Никогда еще старлей не был так близок к провалу (армейские байки)
В начале 80-х, в офицерском клубе одной из воинских частей Вюнсдорфа, где в то время располагалась ставка Главкома ГСВГ (Группы советских войск в Германии), проходило собрание, посвященное 7 ноября.
В зале находилась большая группа приглашенных немецких офицеров. Как полагается, после «официальной части» был запланирован «цумволь» (что на местном жаргоне обозначало дружеский русско-немецкий банкет с крепкими напитками).
Но поскольку мероприятие имело «международный характер», для доклада из политуправления прибыл целый генерал-майор, подготовивший объемный текст на десятки страниц на тему «нерушимой дружбы народов» и «успехов экономического и военного сотрудничества социалистических стран».
Переводчиком назначили молодого очкарика-старлея, не отличавшегося успехами в службе, зато прекрасно владевшего немецким языком. Надо сказать, что это поручение он воспринял как свой шанс быть замеченным начальством и немного продвинуться по службе.
Он очень старался и в течение четырех часов с усердием переводил доклад немецким офицерам, которые уже из последних сил боролись со сном, вежливо пытаясь изобразить на своих лицах хоть какое-то подобие заинтересованности.
Впрочем, к концу выступления даже генералу стало ясно, что аудитория в зале уже близка к состоянию невменяемости. Чтобы несколько оживить обстановку, он решил рассказать… анекдот.
Каждый переводчик знает, насколько трудная и неблагодарная задача – переводить анекдоты на иностранный язык, в особенности те, которые и на русском-то не каждого рассмешат.
Лихорадочно вспоминая сленговые словечки и идиоматические выражения, лейтенант вслушивался в речь генерала, стараясь не пропустить ни единого слова. Затем побледнел и, выдержав долгую паузу, произнес в притихший зал:
– Уважаемые гости… В завершение своего доклада мой генерал рассказал вам анекдот, смысл которого я не понял даже на родном языке. Поэтому если у вас есть хоть капля сочувствия, очень прошу вас не «сдавать» меня и наградить докладчика бурными и продолжительными аплодисментами…
Надо ли говорить, что страдающее выражение на лицах слушателей мгновенно улетучилось, немцы буквально сползали по стульям от смеха и восторженно аплодировали, искренне радуясь окончанию своих мук. Пунцовый от удовольствия генерал наливал себе воду из графина – доклад удался!
Спустя месяц на погонах нашего «переводчика» зазолотились новенькие капитанские звездочки.
вчера читал на ЯПе, сильно удивился, что подобные баяны там на главной. теперь и тут он в горячем. совсем люди наглость потеряли
Ответ на пост «- Ты кто, солдат? - Дембель - А я генерал! - Тоже нихуево! История вторая»
Служил по контракту, и как то летом или в начале осени поставили нашей комендатуре задачу: организовать людей в качестве учебного пособия по несению службы часовыми на занятиях для командиров полков. Отобрали значит для этих целей десяток сержантов-прапорщиков, отвезли в другую часть, распределили по учебным местам, раздали инвентарь и стали ждать начала занятий. И вот начались занятия, перемещаются десятка 3-4 полковников под руководством генерала от точки к точке, смотрят на нашу имитацию бурной деятельности, тут доходит очередь до инсценировки нападения на часового на вышке.Изображать часового и нарушителя должны были два прапорщика, для этого им выдали по автомату и рожку холостых патронов. Начинается значит сие действие и эти два сказочных вояки НАПРАВЛЯЮТ ОРУЖИЕ ДРУГ НА ДРУГА И НАЧИНАЮТ СТРЕЛЯТЬ. Лица полковников и генерала в этот момент примерно такие:
Для тех кто не в курсе: направлять оружие, даже не заряженное, на человека категорически запрещено! З. Ы. наш командир взвода чуть не поседел)))
Пятничные байки: Интернационал
История пятая: Интербригада российского разлива, или о дружбе народов
Дисклеймер - имена и фамилии чуть-чуть изменены, потому что у меня нет разрешения на публикацию персданных этих людей, да и не знаю я честно, кого куда через 20 лет занесло.
