993 г. – первая попытка сдачи всех наших недр Западу оптом, - ни Указа о «льготах спортивным организациям» от 22 ноября 1993 г., по которому через подставной «Национальный фонд спорта» в одном 1995-м украли целую треть всего федерального бюджета… Более того: по главному государственному телеканалу «Россия-1» о телефонограмме, которую после подписания Беловежских соглашений Ельцин первому послал президенту США Бушу (даже раньше, чем еще действовавшему президенту СССР Горбачеву) говорится не с осуждением, а даже … с некоторым придыханием, чуть ли не с восторгом. Вопрос: кому это сигнал и о чем? На чью положительную реакцию рассчитывали? Ясно: предсказуемой реакцией своих граждан на очередную присягу памяти и делу Ельцина решили пожертвовать. Мол, все скомпенсируем патриотической риторикой. А сигнал - тому самому Западу, США и НАТО, которые только что пошли на беспрецедентный шаг – сбили наш военный самолет. Сигнал о том, что, несмотря на всю патриотическую риторику для внутреннего потребления, на деле мы, тем не менее, преемственны и привержены все тому же прежнему курсу, который США и НАТО более чем устраивал. Или я неправ? Или это сигнал кому-то другому и о чем-то о другом? К сожалению, придется добавить и еще один факт: преемственность и приверженность ельцинско-олигархической линии не только описанным образом демонстрируется Западу, но и осуществляется на практике – во всем, что касается внутриэкономического развития (скорее – продолжающейся деградации), включая и кадровую политику. Именно «герои» тех самых «лихих 90-х» - и сейчас остаются на командных постах в экономике и госуправлении. Сами «герои» и их ставленники. Но об этом – о состоянии нашего тыла и его адекватности разворачивающейся войне и, шире, масштабному все более явному противостоянию – в другой статье. Юрий Болдырев, 1 декабря 2015 http://maxpark.com/user/17729/content/4853040?utm_campaign=mostinteresting
La France doit considérer le régime syrien comme son allié! Par Nicolas Dupont-Aignan
Une bonne politique étrangère est une politique claire, cohérente et résolue. En parlant de guerre à l’organisation Daech, François Hollande a opéré un changement important mais sans aller jusqu’au bout de cette nouvelle logique, ce qui est pourtant nécessaire si la France veut vaincre. Tant que notre pays ne considérera pas le régime syrien comme son allié, avec qui il coopère dans la transparence et la confiance, aussi bien en matière d’échange de renseignements que sur le plan opérationnel, il n’y aura pas de solution militaire face à Daech. En effet, hélas, la gauche au pouvoir reste profondément divisée, tant sur la conclusion d’une alliance avec la Syrie, son Etat et son armée, que sur une coopération pleine et entière avec la Russie, cet autre partenaire incontournable face aux djihadistes. Ces derniers jours, les socialistes ont étalé leurs divisions face à Bachar, les uns admettant et se réjouissant d’un revirement complet à son égard (comme Elisabeth Guigou), les autres le récusant aussitôt, jusqu’à François Hollande lui-même incapable de s’entendre sur ce point avec Barak Obama lors de leur entrevue. «Le dictateur syrien» serait soi-disant une part importante du problème Daech et non sa solution, une position dogmatique qui masque sans doute le refus de se dédire. Même chose vis-à-vis de la Russie, toujours regardée comme «un pays menaçant» sur lequel il faudrait continuer à exercer des sanctions économiques en représailles à la crise ukrainienne. Ce, alors même que la Russie est l’un des seuls pays à avoir pris la pleine mesure de la menace djihadiste et à s’être résolument engagé dans sa destruction, y compris sur le terrain. Outre ses raisons propres face à la Syrie et à la Russie, le chef de l’Etat est également entravé par une ligne de politique étrangère incompatible avec l’alliance russo-syrienne, ligne à laquelle il n’a pas renoncé : d’une part ses liens avec la Turquie, plus hostile aux chiites et aux Kurdes qu’à Daech – à qui elle achète massivement du pétrole de contrebande -, dont il attend dans le cadre de négociations européennes tortueuses et déséquilibrées une maîtrise - en réalité illusoire - de la crise des migrants. Cette politique de courbettes à Ankara, menée par Angela Merkel et lestée de mirifiques contreparties – des milliards