ТВОЙ ЛОБ УВЕНЧАН ЧЁРНЫМ ЗОЛОТОМ
Наверное та, о которой песня, выглядела не хуже.
Песня пятая . עטור מצחך Твой лоб увенчан черным золотом. 1977-й год .
Продолжим. Итак, напомню, мы находимся во второй половине шестидесятых, моем любимом времени. У Арика и Шалома как и у нас всех тогда боги - Битлз. И Арик и Шалом делают фильм в духе фильмов Битлз. Первый отрывок из этого фильма я показал в начале главы. Посмотрите еще один отрывок из фильма "Улитка", в этом отрывке появляется третий, вернее - третья. Ее звали Джози Кац . Она неплохо смотрится на фоне песни Арика и Шалома. И вообще, этот фильм, это фильм трех, это особенно видно в отрывке, который Вы посмотрите.
Жаль, конечно, раставаться со временем Битлз, но. надо идти вперед. Опять же в начале главы я последним клипом показал Арика - комического артиста в замечательной сцене на берегу Средиземного моря, на который накатываются разные волны Алии. Но в том отрывке он не поет. А вот он поет изображая соседей Израиля, гордых жителей древней Эллады. Поет уже в 1986-м году. Выглядит уже конечно не как рок-звезда, но. по-прежнему хорош. Итак, греческая песня.
Шекшенаво. (Когда мы приходим.) Настоящее сиртаки. Поет Арик на иврите, но оригинал - действительно греческая песня "Ti thelis yero" (Что тебе надо, старик) Композитор - Аргирис Коунадис. Поэт - Гиоргос Каламариотис.
У песни глубокое философское звучание, она - о смысле жизни. Главный смысл жизни по песне, похоже никакого смысла в ней нет.
Вот как звучит оригинал Ti thelis yero. По-моему, у Арика лучше получается.
Но какой же израильтянин втайне не мечтает родиться в Париже, а не в Беер-Шеве или Днепропетровске? И хоть Арик родился не в Беер-Шеве, а в Тель-Авиве, но все равно время от времени чувствовал себя парижанином. Пел соответствующие песни, правда, не на французском, а на родном иврите. Вот несколько замечательных песен Арика в стиле шансон, но не тот шансон, который "Мурка" а тот, который:</p>
J'aime flâner sur les grands boulevards Y a tant de choses, tant de choses Tant de choses à voir On n'a qu'à choisir au hasard On s'fait des ampoules
Да-да, "ле гран булвар", это те самые "Большие Бульвары" в этом самом городе.
Давайте поменяем места Арика и Ива Монтана. Сначала Ив Монтан с его великой песеней, которую знают все:
А это уже Арик, но это не та же самая песня, это песня называется "Бесконечный бульвар", это не французская, а израильская песня, она просто сделана в стиле французской. По-моему, при всем моем уважении к Иву Монтану, наша Арик таки лучше поет.
А вот Арик в том же стиле шансон поет песню, которая называется "Осенняя ночь". Из фотографии видеоклипа, видно, что он все-таки в Париже побывал. Но даже если бы не побывал, песня все-равно доказывает, что он в душе немного француз.
Песен Вы наслушались уже достаточно, теперь послушаем самого Арика, вот его рассказ из интервью, который он дает корреспондентке израильской русскоязычной газеты. Заодно, познакомлю тех, кто не знает с еще одной стороной его многогранного таланта. Он в юности был отличным спорстменом. Лучше всего у него получались прыжки в высоту. Он был рекордсменом Израиля в этом виде спорта. И его рекорд продержался, вы не поверите - 10 лет. Вот так-то. Но его спортивные бюрократы однажды обидели. Об этом он и вспоминает:
Я был членом спортивного общества «Ха-поэль», которое считалось пролетарским, в отличие от «Маккаби». Тогда главенствовала идея «тебе половина и мне половина». Неважно, какой ты спортсмен – в на соревнования за границей отбирали поровну от каждой команды. Вот раз, у меня в руках уже был билет на самолет, я должен был лететь на чемпионат Европы, но. тут меня пригласили на комиссию в «Ха-поэль». Я пришел на улицу Арлозоров, там сидят всякие спортивные деляги и говорят мне: «То-ва-рищ Айнштейн!» Ты понимаешь?! – «То-ва-рищ Айнштейн! Мы очень сожалеем, но ты не сможешь поехать». Небеса обвалились на меня, я задыхаюсь: «Но почему? Почему?!». Потому что они хотели, чтобы в этот раз поехал прыгун из «Маккаби». Нас выставили вдвоем на соревнование, я его, конечно, победил, по послали его, а не меня: он был старше, со стажем и из "Маккаби". Это была квота "Маккаби", меня завернули. Не помню, как вышел на улицу, как шел, спотыкаясь, домой по улице Арлозоров. Так что в Израиле шестидесятых, как и в еще одной стране, которую мы хорошо знали, бывало, что отбирали по другим данным, не спортивным. Но это было давно, в шестидесятых, конечно сейчас там все по-честному, я думаю, как и в той стране, которая сменила название и даже власть, но мы ведь ее и сейчас неплохо знаем, хоть издалека.
Ладно, вернемся к песням, вернее, к песне. Послушав песни в стиле шансон, греческие песни и наконец, израильский рок шестидесятых, нам все-таки надо вернуться к главным песням Арика, израильским, ни у кого не заимствованным. И эта главная песня у него по-моему есть, она дала название этой главе. Итак, Твой лоб увенчан черным золотом. Наверное это главная израильская песня о любви в последние тридцать лет. Песней этот текст не был, он появился как стихи стихи поэта Авраама Хальфи. Эти стихи он написал в конце пятидесятых. Написал о своей любимой, которая была. женой другого. У поэтов это часто бывает, но они не сильно расстраиваются, а пишут стихи. Йони Рехтер, один из основых авторов Арика положил их на музыку в 1977-м году. Вот с тех пор ее и поют.
ТВОЙ ЛОБ УВЕНЧАН ЧЁРНЫМ ЗОЛОТОМ (перевод-Марина Саблина)
Венчает лоб златая смоль.. (Не помню я песен, где б пелось об этом) В гармонии рифмы - с глазами и светом- (Хоть рифмы в стихах я не помню такой) Кто тебя изберёт - песней жизнь назовёт.
В мягкий розовый плен - В шерстяной халат.. И грёзам ночным твою душу вверяя, Не хочу быть наказанным званием "брат", Не бывать мне монахом, иконам внимая - Разрывает молитв иллюзорных экстаз Свет земных женских глаз.
С тихой грустью Ты внемлешь Напевам рассказов О далёком и близком, былом и грядущем.. Только я, что не раз открывал Этот странный, безумный, затейливый мир пред тобой, Теряю его, позабыв про покой. Соседство Души.. Как запретная сладость. И в застенках чертогов своих Мою душу пленяешь, Когда тело моё В разлуке с тобой.
Свой сон расстелю я ковром под ногами, Дорогу твою я осыплю цветами, И - в розовый плен, предвечерней порою. ..Скоро сойду я в твои покои.
Венчает лоб златая смоль. Губами прильну к нему - Рифмою в песне, Как хмельной, до рассвета шепчу Через радость и боль: "Венчает лоб златая смоль".
Но первым ее спел Арик, и так спел, что пожалуй на этом я и закончу свой рассказ: