Шаталова Татьяна Ивановна (1891)
Татьяна Ивановна Шаталова-Рабинович родилась в 1891 года в Херсоне, в семье сапожника и прачки. Революционными идеями увлеклась, как и ее старший брат, довольно рано. Получила домашнее образование и сама стала частной учительницей. В начале 1900-х Татьяна Ивановна вступила в Партию социалистов-революционеров (эсеров, ПСР). Летом 1907 года ее арестовали за участие в организации побега политзаключенных из Елизаветоградской тюрьмы и выслали на два года в Екатеринослав. Но и там Татьяна Ивановна не оставила партийную деятельность, принимала активное участие в работе Екатеринославского комитета ПСР, в частности, в подготовке террористических актов. В 1908 году она уже отбывает срок в местной тюрьме, откуда продолжает вести переписку с эсерами. В феврале 1909 года Татьяну Ивановну по обвинению в хранении взрывчатых веществ и принадлежности к партии эсеров приговорили на пять лет и четыре месяца каторжных работ. Наказание она отбывала до 1911 года в Екатеринославе, с 1911 по 1913 годы – в Риге. В 1913 году отправилась на поселение в Косостепскую волость Верхоленского уезда Иркутской губернии. Там она познакомилась со своим будущим мужем, Исааком Исаевичем Рабиновичем. В 1914 году привлекалась по делу издания нелегального журнала «Рабочий голос» и за участие в конференции анархистов-коммунистов, была арестована, но освобождена до суда после рождения дочери в тюрьме.
В начале 1920-х годов семья переехала в Москву, а в 1935 году поселилась на Покровке 37, в «Доме политкаторжан». Татьяна Ивановна работала в той же артели «Технохимик», где и Гумилевский, фасовщицей.
Ее арестовали раньше Гумилевского, 29 января 1938 года. Как указано в ордере на арест, за то, что “состояла в организации партии социал–революционеров и в настоящее время враждебно настроена по отношению к Советской власти… Привлечь к ответственности по ст. 58 – 10 УК”.
Вот что пишет в своих воспоминаниях “Записка о бабушке-эсерке и дедушке-анархисте” ее внучка, Екатерина Компанеец (материал был опубликован в 2012 году в “Заметках по еврейской истории”):
Приговор – расстрел – был вынесен быстро, 27 февраля. Обвинение то же: “участие в контрреволюционной эсеровской террористической организации”. Из обвинительного заключения: “…являлась участницей нелегальной эсеровской контрреволюционной организации, присутствовала на нелегальных сборищах организации, вербовала новых участников организации, участвовала в обсуждении вопросов о подготовке террористических актов против руководителей ВКП(б) и советского правительства. Виновной себя не признала, но полностью уличена показаниями Гольдфарба и очной ставкой с ним и очной ставкой с обвиняемым Сафроновым».
47-летнюю Татьяну Ивановну расстреляли вместе с Гумилевским и другими сослуживцами 7 марта 1938 года. Всего на Бутовском полигоне было расстреляно 39 работников кооператива “Технохимик”.
“Попытки получить сведения о бабушке заняли много лет. Писали заявления и моя мать, и ее брат, Валерий Исакович Рабинович. Смерть людей, погибших в 1937-1938 годах, тогда датировали военными годами”, – пишет Екатерина Компанеец. В первом свидетельстве о смерти, как в то время часто случалось, была обозначена поддельная дата – 22 марта 1942 года – и отсутствовала причина смерти. И лишь в 1990-х годах родные узнали истинные обстоятельства и дату смерти Татьяны Ивановны, которая была реабилитирована в 1956 году. Комиссией по реабилитации было признано, что “следствием применялись запрещенные меры… и добились признания обвиняемых”.
Установка памятного знака "Последним адресом"
Кирпичный дом №37, строение 1 по улице Покровка (в разных частях корпуса в нем то 9, то 10 этажей) – один из домов кооператива «Политкаторжанин», построенный в начале 30-х годов прошлого столетия архитекторами Д.П. Знаменским, Н.В. Ликиным, С.П. Леонтовичем и С.П. Растрепиным в стиле конструктивизма. Бросается в глаза несимметричный эркер в левой части фасада дома и выступающие за основную ось здания нижние два этажа с большими окнами. Здесь в 30-е годы размещалась общественная столовая для жителей дома, в чьих квартирах не было кухонь. В отличие от другого дома «Общества бывших политкаторжан и ссыльнопоселенцев», находящегося по соседству, по адресу Чаплыгина, 15, на этом доме не сохранился барельеф с названием дома, указывавшим на его принадлежность обществу политкаторжан.
На фасаде дома №15 по улице Чаплыгина в начале февраля были установлены две мемориальные таблички репрессированным: Симону Яковлевичу Вроно и Владимиру Абрамовичу Плескову. Сегодня мы устанавливаем памятные знаки еще шестерым членам «Общества бывших политкаторжан и ссыльнопоселенцев». Всего же, по данным «Мемориала», в доме 37 по Покровке был репрессирован по меньшей мере 21 человек.
24 февраля 2018 года на доме появилась табличка памяти Ивана Ивановича Ахматова.
Всего же, по данным «Мемориала», в доме № 37 по Покровке был репрессирован по меньшей мере 21 человек.
7 октября 2018 года "Последний адрес" установил здесь восьмую мемориальную табличку Павлу Никитовичу Фабричному.