d’euros et la liberté de circulation des Turcs dans l’espace Schengen -, est contradictoire avec l’alliance nécessaire à l’écrasement rapide et complet de Daech. Tout comme le sont, d’autre part, les liens excessivement étroits noués avec les pétromonarchies du Golfe, qui soutiennent en sous-main le radicalisme sunnite, contre quelques contrats commerciaux juteux. Cette situation de blocage s’est enfin compliquée ces tout derniers temps avec la menace d’une emprise totale de Daech sur la Libye en chaos, que la Turquie elle-même semble favoriser. Nous risquons rien moins que d’avoir un nouvel Etat dit «Islamique» sur l’autre rive de la Méditerranée, ce qui déstabiliserait toute l’Afrique du Nord et même sub-saharienne que nous avons réussi, à préserver de justesse ces dernières années. Des réticences vis-à-vis d’alliés obligatoires, conjugués à de puissants freins turcs, européens, saoudiens et qataris, autant d’ingrédients conduisant fatalement à l’échec de la grande coalition que prétend monter la France. Sans compter avec le très peu d’envie de nos alliés occidentaux, Etats-Unis compris, d’engager des troupes au sol en Syrie. On le voit, la France est prisonnière de contradictions insolubles qui ne lui permettront pas malgré la bonne volonté affichée de ses gouvernants, d’aboutir efficacement et rapidement face à Daesh. N’en doutons pas, les tueurs djihadistes le savent et entendent bien entendu en profiter pour poursuivre leur guerre de terreur aveugle contre des civils innocents. L’obligation pour la France d’avoir une bonne politique étrangère, claire, cohérente et résolue, impose à ses dirigeants de faire des arbitrages, fussent-ils déchirants, pour privilégier les résultats sur l’illusion d’avoir tout sauvé en ayant refusé de choisir. L’alliance politique et militaire avec la Syrie, la Russie et leurs partenaires locaux, s’impose donc d’elle-même. Tant il est vrai qu’il vaut toujours mieux une coalition resserrée et efficace qu’une Grande Alliance illusoire car mort-née. C’est la première pierre de cette nouvelle politique de sécurité et de défense que la France doit poser. Mais ce n’est pas la seule : nous devons aussi mobiliser les Européens pour qu’ils participent davantage à la stabilisation de l’Afrique - la France ne pourra plus s’y engager seule – et qu’ils remettent dans le droit chemin le partenaire turc aussi bien vis-à-vis de la question des migrants – qu’il ne faut plus laisser entrer en Europe – que de celle de la Libye – où Ankara doit désormais s’abstenir de toute déstabilisation supplémentaire au bénéfice des sunnites radicaux. Si la France ne choisit pas entre la guerre au terrorisme et la terreur chez elle, soyons certains qu’elle aura la terreur et pour finir la guerre, une guerre qu’elle perdra. Nicolas Dupont-Aignan est député de l’Essonne et président de Debout la France Le Monde.fr | 30.11.2015
Франция подпишет союз с Сирией?
Франция и Le Monde, которая меняет позицию
Le Monde: Франция должна считать правительство Башара Асада своим союзником!
Пока Франция не станет считать Сирию своим союзником, с которым она сотрудничает на принципах прозрачности и доверия как в вопросе обмена разведданными, так и в оперативном плане, военная победа над ИГИЛ-ДАИШ невозможна, пишет в Le Monde французский политик Николя Дюпон-Эньян. "Увы, правящие левые глубоко расколоты, как в вопросе о заключении союза с Сирией, ее государством и армией, так и в вопросе о полноценном сотрудничестве с Россией, еще одним необходимым партнером в борьбе с джихадистами", - пишет Дюпон-Эньян. И это при том, что Россия - одна из немногих стран, решительно вставших на борьбу с джихадистской угрозой, отмечает автор. Кроме того, продолжает Дюпон-Эньян, Франсуа Олланд связан своим внешнеполитическим курсом, несовместимым с российско-сирийским альянсом: с одной стороны, ему мешают связи с Турцией, чьи главные враги - шииты и курды, а не ИГИЛ, с которым она ведет торговлю нефтью, с другой - слишком тесные связи с нефтяными монархиями Персидского залива, тайно поддерживающими экстремизм. Эта тупиковая ситуация за последние дни усугубилась угрозой установления полного контроля ИГИЛ над Ливией, что, по всей видимости, вполне устраивает Турцию. "Настороженное отношение к необходимым союзникам вкупе с серьезным противодействием