«Подъём» с Сергеем Доренко от 25 октября 2017 года

С.ДОРЕНКО: 8 часов 38 минут. Среда. 25 октября. Здравствуй, великий город! Здравствуйте, все. Это радио «Говорит Москва»! Говорит Москваааааа! Анастасия Оношко, ведущая этой программы.

А.ОНОШКО: И Сергей Доренко. Доброе утро.

С.ДОРЕНКО: Псих оказался все-таки психом. Мне дозвонились вчера родственнику, сегодня его запишем. Все-таки он смахивает больше на психа, хотя ничего не значит, на самом деле его могли использовать, конечно, спецслужбы или какие-то интересующиеся группы, имеющие манипулировать людьми группы. Психи часто становятся объектом манипулирования.

А.ОНОШКО: Насколько легко, вольно манипулировать психом, это вопрос очень большой. Вам можно привести сейчас несколько человек, если перед вами поставить задачу заставить их что-то сделать, поскольку они нелогичны, они алогичны…

А.ОНОШКО: У них по-другому работает эта система.

С.ДОРЕНКО: Ты мало читала о психах.

А.ОНОШКО: Все еще мало? Я очень много читала.

С.ДОРЕНКО: Самих психов почитай. Есть книга, которую ты не найдешь, конечно, «Куда убегает утренний кофе». Почитай, пожалуйста. Напиши «Куда убегает утренний кофе». Книга, которую написала шизофреничка, человек, который действительно с диагнозом, она рассказывает, как она сошла с ума, как она лечилась, как ее лечили таскали и прочее.

А.ОНОШКО: Екатерина Шварцбраун.

С.ДОРЕНКО: Екатерина Шварцбраун, «кошка прыгает под эскалатор, мне нужно туда», и она прыгает под эскалатор. «Кошка говорит, мне надо под эскалатор. Я прыгаю под эскалатор». Она следует за кошкой. Потом она идет по путям метро где-то, с этого начинается книга. Потом ее находит какой- то дядько, где она бродит по путям, и потом ее везут в «дурочку», и там она вся описывает.

А.ОНОШКО: Вот. «Я стою перед эскалатором, наверх подняться нельзя, возвращаться тоже нельзя. Нужно что-то придумать. Тут кошка говорит, что ей надо в туалет. Нужно что-то срочно придумать. Тут до меня доходит: вот же, раскрытая шахта, третий путь. Больше, не раздумывая, прыгаю вниз. Тут довольно глубоко. Кошка сразу находится подходящее место…» И так далее. Как вы можете манипулировать таким человеком? У меня вопрос.

С.ДОРЕНКО: Я скажу, легко.

А.ОНОШКО: Поставьте ей задачу, что сделать, поджечь ворота французского Центробанка.

С.ДОРЕНКО: Таким человеком можно манипулировать, если с ним поговорить. Она стоит перед эскалатором, наверх подняться нельзя. То есть у нее есть внутренний запрет. Никто ей не говорит, что нельзя, все поднимаются, но она говорит, наверх подняться нельзя и вниз тоже нельзя. А, может быть, она стоит у эскалатора, который бежит вниз? И тогда действительно наверх подняться нельзя и вниз нельзя, потому что он исчезает, лента исчезает, и она, зачарованная, смотрит, больная, и она понимает, что вниз нельзя, и вверх нельзя. Кошка хочет в туалет. И она прыгает вслед за кошкой. Вот и все. Можно манипулировать сумасшедшими. Можно. На самом деле надо только понять, где у них бзик. Поскольку у них нет иронии, у сумасшедших, во всяком случае, у большинства описанных сумасшедших нет чувства иронии, нет чувства юмора и так далее, то есть они не способны смотреть на вещи с разных сторон, они обычно смотрят на вещи однозначно, как Поклонская… Я сейчас не шучу. Способность рассматривать ту же самую тему с разных сторон, в том числе иронизировать над темой, свойство людей интеллектуальных и на самом деле людей развитых и наоборот, неспособность иронизировать над теми или иными темами означает людей ограниченных или сумасшедших.

А.ОНОШКО: Вы вчера ссылку бросали, что чем умнее человек, тем чернее его юмор.

С.ДОРЕНКО: Я прочитаю. Ребят, вам это понравится. Это про Поклонскую, не только про Поклонскую, вообще про шизиков. В смысле, я не имел в виду, что Поклонская шизик. Я имел в виду, что про шизиков, в хорошем смысле этого слова, а Поклонская, безусловно, интеллектуалка, и мы об этом знаем все. Например, у шизиков два уха и у Поклонской два уха. Это не значит, что она шизик. Правильно? Я доказал в суде, что я не обижал ее, я и не обижал. Не обижал. Отстаньте от меня! Не обижал я ее! Чем умнее человек, тем больше ему нравится черный юмор. Если вам понравилась эта шутка, значит… «А Славик дома?» «Славик умер». «А скиньте мячик». Если вам понравилась эта шутка, значит, вы не только поклонник черного юмора, но и умнее многих из тех, кто вас окружает.

А.ОНОШКО: Есть еще одна, Сергей. «А Славик дома?» «Славик умер». «Что, я не понял, он за хлебом не пойдет сегодня?»

С.ДОРЕНКО: Да. По крайней мере, к такому выводу пришла группа неврологов и психологов из Венского университета. Свою работу ученые опубликовали в журнале «Когнитив процессинг». Специалисты провели эксперимент, в котором участвовали 156 человек. Испытуемым показали 12 карикатур немецкого художника Улле Штайна и его буклет «Черная книга», высмеивающие смерть, болезни, физические недостатки всевозможные и так далее. Например, на одном рисунке врач в морге приподнимает простыню, которой накрыт труп. «Да, это мой муж», - подтверждает стоящая рядом женщина. - Кстати, какой стиральный порошок вы используете? У вас простыни такие белые». Или другой пример. Врач объявляет результаты обследования беременной женщине. «Начнем с хорошей новости, - говорит он, - ваш ребенок всегда найдет парковочное место». Участников эксперимента попросили оценить шутки художника. После того, как они прошли тесты на вербальный и невербальный интеллект, их посадили за эти все дурацкие шуточки. Черный юмор. Также психологи оценили эмоциональную устойчивость и уровень агрессии испытуемых. Выяснилось, что те, кто не понял и не слишком высоко оценил карикатуры, сказал, что карикатуры – дрянь и вдобавок непонятные, обладали средним уровнем интеллекта. Средним. То есть достаточно, чтобы пройти в метро, достаточно, чтобы выкопать яму у тебя в саду. Средним. Те, кто понял, но не одобрил шутки…

А.ОНОШКО: А те, кто не понял?

С.ДОРЕНКО: Еще раз… Я только что начал.

А.ОНОШКО: Не понял, в смысле, не посмеялся, я думала. Я не поняла, над чем смеяться.

С.ДОРЕНКО: Как интересно.

А.ОНОШКО: Вот видите, с кем вы работаете.

С.ДОРЕНКО: С кем я работаю. Настя, я только что сказал, послушай меня внимательно. Мне бы хотелось, чтобы ты слушала, что я говорю иногда. Я читаю просто. Те, кто не понял и не слишком высоко, не оценил карикатуры, обладали средним уровнем интеллекта. Я начал с этого. У тебя, может, Альцгеймер? Это хорошая шутка была сейчас. Слушай. У них средний, кто и не понял шутки, и ее осудил, сказал, что это плохие шутки. И не понял, и осудил, ну, понял, что там про смерть.

А.ОНОШКО: У них чуть повыше.

С.ДОРЕНКО: Нет, эти средний уровень.

А.ОНОШКО: Опять средний?

С.ДОРЕНКО: Я тебе объясняю одну и ту же фразу с учетом, что ты не врубаешься.

А.ОНОШКО: А что же те, кому понравилось?

С.ДОРЕНКО: И не понял, и критиковал сам характер шуток, понял, что там про смерть. В чем шутка, не понял, но критиковал. Эти средние. Ты можешь доверить им разминать бумажку в туалете, отрывать бумажку в туалет, подавать, что-нибудь такое, среднее, менять кошачий туалет можешь разрешить. Можешь разрешить, а можешь не разрешить. Те, кто понял в чем юмор, но не одобрил шутки, не блистали умом и проявляли вдобавок высокий уровень агрессии. То есть шутку поняли, но не одобрили. Ты врубилась сейчас?

А.ОНОШКО: Да. Сейчас агрессию начну проявлять, если еще раз переспросите.

С.ДОРЕНКО: А те участники, которые оценили юмор и смогли от души посмеяться, обладали самым высокий IQ. Самый высокий IQ у тех, кто смеется над черным юмором. Они с высоким уровне образования, как правило. Они эмоционально устойчивы и неагрессивны. Понятно?

С.ДОРЕНКО: Господи, наконец-то, ей понятно. Господи…

Ты помнишь эти шутки из детства? Но в вашем детстве не было, потому что ваше детство… Знаешь, из чего состояло ваше детство? Я в хорошем смысле. Оно состояло из насупленных бровей.

А.ОНОШКО: Из соплей из носа, колготок.

С.ДОРЕНКО: А наше советское детство было сплошь счастье, и у нас был черный юмор, в отличие от вас.

А.ОНОШКО: Откуда такие познания?

С.ДОРЕНКО: У вас не было черного юмора, потому что вы были серьезные, положительные и неюморные.

А.ОНОШКО: Ну, валяйте ваш черный юмор.

С.ДОРЕНКО: «Мальчик Мишаня нашел хлеборез, тихо к квартиру директора влез. Быстро свершилось черное дело, в ванной нашли расчлененное тело». «Мальчик Володя на крыше сидел. Был бы он бабочкой, он бы взлетел. Тихо подкрался с дубинкой кто-то, вот и сбылась мечта идиота». «Холодно в доме, папа в тужурке. Мама дочуркою топит печурки». Это детское.

С.ДОРЕНКО: Каких 30-х? Нет. «Девочке в поле гранату нашла. Что это, дядя, спросила она. Дерни колечко, ей дядя сказал. Долго над полем бантик летал».

А.ОНОШКО: Что-то я помню. На самом деле у нас слушатели, я думаю, очень многие сейчас накидают и посмешнее.

С.ДОРЕНКО: «Пионер Кочегаров рыбу ловил. Мимо него проплывал крокодил. Ох и кряхтел же зеленый сморчок, в жопе застрял пионерский значок».

А.ОНОШКО: Это я помню, про пионерский значок.

С.ДОРЕНКО: Да, это наш черный юмор. «Девочка милая с именем Рита попу чесала куском динамита. Взрыв прозвучал на улице Жданова. Ноги в Медведкове, попа – в Чертанове». Понятно? И так далее. «Маме кричит со двора дед Кирилл: вашего сына каток раздавил. Мама спросила: где он теперь? Сейчас я его вам подсуну под дверь». «Девочка в ванной бритву нашла. Что это? – папу спросила она. Папа ответил, губная гармошка. Все шире и шире улыбка у крошки». А?

А.ОНОШКО: А я все эти знаю, мне не смешно.

С.ДОРЕНКО: Я найду, которую ты не знаешь. «Дети в подвале играли в гестапо, был зверски замучен сантехник Потапов». Ты знаешь?

С.ДОРЕНКО: «Осень настала, пожухла трава. Мальчик чахоточный рубит дрова. С хрустом железо в ногу вошло. Вместе с ногою детство ушло». Что?

А.ОНОШКО: Ну, так… Я не могу с разбегу вас чем-нибудь порадовать, из памяти ничего не вылазит.

С.ДОРЕНКО: «Маленький Коля по стройке гулял. Башенный кран в небо груз поднимал. Тяжесть не выдержал старенький трос, мальчик ушами к сандалям прирос». А? Нет?

С.ДОРЕНКО: «Папочка весь самолет обошел, сына Семена нигде не нашел. Мама спешит успокоить супруга: выпал, наверное, он над Калугой». Ладно, все. Смешно. Ну, весело. Весело. Елена из Кунцева. Елена из Кунцева у нас бого… надо ее не обидеть, я очень дорожу дружбой. Лен, я дорожу вашей дружбой, но вы православочка и вас легко обидеть.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, знаете, мне вспомнилось. «Прохоров Антон воробьев кормил. Кинул им батон, 20 штук убил».

А.ОНОШКО: Это черный.

С.ДОРЕНКО: Прекрасно. Вы наша.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Про парковочное место мне очень понравилось.

С.ДОРЕНКО: Ха-ха-ха! Спасибо. Ну, хорошо.

А.ОНОШКО: У этих экспериментаторов смешнее было.

С.ДОРЕНКО: Я тебе говорю, на чем мы выросли в детстве. «Штирлиц облил кошку бензином и поджёг. Кошка пробежала 15 метров и упала. Бензин кончился, подумал Штирлиц». Ты помнишь такой анекдот детский?