Это не то, чтобы даже цельная история, скорее воспоминания и констатация фактов.
В общем, после срочки подписал я контракт на службу, остался в Чечне, и распределился в часть, и попал во взвод и отделение, которые командиры меж собой называли «интернационалом»
Почему? А я объясню — как-то так получилось, что в одном взводе и в одном отделении собрались вместе все национальности России, сколько их не есть, и никакого национализма не было даже близко,за исключением того, что все ненавидели «чехов».
Был у нас гигантский сочинский осетин Резо Арджания, настолько больших людей я до этого не видел. Я на рост свой никогда не жаловался (188 см), но рядом с ним я смотрелся недокормленным мальчиком, хорошо так за два метра, плюс телосложение как у медведя — ПКМ в руках смотрелся неуместной игрушкой. Не смотря на свои габариты и устрашающую внешность, более доброго и дружелюбного человека было еще поискать.
Был Вася «подорожник» Петренко, наш «Саныч» - человек у которого какую-то медуху получить было просто нереально, прозвище заработал за фразу «Та подорожник приложи, наутро само пройдёт», и на вопрос — Вась, а ты откуда? - с непередаваемым акцентом отвечал «Та з Москвы»
Был Ринат Шайхуддинов, мазута штучная и уникальная, габариты "бардака" он чувствовал до миллиметра, и оный "бардак" загонял в такие дыры, куда и два бойца в выкладке не поместятся. Так же сказал он как-то замечательную фразу - "Ринат а тебе разве водку можно, вам же Аллах не велит? - Аллах сверху смотрит, потому под открытым небом и нельзя, а мы щас под крышей, Аллах не видит, так что наливай!"
Был Аким Акимов, снайпер, который со своей СВД как шутили, спал вместо женщины- потомственный таёжный охотник-промысловик, доказавший не раз, что бить белку в глаз без оптики — ни разу не миф, и совершенно дико матерившийся на горную кавказскую розу ветров.
Был Дима Василевич, рязанский парень, в воинской науке звезд с неба не хватавший, но начисто лишенный страха и инстинкта самосохранения, натуральный берсерк 21 века, на зачистках всегда первым вламывавшийся в дома. Он единственный, с кем отношения сохранились, и он главный герой истории Пятничные байки
Были командир взвода и его зам, Айрапетян и Алиев (оба из Новосибирска), единственная дружба между армянином и азербайджанцем, которую я в жизни видел. На словах и в мирняке — пикировались постоянно, а в бою — Алиев тащил контуженного комвзвода за разгрузку, и приговаривал «не умирай, скотина, не умирай, вот умрешь ты — с кем я сраться буду?»
Был Валера-белорус Белых (переехали, получили гражданство РФ, и забрили сразу в армию), человек невеликих воинских талантов, но что касается «окопаться», или чего неуставного добыть — персона реально незаменимая, все ходы и выходы в любой части знал, и ориентировался моментально.
Был Вова Смоленко, в юношестве сбежавший вместе с родителями из Узбекистана, но сам себя считающий узбеком — гений обращения с подствольником, реально мог ВОГ положить в дупло скворечника, буде была б такая боевая задача.
Был Костя Иванцов с позывным "Студент", загремевшмй на срочку после несчастной любви и последовавшего вылета с 4 курса универа, и оставшийся на контракт по уговорам командования — связюк, при котором связь была всегда и везде, при любой погоде и обстоятельствах.
Был автор этого поста — инженерный разведчик и сапёр, заработавший позывной «Индеец» - на ночь остановились, доразведали местность, а наутро появился на дороге новый куст, которого с вечера не было, под которым потом фугас обнаружился, я тот новый куст углядел метров за 500, за что и удостоился от лейтенанта фразы «ну ты блин индеец Зоркий Глаз», так и прилипло.
Много кто был. И никогда мы не делились ни по национальному признаку, ни по какому-бы то ни было еще. Мы были как викинги на драккаре — братья, ни больше, ни меньше, и никогда не смотрели на то, кто откуда, и кто какой национальности.
