Симбирская губерния Морозова: как родину Ленина доил «МММ», а поделили Сечин, Швецов. Часть 1-я
Аналитическая служба «Реального времени» продолжает исследование бизнеса, передела влияния и экономик соседних с Татарстаном регионов. После исследованных нами Марий Эл,Чувашии, Кировской области,Удмуртии и Самарской области под нашим микроскопом оказалась родина Владимира Ильича, где больше 10 лет бессменно царствует губернатор Сергей Морозов. Авантюрно-приключенческий криминальный роман о переделе сфер влияния в регионе за последнюю четверть века, кажется, включает в себя все, что нужно для хорошего «бестселлера». Но магистральная сюжетная линия все же похожа, как две капли воды, на сюжеты соседних регионов: большинство крупнейших активов региона с начала «нулевых» перешли под контроль крупных ФПГ и госкомпаний Вадима Швецова, Алексея Миллера, Игоря Сечина и Михаила Гуцериева.
Экономика Татарстана вмещает в себя девять экономик Ульяновской области
Объясняется отставание ульяновской экономики от удмуртской, самарской и татарстанской банально: здесь мало нефти, во всяком случае, в лидерах далеко не нефтедобывающие компании (но разведанные запасы составляют 42 млн тонн). И если в Татарстане почти 60% совокупного оборота 100 крупнейших компаний приходится на нефтехимическую отрасль, а в Самарской эта цифра достигает 40%, то в Ульяновской области на нефтянку приходится лишь 7,7% всего оборота или 18,5 млрд рублей. Тем не менее сразу две компании в топ-10 сильно зависят от нефтяного рынка: «Ульяновскнефтепродукт» торгует топливом, «Ульяновскнефть» нефть добывает. Как отмечают в самой области, более 50% экономики приходится на машиностроение, что объясняет, конечно, и низкий объем совокупного оборота. Представьте себе на минуту, что Татарстан зависел бы не от нефтяной иглы, а от таких компаний, как КАМАЗ.
Бюджет-2017 области лишь повторяет цифры бюджета-2015: регион живет, затянув пояса
Отсюда и очень небольшой, в сравнении с Самарой и Казанью, бюджет области. Так, бюджет-2017 был сверстан с дефицитом в размере 1,8 млрд рублей. Это, конечно, меньше, чем в Самаре, где «дыра в бюджете» составила 3,3 млрд, или чем в Татарстане (7,6 млрд). Но надо иметь в виду, что и бюджеты этих двух богатых регионов в разы больше ульяновского. Самарский бюджет-2017 сверстан, например, с доходами в объеме почти 150 млрд рублей — ульяновский был сверстан с доходами в объеме всего 39,6 млрд рублей (расходы — 38,6 млрд), то есть меньше в 3,7 раза. Дефицит в итоге составил 4,5% (в Самарской области — 2,2%). Цифры доходов бюджета-2017 Ульяновской области, ко всему прочему, лишь повторяют цифры бюджета-2015 (только дефицит там был больше): 2016 год регион прожил, затянув пояса, сверстав бюджет с доходами в 37 млрд и расходами в 38 млрд. К слову, в кризисном 2014 году планировался «антикризисный бюджет» 2016 года с объемом доходов всего в 32 млрд рублей.
Несмотря на невысокие финансовые показатели, область презентует себя как регион высокой инвестиционной привлекательности. Так, на сайте региона обращают внимание на то, что область «заняла лидирующие позиции» в Национальном рейтинге состояния инвестиционного климата субъектов РФ (в 2017 году регион занял 10-е из 85 мест) и в рейтинге регионов РФ по уровню развития государственно-частного партнёрства (12-е место с улучшением к 2015 году сразу на 60 позиций). Впечатлить должны и цифры инвестиций: так, суммарный объем за 11 лет к 2016 году (включительно) составил 600 млрд рублей. В одном только 2016 году было привлечено 27 инвесторов, а объем инвестиций составил аж 135 млрд рублей. В стадии реализации в настоящий момент в Ульяновской области находится 66 инвестпроектов на 80 млрд рублей. В 2017 году планируется создать дополнительно 22 тысячи новых рабочих мест.