А.ОНОШКО: Помню. Олег Григорьев, про батон и воробьев.

С.ДОРЕНКО: Чем умнее человек, тем чернее его юмора. Итак, люди делятся на три разряда. Еще раз для Насти, она не врубается. Напомню. Есть люди, которые не понимают черный юмор и его осуждают.

С.ДОРЕНКО: То есть не понимают, в чем юмор, и осуждают. Это люди посредственные, посредственности. Унылые посредственности. Те, кто понимает шутки, но ругает их за слишком мрачный тон, они, во-первых, посредственности, во-вторых, часто демонстрируют высокий уровень агрессии. То есть они агрессивные посредственности. И, наконец, те, кто и понимает, и хохочет, они люди с наивысшим IQ. Осталось таких людей я, да Елена из Кунцева, больше никого. Товарищи, нас осталось двое. Леночка, держитесь, нас осталось двое, все остальные – агрессивные посредственности, клеклые посредственности и агрессивные посредственности. Нам тяжеловато среди вас, просто чтоб вы знали.

Быстро скажу еще пару вещей. Тра-та-та-та-та. Видишь, я уже анапестом или ямбом, чем я заговорил?

А.ОНОШКО: Это же легко, как с рэп-баттлом, просто выбираете ритм, разговариваете.

С.ДОРЕНКО: Затяжные снегопады ожидают Россию.

А.ОНОШКО: Ожидаются в Москве.

С.ДОРЕНКО: Затяжные снегопады ожидаются в Москве-е…

А.ОНОШКО: Надо что-то неприличное.

С.ДОРЕНКО: На «ады» и «ве». А с чем рифмуется «Москва» из непристойного? С чем из непристойного рифмуется «Москва»? Ни с чем. Я не могу вспомнить ни единого непристойного слова.

А.ОНОШКО: Совсем что на «а» заканчивается…

С.ДОРЕНКО: Ты знаешь такие слова? Я что-то не припомню. Ну, хорошо. Это все «Российская газета» пишет, это фуфел полный. В смысле, я люблю эту газету, это орган правительства, она публикует гороскопы.

А.ОНОШКО: Раз в неделю.

С.ДОРЕНКО: От правительства Российской Федерации, подписывает лично Дмитрий Анатольевич. Дмитрий Анатольевич подписывает гороскоп по пятницам.

А.ОНОШКО: Не помню, может быть, в понедельник.

С.ДОРЕНКО: Между прочим, многие люди строят на них карьеру. Дмитрий Анатольевич намекает, что весы, звоните; раки, попробуйте в среду пройти мимо кабинета. И так далее.

Что у нас будет с погодой на 10 дней. +1 -3, потом 0, 2, 3. Жара будет, товарищи, в понедельник следующий. 4 градуса. 4 полновесных…

А.ОНОШКО: Чертовых градуса.

С.ДОРЕНКО: Чертовых градуса. Очень опасная температура. Ты знаешь, что 4 градуса – температура наибольшей плотности воды.

А.ОНОШКО: Нет, конечно.

С.ДОРЕНКО: Эх. Вода становится более жидкой, например, при пяти градусах, и более жидкой при трех градусах.

А.ОНОШКО: Чем что?

С.ДОРЕНКО: Чем при четырех. 4 градуса по Цельсию – это температура наибольшей плотности воды. Вода достигает наибольшей плотности.

А.ОНОШКО: То есть она не такая жидкая.

С.ДОРЕНКО: Сваришь яйца и захочешь остудить, тебе лучше всего, чтобы температура была 4 градуса.

А.ОНОШКО: Иначе я не вытащу яйца из воды или что?

С.ДОРЕНКО: Не знаю. Я сейчас ел вареное яйцо, какой-то дурак поставил корицу…

А.ОНОШКО: Это моя.

А.ОНОШКО: Я поставила. А куда я поставила корицу? Я ее понюхала, что это такое…

С.ДОРЕНКО: Я ел яйцо утром. Думаю, кто-то перчик поставил. Я такой беру, как брякну, просто у меня засыпало желток полностью этой субстанцией, это была корица. Ей богу, я стал это жрать, яйцо с корицей… Ты знаешь, что мне пришлось сделать? Съесть второе яйцо, чтобы заесть эту мерзость.

А.ОНОШКО: С солькой.

С.ДОРЕНКО: Второе пришлось съесть, чтобы заесть эту мерзость. Я сожрал яйцо и примерно чайную ложку корицы.

А.ОНОШКО: Куда вы дели третье яйцо?

С.ДОРЕНКО: Третье осталось в холодильнике, можешь украсть на рекламе, договорились. Температура все время одна и та же, никакого снегопада, это все брехня в чистом виде. Мы верим гороскопам от «Российской газеты», но мы не можем верить их прогнозам погоды. Прогнозы погоды – полная чушь, гороскопы – вот это по-настоящему правдиво. В движении.

С.ДОРЕНКО: 9 часов 5 минут. Я быстро предупрежу людей, прежде чем мы заговорим о Собчак. Это очень важно. Недолго вы радовались, уже вам неприятности какие-то. Налоговая разослала уведомление о налоге на имущество и землю, оплатить нужно до 1 декабря.

Федеральная налоговая служба РФ… Им не на что ехать на Карибы.

А.ОНОШКО: Да нет, это не для этого.

С.ДОРЕНКО: А для чего?

А.ОНОШКО: Налоговая собирает налоги наши, это все идет на бюджетные нужды.

С.ДОРЕНКО: Я догадался, на бомбардировку в Сирии.

А.ОНОШКО: Мы же освободили 500 квадратных километров.

С.ДОРЕНКО: 500 тысяч, дорогая. Чуть позже. Шойгу сказал, что мы освободили в Сирии 500 тысяч квадратных километров, а сама Сирия - 180 тысяч. Таким образом, Шойгу освободил Сирию многослойно.

А.ОНОШКО: Например, когда готовишь, там кучка муки, и ты потом эту муку собираешь, собираешь, собираешь, она разлетается, разлетается. Приходится с запасом брать потом мокрую тряпку и так начинать аж с края, с края, за пределы готовки.

С.ДОРЕНКО: Нет, не так. У меня другая ассоциация. Ты красишь, например, забор, что угодно, и покрасил тремя слоями. Первый слой – просохло, второй слой – просохло, третий слой - просохло. Шойгу чистит Сирию многослойно. Он ее раз очистил 180 тысяч квадратных километров, говорит, ну-ка захреначим еще разочек, опаньки, получилось 360 тысяч квадратных километров. Сирийцы говорят, слушай, где ты столько взял? А аккуратненько, в два слоя. И говорит, ну-ка я еще шарахну, 360 плюс 180 – 540. Глянь чего, мы тремя слоями ее накрыли, Сирию. Пока что тремя, но там можно и четвертым слоем пойти, чтобы не ржавело, а краска осталась. Правильно?

С.ДОРЕНКО: Дай мне вернуться к налоговой службе. До 1 декабря мы должны отдать им деньги. Я говорю, им не на что ехать в Таиланд, им не на что ехать на Карибы, им не на что ехать на Мальдивы, этим добрым людям. Знаешь, где главные наши министерские? Маврикий.

А.ОНОШКО: Маврикий – хорошее место, только ехать туда долго. Я помню, в МИДе обсуждали дипсотрудники, что хорошо служить на Маврикии, когда там ничего не происходит.

С.ДОРЕНКО: Вообще ничего.

А.ОНОШКО: Никогда. Никаких ни визитов, ни приемов.

С.ДОРЕНКО: Даже ураганов нет.

А.ОНОШКО: Сидишь там два, три, четыре года, подаешь заявку на продление, при этом пальмы, попугаи.

С.ДОРЕНКО: Ты знаешь, что там самое страшное? Я же работал в тропиках. Первое, что я скажу, что наши министерские едут на Маврикий. Потому что у меня один знакомый поехал на Маврикий. Олигархи едут на Сен-Бартс и Познер. Познер и олигархи. Там дом Романа Аркадьевича Абрамовича и все такое. Они едут на Сен-Бартс, на Карибы. Люди разные. Беднота, нищета, голытьба и всякая такая мерзость человеческая едет в Доминиканскую республику. Там они гоняют на квадроциклах и думают, что там есть рядом наркотики, и это уже их приводит к зеленым лицам от счастья, но они никогда не покупают, боятся. Дальше. Старперы едут в Марбелью гулять взад-вперед. Они гуляют взад-вперед по Марбелье с понтом дела, их кто-то там видит. Нафиг никому не нужны, пара пьяных англичан их видит и так далее. На Капри едут люди вообще совсем ветхие, которые еще в гимназии латынь изучали и потом они знали, что там Ленин с Горьким отдыхали и все такое. И так далее. А правительство все собирается на Маврикии, как выяснилось. У меня друг приехал, говорит: слушай, я такого не видел, я выхожу на завтрак, мама, министр, замминистра, вице-премьер, полный улет. Они едут все на Маврикий почему? Они уверены, там никого не встретят. Но туда же кайтеры едут.

С.ДОРЕНКО: Кайтеры. Кайтеры ездят, как ты хорошо знаешь, в Тарифу летом, а зимой на Маврикий. А среди кайтеров есть богатые. Седина же в ребро и так далее. Среди кайтеров есть богатые.

А.ОНОШКО: А бедные бывают среди кайтеров?

С.ДОРЕНКО: Все остальные. Кайтерская голытьба, абсолютно. Это вообще племя такое, какое-то странное, цыганское. Кайтеры. И среди них есть богатые, такие, трехнутые. …Он говорит, нифига себе, на завтраке. Маврикий. Запомни адресок.

С.ДОРЕНКО: Хочешь с ними общнуться, лети на Маврикий. Поэтому им нужны наши налоги до 1 декабря, мать, чтобы они их истратили на Маврикии, на мулаток! Вот так.

Федеральная налоговая служба РФ завершила рассылку квитанций-уведомлений об уплате налогов за 2016 год, в том числе на землю и имущество. Всего Федеральная налоговая служба направила россиянам сейчас, сегодня 71 миллионов платежек, до 1 декабря уплатить надо три имущественных налога: на транспорт, на землю и на имущество. Уведомление отправили по почте и в личный кабинеты на сайт Федеральной налоговой службы. Платежка могла не прийти, если сумма налога меньше 100 рублей. Ко мне все время приходит рубль 68, не знаю. В уведомлении указан размер налога за 2016 год, сообщила Федеральная налоговая служба и так далее. Готовьтесь, сучьи дети, в хорошем смысле. Налоговики обещают, что если при перерасчете обнаружилась переплата, то платить придется меньше. Это у кого-то переплата-то?

А.ОНОШКО: Если сначала переплачиваешь.

С.ДОРЕНКО: Сразу заплати миллион долларов и все, и успокойся. Они тебе все время будут присылать эти самые. Пользователи могут уже сейчас распечатать самостоятельно налоговое уведомление либо заплатить налоги онлайн через специальные сервисы, не дожидаясь получения заказного письма. Страшно. Платить налоги – страшно. Объясню, почему. Они спросят, откуда у вас такие деньги.

А.ОНОШКО: Чтобы заплатить вот такие налоги.

С.ДОРЕНКО: Да. Они скажут: товарищ, вот вы платите налоги на такую сумму, а можете объяснить, откуда у вас такие деньги на налоги. А ты такой: я нашел в трамвае.

А.ОНОШКО: Да ладно, там не так много.

С.ДОРЕНКО: Что значит, немного? У меня машина 313 лошадиных сил.

А.ОНОШКО: И сколько там получилось у вас?

С.ДОРЕНКО: Да я аж крякнул, когда узнал!

А.ОНОШКО: Nalog.ru заходите, сейчас мы ваше личное дело рассмотрим. У меня, например, мой кабинет открыт, у меня тоже много вопросов. У меня странность в чем? У меня «Солярис» на меря зарегистрирован, «Ситроен» и «Солярис», они обе машины, одна стоит 4 лошадиные силы, 98, а вторая – 107.

С.ДОРЕНКО: Скажи мне, сколько 107? Я сейчас «Дафтер» куплю, у него будет 109 лошадиных сил.

А.ОНОШКО: «Ситроен» - 2600, но это я понимаю, а «Солярис» - 12050 тысяч рублей.

С.ДОРЕНКО: Офигеть. А почему так? Потому что свыше 100 лошадей.

А.ОНОШКО: Я не знаю.

С.ДОРЕНКО: Свыше 100 лошадей.

А.ОНОШКО: Я отправила вопрос онлайн. Там у них есть онлайн-приемная, почему так получилось, спрашиваю. Жду ответ, до сих пор не пришел.

С.ДОРЕНКО: А у меня 313 лошадей.

А.ОНОШКО: Ну, сколько у вас? 40 тысяч?