P.S. Контракт, к сожалению, мне дослужить не удалось — виной всему бездарный подрыв фугаса, и два осколка меньше ногтя мизинца каждый — один в живот, но заштопали и норм, а второй в голеностоп, причем попал ну очень неудачно — хромал 5 лет потом, «к строевой службе более не годен», с мечтами о военной карьере пришлось попрощаться и восстановиться в СПБГУ.
P.P.S. Слово «национализм» я считаю почти что матерным, и объясню почему. Мой отец — питерский грузин, моя мать — плод любви харьковского украинца и молдаванки из Тирасполя. Моя жена,, не смотря на то, что родилась в Аргентине, - происходит от австрийского гидроинженера (тесть) и колумбийской официантки (тёща). Кто по национальности наши дети — я даже и гадать боюсь.
Инструктор оказался не готов к действиям летчика-ученика
История про летчика-ученика, который очень волновался перед финальным полетом и инструктора, который был уверен в нем. Байка из 30-х годов. Есть текст, есть видео - кому как удобней.
Вы знаете как иногда в армии, на флоте, или в авиации устраняют недостатки и дефекты, а как подкалывают друг друга? Иногда это вообще проще пареной репы.
Вот например, как-то стратегический бомбардировщик Ту-95 вернулся из полёта. Командир корабля сдает машину группе обслуживания и записывает в журнал выявленный в полёте дефект - " Hеприятный шум в наушниках". Вскоре в том же журнале появляется запись специалиста по радиооборудованию - "Hедостаток устранен. Шум приятный".
К теме подколок и общения в полете жестами относится и следующая популярная в 30-е годы байка.
Один из учлетов, выделяющийся среди остальных курсантов отличной техникой пилотирования, очень волновался перед первым самостоятельным вылетом. Инструктор, видя такое состояние своего подопечного, оттягивал сей знаменательный в жизни каждого летчика момент. Он, то посылал парня на дежурство по аэродрому, то придумывал ему еще какое-либо занятие. В конце концов, курсант сам начал думать о том, что он ни на что не годен.
Тогда командир училища посоветовал инструктору пойти по известному принципу обучения плаванию. Он предложил ему подняться с учлетом в воздух, затем отвернуть в своей кабине ручку управления, показать ее курсанту и. выбросить за борт.
Естественно, молодому пилоту ничего не оставалось делать, как самостоятельно вести самолет, не рассчитывая на помощь инструктора. Конечно, такое можно было делать только в том случае, если инструктор был абсолютно уверен в способностях своего ученика. В данном случае это был тот самый случай.
И вот, на следующий день, учлету назначается обычный тренировочный полет с инструктором. Парень прекрасно пилотирует, очень уверенно ведет себя в полете. Инструктор решает: - момент настал! Отвернув ручку, он вертит ею перед носом учлета и выкидывает из кабины. Как ни странно, на лице курсанта не видно никакой тревоги.
Он согласно кивает головой и, пытаясь перекричать шум ревущего двигателя, отвечает инструктору: "Команду "делай как я" понял."
После этого наклоняется в своей кабине, также выворачивает ручку управления и, повертев перед глазами оцепеневшего инструктора, выбрасывает ее за борт. К счастью, все закончилось благополучно. Оказывается, курсант каким-то образом узнал о готовящейся "подколке" и взял с собой в полет ручку управления со старого списанного самолета.
Именно ее он и выбросил из самолета. Впрочем, инструктору это стало известно только после посадки. Представляете его состояние, когда парень начал заходить на посадку!
Начинайте играть!
Рассказал знакомый. Служил он в армии когда-то и играл в волейбольной команде гарнизона. Как-то раз должен был состояться матч между командами гарнизонов. Приехала гостевая команда, свои тоже вышли, все готовы играть. А мяча нет. И тут мимо идет полковник и видит, что куча солдат стоит без дела. - Так, почему без дела. - Товарищ полковник, должен состояться матч между гарнизонами, а мяча нет! - Так! Начинайте играть! Я распоряжусь, мяч сейчас принесут!