Все это замечательно, планы наполеоновские, рейтинги рейтингами, но что на практике? А на практике — первое место по обороту принадлежит компании, как и КАМАЗ с АвтоВАЗом, во многом зависящей от колебаний на автомобильном рынке (рынок этот быстрее прочих проседает с началом кризиса и позже прочих поднимает голову): УАЗу, увеличившему оборот с 31,2 до 33,3 млрд рублей.
УАЗ: на завод претендовали пирамида Сергея Мавроди и Юрий Лужков, а получил Швецов
История Ульяновского автомобильного завода в чем-то повторяет историю многих поволжских и уральских предприятий: он родился в 1941 году на базе эвакуированного в Ульяновск московского автозавода ЗИС. В результате, строительство автозавода дало жизнь и одному из районов города — Засвияжскому, первая улица которого названа Автозаводской (в Тольятти и Набережных Челнах подобным же образом появились Автозаводские районы). В начале 1990-х заводу пришлось спешно подстраиваться под новые экономические реалии — в 1992 году завод стал акционерным обществом открытого типа (АООТ). В результате приватизации 25% акций бесплатно получил коллектив, 15%, по-видимому, остались за государством, так как лишь 60% дополнительно должны были продать на аукционе. В конце 1992 года первые 10% этого пакета достались некоему АО «Капитал». Скоро выяснилось, что создана компания была за пару дней до аукциона топ-менеджерами самого УАЗа (включая гендиректора Павла Лежанкина). Итоги этой странной приватизации были утверждены лишь полгода спустя «специальным указанием Федерального фонда имущества». АО «Капитал», «пользуясь случаем», руками собственно топ-менеджеров (собственников 10% предприятия) уже в 1993 году начал продавать ряд моделей УАЗ со специальной надбавкой в цене. Надбавка якобы поступала на счета АО «Капитал» — государственный антимонопольный комитет РФ вынужден был потребовать прекратить подобную продажу. Руководство завода объяснило эту надбавку решением «оставить контрольный пакет акций на самом заводе»: исполнительный директор «Капитала» Анатолий Смирнов (по совместительству и председатель совета директоров УАЗа) объяснял, что деньги, которые получает АО «Капитал» (от 30 до 100% стоимости проданного автомобиля) идут на ссуды коллективу завода, который, в свою очередь, выкупает акции УАЗа у самого «Капитала». Таким образом, все сделки АО «Капитал» по покупке акций компании якобы проводятся в пользу заводчан, а решение антимонопольного комитета на УАЗе связывали со «сторонними силами», которые собираются совершить рейдерский захват предприятия, заполучив контрольный пакет.
Еще 11% автомобильной компании купила легендарная пирамида 1990-х — чековый фонд «МММ-инвест». В 1995 году, когда на конкурс выставили еще 11% уставного капитала УАЗа, компания Сергея Мавроди довела свой пакет до 17%. При этом «МММ», как считали наблюдатели в свое время, конкурировала при покупке акций с тем самым АО «Капитал». На тот момент УАЗ был одним из немногих твердо стоящих на ногах бывших советских предприятий: было создано СП в рамках партнерства с Mercedes Benz и ЕБРР (похожая история у КАМАЗа) и рядом российских банков («Тверьуниверсалбанк», «Инкомбанк», «Промстройбанк» и «АвтоВазбанк»). Интересно, что продажа пакета проходила с условием вложиться в развитие предприятия: начальный объем инвестиций, установленный Фондом имущества, составлял 12,5 млн долларов в первые 3 года. Вряд ли Мавроди успел вложить эти деньги (если вообще намеревался это сделать). Если в начале 1994 года его компания гордо рапортовала об имеющихся у нее пакетах акций УАЗа и АвтоВАЗа (более 8%): «акции, составляющие инвестиционный портфель «МММ-Инвест», имеют высокую ликвидность, пользуются спросом на рынке ценных бумаг не только у отечественных, но и у западных инвесторов», то уже летом 1994 года финансовая пирамида потерпела крах, а Мавроди был арестован, что не помешало ему избраться осенью в Госдуму. Фактически в торгах УАЗа принимала участие уже умирающая финансовая структура «МММ».