С.ДОРЕНКО: Я не помню. Дофига. Я все время плачу каким-то скопом, несколько платежей. 70 тысяч. За что? Черт его знает. В прошлом году мне пришло 224 тысячи. Или ты предатель родины. Я думаю, лучше я заплачу 224 тысячи, предателем родины я всегда успею стать.

А.ОНОШКО: Нет, вы сначала заплатите, мы потом пересчитаем.

С.ДОРЕНКО: Это дело наживное. Так пока лучше заплатить. Ладно, поехали дальше. Что такое? Все хотят заплатить налоги, я понимаю. Нет, нам звонят налоговые инспекторы и разъяснят сейчас. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, доброе утро. Я хочу историю интересную рассказать. Мать выписалась, два года нигде не прописана. Мы с ней ходили, автомобиль на нее я свой регистрировал. Мы ходили в налоговую, давайте, говорит, мы вам заплатим налог на автомобиль, переживали, такие ответственные все. Они говорят: вы пока нигде не прописаны, вы ни в какой базе не числитесь. В итоге месяц назад пришел налог на автомобиль, она до сих пор нигде не прописана.

С.ДОРЕНКО: И уже с пенями.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Два года. Она когда-то в области у тетки, у сестры своей прописалась лет 5-6 назад, туда ей налог пришел. Причем она до сих пор нигде не прописана.

С.ДОРЕНКО: Ужас. 73-73-948. Здравствуйте. Вы налоговый инспектор.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Моему 3-летнему сыну пришло извещение прийти на почту за налоговым уведомлением.

С.ДОРЕНКО: Там. А он что?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Двум другим сыновьям, тоже маленьким, еще не пришло уведомление.

А.ОНОШКО: Так они собственники у вас, наверное.

С.ДОРЕНКО: Учите его быть ответственным.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я пошлю его на почту.

С.ДОРЕНКО: Нет, должны законные представители пойти. Законный представитель. И с вас срубят баблос. Приготовьтесь. Товарищи дорогие, я когда-то хотел стать собственником хорошего участка под Софии-Антиполис, чуть-чуть выше Ниццы. Ты понимаешь, чего я сейчас сказал или нет?

А.ОНОШКО: Я понимаю, что вы сейчас сказали.

С.ДОРЕНКО: София-Антиполис, 2 гектара, чувак уезжал в Канаду, срочно продавал. 2 миллиона долларов тогда это стоило. В евро, сейчас не помню. Это, может быть, был 1998-1999-й, уже евро был. Ну, хорошо, 2 миллиона евро, скажем так, чтобы людям было понятнее, потому что они думают, раз Франция, почему не евро. Пусть будет евро. Я хотел купить 2 гектара под Софией-Антиполисом. Мне сказал Жан-Пьер, с которым я ездил на 500-м «Мерседесе», риэлтор на 500-м «Мерседесе», Жан-Пьер, он мне говорит… Я ему говорю: хорошо, я куплю, а сколько платить налогов. Вот я тебе говорю про Францию сейчас, чтобы ты жаловалась на Россию, но меньше жаловалась на Россию. Он мне говорит: да тут сущий пустяк, примерно 100 тысяч в год. Я говорю: чего 100 тысяч-то, центов? Понадеялся я, центов, говорю. Он говорит: нет-нет, евро. 100 тысяч евро в год. Я: а почем? Он говорит: у нас тут налогообразование такое, мы не знаем, сколько у вас денег, мы берем собственность вашу, исчисляем так, если бы вы сдавали ее в аренду, мы берем арендную стоимость такой собственности, по аналогии, если бы вы сдавали ее в аренду и получали бы с этого доход, то с этого дохода вы бы платили вот такой налог. Он говорит: вы можете не сдавать в аренду, это ваше дело, ваше горе, но вы, как если бы сдавали в аренду, только мы умножаем на три, три аренды.

А.ОНОШКО: Почему так?

С.ДОРЕНКО: Потому что это твоя собственность. Мы, говорим, делаем следующее: три ренты налоговые…

А.ОНОШКО: Насколько там выгоднее арендовать все.

С.ДОРЕНКО: Сразу очевидно, что выгоднее арендовать. Он говорит: во Франции три ренты, как если бы вы сдавали в аренду, умножить на три с этого платите налог. Все. Я говорю: чего-то это… лихо чего-то. Он мне говорит: а в Швейцарии пять. Пять. В Швейцарии-то пять рент. Ты берешь ренту, как если бы ты сдавала в аренду, умножаешь на пять и с этого платишь налог, половину почти что или даже больше половины. Это серьезно хрякнуть можно.

А.ОНОШКО: Как они там живут?

С.ДОРЕНКО: Не знаю. С трудом.

А.ОНОШКО: И после этого «Солярис» сразу показался ерундой.

С.ДОРЕНКО: Правда, я потом был во Франции через 5 лет и звонил Жану-Пьеру и сказал: Жан-Пьер, типа…

А.ОНОШКО: Как там наш участок?

С.ДОРЕНКО: Сильвупле, того-сего.

А.ОНОШКО: А он что? Умираю от голода.

С.ДОРЕНКО: Он говорит: этот участок сейчас перепродали. Серж, вы… вы имбецил, сказал он мне, ну, так, вежливо, по-французски. Я говорю: почему? Он говорит: этот участок купил один крендель за 2 миллиона, а сейчас, только что, при моем торжественном участии перепродал за 6. За 6. Да я бы заплатил за пять лет 100 тысяч каждый год, 500 тысяч евро налога, и получил бы 3,5 миллиона евро просто так. Идите сюда, Сережа, вы хотите 3,5 миллиона евро? О, да! О, да! Я ничего не хочу… Нет, я хочу 35 миллионов.

Давай говорить про Собчак. Скажи, пожалуйста, ты ее любишь или ненавидишь?

А.ОНОШКО: Потому что она… я вижу все время в ней себя.

А.ОНОШКО: Как это ни странно.

С.ДОРЕНКО: Когда я в тебе увижу ее, я сильно задумаюсь, мать.

А.ОНОШКО: Думайте, уже можно начинать. Никакой разницы на самом деле нет.

С.ДОРЕНКО: Негативный может быть ответ. Хорошо. Ты ее любишь.

С.ДОРЕНКО: Давай просто зададим вопрос: вы любите Собчак или ненавидите. Все, никаких промежуточных чувств вы не имеете права испытывать. Вы любите Ксюшу Собчак – 134-2135… Лямур, пердю и все такое…

А.ОНОШКО: Пердю, это уже проигранная любовь.

С.ДОРЕНКО: Неважно. 134-2135.

А.ОНОШКО: Лямур, тужур.

С.ДОРЕНКО: Нет, вы ее ненавидите – 134-2136. Очень простое голосование. Она Крым вчера отдала.

А.ОНОШКО: Да, любой ценой хотела подружиться со всеми друзьями.

С.ДОРЕНКО: А наши предки, кровью харкая, отвоевывали его у этих, как их, чебуреков.

А.ОНОШКО: Почему предки-то? Потомки наши, Сергей, отвоевывали, улыбались вежливо.

С.ДОРЕНКО: Нет, подожди. Там все полито кровью солдата Кошки, матроса Кошки и Даши Севастопольской, которые там воевали постоянно и все такое. Как она могла так распоряжаться? Так и Калининград подарит, так и Сахалин подарит, так и Курилы подарит, все подарит.

А.ОНОШКО: Все раздаст.

С.ДОРЕНКО: Все раздаст к чертовой матери.

А.ОНОШКО: Сгонит нас всех в Петербурге, и мы там заживем.

С.ДОРЕНКО: Петербург чухне отдаст.

А.ОНОШКО: Мы сами туда переедем.

С.ДОРЕНКО: И станем чухней.

А.ОНОШКО: И станем маленькой европейской страной, ближе к норвежцам.

С.ДОРЕНКО: Я останавливаю это прекрасное голосование. У меня 600 человек, очень много за минуту с половиной. 30 на 70. Пиши быстро. 30%.

С.ДОРЕНКО: Что значит, «за»?

А.ОНОШКО: «За» и любят - одно и тоже.

С.ДОРЕНКО: Нет. Вопрос звучит: вы любите Ксению Собчак? Ответ: да – 30%. Вы ненавидите? Ответ – 70%. Только так – любите, ненавидите. Все. Давай мы расскажем, как она сдавала. Кому она сдала Крым? Его никто не берет. Украина теряет государственность, корчится в агонии. Что она хочет сделать с Крымом, я не понимаю.

А.ОНОШКО: В какой агонии?

С.ДОРЕНКО: Украина? Корчится в агонии.

А.ОНОШКО: А что будет после? А что же дальше будет? Помните эту песню?

К.СОБЧАК: Украина – это важнейший партнер России. Безусловно. И восстановить нормальные, лучшие отношения — это, наверное, самая главная задача, которая сегодня стоит перед Россией, на мой взгляд.

С.ДОРЕНКО: Да ладно.

К.СОБЧАК: Это крайне важно. Давайте про Крым сразу, чтобы закрыть эти вопросы. У нас есть несколько… И мне, честно говоря, очень не нравится, потому что это напоминает мне такие детские игры, а вот чем докажешь, что ты нашенский или ненашенский. Каждый кандидат, каждый политик должен пройти этот ряд вопросов. Поэтому я отвечу прямо и то, что я действительно думаю на эту тему. Я не буду увиливать уходить от этого вопроса. С точки зрения международного права, Крым – украинский. Точка.

С.ДОРЕНКО: Она сказала, точка, я так и сделаю. Или нет?

А.ОНОШКО: Она сказала, дальше будем разговаривать.

С.ДОРЕНКО: Она сказала, точка, или я сказал, точка?

А.ОНОШКО: Она сказала, точка.

К.СОБЧАК: Дальше давайте разговаривать.

С.ДОРЕНКО: Мне кажется, очень несправедливо и неправильно, потому что она говорит, что ответ на принципиальные вопросы политики - это детская игра. Она сказала, это детская игра.

А.ОНОШКО: Да. Но это же, правда, напоминает.

С.ДОРЕНКО: Это не детская игра, неправда. Политика критериальна. Политика критериальна. Если ты политик, ты утверждаешь некие критерии сам и следуешь критериям сам. При твоем цинизме, нездоровом на самом деле, приобретающем нездоровый… при всем твоем цинизме, политика - это провозглашение идеалов. Я не говорю, что удается их достичь, но это провозглашение идеалов, обрисовывающих горизонты будущего. Это политика. Борьба за горизонты будущего с обязательным провозглашением идеалов.

А.ОНОШКО: Такой сложный вопрос.

С.ДОРЕНКО: Несложный, совсем легкий вопрос.

А.ОНОШКО: Сегодня 25 октября 2017 года, 100 лет прошло, как последний раз самые интересные идеи были провозглашены. Мы были свидетелями такого разрушения.

С.ДОРЕНКО: Да. Теперь слушай. Политика - есть провозглашение идеалов, политика – есть критериальность обязательно. Любой человек, которого ты проверяешь на союз, на дружбу, на замужество и так далее, которого ты проверяешь, твой человек или нет, ты хочешь быть рядом или нет, он проходит все равно целый ряд тестов. Это не детские тесты, это критериальные тесты. Если твой возлюбленный замучает при тебе кошку, просто убьет, начнет ее вспарывать и еще что-нибудь, это будет критериальный поступок, важный поступок, который определяет его критерии. И ты, если ты лишена личности, твоя личность размазана, ты пьянчужка с вокзала, то ты это пропустишь, а если ты цельный человек, ты этого не пропустишь.

А.ОНОШКО: Да. Так у нее есть позиция.

С.ДОРЕНКО: Объясняю. Она сейчас объяснила, что принятие критериев и идеалов – есть детская игра. Это не детская игра. Это существо политики. Существо политики! Понятно? Это очень важно понимать. Она этого не понимает.

А.ОНОШКО: Она только что сказала, что у нее идеал – налаживание отношений, с Украиной, прежде всего.

С.ДОРЕНКО: Нет, она сказала, что критерии и идеалы в политике - это детская игра. Я тебе повторю, потому что ты пытаешься выгораживать Ксению Собчак.

К.СОБЧАК: У нас есть несколько… И мне, честно говоря, очень не нравится, потому что это напоминает мне такие детские игры, а вот чем докажешь, что ты нашенский или ненашенский.