Геодезист в армии
Служил срочку в славном городе Юрга. 2011 год. Танковый батальон, взвод связи. В распоряжении тюненный 72Б-К, он же средство для перевозки комбата. Мы зелёные пацаны, за окном завывает февраль и в парке бывали мало, в основном наряды в роте. Служил с нами один славный геодезист, Витёк. Он постоянно скрашивал суровые армейские будни своей тупостью. Командованию заскучалось и начались ночные тревоги. Витёк как личный радист комбата убывает по тревоге в парк с вещ. мешком за плечами и большой радейкой на пузе. Добежали, аккумуляторы подкинули, запустили комбатовскую карету. Командир даёт команду По машинам, в походном порядке! Витёк с криком викинга ныряет в люк в башне, но вот незадача, на нем под тулупом бушлат и радиостанцию с вещмешком он снять не догадался. Винипух застрял, комбат орет матом, стоим ржем. Выковыряли его кое как, прокатились до точки и обратно без происшествий. С утра построение в парке, Витьку досталась самая ответственная работа - подметать боксы. За провинность одели на Виктора катушку с полевым кабелем. Работу он выполнял спустя рукава, переодически залипал, пускал сопли и вспоминал о чёрном треугольнике на гражданке. Комбат проходя мимо увидел сие дело и потребовал добавки до трёх катушек, каждая примерно 15кг. И тут бойца угораздило опереть метлу на створу ворот, метла приняла моментально горизонтальное положение. Лицо выразило полную беспомощность как у перевёрнутой черепашки, наклониться и поднять ее он уже не смог. Спасло только убытие на обед.
Дембельский альбом
Недавно у моего отца был день рождения. Ему исполнилось бы каких то 55, но 10 лет назад его не стало.Пару дней назад, разбирая завалы в шкафу, я обнаружил фотоальбом. Это оказался его дембельский альбом, который я листал еще будучи в детском саду. Я почти не спрашивал его об армейской службе и сейчас, конечно жалею об этом. У отца была всего одна татуировка: 4 буквы ГСВГ на правом запястье. Я однажды спросил его, что значат эти буквы. Мама, находившаяся рядом, с ухмылкой ответила "Глаша, Света, Валя, Галя, наверное". Но отец ответил просто "Группа советских войск Германии" и тогда же дал мне полистать этот альбом.
Тогда, в 4 года я не придал особого значения этому. Думал, дескать ну обычная такая служба как служба. Полистал альбом, посмотрел на веселые картинки, черно белые фото да и все.
Уже позже, посмотрев несколько документальных фильмов о ГСВГ, я понял, что это за войска, но к тому времени отца уже не было в живых, чтобы ответить на все мои вопросы.
И вот сейчас я хотел бы поделиться с вами некоторыми страницами из этого альбома. Надеюсь, кому то будет интересно:
На этой фотографии, собственно, мой отец (первая слева):
Естественно, все делалось вручную. Обратите внимание на оформление страниц: Покрытые черной тушью и затем раскрашенные путем разбрызгивания красок с помощью зубной щетки
Еще несколько его рисунков, которые врезались мне тогда в память:
Ну и еще страница с адресами однополчан. Долго думал - выкладывать или нет, но решил все же выложить. Вдруг кто то найдется или найдет там своих знакомых\родственников или просто проживает неподалеку:
Вот так. Честно говоря, листая альбом, даже немного прослезился. Вспомнил детство, пожалел, что не так много общался с ним на такие важные сейчас темы, казавшиеся тогда пустяком и так далее. Ну и конечно, испытал некоторую гордость за своего отца. Все таки ГСВГ - не такая уж простая часть. Можно сказать - элита.
Ну и спасибо за внимание, конечно.
Рассказал анекдот.
Начало восьмидесятых годов. ГСВГ (Группа советских войск в Германии). Только что прошли совместные учения СА и ННА ГДР. Проводится разбор учений. С трибуны долго и нудно говорит советский генерал, рядом стоит переводчик и повторяет речь по-немецки.
- Я вижу, что все устали, поэтому развеселю вас.