К 1997 году «акционерный передел» вошел в предфинальную фазу. Внезапно из списка владельцев автозавода пропал «МММ-Инвест», зато появился владелец крупнейшего пакета в 20% — «Русинвест». Учитывая, что такой же «Русинвест» появился в числе акционеров и АвтоВАЗа, наблюдатели довольно быстро поняли, что «Русинвест» — прямой наследник компании Мавроди, но доказано это было лишь в 2003 году. К слову, пирамида «Русинвест» тоже рухнула не так давно, в 2014 году. На выставленный в тот же год пакет УАЗа претендовал даже Юрий Лужков через московское правительство, желая заполучить привлекательный актив: в год завод выпускал тогда до 75 тыс. автомобилей. Однако уже в 1999 году, после кризиса, когда УАЗ большую часть машин реализовывал по бартеру, долги компании начали расти (комплектующими и энергоносителями, которые завод получал за свои автомобили, с поставщиками и бюджетом не расплатишься). УАЗ попытался поменять маркетинговую политику, отказался от бартера и повысил цены. В итоге продажи резко упали, а Анатолий Смирнов потерял свое кресло — три члена совета директоров проголосовали за отрешение его от должности председателя (любопытно, что еще шестеро членов совета директоров на голосовании отсутствовали!). В 2000 году Смирнов через суд отвоевал свое кресло обратно. А уже осенью стало известно, что 20% акций, принадлежащих компании Мавроди, были выкуплены структурами «Северстали» Алексея Мордашова, консолидировавшего контрольный пакет: так в Ульяновск пришла крупная федеральная промышленная группа — одновременно «Северсталь» приобрела и набережночелнинский Завод малолитражных автомобилей. Активы были выделены в отдельную компанию «Северсталь-авто», которую начал курировать Вадим Швецов, а через 7 лет Швецов выкупил контрольный пакет у Мордашова, и переименовал компанию в Sollers. Швецов также стал формальным главой УАЗа.
УАЗ в «нулевых»: от «авторитета» «Хобота» с четырьмя женами до обвинения в «откатах»
Без криминальных войн, как и в случае с АвтоВАЗом тоже не обошлось: через пару месяцев после покупки 20% акций «Северсталью» при загадочных обстоятельствах был убит 38-летний член совета директоров УАЗа Валерий Хабатулин, известный криминальный авторитет по кличке Хобот. На похоронах Хобота были замечены не только все четыре (!) жены покойного, но и бессменный директор завода. Считается, что Хабатулин, курировавший сбыт автомобилей (похожая криминальная схема была и на Тольятти), пал жертвой разборок с питерскими бандитами, которые пришли в город накануне выборов губернатора области: на просьбу поделиться лакомым куском Хобот ответил отказом. Тогдашний глава региона Юрий Горячев уже перед выборами сильно проигрывал путинскому ставленнику генералу Владимиру Шаманову и уверял избирателей, что за генералом на самом деле стоят «самарские силы», так называемый СОК. Выборы Горячев, тем не менее, проиграл, а год спустя с поста руководителя УАЗа ушел и Лежанкин. Местные наблюдатели отмечают, что в 1990-х налоги УАЗа составляли почти половину бюджета области, что позволяло Горячеву проводить политику «мягкого вхождения в рынок». Между властями региона и завода, однако, были и публичные дискуссии: губернатор требовал больше налогов и не понимал, зачем инвестировать деньги в новые модели, «если старые хорошо продаются».
Эпоха «Соллерса» окончательно сформировалась уже в 2010-е годы. В июле 2010 года команда Игоря Шувалова представила список предприятий, рекомендованных к приватизации, продажа госпакетов должна была принести за 3 года триллион рублей. В списке был и госпакет УАЗа, который уже на следующий год выставили на торги — 14,67% обыкновенных акций или 13,19% уставного капитала с начальной ценой в 1,5 млрд рублей. На тот момент прибыль компании составляла 1,3 млрд рублей (в 2010 году), оборот — 20,7 млрд, уставный капитал оценивался в 4,1 млрд рублей; что интересно, годом ранее, в кризисном 2009 году, завод показал прибыль всего в 868 тыс. (в 2008-м — 795,6 млн рублей). «Соллерс» к 2011 году уже контролировал 67,7% акций и был первым претендентом на покупку. Но еще 2 года на госпакет не находилось покупателя, говорили, что Швецову не нравится цена пакета. В 2013 году стороны, наконец, договорились — цену «Соллерс» удалось сбить почти в 2 раза, до 850 млн рублей!