С.ДОРЕНКО: Это не детские игры. Это и есть существо политики! Существо политики – есть определение критериев и идеалов. Никакого другого не существует. Это взрослые игры. Если она считает критериальность вообще детской игрой, недостойной взрослых, то я хочу сказать, что это проституированное сознание. Проституированное сознание Ксении Собчак. Если человек считает, что критерии – есть детская игра, то ее сознание проституировано, то есть ей пофиг. Это белое или черное? Пофиг, в общем. Она говорит простую вещь, что ей не нравится игра в идеалы и критерии. Она говорит: мне очень не нравится. Ты что, не слышишь ее?! Или ты русский язык не понимаешь?! Или ты считаешь, что слова не значат?! Она говорит, что «критерии и идеалы мне очень не нравятся вообще как таковые». Вообще не нравятся! У нее сознание проституировано, ей насрать. Ты что, не слышишь этого?! Новости.

С.ДОРЕНКО: На этой фразе Собчак, что она считает детской игрой утверждение идеалов и критериев, можно было бы остановиться и больше вообще никогда ее не обсуждать. Зачем говорить о политике, который считает политику детской игрой, что это чушь и вообще, так сказать, что-то такое странное, свинское занятие. Тем не менее я предлагаю все-таки поговорить. Потому что после того, как она объявляет, что идеалы и критерии не сущностны и все это чушь, тем не менее она позже переходит к заявлению идеалов. И она заявляет идеалы таким образом, чтобы, насколько я понимаю, аккуратно избежать уголовного преследования. Потому что иначе она уголовницей будет. Если она оспорит территориальную целостность России, то она будет уголовницей. Поэтому она говорит: с точки зрения международного права, Крым – украинский. Это ее слова. То есть она говорит, и как это следует понимать, что она мирится с этим с трудом. Я могу сказать, японские китобои убивают китов. Это правда, но мне это не нравится. То есть, когда она говорит, значит так, с точки зрения международного права, Крым - украинский, ей самой это нравится или нет?

А.ОНОШКО: Я не знаю.

С.ДОРЕНКО: Вот я не знаю. 73-73-948. Давайте поговорим. Можно же сказать фразу, что с точки зрения папуасов, человек съедобен. И все, больше ничего не говорить. И чего? А ты-то чего думаешь как политик? Она не говорит. Она говорит: с точки зрения международного права. А что это значит? Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Михаил. Я хотел спросить, почему никто другой не баллотируется нормальный, из адекватной серии, что называется, людей?

С.ДОРЕНКО: Знаете, что баллотироваться на самом деле дороговато. Если бы вы собрались, это дороговато. Америка по миллиарду долларов каждый кандидат жахнул, ну, у нас подешевле.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: У нас же много «золотой молодежи».

С.ДОРЕНКО: О господи. «Золотая молодежь» наша ходит около парка Горького, предлагает за 10 тысяч выпить мочи. Что, вы не знаете нашу «золотую молодежь»?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И на «Гелендвагене» гоняют.

С.ДОРЕНКО: Конечно. Наша молодежь ходит около парка Горького с камерой, «золотая», и тычет стаканчик с мочой, «выпей за 10 тысяч» и так далее. Вот и все. «Золотая молодежь», они что, думают о чем-то? Абсолютно ничего. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Почему-то заведомо проигрышная позиция выбирается, Собчак. Я имею в виду, когда говорят, что Крым украинский якобы. Почему именно такая сознательная позиция выбирается и заявлена? Чтобы выявить все-таки тех, кто за то, что Крым украинский.

С.ДОРЕНКО: Не знаю.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Тогда это будет не очень большой процент, 1-1,5. То есть цели выиграть на выборах нет, я так понимаю.

С.ДОРЕНКО: Тем более, они все выявлены.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Но тем не менее в выборах участвуют и участвуют как «против всех». Позиция, то, что Крым – украинский, это «против всех» или нет получается?

С.ДОРЕНКО: Все, она уже «против всех» проехала. Она уже заявила новые вещи.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А… «против всех» есть.

С.ДОРЕНКО: Нет-нет, это уже игра проехана. «Против всех» - надо тогда молчать. Надо тогда говорить то, что в первом ролике.

А.ОНОШКО: Но ведь выиграть выборы невозможно. Это же очевидно.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Раньше можно было за нее голосовать, а теперь, получается, каждое новое выступление новое совершенно.

А.ОНОШКО: Тогда получится, мог бы быть казус, что никто не заявился на выборы, потому что участие в выборах бессмысленно априори.

С.ДОРЕНКО: Я умоляю. Папа Зю сходил бы.

А.ОНОШКО: А зачем, если он не выиграет? У него же нет тоже задачи выиграть выборы. Он никогда не выиграет, это ему очевидно и всем очевидно.

С.ДОРЕНКО: У папы Зю идеал какой? Остаться в Думе, в кабинете.

А.ОНОШКО: Зачем для этого на выборы ходить.

С.ДОРЕНКО: Он ездит на «Ауди 8».

А.ОНОШКО: Не надо. Вот Путин бы остался, потому что беспрецедентный случай, ни одного кандидата.

С.ДОРЕНКО: Нет, дорогая моя. Зю пошел бы, потому что это его работа: пляши, пес, пляши.

А.ОНОШКО: Шоу. То, о чем говорила вчера Собчак на своей конференции.

С.ДОРЕНКО: Пляши, пес, за кусочек мяса. И все псы станцевали бы. Все. Знаешь, почему она полезла? Я тебе расскажу потом. Потому что ты не смотрела мой сегодняшний ролик.

А.ОНОШКО: Не успела.

С.ДОРЕНКО: Посмотри мой ролик. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Я считаю, что нас так прижали санкциями, что придется Крым отдать, но это Путин сделать не может, поэтому выберем Собчак, отдадим Крым, нам сделают обратно доллар по 30 рублей. Все за это проголосуют.

С.ДОРЕНКО: Нет, они нам не сделают. Вам сколько лет?

С.ДОРЕНКО: Не получится. Я к чему клоню. Был Андрей Козырев у нас, который объявил, как вы знаете, об этом Путин недавно говорил, что общечеловеческие интересы важнее, чем российские. Для каждого российского гражданина общечеловеческие важнее, чем российские. На самом деле тут тоже можно порассуждать, но в практическом преломлении это означало, в сущности, отказ от российских интересов. Вот мы отказывались последовательно. Я лично стоял рядом с Ельциным 31 августа, когда он пьяный дирижировал оркестром в Берлине. Я стоял рядом. На меня все стали коситься, на него, на меня, мне стало стыдно, я ушел, я отошел в стороночку. Вот мы отходили, отходили, отходили, делали все, что нам велели. И, понимаете, в чем дело? Нас за это не награждали, неа.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И не наградят.

С.ДОРЕНКО: В том-то и дело. Когда вы говорите, они нам сделают за это 30 рублей за доллар, не сделают, нет.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Общероссийские интересы могут быть только в одном случае, если мы все акционеры «Газпрома» и «Роснефти». Если это не так, то мои личные интересы гораздо выше общероссийских, и никакой Крым мне не нужен, я думаю, многим тоже.

С.ДОРЕНКО: Многим. Многим он не нужен… Большинство мечтало, а некоторые не мечтали. Сейчас, когда он наш, обратной дороги нет, это очевидно. Я вам говорю сейчас по политике, не по Конституции.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Если человек объявит, что надо отдать Крым, за нее все проголосуют.

С.ДОРЕНКО: Нет. Ни по политике… вернее, по политике невозможно отдать Крым. Политика точная наука, с моей точки зрения, подобная математике. Отдать Крым невозможно при этом народе. Не при этом Путине, а при этом народе. Невозможно.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Так я вам говорю, выберут, чтобы Путин не позорился, выберут Собчак, чтобы отдать Крым.

С.ДОРЕНКО: Нет. Давайте проголосуем.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Давайте проголосуем.

С.ДОРЕНКО: Существуют условия (экономические, разруха), в которых вы приняли бы переговоры о принадлежности Крыма? Приняли бы возможность переговоров о статусе Крыма. Такие условия существуют: 134-2135 – да, 134-2136 – нет, не существует условий, при которых вы об этом будете говорить. У меня сейчас 500 человек за 30 секунд. Можете представить?

А.ОНОШКО: Давно все ждали вопрос, мне кажется.

С.ДОРЕНКО: Не знаю, давно, не давно. 700 человек уже. Летит, летит. Я вам скажу, что результаты большой сюрприз. Большой сюприз.

А.ОНОШКО: Я не вижу результатов, но предполагаю, что большинство готово обсуждать. Нет?

С.ДОРЕНКО: Нет, 33%. Но это очень много. Для меня это огромный сюрприз. Я думал, что будет восемь, шесть процентов. 33% пока. Существуют условия, при которых вы допускаете возможность обсуждения статуса Крыма. Прямо так напиши.

А.ОНОШКО: Я так и написала: существуют условия…

С.ДОРЕНКО: …при которых вы допускаете возможность (тут нужно как можно дальше отойти) обсуждения статуса Крыма. Да – 134-2135, нет – 134-2136, нет, таких условий не существует. Я еще раз настаиваю, что политика – очень точная дисциплина, почти математика. В политике есть вещи просто невозможные. Не при этом Путине, а при этом народе. Поймите простую вещь…

А.ОНОШКО: Народу, по-моему, вообще совершенно все равно.

С.ДОРЕНКО: Ты очень себя экстраполируешь на этот народ. На самом деле следует понимать, что народ… Надо внимательнее настроить антенны свои.

А.ОНОШКО: Когда-то, еще не так давно, Украина воспринималась как часть, в каком-то смысле, нашего русского мирного мира.

С.ДОРЕНКО: Она до сих пор часть нашего мира.

А.ОНОШКО: И не воспринималась как чужеродное. И Крым, соответственно, не ощущался как чужой.

С.ДОРЕНКО: Она просто взбесившаяся часть русского мира.

А.ОНОШКО: Он был точно так же своим, без всяких этих историй.

С.ДОРЕНКО: Украина есть взбесившаяся часть русского мира.

А.ОНОШКО: Как было интересно посмотреть, как у них все выйдет.

С.ДОРЕНКО: В каком смысле?

А.ОНОШКО: Выйдет ли у них что-нибудь? В итоге мы видим, что пока ничего.

С.ДОРЕНКО: Пока, к сожалению и к моему сожалению. Потому что это несет страдания. Страдания несут мне сожаление. К огромному моему сожалению, украинцы не способны на проектность мышления и на государственность мышления. Всякий раз, когда украинцам предоставляется такая возможность, они ведут к реконструкции собственного государства. Они, в сущности, заняты реконструкцией государства. Другое дело, что они, понимая невыносимость государственности, а государственность для украинцев невыносима, они пытаются ее сбагрить. Первые 10 лет они пытались ее сбагрить России, а потом они стали пытаться сбагрить ее Америке, государственность свою продать просто. Она невыносимая, тяжеловатая, не получается. Поэтому они ее хотят то туда пристроить, то сюда пристроить, куда-то пристроить, чтобы кто-то сделал, но у самих не получается. Я останавливаю голосование. 1300 человек. И так все время было 33 на 67. 33% уверяют, что существуют условия, при которых они допустили бы возможность обсуждения статуса Крыма. Существуют такие условия. 33%. Это очень много. Очень. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, Настя, доброе утро. Хотелось бы, чтобы Ксения была последовательна в своих оценках и чтобы оценила с точки зрения международного законодательства законность переворота в Киеве. Это, во-первых.

С.ДОРЕНКО: Абсолютно верно. Давайте так. Законность переворота, законность решения Хрущева, законность вообще Беловежской пущи, законность создания Украинской ССР – все вместе. Законность приписывания ей земель от Полтавы на восток, которые подарили просто и так далее. Вот эту всю законность пусть оценит.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: У меня просто супруга из Крыма, уже 30 лет, Керчь.

С.ДОРЕНКО: Я родился в Керчи.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я знаю. Я ваш постоянный слушатель. С этой точки зрения, я сразу после референдума, через неделю я приехал туда как раз.

С.ДОРЕНКО: А я был там, в пятницу, 20-го. Нет, 18-го четверг был, в субботу, 20-го, я был.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я устроил свой, так сказать, опрос, порядка 50 человек, соседей, всем задавал один и тот же вопрос: как вы проголосовали? Из 50 двое, это были коммерсанты, которые привыкли там уходить от налогов, только два человека мне сказали…

С.ДОРЕНКО: Я на заводе Войкова в Керчи выходил в субботу, в ту неделю, когда было голосование, так там всюду шашлыки, и люди скандировали: Россия! Все понятно. Если мы говорим о законности… Еще раз. Законность - это дело такое, обсуждаемое. Каждому решению предшествует еще решение, еще решение. На каждой строчке в истории, когда ты берешь историю, обнаруживаются всякие подробности, закавыки и так далее. Поэтому мы можем спросить: скажите, пожалуйста, а город Харьков, который создали русские цари, это известно, указы есть, украинские цари ничего не говорили про Харьков никогда, город Харьков был создан специально для приема беглых с Украины, которая считалась Польша. То есть Харьков был создан для приема беглых с Польши, ну, единоверцев. Единоверцы бегут с Польши, вот для приема город Харьков был создан. Там была крепость. Сначала крепость для защиты бегущих из Польши православных. Царь создал. Это о чем говорит, с точки зрения международного права? Будапештский протокол как на это смотрит? Мне просто интересно. Скажи, пожалуйста, за Полтавой Украина заканчивается. Все это было им подарено царями, Лениным. Понятно, да? Вот в Полтаве уже Украина, прямо Украина-Украина. Вот в Полтаве реальная, настоящая Украина. Настоящая. Никто не претендует. Но за Полтавой это все было подарено, пришито, пришпандорено добрыми людьми просто. Но тогда надо и Дальний Восток им отдать. За Полтавой живут Украинцы. Конечно. Ну и что? Так они и на Дальнем Востоке живут. Что, Дальний Восток отдать? Они на Северном Казахстане живут, украинцы, очень много. Так что, отдать Северный Казахстан? Вы чего, ребят?

