Что смотреть на фестивале «Золотая маска»
С 4 февраля по 16 апреля в Москве пройдет фестиваль «Золотая маска» — это без малого сотня лучших спектаклей со всей страны: оперных, драматических, танцевальных, кукольных и таких, которые не поддаются жанровой классификации. Несмотря на напряженные отношения фестиваля с Министерством культуры, программа 2016 года, как всегда, разнообразна и удивительна. Парадную ее часть составляют московские премьеры прошлого сезона, поэтому в нашем путеводителе только спектакли из других городов; то есть те, которые вряд ли еще когда-нибудь представится возможность увидеть в Москве.
Драма
Безусловный чемпион прошлого сезона по количеству выдающихся спектаклей — переживающий второе рождение петербургский БДТ им. Товстоногова. Сразу три спектакля театра, руководимого Андреем Могучим, вошли в шорт-лист премии и программу фестиваля: «Пьяные» (новая классика — Могучий ставит Вырыпаева), «Zholdak Dreams: Похитители чувств» (психоделический шедевр Андрия Жолдака) и «Человек» (стерильный перформанс словенца Томи Янежича по Виктору Франклу). Другое откровение из Петербурга — «Маскарад. Воспоминания будущего» Александринского театра: Валерий Фокин помещает лермонтовского Арбенина в пятое измерение, знакомя с Мейерхольдом и документальным театром.
Открытие сезона — маленький театр «Грань» из Новокуйбышевска: на «Золотую маску» в шести номинациях выдвинут хрупкий полупьяный спектакль «Таня-Таня», по качеству эстетической энергии напоминающий о ранних вещах «фоменок». Из драматического театра города Серова, тоже впервые оказавшегося в шорт-листе премии, едет разнузданный и уморительный «Трамвай «Желание» (режиссер — Андреас Мерц-Райков). Нельзя пропустить также ярославский «Месяц в деревне» (Театр им. Федора Волкова) — Евгений Марчелли поставил пьесу Тургенева как комедию положений с трагическим подъемом.
ОпераПермский театр оперы и балета в этом году побил все рекорды по количеству номинаций. Например, опера «Сказки Гофмана» выдвинута сразу по девяти позициям. Это спектакль гречанки Катерины Евангелатос про Гофмана, путешествующего во времени. Пермский «Дон Жуан» Валентины Карраско номинирован четырежды; отличный повод услышать Моцарта в интерпретации Теодора Курентзиса. Другой любопытный феномен едет из Екатеринбургского театра оперы и балета — опера Филипа Гласса на санскрите «Сатьяграха» в постановке Тадеуша Штрасбергера. Кроме того, афиша «Золотой маски» этого года дает редкую возможность сравнить двух выдающихся «Пиковых дам»: Самарского и Мариинского театров.
Балет и современный танецДиптих Пермского театра оперы и Балета «Оранго. Условно убитый» получил пять номинаций на «Золотую маску». Это постановка Алексея Мирошниченко (за пультом — Теодор Курентзис), ставящая рядом недописанный балет Шостаковича про человека-орангутанга, одноактовый советский балет про химическую оборону и серию эстрадных опусов 1930-х годов. Столько же номинаций у екатеринбургской версии «Тщетной предосторожности», удивительной реинкарнации стародавнего комического балета Мариуса Петипа. В категории «Современный танец» много загадочного и интригующего вроде стендап-балета из Екатеринбурга «Моя любовь/Моя жизнь». Из числа завсегдатаев номинации — костромская команда «Диалог Данс» с новой неосентиментальной вещью «Pastime Paradise» про внутреннего ребенка и, к примеру, Ольга Пона, именитый хореограф из Челябинска, с напряженным спектаклем «Встречи» — коллекцией пластических образов тотальной безысходности.
Кукольные спектаклиВсе кукольные спектакли в программе «Золотой маски» этого года — для взрослых. Исключение составляет разве что московский «Безумный день, или Женитьба Фигаро» в Театре им. Образцова, ориентированный скорее на старшеклассников. Главное открытие в списке номинантов — «Сияющая в ночи» курганского театра кукол «Гулливер»: медитативное безмятежное творение без слов, сочиненное японским режиссером Еити Нисимурой. Тем временем «Толстая тетрадь» (режиссер — Александр Янушкевич) Пермского театра кукол являет собой не что иное, как ницшеанский триллер про двух юных сверхлюдей на голодных европейских задворках периода Второй мировой войны. Здесь как минимум можно наглядно убедиться, что кукольный театр — это не обязательно Петрушка над ширмой, но, например, оживление предмета, комбинации фактур, масштабов, чудеса бутафории и удивительные условия актерского существования. Совсем другое дело — крошечный спектакль «Ваня» петербургского театра Karlsson Haus. Единственный актер здесь управляется с маленькими деревянными фигурками и переживает при этом неизъяснимую внутреннюю трагедию. Его рассказ — о некоем русском богатыре Ване, который отправляется спасать родину от дракона, — обращен, кажется, не к зрителю, а к мирозданию. Это обстоятельство, видимо, и принесло самому спектаклю, режиссеру Алексею Лелявскому и артисту Михаилу Шеломенцеву по номинации на «Золотую маску».