2013 год, однако, оказался для самого УАЗа неудачным — год компания закрыла с убытком в 1 млрд рублей. С тех пор оборот компании ежегодно растет (с 2014 по 2015 год, например, он вырос сразу на 8 млрд — с 23 до 31 млрд рублей), но прибыль «плавает»: так, в 2015 году чистая прибыль упала в 1,8 раза с 3,4 млрд до 1,8 млрд. Какова чистая прибыль УАЗа за 2016 год, неизвестно, но «головная компания» «Соллерс» закрыла с год с падением прибыли почти в 2 раза до 1,6 млрд рублей (по МСФО). 2017 год может оказаться для завода тоже неудачным: в июле этого года стало известно, что УАЗ отзывает 150 тыс. автомобилей из-за возможных проблем с тормозами и электрикой, в какую сумму это обойдется, можно только гадать. При том что и в прошлом году объем производства упал на 8%, итоги этого года могут оказаться неутешительными. Отношения же самого Вадима Швецова с губернатором Сергеем Морозовым можно назвать «теплыми», что даже служит объектом критики со стороны партии «Единая Россия»: так, московский офис «ЕР» обвинял Морозова в дружбе с компанией «Соллерс» — в прошлом году власти Ульяновской области зачем-то покупали здание заводоуправления УАЗ за 320 млн рублей (секретарь ЕР назвал это «помощью акционерам «Соллерса» в избавлении от неликвидного актива). Команда Морозова в ответ заявила, что покупка завода носит «антикризисный характер», мол, таким образом региональный бюджет помог УАЗу.
АО «Гулливер»: за что самого состоятельного депутата ульяновской думы попросили сложить мандат
Вторая крупнейшая ульяновская компания — АО «Гулливер», увеличившее свой оборот в 2016 году с 9,5 до 14,5 млрд рублей. Принадлежит она известному местному бизнесмену и теперь уже бывшему депутату ульяновской Думы Игорю Любченкову. Любченков начал свой бизнес в 1996 году с открытия небольшой оптовой компании, годом позднее создал торговую сеть «Гулливер», к настоящему моменту насчитывающую более 30 предприятий. Больше о нем ничего не было бы известно, не попытайся он избраться в городскую думу в 2005 году (неудачно) и в 2010 году (удачно).
С началом предвыборной компании в 2010 году в Сети и в ульяновских изданиях появились материалы, якобы разоблачающие предпринимателя. Так, власти Ульяновска обвиняли в незаконной передаче ряда муниципальных магазинов стоимостью 73 млн рублей структурам Любченкова, на базе этих магазинов к 2006 году было открыто шесть новых АО. В результате, считают недоброжелатели, сеть «Гулливер» вытеснила калининградскую сеть компаний «Виктория». Полагали, что в Думу Любченков избирается лишь для того, чтобы получить депутатский мандат, который якобы мог бы защитить его от преследований правоохранительных органов. Смекнув, что проигрыш на выборах 2005 года мог объясняться беспартийностью, в 2007 году Любченков получает партийный билет «Единая Россия», удачно избирается в Думу в 2010 году, в 2011 году заводит блог в «Живом Журнале», где самолично регулярно отбивается от атак скептиков и критиков, публикуя посты о благотворительности и прочее.
Наблюдатели отмечают, что именно с 2010 года бизнес Любченкова пошел в гору, сеть «Гулливер» расширилась. Насколько эта информация соответствует действительности, впрочем, неизвестно. Известно зато, что в 2015 году местные СМИ обвиняли в нежелании поддержать местного производителя (чего требовал от ретейлеров губернатор Сергей Морозов): якобы в сети «Гулливер» ульяновских продуктов почти нет. А по итогам 2015 года Любченков оказался самым состоятельным депутатом, задекларировав 26,24 млн рублей дохода, что неудивительно, если учесть, что АО «Гулливер» уже по итогам 2014 года занимало в рейтинге местных предприятий 7-е место с оборотом в 7,6 млрд рублей. Отметим, что всего за два года Любченкову оборот удалось увеличить в два раза.