С.ДОРЕНКО: Украинцам, раз там живут украинцы. Украинские националисты исходят из того, что туда, куда ступила нога украинца, это теперь Украина. Дальний Восток – Украина, Байкал – Украина, потому что там полно тоже. Я тебе песни ставил тогда, «черевички заработал», песня байкальская, «черевички, черевички», это украинцы, на Байкале украинцы, на Дальнем Востоке украинцы, на Северном Казахстане украинцы, в степях от Омска – украинцы. Так давайте отдадим тогда все Украине, где ступила нога украинца. Тогда и Аргентина будет Украиной и так далее. Ну, ребят, давайте ерунды не молоть, ерунды не надо. За Полтавой Украина вполне себе искусственная. Давайте тогда исходить из этого, что Полтаву никто не трогает, пожалуйста, это Украина. Но за Полтавой уже была Россия, всю жизнь была Россия.

А.ОНОШКО: Как мы это будем трогать?

С.ДОРЕНКО: Не надо ничего трогать. Надо просто уважить крымчак. 97% проголосовали, давайте их уважать. Почему мы должны плевать в 97%.

А.ОНОШКО: Они проголосовали, потому что у нас экономика более стабильная. Они рассчитывали на то, что к ним деньги польются.

С.ДОРЕНКО: Не надо приписывать всем алчные соображения.

А.ОНОШКО: Но очень хочется.

С.ДОРЕНКО: Хотя твои соображения в значительной степени справедливы. Они в значительной степени справедливы, но приписывать всем цинизм неправильно. Есть люди романтики и так далее. Есть люди, живо чувствующие принадлежность к России и так далее. 97%. Настенька, давай уважать людей.

А.ОНОШКО: Давайте. Уважаем.

С.ДОРЕНКО: Ничего они не боялись во время референдума, никаких ружей, стволов, танков. Ничего они не боялись. Ничего. Я видел. Я же там был, Настенька, я специально полетел, голубушка. Скандировали люди в Керчи… Я не везде был, я был в Керчи. Скандировали: Россия. Ходили толпы, скандировали.

С.ДОРЕНКО: Шашлыки жарили на заводе Войкова в скверике, где хранят лодки, там рядом сквер, полно мангалов стоит от города, город ставит мангалы, полно людей жарят мясо и каждый тост «За Россию!» И начинают скандировать: Россия, Россия. Что вы, ребят, это невозможно подделать.

А.ОНОШКО: А сейчас там что?

С.ДОРЕНКО: Я не знаю, я не был в Керчи с тех пор. А чего мне там делать-то?

А.ОНОШКО: Я не знаю.

С.ДОРЕНКО: Я родину ужасно люблю и даже надеюсь, меня там распылят потом пепел на Митридате.

С.ДОРЕНКО: Может быть. Я жене сказал: меня развей либо в Керчи, либо фиг с ним, доезжай до Днепра в Смоленской области, да выкинь меня там в Днепр, я сам доберусь до Керчи. Через Днепр я доберусь. А что там остается?

А.ОНОШКО: Да, неудобно, все время куда-то ехать надо.

С.ДОРЕНКО: Она меня выкинет около Смоленска, вот здесь, на дороге, 260 километров первый раз Днепр пересекаешь, она меня там выкинет, а я до Керчи доеду сам уже как-то по течению.

А.ОНОШКО: А что не во Владивосток?

С.ДОРЕНКО: Зачем Владивосток?

С.ДОРЕНКО: Переяславка на Уссури находится. Переяславка находится на реке Кия.

А.ОНОШКО: Там по дороге железной от Москвы если ехать во Владивосток.

С.ДОРЕНКО: Послушай меня сейчас внимательно. Я горжусь и небезосновательно тем, что сегодня в России…

А.ОНОШКО: А родились вы где?

С.ДОРЕНКО: В Керчи. Тем, что сегодня в России есть города, вот Москва город…

С.ДОРЕНКО: Нет… на самом деле правда. Предположим, что есть города, еще кроме Москвы.

А.ОНОШКО: Все они на «бург» заканчиваются.

С.ДОРЕНКО: Существуют города и все они ходят покрытые соплями, включая Москву, рядом с Керчью. Керчь основана в 6 веке до новой эры. То есть Керчи 27 веков. Сейчас внимание. 27 веков. Когда возник Дербент, персидский город, персы построили, это в Дагестане, врата Каспия, когда возник Дербент, Керчи было 250 лет уже. 250 лет, когда в Дербенте поставили первую саклю. То есть мы настолько древние, мы настолько великие, настолько древние, что к нам не подходи. Мы, керчане…

А.ОНОШКО: Мы когда об этом говорим, я все время думаю, когда же у нас продажа нового iPhone откроется.

С.ДОРЕНКО: Мы, керчане, любим рыбу. Что такое, я не понял. Когда мы, керчане, уже были зрелые люди, вас еще не было даже в проекте, вы сидели, дорогуша, обхватив стволы хвостами. Хвосты заплетали вокруг дерева, чтобы не свалиться.

А.ОНОШКО: Продолжаем там же сидеть.

С.ДОРЕНКО: Вы и сейчас сидите. Рядом с Керчью вы и сейчас сидите на деревьях, обхватив стволы хвостами. Крепче держитесь хвостами за ствол, чтобы не свалиться на ветру. Понятно? Молодцы. Но на Керчь не лезь, потому что мы великие, нам 27 веков, мы ровесники Рима, мать, чтоб ты знала.

С.ДОРЕНКО: Рима. Два великих города есть – Рим и Керчь. Я что-то неправильно объяснил? Ха-ха-ха!

Я тебе про Собчак еще буду говорить. Я буду говорить о ее перспективах в политике. Я пытался Божене Рынски позвонить.

А.ОНОШКО: Когда? Вчера, чтобы поддержать ее?

С.ДОРЕНКО: Вчера я видос записал.

А.ОНОШКО: Вчера всем Facebook решали, расходиться ей или нет.

С.ДОРЕНКО: Расходиться. Гнать в шею этого Игоря. (автоответчик). Это я Боженочке.

А.ОНОШКО: Неужели деньги кончились.

С.ДОРЕНКО: У Боженочки деньги кончились. Она Игорька послала мальца срубить, конечно. У меня есть скверный обычай, я веду себя наоборот. И когда передо мной человек в запонках, я начинаю грязно, как грузчик портовый, разговаривать. А когда передо мной грузчик, я говорю как джентльмен, как будто на мне запонки. Я всегда веду себя наоборот. Я когда виделся с Малашенко, он все время в запонках, и в кабинете у него был комнатный гольф, он играл в гольф, с клюшкой. Все время сидел в запонках и делал брезгливое лицо. Я входил такой: ну чего, твою мать… Я вот так разговаривал.

А.ОНОШКО: Ну, где твой гольф?

С.ДОРЕНКО: Да пошли они. Вот так разговаривал. Короче, я хотел… Я тебе объясню. Потому что мне свойственно чувство прекрасного, мне лично, я пытаюсь компенсировать «эксесив», чрезмерность.

С.ДОРЕНКО: Уравновесить. Поскольку Малашенко всегда был брезгливо в запонках, то я всегда при нем грязно матерился. Почему? Чтобы уравновесить это паскудство запонок.

А.ОНОШКО: А сейчас мы что будем делать?

С.ДОРЕНКО: А сейчас, дорогая моя, карту Москвы посмотрим и трафик. В движении.

С.ДОРЕНКО: 10 часов 5 минут. Долларрр!

А.ОНОШКО: А что с ним? У нас «Российская газета» писала, что в пятницу только определится, как он себя будет чувствовать в ноябре.

С.ДОРЕНКО: Это хорошо. Как это хорошо.

А.ОНОШКО: Поэтому ждем пятницы.

С.ДОРЕНКО: Kursorub.com пытаемся открыть.

С.ДОРЕНКО: А чего у меня не открывается, не знаешь.

А.ОНОШКО: Не знаю.

С.ДОРЕНКО: Может быть, запрещено мне теперь знать. 57,60. Ну и хорошо. Потому что сегодня среда, мы его видели на 57,57 в понедельник, на 57,55 во вторник, на 57,60 сегодня. Хорошо. И 67,76 по евро. Нефтица – 58,48. Поднялась, гадюка. Поднимайся, моя родная, матушка наша, кормилица, заступница. 1,1763 – главная пара. Она там же болтается, как видите, ничего не изменилось. Плевать на биткоин, но он 313 тысяч.

А.ОНОШКО: 318. Был 256, а потом 283, а теперь 318.

С.ДОРЕНКО: Всяко было в жизни.

А.ОНОШКО: Биткоин-доллар еще есть, новая вкладочка.

С.ДОРЕНКО: Нет-нет, она возникла одновременно с рублевой.

Хорошо. Слушай, так я тебе говорю про Малашенко. Малашенко очень интересный человек. Малашенко, который стал главой штаба Собчак. Есть какие-то характерные фразы, которые в человеке показывают его действительное понимание вещей. Он как-то мне сказал, один раз расплывчато, один раз очень четко, он мне сказал: ну, ты-то понимаешь, что не звезды делают телевидение. Он же руководил НТВ, причем руководил таким образом, что им дали канал. Понимаешь, да?

С.ДОРЕНКО: Смысл в том, что они сначала ютились, четыре часа делали на Пятом канале, петербургском, НТВ, а за победу Ельцина 3 июля 1996 года (3 июля был второй тур, 19-го первый) им подарили, НТВ, целый канал. До этого у них не было. Он руководил всей этой историей, «Не дай бог» газета, еще что-то, Таня Миткова с дрожащим голосом, что придут коммунисты, всех изнасилуют и так далее. Эта вся тема. Он мне сказал пару раз, но один раз очень четко: ты понимаешь, что не звезды делают телевидение.

А.ОНОШКО: Он имел в виду себя.

С.ДОРЕНКО: Конечно. Конечно.

А.ОНОШКО: То есть он делает телевидение.

С.ДОРЕНКО: Да. Также и он делает президентов. Не президенты делают президентов, а он делает президентов. Игорь Малашенко свято верит в действенность технологов и методов. Метод и технолог выше звезды, доказывает мне Игорь Малашенко. Отчасти прав, ну, отчасти.

А.ОНОШКО: А вы и тот, и тот.

С.ДОРЕНКО: Да, я и тот, и тот.

А.ОНОШКО: К вам относится и звезда, и делатель, поэтому вы можете согласиться.

С.ДОРЕНКО: Да, я могу отчасти согласиться, частично. Тем не менее Игорь Малашенко, при том, что он презрительно вел себя… ну, не презрительно, а как бы снисходительно вел себя по отношению к звездам, он всегда стоял навытяжку перед Таней Дьяченко. Всегда навытяжку. Мать, ты не видела такой вытяжки.

А.ОНОШКО: Да я представлю себе.

С.ДОРЕНКО: Ты знаешь эту позу в тайцзы-цюань, когда тебя подвесили, называется «подвешенный за золотую нить к небу». Ты вот так должна макушечкой идти к небу. Это называется подвесить себя за золотую нить к небу. Вот Игорь Малашенко при Тане Дьяченко исполнял «подвешенное за золотую нить к небу», был абсолютной куколкой подвешенный.

А.ОНОШКО: Каждый бы из нас был, наверное, такой куколкой.

С.ДОРЕНКО: Не каждый. Ты знаешь человека, который над этим шутил? Он перед тобой.

А.ОНОШКО: А что сейчас делает Таня Дьяченко?

