Рождество, сыгранное на синей скрипке
Про таких как Павел Шпорцл говорят: «Его Бог поцеловал в темечко». Чешского скрипача-виртуоза, выступавшего на лучших площадках, радовавшего публику Европы и Азии, называют «рокером классической музыки», причем не только из-за демократичного костюма – «пиратской» банданы и серьги в ухе, – выступал он и под аккомпанемент взмахов крыльев нетопырей, и в воздушной гавани, и в авиалайнере, взмывшем в небо… Однако не будем забегать вперед. Новый ливерпульский альбом Christmas On The Blue Violin («Рождество, сыгранное на синей скрипке») открывает врата в музыку Адвента и Рождества 2017 года.
Этот мастер музыкальных сюрпризов, сочиняющий собственные партии для композиций, записал свой первый альбом SPORCELAIN в стиле кроссовер в 2012 году, а его пражская премьера прошла не где-нибудь, а в здании аэропорта. Музыканту удается создавать атмосферу драйва, успешно совмещая в своих программах разные стили – например, на совместных концертах с цыганской группой цимбалистов, с которой он дал более 250 концертов по всему миру, в том числе в Китае, или с Карлом Готтом, Эвой Пиларовой, Войтой Дыком, известными в Чехии группами Kryštof, Olympik и Gradištan.
Золото и платина
Продажи альбомов Шпорцла превышали двести тысяч экземпляров, а некоторые, такие как «А. Дворжак, Й. Сук – скрипичные исполнения» по версии Supraphon, стали лучшим альбомом классической музыки года, многие – золотыми и платиновыми.
– Я записал много альбомов, – прежде всего, классической музыки, но также crossover и два CD с цыганским ансамблем цимбал, и решил, что можно взяться и за рождественский сборник. Поэтому и обратился за помощью к одному из лучших продюсеров – англичанину Джону Коэну. Вместе с ним и другими участниками проекта мы пришли к выводу, что подобная музыка лучше всего прозвучит в исполнении симфонического оркестра, и предложили проект Королевскому ливерпульскому филармоническому оркестру и чудесному дирижеру с мировым именем – Себастьяну Ланг-Лессингу. Я несколько раз выступал с ним и считаю этот старейший в Великобритании оркестр одним из лучших в мире.
В Ливерпуле приняли мое предложение, что меня страшно обрадовало, ведь это – мое первое рождественское детище. Мне хотелось, чтобы альбом получился красивым, и думаю, что он действительно удался. Я сам сделал аранжировку своей скрипичной партии. В конце июля мы записывали альбом в Ливерпуле, а завершили работу над ним здесь, в Праге, в студии «Чешского телевидения».
Молитва за орган для храма св. Вита
– В рождественский музыкальный сборник включена и специально написанная вами по этому случаю композиция «Молитва». При каких обстоятельствах и где она впервые прозвучала?
Колядки и другие рождественские мелодии альбома Christmas On The Blue Violin прозвучат также в исполнении чешского Хора мальчиков и юношей Boni Pueri, однако ткань музыкального полотна, сотканного их голосами, в данном случае полощется, скорее, на втором плане. Юные певцы исполняют этот праздничный репертуар как вокализ, не произнося слова, а лишь пропевая мелодию. Скрипка здесь в полной мере заменяет человеческий голос.
– Boni Pueri в большинстве композиций этого альбома пропевают гласные звуки и слегка «подкрашивают» звучание оркестра, однако одну колядку мы все-таки поем и исполняем вместе. Это рождественская песня Lou, How a Rose E'er Blooming.
– Пристрастились ли вы к колядкам с детства или открыли их для себя позже, во взрослом возрасте?