После чего рассказывает какой-то бородатый анекдот. Наши офицеры вежливо хихикают, а немцы бьются в истерике.
Только через несколько лет переводчик признался, что сказал в тот день следующее:
- Господа! Только что мой генерал рассказал анекдот, смысл которого я не могу понять даже по-русски. Я прошу вас не подводить меня и посмеяться.
Афера. Часть 1
Начальник вещевого склада мотострелкового полка, гвардии прапорщик Тоцкий заменялся в Союз в очень удобное время – сразу после весенней проверки. Правда, руководство тыловой службы полка припахала «старого» прапорщика по полной программе сдачи этого итогового армейского экзамена. И для Анатолия Тоцкого получился такой своеобразный «дембельский аккорд», который должен был прозвенеть прощальным звоном на весь полк. Анатолий Тоцкий принял волевое решение сдать эту крайнюю для него проверку только на отлично. У прапорщика был опыт, знания и авторитет. А ещё Толик был просто по самые прапорщицкие уши влюблён в красивую молодую немецкую женщину. А ради своей любви к Симоне советский прапорщик был готов не только горы свернуть, но и с достоинством выдержать этот очередной армейский экзамен.
Народная мудрость про любовь и горы опять нашла своё подтверждение после сдачи весенней итоговой проверки. Гвардейская мотострелковая часть получила оценку «отлично», а вещевой склад полка и войсковое стрельбище Помсен были признаны лучшими в дивизии.Сам командир полка лично пожал руку прапорщику Тоцкому, простил все его грехи молодости и выразил сожаление о том, что его гвардейский полк покидают отличные кадры. И затем глубокомысленно заметил, что любая воинская часть в Союзе почтёт за честь принять в свои ряды таких выходцев с гвардейского 67МСП. Так сказать – лучших сынов полка!
Если бы подполковник Григорьев знал планы прапорщика Тоцкого, а вкупе с ним и планы прапорщика Кантемирова, то он лично бы заказал за свой счёт закрытый и запломбированный вагон, посадил бы туда обоих гвардейцев, приставил к ним караул и погнал бы этот вагон через несколько государственных границ на южное побережье Северного Ледовитого океана, или на северные склоны солнечного Памира.И старший офицер отдал бы самый суровый приказ за всю свою службу – распломбировать и открыть этот вагон только по прибытии на конечный пункт назначения. И только под конвоем довести этих двух прапорщиков, Кантемирова и Тоцкого, до нового места службы. И забыть о них, как страшный сон… Но, какой бы не был умным, опытным и проницательным командир мотострелкового полка, он просто не мог проникнуть в головы всех своих подчинённых. Особенно в неординарные головы советских прапорщиков ГСВГ.
Напомню, что у двух друзей, Тоцкого и Кантемирова, был свой план. Простой и гениальный, как фуражка прапорщика: по договоренности со строевой частью полка заменщику Тоцкому делают визу в служебном паспорте не только в Союз, как при замене, но и обратно в ГДР, как при отпуске. Толик прощается со всем полком, уезжает, быстро раскидывает на Родине весь накопленный товар, закупается контрабандой и возвращается нелегально в Дрезден на радость Симоне и её сыну Дедрику. Этот незатейливый, но действенный план не вызывал особого восторга у второго участника будущих событий. Начальник войскового стрельбища Помсен хорошо понимал и постоянно просчитывал все риски незаконных действий своего друга. Но, обратной дороги у прапорщика Кантемирова не было, т.к. он прекрасно знал, что или с ним, или без него прапорщик Тоцкий обязательно совершит свой подвиг во имя любви к своей немецкой женщине. А как мы все знаем - любовь слепа! Но, с Тимуром у товарища все же будет больше шансов нормально выйти из этой ситуёвины. Если прапорщикам Советской Армии повезёт…
Сразу после итоговой проверки был назначен день «отвальной» заменщика прапорщика Тоцкого, который к этому делу подошёл со всей серьёзностью начальника вещевого склада. Место уже было выбрано заранее – офицерская баня войскового стрельбища Помсен. Место встречи изменить нельзя! Оставалось выбрать время. Был назначен вечер субботы. Чтобы, так сказать, после ратной службы: «Ночь продержаться, да день простоять…» И все мы помним, что «отвальную» надо провести так, чтобы потом не было мучительно больно на всю оставшуюся армейскую жизнь. Эта «отвальная» для многих прапорщиков и офицеров полка запомнилась надолго.