со стороны турецких, европейских, саудовских и катарских партнеров неизбежно приведет к провалу большой коалиции, которую пытается создать Франция, - пишет политик. - Не говоря уже об отсутствии желания отправлять наземные войска в Сирию у наших западных союзников, включая США". Таким образом, Франция оказалась заложницей непримиримых противоречий, которые не дадут ей успешно и быстро покончить с ИГИЛ. "Политический и военный союз с Сирией, Россией и их местными партнерами напрашивается сам собой, - убежден автор статьи. - Он должен стать первым камнем новой политики безопасности и обороны Франции. Но не единственным: мы должны также побудить европейцев к более активному участию в стабилизации в Африке и вернуть на путь истинный турецкого партнера как в вопросе мигрантов, которых не следует пускать в Европу, так и в вопросе Ливии, где Анкара должна воздержаться от дополнительной дестабилизации в пользу радикалов". Если Франция не сделает выбор между войной с терроризмом и террором на своей земле, она получит террор и проиграет войну, пишет в заключение Николя Дюпон-Эньян. http://www.inopressa.ru/article/01Dec2015/lemonde/syrien.html
Командир гвардейского ракетного крейсера «Москва», который сейчас прикрывает российскую авиабазу «Хмеймим», рассказал о целях и задачах операции. Напомним, 25 ноября крейсер «Москва», с конца сентября находившийся в восточной части Средиземного моря, был перемещен ближе к сирийскому побережью и обосновался в прибрежной части провинции Латакия. Такая мера была принята после того, как турецкий истребитель F-16 сбил в Сирии российский бомбардировщик Су-24. «Москва» оснащена системой ПВО «Форт» – это аналог С-300, задача крейсера – обеспечение противовоздушной обороны российской авиабазы Хмеймим.
«Чтобы крейсер и его экипаж смог выполнить задачи по прямому назначению, для поддержания установленного уровня боевой готовности на борту корабля проводится весь комплекс мероприятий боевой подготовки» - отметил он.
Основной упор, подчеркнул командир корабля, сделан на применение зенитно-ракетных комплексов. «На их готовность, на способность личного состава своевременно в установленные нормативы применить по любой опасной воздушной цели все оружие корабля».
Напомним, накануне за российским крейсером в восточной части Средиземного моря установили слежку подводные лодки ВМС Турции. Об этом сообщил «Интерфакс» со ссылкой на стамбульские СМИ.
Из Генштаба Турции пришла информация, что сейчас там стали нести дежурство минимум две подлодки – «Долунай» и «Буракреис», первая вышла в патруль 11 ноября, вторая – еще 7 ноября.
Также после инцидента с Су-24 российская ударная авиация совершает вылеты в Сирии под прикрытием истребителей, а на авиабазе Хмеймим развернута зенитная ракетная система С-400 для обеспечения безопасность авиагруппы ВКС РФ.
Сотни человек пришли проститься с погибшим в Сирии пилотом российского бомбардировщика Су-24 Олегом Пешковым, об этом сообщает корреспондент телеканала «Звезда».
Прощание проходит сегодня, 2 декабря в Липецке, в областном Дворце культуры, оно завершится вечером. Местом отпевания был выбран кафедральный собор города.
Люди шли на траурные церемонии с самого утра, они надолго останавливались возле гроба с телом погибшего. Отдать последнюю дань памяти летчику, до конца исполнявшему свой воинский долг, пришли сотни человек: родные, друзья, соседи и незнакомые с героем люди, которые восприняли его гибель как личное горе.
По рассказам близких, Олег Пешков всегда стремился быть лучшим. Он с отличием окончил Свердловское суворовское военное училище, позднее служил в Киргизии, в Амурской области, был командиром разведывательной эскадрильи в Приморском крае. Затем с отличием закончил Военно-воздушную академию имени Ю.А. Гагарина.
За время службы летчик освоил пять видов самолетов. Его знали как командира, который всегда подставит плечо, как прекрасного боевого товарища.
Родные рассказали, каким любящим мужем и прекрасным отцом был Олег Пешков. У него осталась жена, сын и дочь. Во время траурных церемоний семью погибшего летчика поддерживает командующий воздушно космическими силами РФ Виктор Бондарев.
За мужество и отвагу подполковнику Олегу Пешкову присвоено звание Героя России посмертно. Он будет похоронен сегодня, 2 декабря на Аллее Героев липецкого городского кладбища.