С.ДОРЕНКО: Не знаю. Я помню, что мы с ней виделись однажды, и я расхохотался… В смысле, мы с ней виделись не однажды, но однажды мы с ней виделись на дне рождения у Бориса Березовского, мы с Таней Дьяченко разговаривали, а позади нее… А! Я помню. Она говорила с группой лиц, я подошел и сзади чего-то гавкнул, типа «здрасьте, чего, как». Она повернулась ко мне, я потом наклонился с ней и говорю: посмотрите на эти рожи. Я говорю: смотрите, какие вытянутые рожи, парализованные, как будто они в Музее мадам Тюссо. Она повернулась и тоже усмехнулась. Потому что стоял Игорь, еще кто-то, жена его тогдашняя, еще кто-то, еще кто-то, не помню сейчас, по-моему, Игнатенко, еще кто-то. В общем, вытянутые лица такие у всех, такие, что скажет Таня, и они с почтительностью парализующим взглядом преданных псов смотрели на ее затылок, когда она говорила со мной. Она разговаривала со мной, а они преданно, влюблено, как будто хотят поцеловать ее в затылочек, смотрели на ее затылок. Я говорю: сейчас обернитесь быстро, посмотрите на эти рожи. Она посмотрела и тоже усмехнулась. То есть он как бы звезд не любит, но начальство очень любит, Игорь. Очень любит. Теперь вопрос: кто его зарядил на это дело? Не Ксения же Собчак.

А.ОНОШКО: Судя по блогу Божены Рынской, единственное, по чему я могу судить, принял решение спонтанно.

А.ОНОШКО: То есть он принял решение, обдумав, конечно. Но я, как я вижу эту ситуацию, я, конечно, вообще неправильно вижу, потому что я сужу только так. Это вообще такая ситуация, когда человек находится в некоем небытии информационном…

А.ОНОШКО: Если вы будете говорить «ой-ей-ей», я не смогу рассказать.

С.ДОРЕНКО: Продолжай. Это как раз украшает твою речь. Мое ой-ей-ей украшает твою речь.

А.ОНОШКО: Давайте я буду говорить ой-ей-ей, когда вы будете разговаривать. Это будет ужасно.

А.ОНОШКО: Вот эта Ксенина инициатива, которая как будто такой свежий воздух, открытая форточка, вообще движуха, некоторые просто приветствуют движуху, это такая возможность для многих актуализироваться, для тех, кого уже подзабыли, в широком смысле. Ведь тяжело без дела большого сидеть, а просто стричь купоны с каких-то старых заработанных денег.

С.ДОРЕНКО: Посмотри Instagram Божены. Просто тебе объясняю. Это люди состоятельные, с деньгами.

А.ОНОШКО: Она тем не менее торгует постоянно, то она продает какие-то стулья, еще что-то, одежду свою.

С.ДОРЕНКО: У него дом был в Сотогранде, не знаю, сейчас он продал…

А.ОНОШКО: В Майами они искали аренду, я должна вам сказать.

С.ДОРЕНКО: В Сотогранде у него был дом, у Игоря.

А.ОНОШКО: Его же содержать надо.

С.ДОРЕНКО: Это было у Хаита, у Малашенко и у Гусинского были дома. Это все надо содержать. Ну, что? Он состоятельный, насколько мне понятно, я думаю, я надеюсь, он состоятельный мужчина. Состоятельный. Посмотри на меня. Я бы смог прокормить Божену?

А.ОНОШКО: Не знаю. Она и сама себя может.

С.ДОРЕНКО: Просто абстрагируйся от ситуации и меня воспринимаем сейчас не как хорошего, доброго семьянина, который я и есть, я и есть хороший, добрый семьянин, а воспринимаем как некий модуль мужчины. Вот я смог бы содержать такую как Божена?

А.ОНОШКО: Не знаю.

С.ДОРЕНКО: Я тебе отвечаю: нет. Нема грошев. Откуда же у меня гроши? Теперь слушай. А Игорь может. Значит, Игорь существенно богаче меня.

А.ОНОШКО: Так, вычислили. Дальше.

С.ДОРЕНКО: Послушай меня теперь. Назначила его руководить штабом Собчак ельцинская семья.

А.ОНОШКО: Они тоже существенно богаче до сих пор.

С.ДОРЕНКО: Они очень богаче. Вспомни, как они «Сибнефть» продали за 13 миллиардов долларов. Просто чтоб ты знала. 13 миллиардов долларов продали Путину, ну, государству. За 13 миллиардов долларов. Они очень богатые люди. У них до сих пор бизнесы, мы знаете, Мамута бизнесы здесь и так далее, и так далее, у Дерипаски, он родной человек в семье, большой бизнес. Он сейчас 500 миллионов жене подарил, которая дочка Юмашева. 500 миллионов долларов подарил дочке Юмашева. Семья не бедствует, это понятно, и Игорь Малашенко тоже не бедствует. Зачем семья назначила Игоря Малашенко, своего человека, руководителем фронды Собчак? Зачем? Давай включим башку-то. Башку-то надо включить, зачем. Просто мне интересно.

А.ОНОШКО: А вы думаете, что это они.

С.ДОРЕНКО: А кто еще? Игорь Малашенко, что, по-твоему, просто шел, зашел что ли?

С.ДОРЕНКО: Ага. Сейчас. Это со мной такие вещи случаются, с ними – нет. Они очень четкие. Они четкие люди. Четкие. Я серьезно говорю. Зачем они это сделали?

А.ОНОШКО: Зачем? У вас есть предположение какое-то?

С.ДОРЕНКО: Конечно. Они дали новую точку кристаллизации, новую точку расслоения элит. Они расслаивают элиты.

С.ДОРЕНКО: Затем, чтобы раскачать Путина. Раскачать Путина. Я тебе объясняю просто. Я не говорю, что это плохо или хорошо, я не пытаюсь судить, не пытаюсь осуждать. Я просто говорю, что семья Ельцина пытается раскачать Путина. Раскачать Путина путем знака для элит… Ксения Собчак, чтобы ты понимала, Ксения Собчак – это не «против всех», это вообще не для населения. Это вообще не для населения. Попытайся сделать вид, что ты поняла. Ксения Собчак – это не «против всех». То, что она заявила, это графа «против всех», тра-та-та, это чушь. Ксения Собчак – это не работа с миллионниками и со сторонниками Навального, насрать на сторонников Навального. Я хочу, чтобы ты это поняла просто. Плевать на сторонников Навального. Если они о себе думают, сторонники Навального, что им выкатили тетеньку, которая будет их типа клеить, они сильно много о себе думают. Семья Ельцина в гробу видала сторонников Навального, ровно так же как графу «против всех». Мы живем в такой помеси аристократизма с конфуцианством, Россия, это помесь аристократизма с конфуцианством.

А.ОНОШКО: Зачем им Путина раскачивать?

С.ДОРЕНКО: Это борьба за наследника, уже не за Путина. Они раскачивают Путина, чтобы создать новую точку согласия, новую точку консолидации, иную точку, вынести за Кремль точку консолидации. Чем хороша Ксюша Собчак в этом смысле? Она с точки зрения аристократично-конфуцианской, тут у нас сложная помесь, у нас истинной аристократии нет в России, и не может быть, потому что мы слишком быстро их убиваем. Только что, пожалуйста, бошку отрезали, вот и нет. Поэтому настолько быстро уничтожается аристократия, что она скорее служивая аристократия, и вот здесь помесь с конфуцианством. То есть можно выслужить аристократичный пост. В этом смысле Ельцин, например, был член ЦК, когда он восстал против Горби. Ксюша Собчак оптимальный вариант, потому что она: а – представитель элит, ну, Путин просто ее крестный, если я не ошибаюсь. Напиши «Путин крестный Ксении Собчак». Это большое значение. Это очень важно для перцепции элитами. Как ты этого не понимаешь? Для перцепции элитами, элиты как воспринимают, вот что нам интересно.

А.ОНОШКО: Нет, крестным отцом Ксении стал отец Гурий, служивший в то время в Александро-Невской Лавре, крестной матерью – университетская подруга Людмилы Нарусовой.

С.ДОРЕНКО: Хорошо, чушь. Но они близки. Они близки. Он ее принимает и так далее, и так далее. Он служил у ее отца и так далее, и так далее. С точки зрения аристократически-служилой, Ксюша представитель элит, это точно, и она может служить точкой сборки нового центра фронды, нового центра какой-нибудь «Алой розы» против Ланкастеров, Йорки, она может служить такой точкой. И семья Ельцина. За этот месяц с небольшим, который им дадут, потому что Ксюшу пошлют к такой-то матери 8 декабря, как тебе понятно…

А.ОНОШКО: Это еще одно ваше предположение, что ей не дадут зарегистрироваться.

С.ДОРЕНКО: Конечно, никто не даст. Конечно, ей никто не даст зарегистрироваться, она не пойдет ни на какие выборы, упаси господи. С лозунгом «Надоел Путин» она не может идти на выборы. Не может. Она это уже сказала.

А.ОНОШКО: Из каких соображений? Из подданнических?

С.ДОРЕНКО: Из простых соображений, из политтехнологических. Ты думаешь, Малашенко здесь сидит, а напротив Малашенко идиоты что ли сидят. С чего бы это? Нет. Там сидят такие же умные люди. Я исхожу из того, что у Путина сидят не… те, кто сидит у Путина, работают на Путина. Я исхожу из этого. Если они работают на Путина и, например, они пришли бы у меня спросить, просто случайно, «Сереж, ты что думаешь», я бы сказал: ребята, Ксюша в первом блоке сказала слово «надоели», «все надоели», и Путин надоел, она потом говорит, при нем уже люди выросли, уже взрослые, пойдут голосовать, сколько можно. С этим лозунгом Ксюшу завернуть под любым предлогом. И она не соберет нужных голосов, потом в слезах Памфилова объявит, что последние два голоса были, к сожалению, написаны не той шариковой ручкой, шариковая ручка была куплена не в том магазине, еще что-нибудь. Ксюшу пошлют гулять 8 декабря, и поедет она на Сен-Бартс в гости к Абрамовичу, всплакнут они там все вместе. Вот чем дело кончится, дорогая моя…

С.ДОРЕНКО: Анастасия. Я тебя привел аристократически. Поняла? Вся эта фигня закончится через шесть недель. Через шесть недель Ксюшина кампания завершится.

А.ОНОШКО: А если нет?

С.ДОРЕНКО: Да. Или у Путина сидят люди, которые работают не на него. Может быть, что у Путина сидят люди, которые работают не на него. Если они работают на него, то они ее уберут.

А.ОНОШКО: А в чем разница, пропустить ее или не пропустить, я, правда, не понимаю.

С.ДОРЕНКО: Это попытка создания новой системы, новой точки консолидации антипутинских элит. Именно элит.

А.ОНОШКО: Ну, такая милая попытка.

С.ДОРЕНКО: Антипутинских олигархов, антипутинских элит всюду. Поставлен флажок на другом холме. Под как бы Путин разрешил разрешено собраться против Путина. Товарищи дорогие, за кого вы меня считаете?

А.ОНОШКО: В том-то и дело, это очевиднейшая вещь совершенно и понятно, что возникнут кто-то, кто не ожидал, например, кто-то скажет, «а я вот поддерживаю Собчак». Сейчас же вот на это смотрят, кто высказался за Собчак.

С.ДОРЕНКО: Путину не нужна легитимность перед Западом. Путину легитимность перед Западом не нужна. Путин не маленький ребенок. Путин понимает, что Запад работает на снос Путина. Путин понимает, что Запад хочет его снести, снести как угодно, снести к чертовой матери. Запад хочет. Никакой легитимности перед Западом у него нет и не будет. Ясно, что я сейчас сказал? Не будет и нет ее, нет. Чтобы он ни делал, не будет, потому что Запад хочет его снести! Значит, ему не надо играть в Ксению Собчак ради Запада, нахрен она не нужна. Понятно? Это игра! Это игра ельцинской семьи против Путина. Чего тут не понять?

А.ОНОШКО: Она же заведомо проиграна.

С.ДОРЕНКО: Не проиграна.

А.ОНОШКО: Потому что Ксении не дадут и все закончится, она уедет на Сен-Бартс.

С.ДОРЕНКО: За шесть недель люди поймут, кто за них, кто с ними, а потом продолжат разговор на Сен-Бартсе. Сен-Бартс – там продолжится разговор.

Олигархи и Америка. Очень интересно. Российские бизнесмены нервничают в ожидании доклада Конгресса США об олигархах и персональных санкциях. Наверное, все знают, я вот жду тоже. Российские бизнесмены нервничают о персональных санкциях. Богатейшие российские бизнесмены с тревогой ждут февраля (начала февраля на самом деле) 2018 года, когда в США будет обнародован отчет о высших чиновниках Российской Федерации и об олигархах, которые задействованы во внешней политике, какие у них счета, какие у них оффшоры.

А.ОНОШКО: Это им важно, а нам-то – нет.

С.ДОРЕНКО: Почему? По приколу.

А.ОНОШКО: Мы и так знаем, что там все очень, чрезвычайно, запредельно, как вы говорите, богаты, дико богаты.