Во-первых, это мероприятие впервые проходило на войсковом стрельбище с настоящей русской баней. Во-вторых, в ней участвовали не только сам виновник торжества – начальник вещевого склада полка, но и следующие высокие гости: начальник продсклада полка, начальник столовой полка и начальник склада РАВ. И в третьих – европейский уровень сервиса, предоставленный старослужащими полигонной команды, крайне заинтересованными в добродушном к ним отношении со стороны всех вышеперечисленных значимых особ гвардейского 67 мотострелкового полка.
Особенно со стороны заменяющегося начальника вещевого склада, прапорщика Тоцкого, который клятвенно пообещал в случае успешной «отвальной» обеспечить всех дембелей Помсена новыми парадками и ботинками. А его высочество «ДМБ – весна» уже выглядывал из-за кромки леса полигона, а местным дембелям надо было уже соответствовать моменту. Дембель был неизбежен… Поэтому бойцы старались от души. Баня была натоплена, стол накрыт, а в тире развешаны свежие мишени. Дембель, профессиональный повар Расим (Бакинский кулинарный техникум) превзошёл сам себя. И что не сделаешь ради новой парадки и дембельских ботинок? Азербайджанский шашлык выдался на славу. А мясо было предоставлено начальником продсклада в таком количестве, что ещё оставалось по большой порции каждому бойцу полигонной команды. Доппаёк, как ни крути шампур!
Гостевая программа войскового стрельбища Помсен за многолетние годы службы была отработана до мелочей. И весенний саксонский день выдался тёплым и солнечным. Начали с лёгкого фуршета и стрельбы с ПМ в тире. Там в основном развлеклась тыловая служба полка, и рулил начальник склада РАВ. Офицерам и прапорщикам пехоты и так хватало стрельбы на службе. После чего все пистолеты и патроны были убраны под личную ответственность начальника войскового стрельбища Помсен. Больше никаких стрельб! Народу собралось много, были ещё гости с отдельного противотанкового батальона во главе с замполитом, который и предоставил для всей честной компании автобус «Прогресс». Замполит батальона с удовольствием пострелял, с аппетитом перекусил горячим шашлыком и договорился с прапорщиком Кантемировым о времени обратной доставки гостей со стрельбища в город. Тимур прикинул и предложил майору подъехать к двум ночи. Раньше гости, вряд ли, угомонятся. Офицер согласился. Бойцы полигонной команды загрузили в этот же автобус рейки и фанеру для замполитовских нужд и вручили порцию шашлыка водителю. Сделка состоялась!
В парную решили заходить по тройкам, чтобы не толкаться в парной. Двое прапорщиков с батальона приехали на своём мопеде «Симсон». Какой же русский после русской парной не любит быстрой езды? Двое закадычных друзей – прапорщиков с полка, начальник продсклада Фархад (азербайджанец) и начальник столовой Левон (армянин), тоже решили не ударить в грязь лицом. Фархал вспомнил про свой мопед «Верховина», Левон начал утверждать, что его «Рига» была круче. В итоге тыловики решили показать своё водительское мастерство и договорились, что от казармы стрельбища и до танковой директрисы (800 метров) за рулём «Симсона» едет вначале старший прапорщик Фархад, а обратно рулит просто прапорщик Левон. После бани каждый ездок одел свои часы «Монтана» (семь мелодий, между прочим), чтобы зафиксировать время движения конкурента. С одеждой лишний раз заморачиваться не стали (всё равно обратно в баню), как были обернуты армейскими простынями, так и уселись на мопед. Только благоразумно обулись в свои кроссовки. Оба прапорщика по комплекции вполне соответствовали своим занимаемым должностям, были кучерявыми от роду и в своих простынях стали похожи на древнеримских патрициев.