Однако уже летом 2016 года Любченков удивил ульяновцев, отказавшись от депутатского мандата — по официальной версии, из-за нехватки времени «на совмещение бизнеса с работой депутата городской Думы». По Ульяновску гуляли две версии. По первой, Любченкова «попросили вон» сами партийцы: у Любченкова, как будто, за рубежом оказалась недвижимость, которую он скрывал и не декларировал. По второй версии, Любченкова вынудили отказаться от мандата в обмен на сохранение бизнеса. Впрочем, бизнесмен ушел из Гордумы буквально за несколько месяцев, и теперь в ней сидит его «ставленник», 29-летний Антон Антипов.
За время депутатства Любченкова, АО «Гулливер» лихорадило: в 2012 году прибыль составила всего 4,5 млн рублей, в 2013 году компания показала убыток в 974 тыс. рублей, в 2014 году снова прибыль в 11 млн рублей, а в 2015 году опять убыток — уже в 13,9 млн рублей. Руководит сетью, кстати, Елена Сорокина — тоже депутат, но уже Законодательного собрания Ульяновской области.
«Волга-Днепр»: как бывший офицер создал крупнейшую грузовую авиакомпанию
Третья по величине оборота компания области — первая частная грузовая авиакомпания в России «Волга-Днепр» Алексея Исайкина, несмотря на высокие обороты, показывает довольно нестабильные результаты. Так, во-первых, в 2016 году оборот упал с 17,2 до 13,5 млрд рублей. Что с прибылью компании — неизвестно, но у московской «дочки», которую возглавляет тот же Исайкин, за 4 года то прибыль, то убытки: в 2012 году прибыль в размере 24,7 млн рублей при выручке всего в 626 млн, в 2013 году убыток в размере 9,5 млн рублей при выручке в 545 млн рублей, в 2014 году вновь прибыль в 29,5 млн рублей при выручке в 642 млн рублей, в 2015 году — вновь убыток в 1,1 млн рублей при выручке в 923 млн. Также известно, что EBITDA (прибыль до вычета расходов по выплате процентов, налогов и амортизации) в 2015 году у головной компании составила 238,8 млн долларов (в 2014 году — 165 млн долларов). При этом, что интересно, согласно отчету самой компании, изначальный бизнес компании — чартерные грузовые перевозки — с каждым годом все менее прибыльны: выручка от них с 2011 года упала с 900 млн долл до 468 млн долл в 2016 году. Одновременно растет объем выручки от регулярных грузовых перевозок: за тот же период он вырос с 767,5 млн до 967,4 млн долл. В настоящий момент парк компании, согласно собственным ее данным, составляют 12 АН-124-100 («Руслан»), пять ИЛ-76ТД, восемь «Боингов 747-8F», девять «Боингов 747-400F», три «Боинга 737». Однако, согласно Реестру сертификатов эксплуатантов Федерального агентства воздушного транспорта РФ, в воздушном флоте компании всего 17 бортов.
Основана компания была в 1990 году бывшим армейским офицером, отвечавшим в СССР за реализацию госзаказа самолетов АН-124 «Руслан» на Ульяновском авиационно-промышленном комплексе. После закрытия советской программы Исайкин с командой ЗАО «Авиастар-СП» (бывший УАПК — ныне принадлежит «Объединенной авиастроительной корпорации»), КБ «Прогресс» и АНТК им. Антонова (Украина) создает АО «Волга-Днепр», которая и становится основным гражданским заказчиком «Русланов», таким образом, как считают наблюдатели, сохранив производство самолетов. За годы развития самолетами компании были перевезены совершенно разные грузы: от 60 тыс. живых кур и живой касатки до переброски 52 тонн золота из Эмиратов в Швейцарию и целого ботанического сада (от жуков до комаров) из Конго в Ригу. Кроме того, компания известна и грузоперевозками гуманитарных (на чем настаивает руководство авиакомпании) грузов на театры военных действий в Югославии в 1990-х и для американских военных в Афганистан в начале 2000-х.