С.ДОРЕНКО: Нам интересно все равно. Цифры все же радуют душу.

А.ОНОШКО: Они настолько, мне кажется, далеки…

С.ДОРЕНКО: Ты сейчас с кем-нибудь разговариваешь здесь: привет, Федя, привет, Петя. Узнаешь, что Петя весит 2 миллиарда, например. Сразу думаешь, черт, черт… Ему сразу: Иван Иваныч, здравствуйте. Нет, не так. Петр Петрович, простите, я с вами был на «ты», но теперь неловко. Неловко в нашем нынешнем положении, я понимаю, Петр Петрович.

А.ОНОШКО: И поза «золотая струна» или как там, как будто тебя подвесили.

С.ДОРЕНКО: За золотую цепочку к небу. Подписан, вы знаете, закон о противодействии противникам Америки посредством санкций. Ты поняла, в чем дело?

А.ОНОШКО: Где подписан? Здесь, у нас?

А.ОНОШКО: А какие могут быть противники у Америки?

С.ДОРЕНКО: Президент США Дональд Трамп 2 августа предписал в течение 180 дней министерство финансов, директору национальной разведки и госсекретарю Соединенных Штатов предоставить данные о тех, кто противодействует интересам Америки, в профильные комитеты Конгресса, сколько и где у них денег. Сказал, найти, откопать и представить в профильные комитеты Конгресса.

А.ОНОШКО: Причем долларов, конечно.

С.ДОРЕНКО: Ясное дело. Кто противодействует Америке. Понятно?

С.ДОРЕНКО: Всех их выволокут за ушко да на солнышко.

А.ОНОШКО: А разве есть среди нас такие, кто противодействует Америке?

С.ДОРЕНКО: Но если даже есть, они одумаются, мать, они одумаются и перестанут противодействовать Америке. Сейчас они должны все лететь в Вашингтон поговорить, ну, там через верных людей и все на свете. А как еще? Надо же стараться. Поговорить. Я думаю, что это очень важно…

Сергей Собянин ответил Венедиктову, что сроки выборов мэра Москвы не будет переноситься.

С.ДОРЕНКО: Я хочу вам сообщить следующее. Те, кто даже игнорировал всякие приглашения…

А.ОНОШКО: В Вашингтон?

С.ДОРЕНКО: Не в Вашингтон, а всякие приглашения подружиться, теперь не игнорирует. Прочитай, пожалуйста, что здесь написано. Можешь по-русски прочитать.

А.ОНОШКО: Вам с произношеньицем или без? Я умею и так и так. … Вас приглашают в честь прибытия посла на…

С.ДОРЕНКО: Я пойду.

С.ДОРЕНКО: Концерт меня интересует, только искусство. Из любви к искусству. Я люблю квинтет. Если бы был квартет, я был не пошел. Мать, меня позвали познакомиться с новым послом, меня позвали послушать концерт, это будет квинтет. Квинтет настолько лучше секстета и лучше квартета, с моей точки зрения. Я пойду на квинтет и познакомлюсь с послом США с тем, чтобы когда всех выволокут за ушко да на солнышко, чтобы меня пожалели. Я подкрадусь потихонечку. Квинтет, а я буду подпевать, ля-ля-ля.

С.ДОРЕНКО: Настен, у меня две темы, не знаю, с какой начать. Ты выбери. Раскрыт секрет женского оргазма и Полтавченко о возможности недопоставок хлеба в Петербург.

А.ОНОШКО: Я выбираю Полтавченко.

С.ДОРЕНКО: Оргазм гораздо интереснее, мать.

А.ОНОШКО: Вчера были названы условия мужского оргазма, я помню заголовки.

С.ДОРЕНКО: Ты открыла или нет?

А.ОНОШКО: Нет, я не стала. Я не смогла себя заставить.

С.ДОРЕНКО: Напиши, мне интересно. На самом деле нам плевать на мужской оргазм.

С.ДОРЕНКО: Потому что он есть и точка. Чего с ним делать-то? А вот мы трудимся над женским оргазмом, руки в мозолях, ну, не только руки, естественно…

А.ОНОШКО: «Названы условия». Что я должна искать?

С.ДОРЕНКО: Да не ищи. Мужской оргазм никого не волнует. Никого не волнует. Просто наплевать на него и забыть. Он есть и точка.

А.ОНОШКО: Вычеркиваем его.

С.ДОРЕНКО: Как восход Солнца, над ним не надо трудиться, это нечто, что просто происходит и все, не надо ничего делать для этого, это как бы само. А вот женский, мать, приходиться трудиться. Сейчас я расскажу. Секундочку. Вот. Оказалось, что бабы кончают сами от себя.

С.ДОРЕНКО: Ну, правда. Посмотри. Я быстро прочитаю и все, а ты сделай скромное лицо. Сделай скромное лицо, как будто что-то неподобающее, а тебе стыдно.

Ученые Лувинского католического университета в Бельгии (католики изучают) выяснили, что форма губ, глаз и ушей в большей степени определяют сексуальную самооценку женщины, чем, собственно, половой акт и стройная фигура. То есть лицо. Лицо женщины играет большую роль в ее оргазме, чем все остальное, чем мужчина, и в особенности мужчина. Обладание привлекательными чертами лица, а также отдельно губами, глазами и так далее увеличивает удовлетворение женщины в ходе полового акта несоразмерно и существенно выше, чем мужчина.

А.ОНОШКО: А привлекательность у нас по какой шкале определяется.

С.ДОРЕНКО: Она сама себя определяет, сама женщина. В исследованиях приняли 1138 женщин в возрасте от 18 до 80 лет.

А.ОНОШКО: Значит, никакая не форма, а самоощущение.

С.ДОРЕНКО: Самоощущение. Еще раз я тебе объясняю, женщина кончает сама об себя.

А.ОНОШКО: Там так и написано, «об себя»?

С.ДОРЕНКО: Это я сказал. Сама об себя, сама от себя. Все это делает она сама. Вы вообще не нужен. Можно дрель поставить, sex machine и так далее, ее не парит, она все равно кончает от своих глаз, от своих губ.

А.ОНОШКО: Это какой-то мужчина, по-моему, писал, нарциссический, экстраполируя собственные фантазии.

С.ДОРЕНКО: Ничего подобного, это писал не мужчина. Это писала, конечно, женщина, которая хотела унизить мужчин. Дослушай меня. Измеряли у добровольцев индекс массы тела, соотношение веса и роста, заполняли опросник, где по 5-балльной шкале оценили 19 показателей, которые характеризуют их физическую привлекательность. Указали средний уровень полового возбуждения, сексуальной активности, а также степень получаемого сексуального удовольствия и удовлетворения. И так далее. У других групп еще учитывались форма и их собственная оценка частей их тела. Частей тела. Ну, понятно, грудь, глаза, все. 65% испытуемых имели нормальный вес, 20% - избыточный, 5% - недостаточный, 10% страдали от ожирения. Дальше получилась шкала, почему женщина испытывала оргазм. Главная составляющая – ей нравились ее собственные черты лица, ей нравилось ее лицо. На первом месте – ей нравились черты лица, глазки, еще что-то. На втором месте – ей нравилось вообще лицо. На третьем месте - ей нравилось ее тело. На четвертом месте – мастурбация. На пятом месте – вообще никак сексуальное удовлетворение партнера, ее вообще не парит. Не парит. Товарищи, вы отдыхаете. Еще раз, это важно понять. Я всегда это знал.

А.ОНОШКО: У вас такое бывает, когда вы телефон отключаете, как-то неудачно, скользнув пальцем, вдруг включается камера, которая на вас направлена, а вы такой с четырьмя подбородками, лицо не подготовлено в этот момент, вы такой, скорей бы этот ужас убрать.

С.ДОРЕНКО: Анастасия, я много раз объяснял женщинам и мужчинам, что в гендерных взаимоотношениях главная ошибка мужчин – это переоценка себя. Главная ошибка мужчин. Женщина хочется нравиться, на первом месте - себе, на втором месте, ты будешь удивлена, подругам, то есть женской части племени. Ты приходишь на работу, в общество, ты хочешь нравиться себе, на втором месте – женщинам, которых ты здесь встретишь, на третьем месте – женщинам, которых ты здесь встретишь, на четвертом – женщинам, которых ты здесь встретишь, на двадцатом месте - мужчинам. На мужчин вообще насрать. Женщины живут сами по себе, понимаешь, в чем дело. Они хотят нравиться себе, первые 10 позиций, потом подругам – следующие 10 позиций, потому что подруги понимают, что в ней особенного. Ты покрасила волосы? Ты оставила вот так? А концы секлись? Скажи, какая милая челка вот здесь, сбоку. Это женщины. Мужчина же не видит этого. Не видит и все. Видит одну цель, флажок на холме, он к нему идет, ему пофиг, какие у тебя волосы, а, может, их нет вообще, какая разница. И только в последнюю очередь мужчинам. Женщина хочет нравиться себе, на втором месте – подругам, на третьем месте – мужчинам. И также это в оргазме. Он кончает от собственных глазок, от собственных губ, от собственного личика, от собственной фигурки, что она себе нравится.

А.ОНОШКО: До скольких лет там опрос шел?

С.ДОРЕНКО: До 80. После 80, может быть, все меняется, они начинают думать о мужчинах, наконец. После 80 начинают думать, ах, милый, как тебе, ты находишь меня сексуальной. Неправда. Все это брехня. Понятно?

С.ДОРЕНКО: Вы хотите нравиться, вы вообще эксгибиционистки, проклятые нарциссистки и лесбиянки, вот вы кто. Понятно? Мужики на третьем, четвертом, двадцать пятом месте. Я правильно все сказал?

А.ОНОШКО: Не знаю. Перейдем же к хлебу, наконец.

С.ДОРЕНКО: Против науки, мать, не попрешь. Вот ты против науки пыталась возникнуть. И что же? Ты посрамлена. А наука вновь на пьедестале. Вот так.

А.ОНОШКО: Ну, слава богу.

С.ДОРЕНКО: Я глубоко научный человек, в отличие от тебя. Теперь смотри. Полтавченко – это дядько, который управляет у нас…

А.ОНОШКО: Он с усам.

С.ДОРЕНКО: Откуда этот Полтавченко? Только украинцы: Матвиенко… Открой мне Полтавченко в «Вики». Я хочу узнать об этом господине.

А.ОНОШКО: Каких-то парадоксальных людей нам назначают.

С.ДОРЕНКО: Да, нам все время ставят кого-нибудь из хохлов. Мне кажется, что после Матвиенко и Полтавченко должны уже поставить Доренко, наконец.

А.ОНОШКО: А вы бы согласились?

С.ДОРЕНКО: Нет, конечно. Я бы согласился править Петербургом ровно полгода, с 22 марта по 22 сентября.

С.ДОРЕНКО: Потому что там все равно как у негра в жопе, там темно.

А.ОНОШКО: Ну и что?

С.ДОРЕНКО: У вас 60-я широта, ветрено, очень скверно.

А.ОНОШКО: Зато все серьезно. У нас там есть ощущение, что когда ты живешь, то все серьезно.

С.ДОРЕНКО: Георгий Сергеевич, родился в Баку. Тогда другое дело. Родился в Баку, не в Жмеринке ни в какой. В Баку, Азербайджанская ССР. Тогда понятно, почему он управляет Петербургом. Все. Вопросы сняты.

А.ОНОШКО: В 1978 году, когда я родила, был назначен инструктором Невского района ВЛКСМ.

С.ДОРЕНКО: Не родила, а родилась.

А.ОНОШКО: Родилась, я сказала. Откуда был направлен в КГБ СССР.

С.ДОРЕНКО: Да плевать на него. Хорошо. Он их Баку, и хорошо.

А.ОНОШКО: У нас хлеба скоро не будет. Не только в Питере, кстати… А знаете, почему? Потому что урожай большой.

С.ДОРЕНКО: Хлеба в Питере не будет. Напоминаю, в 1917 году, 100 лет назад, в феврале 1917 года хлеб перестал поступать в Петербург. Начались волнения, выходили люди, питерцы, без хлеба. Однажды их количество достигло 700 тысяч человек. Я учил это по истории КПСС, сдавал зачеты по истории КПСС. 700 тысяч человек. И в день, когда их число достигло 700 тысяч человек на улицах Петербурга, император отрекся от престола, от помазания божьего отрекся. Бог, говорит, простите, я…

А.ОНОШКО: Может быть, это все не совсем так.

С.ДОРЕНКО: Может быть, и не так. Может, и помазанник не был. Царь отрекся от престола. 700 тысяч, нехватка хлеба. Сейчас что будет, объясни мне.

С.ДОРЕНКО: Полтавченко отречется от престола.