Алкоголь и русская парная сделали своё дело. Фархад поддал газу, и уже у Центральной вышки стрельбища на скорости с обоих «патрициев» армейские простыни как большие белые птицы слетели в грязь, а ездоки остались только в своих кроссовках и часах. Пришлось срочно вернуться. Мы же советские прапорщики ГСВГ, а не какие-нибудь там нудисты ГДР. Эта молодецкая забава с армейскими простынями и скоростью оказалась заразительной. Дольше всех простыня продержалась у виновника торжества, прапорщик Тоцкий почти успел доехать «одетым» до танковой директрисы. Жаль зрителей было мало – только бойцы полигонной команды. Зато всем гостям «отвальной» было что вспомнить…
Когда гости уже конкретно завели разговор о падших немецких женщинах, начальник войскового стрельбища понял, что пора домой. Вызванный с соседнего батальона автобус «Прогресс» довёз всех гостей живыми и невредимыми. В течении недели начальник вещевого склада полка, гвардии прапорщик Тоцкий, сдавал дела своему заменщику, молодому прапорщику Мамбетову Канату (казах по национальности), воспитанному лично прапорщиком Тоцким и только что закончившему школу прапорщиков в Форст-Цинне. Канат тоже присутствовал на отвальной своего старшего коллеги, поэтому сдачи-приёмки вещевого склада прошла без особых проблем для обеих сторон.
Заменщик Тоцкий не стал задерживаться в полку и заспешил на Родину-Мать. И только четыре человека в Дрездене знали его истинные намерения: прапорщик со строевой части полка, который за долю малую пошёл на должностное преступление и оформил обратную визу заменщику, немецкая подруга Толика – Симона, дочь генерала Даша и его друг Тимур. Толик Тоцкий спешил на восток, чтобы скорее вернуться на запад. Если бы, хотя бы один из владеющих ценной информацией о нелегальном возвращении советского гражданина на территорию, хотя и дружественного, но чужого государства знали о грядущих событиях, последующих за этой авантюрой, все бы четверо, как один, отговорили бы нашего ослепленного своей любовью молодого человека… Если бы, да кабы… Эххх, молодость!
После памятной для многих сослуживцев 67МСП «отвальной» и передачи вещевого склада прапорщик Тоцкий решил долго не задерживаться в гарнизоне и стал активно собираться в Союз. Хотя, многие офицеры и прапорщики ГСВГ по замене на новое место службы старались использовать все возможные свободные дни в Германии и пожить ещё немного заграницей. На пилораме войскового стрельбища Помсен пилорамщик Ромас в знак благодарности за новую парадку и ботинки быстро сколотил для заменщика Тоцкого небольшой фанерный почтовый ящик. Куда были сложены вся форма прапорщика и крупные подарки для мамы: несколько ковриков и пледов, тостер в коробке и конфеты в различных упаковках.
Среди формы были спрятаны и часть товара на продажу, но всё строго по одной штуке: одни джинсы «Монтана», одно джинсовое платье, джинсовая юбка, кроссовки и набор косметики. Все эти вещи были перечислены в почтовой и таможенной декларации и отправлены на родину за несколько дней до отъезда.На руках у Анатолия оставались только небольшой чемодан и простая спортивная сумка с личными вещами, среди которых опять же был аккуратно рассредоточен оставшийся спекулятивный товар. Но, всё было в меру! Печальный опыт со спортивной сумкой «Адидас» у прапорщиков уже был. Иногда приходилось учиться на собственных ошибках. Сам прапорщик Тоцкий будет одет в демократические джинсы «Боксер» местного производства, тёплую рубашку, ветровку и стоптанные кроссовки. Таможенник только посмотрит на скромного и спокойного прапорщика и с первого взгляда сразу поймёт – служивый в отпуск вырвался, и подарки домой везёт, родным и близким. Чего лишний раз тревожить парня? И поклажи у этого белобрысого прапорщика всего два небольших места в отличии от многих в этом вагоне, занявших целые купе своими огромными чемоданами и баулами. В этом плане особенно выделялись кавказские семьи офицеров и прапорщиков. А все мы знаем, что: «Восток – дело тонкое!» и таможня не всегда даёт добро…
Перед самым отъездом «отвальную» для своих самых близких и посвящённых в свою авантюру друзей Анатолий устроил в ночном баре «Эспланада». Для Симоны, Дарьи, Тимура и самого виновника этого торжества данное мероприятие было скорее всего не «отвальной» в общем понимании, а заключительным совещанием хорошо организованной преступной группы. Все понимали, на что идут и чем рискуют. Хотя, в основном рисковал только прапорщик Тоцкий, как идейный вдохновитель и организатор преступного сообщества и самый активный участник этой великолепной четвёрки. Все остальные участвовали только в качестве пособников.