Доля перевозки грузов группой компаний «Волга-Днепр» в 2015 году составила 58% — для сравнения, в 1996 году доля компании, на тот момент занимавшейся лишь чартерными перевозками, составляла всего 14,5%, но уже в 1999 году выбилась в лидеры. И хотя бизнес авиагрузоперевозок, как считают эксперты, отличается низкой маржой и высокими оборотами (что в кризис может привести к резким убыткам на фоне низких оборотов и высоких издержек), компания все эти годы остается успешной. Исайкин, пользуясь этим, даже, как полагают наблюдатели, лоббирует производство самолетов «Руслан». «Форбс», посвятивший компании целую статью под названием «Бывший военный экономист создал авиакомпанию с оборотом в 1,5 млрд долларов», отмечает, что с 2000 года парк вырос лишь на два самолета, а выручка — более чем в семь раз. Большие деньги привели и к тому, что компания стала «разбрасываться деньгами», по словам скептиков, или «инвестировать в инфраструктуру», как считают в самой «Волга-Днепр»: так, в 2008 году авиакомпания пообещала вложить 653 млн рублей в строительство ряда баз в рамках создания портовой особой экономической зоны Ульянвоской области (о том, как лихорадит эту зону с начала санкций мы писали в материале о доходах ульяновских чиновников). Кроме того, собиралась вложиться и в реконструкцию красноярского аэропорта. Проект оценивался в 23 млрд рублей, однако за 8 лет практически ничего не произошло, судя по тому печальному виду авиагавани, который лицезрел автор этих строк в прошлом году на Красноярском форуме.
Снижение выручки в прошлом году может объясняться санкционной войной. Так, сообщалось, что в 2016 году «Волга-Днепр» практически потеряла заказы Пентагона — американцы намеревались разорвать контракты с российской авиакомпанией, заключив их напрямую с украинской компанией «Антонов» (собственно эксклюзивного производителя самолетов «Руслан»). Сама украинская компания также собиралась отказаться от российского партнера, лоббируя этот отказ в свою очередь среди американских военных. По понятным геополитическим причинам, могли «отвалиться» части мирового рынка для авиакомпании: НАТО, Пентагон, тем более, Украина в свете европейских и американских санкций вряд ли будут пользоваться услугами российского перевозчика как в военных, так и, скорее всего, в гражданских операциях.
«Газпром Межрегионгаз Ульяновск»: как руководитель «дочки» компании Алексея Миллера вошел в комитет по ЖКХ
Четвертая крупнейшая ульяновская компания — «дочка» все того же вездесущего «Газпрома», попадавшего в наши региональные рейтинги: ООО «Газпром Межрегионгаз Ульяновск», оборот которого в 2016 году составил 11,7 млрд рублей, почти не увеличившись за год. Ситуация в ней сходна с другими региональными «дочками» компании Алексея Миллера: тотальные неплатежи за газ. Уже в 2014 году долги области перед «Газпромом» составили 2,5 млрд рублей, из которых 1,8 млрд — просроченная задолженность: больше всего долгов приходится на ЖКХ (1,2 млрд) и промышленность (792 млн). В ответ «Газпром» исключил регион из «Программы газификации регионов РФ», «по которой область должна была полностью перейти на «голубое топливо» в 2015 году. Из-за конфликта «дочки» «Газпрома» с коммунальной компанией «Жилсервис» в мае 2014 года была отключена подача горячей воды в более чем 100 домах Новоульяновска — на газовиков в итоге ополчилась прокуратура. Любопытно, что при этом глава «Газпром Межрегионгаз Ульяновск» Владимир Канеко годом ранее избрался в Законодательное собрание Ульяновской области и стал там зампредседателя комитета по ЖКХ!
В 2015 году вновь из-за конфликта «газовиков» с коммунальщиками и местными властями (отдельные муниципалитеты задолжали более 100 млн рублей) без тепла остались 15 тыс. человек, в том числе детские сады и школы. К лету 2017 года суммарная задолженность превысила 3,5 млрд рублей: на снабжающие организации ЖКХ пришлось 620 млн рублей, на промышленность — 461 млн, на население — 320 млн. Несмотря на это, Канеко, испытывая очевидное давление со стороны депутатов и властей области, объявил о продолжении газификации региона: в 2016 году инвестиции ОАО «Газпром» в программу газификации Ульяновской области составили более 700 млн рублей. Уровень газификации региона составляет пока всего 64,4%.