А.ОНОШКО: Надо в журнале «Крестьянка» напечатать статью о вреде углеводов и все, и все будет хорошо. Просто проблема в том, что транспортные наши пути не рассчитаны на такое количество и товарные поезда все заполнены урожаем, которого много-много-много и, как Медведев сказал, за 100 лет такого не было ни разу, при всех наших технологиях нам его срочно надо продать, жалко, если пропадет. А на внутреннее потребление как бы во вторую очередь отправляют хлеб, поэтому его и не хватает.

С.ДОРЕНКО: Потому что за рубли, рубль настоящая валюта, вы знаете, а доллар – пустая бумажка. Поэтому рубль нахрен никому не нужен и хлеб за него не хотят продавать. Вы поняли? Я хочу, чтобы вы обратили на это внимание. Почему Петербург недополучает хлеба? Потому что все пути заставлены хлебом на экспорт. На экспорт, товарищи. За пустые бумажки хотят продать, доллар – пустая бумажка, мы знаем, хотят за пустую бумажку продать.

А.ОНОШКО: Мы не знаем, может, они биткоины уже получают.

С.ДОРЕНКО: Или евро, но тоже пустая бумажка, абсолютно пустая бумажка.

С.ДОРЕНКО: Арабы, негры, ужас какой-то. Это пустая бумажка. А наш рубль, за рубль, они говорят, мы в гробу видали. Не хотят продавать за рубль, только, говорят, на экспорт. Из-за этого вот Полтавченко говорит: вы что, с ума сошли, хлеба в Петербурге скоро не будет хватать. То есть он обращает внимание, что за хорошие деньги, а не за пустые бумажки тоже иногда надо продавать. Правильно?

А.ОНОШКО: Да. Я считаю, жители города должны отжать пару вагонов. Я серьезно. Мы из школы бегали с рюкзаками, неочищенный, нерафинированный сахар, грабить вагоны, которые с Кубы к нам приходили, в 1992-м. Он подмакал.

С.ДОРЕНКО: Оношко спонтанно-криминальная.

А.ОНОШКО: Речка красненькая отделяет на самом деле такой естественный барьер к торговому порту со стороны юго-запада, улиц Казакова, Морской пехоты и так далее. Оттуда можно на самом деле перелезть. Вполне, в общем-то, можно как-то существовать. Продать потом тяжело, правда.

С.ДОРЕНКО: Питерцы, все, кто нас слышал, крадите хлеб, пожалуйста. А ты учишь красть…

А.ОНОШКО: Забрать то, что принадлежит нам по праву.

С.ДОРЕНКО: То, что принадлежит нам по праву, народу.

Слушай, Илья Резник… Дай мне это «Бабушка с дедушкой»… Бабушка, бабушка с дедушкой… Ты знаешь, что он написал молитву?

С.ДОРЕНКО: На самом деле Илью Резника даже не интересует наше уважение, настолько он велик. Абсолютно велик. Илья Резник абсолютно велик. Он настолько велик, что он, не знаю, как пирамида Хеопса рядом с нами, а мы такая песчинка рядом с ним. Великий человек, абсолютно великий. Родился 4 апреля 1938 года.

А.ОНОШКО: Детки-то какие поют, мама дорогая.

С.ДОРЕНКО: «Кукушечка». Ну-ка, шарахни мне. Оказывается, он пишет молитвы сейчас.

С.ДОРЕНКО: Великий Резник. А сейчас пишет молитвы. Я понимаю, естественно, человеку 79 лет, хочется написать молитву. Очень хорошо. Родился в Ленинграде 4 апреля 1938 года. Во время ленинградской блокады пережил зиму 1941-1942 года с бабушкой и дедушкой, потом в эвакуации на Урале, отец тяжело ранен на фронте, скончался в госпитале в Свердловске. И все такое. Он теперь с Кириллом дружит. Илья Рахмилович Резник, он дружит с Владимиром Михайловичем, Кириллом, и пишет ему молитвы.

А.ОНОШКО: Я нашла.

А.ОНОШКО: Да. Он читает со сцены.

А.ОНОШКО: Не знаю, последнюю или нет. 28 февраля 2016 года.

С.ДОРЕНКО: Нет, это не последняя. Сейчас последнюю он написал. Он сейчас написал последнюю про этого самого… про страстотерпцев.

А.ОНОШКО: Как раз к выходу «Матильды».

С.ДОРЕНКО: Именно. Ты можешь найти «Илья Резник написал молитву Николаю II». Я читал ее с огромным удовольствием и чувствовал, так сказать… Он написал 20 молитв, он сказал. Он пишет молитвы теперь непрерывно. Он написал молитву…

А.ОНОШКО: Мы трейлер послушаем?

С.ДОРЕНКО: Нет, не будем. Мы сейчас хотим молитву все время.

А.ОНОШКО: Вот я вам поставила, новой молитвы вроде нет.

С.ДОРЕНКО: Нет? Он пишет молитвы 20 лет. Он пишет Николаю страстотерпцу.

И.РЕЗНИК: …Я не хочу быть в этом мире… Дай силы мне…

С.ДОРЕНКО: Нет, это не то. Он Николаю II сейчас шарахнул, это очень вовремя, страстотерпцу. Сейчас покажи, что ты недаром ешь народный хлеб, народный. Не здесь ищи. Напиши: поэт Илья Резник написал молитву императору-страстотерпцу Николаю II.

А.ОНОШКО: Вам текст найти?

С.ДОРЕНКО: Мне нужен текст, конечно. Покажи, что ты недаром ешь свой хлеб, дорогая, народный притом, сало русское едят. Это про тебя.

А.ОНОШКО: Илья Резник написал молитву Николаю II. Ссылочку. Наверное, на сайте у него выложено.

С.ДОРЕНКО: Ты так найди, без ссылочки. Мне нужен текст.

А.ОНОШКО: Вот, пожалуйста, текст включаю.

С.ДОРЕНКО: Да нет же.

А.ОНОШКО: Откуда вы знаете?

С.ДОРЕНКО: Я все знаю. Я все знаю настолько, чтобы тебя проверять специально, изучил наизусть и сейчас тебя проверяю. Специально. Стоп! Я нашел. Сереже премия, а Насте – штраф. Договорились? Пришлете сколько-то? Настя, не делай серьезные глаза. Послушай меня. «О, страстотерпец Николай, царь русский, мученик. Услышь моленья и мольбы безбожных грешников! Тех, кто виновен в окаянной твоей участи, кто воссылает к небу просьбы безуспешные. Услышь стенания народа к богу нашему. Народ светлого когда-то, боголюбного, царя предавшего и в пропасть скверны падшего. Веленью бога справедливого…» Мне кажется, это можно сделать гимном. Все, долой Михалкова, надо сделать гимном. Нет, в хорошем смысле, я не спорю с гимном, я не имею права, но я думаю, что парламенту следовало бы рассмотреть эти слова и сделать их гимном России. «Мы согрешили! Нет за это нам прощенья. Мы веру предали врагу на поруганье». Врагу, это кому? Евреям. Нет?

А.ОНОШКО: Не знаю. Американцам, мне кажется.

С.ДОРЕНКО: Евреям. Большевики были, евреи, поляки и странные какие-то кавказцы. «…отдали врагу на поруганье». У Резника разверзлись очи, я бы сказал. «Мы совершили зло и клятвопреступленье, не возбранившие твое, царь, убиенье. Мы преступили клятву верную, соборную, твою семью и слуг твоих в беде оставили. Над нами смертный грех висит, как туча черная. Злое безумие и дьявол нами правили. Господь Давиду завещал в своем послании, кто на помазанника руку или оружие поднимет вдруг по сатанинскому желанию, то на того небесной кары меч обрушится». Здесь уже какое-то, на «Одиссею», похоже на «Одиссею».

А.ОНОШКО: Вот и мне тоже показалось какое-то мерное покачивание на волнах.

С.ДОРЕНКО: Я начинаю чувствовать, что я читаю из Гомера.

А.ОНОШКО: Куда-то в Средиземноморье мы отправляемся.

С.ДОРЕНКО: Открой мне, пожалуйста, «Одиссея», Гомер. «Очи смыкает светлоокая…» и так далее, что-то похожее. Пенелопу не надо, там разврат. «Муза, скажи мне о том многоопытном муже, который долго скитался с тех пор, как разрушил священную Трою. Многих людей, города посетил и обычаи видел. Много духом страдал на морях, о спасеньях заботясь. Жизни своей и возврате в отчизну товарищей верных…» И так далее. Попробуем также. «Доныне стонут и скорбят святыни русские. Доныне вопиет младенцев кровь невинная. Мы от тебя отводим долу взоры грустные. Мы пред тобой склоняем головы повинные. Мы, сокрушенные судьбой, смиренно каемся, как киевляне пред убитым князем Игорем». Киевляне еще тогда были подонками. «Прощенья ныне получить твое стараемся, и во грехе мы, как на медленно огне, горим…» «Были все боги к нему, лишь один Посейдон непрерывно гнал Одиссея, покамест своей он земли не достигнул». Резник хороший, но «Бабушка с дедушкой» - лучше.

А.ОНОШКО: «Бабушка с дедушкой», да, вообще огонь.

С.ДОРЕНКО: 79 лет. Мне кажется, здесь нам надо не роптать, а скромно принять это.

А.ОНОШКО: Во мне классовая рознь. Я не могу. Почему я должна за слуг за чьих-то заступаться?

С.ДОРЕНКО: Чтобы Илья Резник купил себе мотоцикл «Дукати» какой-нибудь? Нет. В 79 лет человеку подобает делать то, что человеку подобает делать в 79 лет. Быть мудрым, быть спокойным и предуготовляться к жизни вечной. А мотоцикл уже поздно покупать в 79 лет. Правильно я рассуждаю или нет?

А.ОНОШКО: Пора продавать уже более молодым.

А.ОНОШКО: Милонов выложил 21 минуту назад у себя такой страшный ролик, я не могу звук дать.

С.ДОРЕНКО: Мата нет у него, он хороший человек. Милонов – хороший человек.

А.ОНОШКО: Там ужасно бьют мальчика другие мальчики.

С.ДОРЕНКО: Ну, бьют и бьют. Что, мальчики? Мальчик был Милоновым? Почему ты не хочешь выложить здесь?

А.ОНОШКО: А как я это могу сделать?

С.ДОРЕНКО: Дорогая моя, здесь, сюда напиши, в адресной строке. Почему ты не можешь сама себе прислать это в Telegram? Пришли это в Telegram или в чем-нибудь.

А.ОНОШКО: Это видео, оно, конечно… там звуки избиения ужасные.

С.ДОРЕНКО: А Милонов что-нибудь говорит?

А.ОНОШКО: Он пишет: Mush сообщает, что это в школе в Омске, как бы получить подтверждение.

С.ДОРЕНКО: Не надо тогда. Меня прикалывает только сам Милонов. Избиение мальчика в Омске – это нормальное явление, я сам там жил.

А.ОНОШКО: Все равно, мне кажется, общество должно с этим бороться.

С.ДОРЕНКО: Должно бороться с Омском.

С.ДОРЕНКО: Давайте бороться с Омском, но, завоевав, наконец, Омск, мы должны будем бороться, объединившись с Омском, бороться с Новосибирском. Потом все вместе мы станем бороться с Иркутском, наконец, потом с Благовещенском, Биробиджаном и Хабаровском. Правильно? И потом все вместе обрушимся на Комсомольск-на-Амуре, где вообще сразу бьют в рог мальчики. Только и делают, что бьют друг друга в рог. Говорят: дай денег и еще дай закурить. Потом избивают, после того, как заберут все деньги и сигареты. Комсомольск-на-Амуре. Понятно? Все мы очень хорошо знаем.

А.ОНОШКО: Это конечная точка, да?

С.ДОРЕНКО: Нет, не конечная. У меня друг поехал на Сахалин к губернатору, с отцом. Отец его заслуженный человек. Он пошел к губернатору. А он, приятель мой, я сейчас серьезно говорю, он говорит: я лифта ждать не стал, пошел по лестнице. Я тебе рассказывал.

А.ОНОШКО: Да, я помню.

С.ДОРЕНКО: Он пошел по лестнице. Из кабинета губернатора Сахалина пошел по лестнице и когда он пришел к машине, у него уже была в кровь разбита рожа. Ему на лестнице набили рожу. На лестнице! У губернатора! Он шел от кабинета губернатора Сахалина до машины по лестнице пешком. Пешком! Пока он шел по лестнице, там какие-то чуваки курили, на лестнице, они ему накостыляли, разбили рожу. Рожу разбили. У губернатора Сахалина. Поэтому, когда мы, наконец, поборем Комсомольск-на-Амуре, мы должны будем, наконец, двинуть на Сахалин и противостать всем миром Сахалину. Ладно. Товарищи, мы пойдем и проживем ее, эту среду, 25 октября.

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