Для справки: «Пособник - это лицо, содействовавшее совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации, средств или орудия совершения преступления либо устранением препятствий, а также лица, заранее обещавшие скрыть преступника, средства или орудия совершения преступления, следы преступления либо предметы, добытые преступным путем, либо лица, заранее обещавшие приобрести или сбыть такие предметы…» Симона, Дарья и Тимур не принимали участие в выполнении объективной стороны состава преступления, совершаемого в соучастии, а только оказывали в совершении преступления интеллектуальную и физическую помощь своему другу, прапорщику Тоцкому. Пока только интеллектуальную.
Больше всех и за всех, и особенно за своего любимого Tolik, опасалась правильная и законопослушная гражданка ГДР – Симона. Но, и здесь всё ослепляющая любовь победила впитанный с молоком немецкой матерью Ordnung. В итоге пособники контрабандиста и нарушителя нескольких государственных границ договорились связь держать через Симону. Толик уезжает в Союз на местном советском поезде Дрезден – Брест, а возвращается в ГДР уже на поезде Брест – Эрфурт, чтобы не столкнуться на обратном пути с соплеменниками дрезденского гарнизона, которых у прапорщика за годы службы сложилось великое множество. Особенно – соплеменниц. Из Эрфурта нелегал тут же направляется в Лейпциг, где останавливается по своему заграничному служебному паспорту в немецкой гостинице недалеко от железнодорожного вокзала. Откуда Толик звонит по домашнему Симоне и сообщает о своём прибытии. Симона передаёт секретную информацию своей русской коллеге Даше, благо советская и немецкая школа располагались на одной улице. А связистка Дарья тут же сообщает о прибытии нелегала своему подельнику и дружку одновременно, прапорщику Кантемирову, который в примерные дни прибытия вдохновителя и организатора этой афёры будет стараться каждый вечер вырваться со службы из войскового стрельбища Помсен и прибыть в город на секретную встречу с "радисткой Кэт". Она же – наша Даша. Тут, главное, не нарваться лишний раз на её папу – генерала. Возникнут вопросы!
Прощальный ужин при свечах в ночном баре, вино и мясо, и зашкаливший адреналин в крови от грядущих событий только способствовал бурному сексу обеих пар молодых, здоровых и авантюрных людей. Симона с Толиком уединились в комнате дома тёти немецкой учительницы, а Тимура с Дашей в последний раз приютила холостяцкая комната прапорщика Тоцкого в гарнизонном общежитии «Ледокол». На следующий день, на перроне дрезденского вокзала стояли только прапорщики Тоцкий и Кантемиров. Тимур помог донести ручной багаж до вагона. Подруги не смогли проводить из-за работы, да и незачем им было лишний раз светиться рядом с потенциальным преступником. "Конспирация и ещё раз – конспирация!" (В.И.Ленин)
Друзья ещё раз уточнили примерную дату прибытия Толика в ГДР, прогнали все возможные средства связи: основной – через Симону, или запасной – через бармена Эрика в ночном баре, который только знал, что Толик уезжает в отпуск. Что привозить, как и сколько, прапорщик Тоцкий и сам хорошо знал.
И на этом закончилась первая, самая спокойная часть нашего «Марлезонского балета»…
(Ждём продолжения этой афёры века. История основана на реальных событиях…)