– Колядки у меня в почете уже с давних пор, дома их по традиции всегда пели, кто-то из семьи аккомпанировал. Мама садилась за фортепьяно, мы же с братом – сегодня он один из лучших виолончелистов в Чехии, извлекали какие-то звуки на струнных инструментах и подпевали. Получалось уже семейное трио. У нас были песенники, и эти книжицы я храню до сих пор и достаю с полки на каждое Рождество. Теперь по этим сборничкам мы поем колядки уже вместе с моими детьми, так что традиция передается из поколения в поколение.
– Тут сложно сказать, поддается или нет, но в Чехии меня, конечно, знают лучше, здесь я дома. В Россию я езжу не очень часто, но выступал там несколько раз, в сопровождении оркестра и цыганского ансамбля. Публика всякий раз принимала меня с воодушевлением, так что у меня сохранилось хорошее впечатление от этих выступлений. Вообще, везде в мире принимают хорошо, и я рад, что люди приходят на мои концерты и дают почувствовать, что им это нравится.
Русские уникально воспринимают музыку
– Каковы ваши впечатления от самой Москвы и ее жителей?
– Приезжая в Москву, я всегда оставался там на несколько дней. Могу сказать, что мне ужасно понравилась культурность народа в целом. Я видел, что почти каждый второй пассажир в метро читает книгу. То, насколько они восприимчивы к культуре, как вообще воспринимают музыку на концерте – отличительная и даже, можно сказать, уникальная способность, с которой я больше нигде в мире не встречался, – это большое преимущество русского народа, хотя о политической ситуации в России можно думать все что угодно.
– Весной вы вышли и на весьма нетрадиционные украинские «подмостки», выступив в Одессе, еще до большого вечернего концерта, перед пассажирами прямо в движущемся вагоне трамвая. Это – ваш первый концертный эксперимент такого рода, проблем с сохранением равновесия у вас не возникало?
– Однако на одном из вокзалов – кажется, в Америке, произошла неувязка, и ваше выступление сорвалось. Точнее говоря, вы просто передумали музицировать перед тамошними прохожими, когда служащие вокзала попросили вас сыграть перед «авторитетной» комиссией. Она должна была вынести вердикт о том, является ли уровень вашего мастерства достаточным, – «во избежание оскорбления слуха пассажиров»… Вы в то время как раз учились в старейшей в Нью-Йорке консерватории Juilliard School?
– Ну, да, дело было в Нью-Йорке – я вижу, что вы прекрасно информированы.
– Нью-йоркским главным вокзалом, однако, «послужной список» ваших нетрадиционных концертных площадок не исчерпывается. Далеко не в оптимальных температурных условиях для скрипача проходил также ваш концерт в одной из живописных чешских пещер, там его слушали и летучие мыши, продемонстрировавшие способность рукокрылых к полету…
–Да, хотя температура в пещере не была минусовой. Первый такой концерт оказался для меня пикантным сюрпризом. Должен сказать, что организаторы приглашали меня на протяжении всего лета и даже задолго до него побывать в пещере, чтобы проверить, как я буду чувствовать себя в таких условиях. А мне такие меры предосторожности показались излишними, я просто реально не представлял, насколько там может быть холодно. И вот я приехал туда в день концерта, а в пещере – не более 12 градусов тепла. Обыкновенно я, конечно, не выступаю в такую «жару», но когда я видел, что к пещере съезжаются автобусы, полные жителей близлежащих деревень и городков, пришлось уже как-то продержаться во время концерта.
– В то время я еще не играл на синей скрипке, но куртку мне – что правда, то правда – тогда одолжили, чтобы я мог отыграть концерт; я совершенно не был готов к такому сценарию, – признается Павел Шпорцл, в настоящее время завершающий работу над многосерийным документальным фильмом по заказу «Чешского телевидения». О чем?
О наиболее выдающихся представителях чешской скрипичной школы, преподававших в прошлом столетии за рубежом, в том числе в России и Украине: Москве, Санкт-Петербурге, Киеве и Одессе. В связи со съемками картины скрипач – виртуоз побывал в этом году также в российских архивах. Об этом мы расскажем в oдной из ближайших наших программ.