ВРЕМЯ и СТЕКЛО в творчестве Зеры Аблязисовой
Могучее древо жизни, традиционный крымскотатарский орнамент и удивительно яркие, позитивные, пронизанные национальным духом миниатюры легли в основу творчества самобытной художницы Зеры Аблязисовой. Ее работы вызывают особые эмоции, они словно внутренним светом озаряют мир вокруг нас. А душа, переплетаясь тонкими изогнутыми стеблями, распускается волшебным благоухающим цветком. Если википедия трактует понятие о «времени» как об условии возможности создания и изменения, то это как раз о жизненной позиции нашей собеседницы – по профессии художника-модельера по прическам, а по духу творческой, ищущей личности.
Случайностей в жизни не бывает —
считает Зера, объясняя выбор своего пути в жизни. В школьные годы умение видеть прекрасное и переносить его на бумагу, чувство гармонии красок и цветов, а еще украшение салфеток вышивкой нитками мулине как-то проявились сами собой. После окончания школы, несмотря на направление Чирчикской швейной фабрики в Ташкентский текстильный институт на специальность «модельер верхней одежды», Зера поступила в Ташкентский техникум гостиничного хозяйства на факультет парикмахерского искусства и декоративной косметики. На тот момент в Союзе были всего три учебных заведения, выпускавшие гримеров-пастижеров и парикмахеров — в Риге, Ленинграде и Ташкенте. Азы изобразительного искусства будущая художница постигла именно в техникуме. Три года учебы пролетели незаметно.
Чудесным образом изменять образ человека до неузнаваемости, приукрасить или подчеркнуть его достоинства – это ли не искусство?! Наброски разнообразных лиц, формирование художественного вкуса, соблюдение определенных пропорций, моделирование причесок и стрижек, изменение внешности с помощью декоративной косметики – это ли не волшебство?!Дипломированным специалистом Зера вернулась в Чирчик и за два года работы успела нерентабельную парикмахерскую в отдаленном районе города превратить во вполне престижную точку с постоянной клиентурой.— Я привыкла, и меня так учили родители – все делать с удовольствием, от души. В любой своей работе я придерживаюсь именно этого принципа. Наверное, поэтому результат нравился моим клиентам, которые буквально до последнего дня не хотели меня отпускать в Крым. На 5 мая был куплен билет, а я до 3 мая все еще стригла, укладывала и причесывала… — рассказывает Зера.В 1997 году Зера приехала в с.Амурское (Алабаш-Конрат) Красногвардейского района, где в общежитии немного ранее остановился отец. Приходилось перебиваться случайными заказами, приезжая в Симферополь. В крымскотатарской библиотеке им И. Гаспринского познакомилась с сотрудницей Крымскотатарского фонда культуры Алиме Ганиевой, которая предложила девушке пойти на курсы крымскотатарской вышивки, организованные по турецкому проекту. Под руководством ведущего специалиста Эльвиры Османовой, возродившей крымскотатарскую традиционную вышивку — двустороннюю глухую гладь «татар ишлеме», в течение нескольких месяцев Зера в числе других учениц освоила технику «мыкълама».— Уже позже, рассматривая салфетку, вышитую мной еще в детстве, заметила, что отдельные элементы выполнены стебельчатым швом, свойственным крымскотатарской вышивке. А ведь тогда меня этому никто не учил, вот ведь как генетическая память сработала!Через два года семья Аблязисовых уже в полном составе обосновалась в Крыму. Пять человек ютились в двух комнатах общежития, заставленных нераспакованными коробками с посудой и вещами. Зера устроилась художником-модельером по прическам в симферопольский салон красоты. Как и свойственно ее натуре, с удовольствием предалась любимой работе. И как результат — первое место в городском конкурсе парикмахерского искусства в 2006 году, призовые места в Республиканском конкурсе, проходившем в Одессе.— Я постоянный человек, уже более 15 лет работаю в салоне и к своей работе подхожу творчески, это радует и меня и моих клиентов.
«Хош сефа»
Стекло, согретое теплом и красками души
Пребывающие в спячке где-то в глубине души Зеры любовь и интерес ко всему родному, крымскотатарскому пробудило общение с Эльвирой Османовой. Изучение крымскотатарских орнаментов, традиционной вышивки и ремесел, народных обрядов и обычаев, национальной кухни все больше и больше увлекало молодую художницу. Как-то узнав от Эльвиры Османовой, что известный крымскотатарский художник Мамут Чурлу пытался развить среди соотечественников направление живописи по стеклу, Зера решила попробовать. Весной 2010 года вместе с Эльвирой поехали к нему домой в с.Перевальное.— У меня был опыт иллюстрации детской книжки и несколько работ на бумаге, ознакомившись с ними, Мамут-ага предложил попробовать рисовать на стекле. Он изложил основную идею и принцип работы — передавать доступно через изображение на стекле фольклор, орнамент, интерьер и самобытную культуру крымских татар, беря за основу Львовскую школу, — рассказывает Зера. – Мы уехали, и я целый год билась над одной работой, пытаясь методом проб и ошибок овладеть этим удивительным мастерством. На холодном стекле тушь растекалась, а когда высыхала, трескалась и осыпалась. Приходилось по нескольку раз обводить контур. Пробовала разные составы и пропорции туши и красок, добавляя то яичный белок, то еще что-то. Живопись по стеклу – это абсолютно иная технология, требующая совсем иного подхода.За шесть лет поиска и титанического труда Зера Аблязисова наработала свой личный опыт живописи по стеклу, определилась с красками и кистями и каждый вечер согревает красками и теплом своей души прозрачный холод стекла.— Стекло чистое и прозрачное, в нем мое отражение. Тушь и краски чувствуют мое состояние, настроение, и если что-то не так – они не ложатся так, как надо. Когда внутри гармония, радуга в душе, то все словно само собой получается. А порой ни спать, ни есть не можешь, пока не выльешь все свои чувства, эмоции и краски души на стекло и не увидишь результат своего труда. Я работаю по наитию, с душой и любовью. Пишу только тогда, когда на душе праздник, равновесие и гармония. Выражение «Хороший художник должен быть голодным» не соответствует подходу к моему творчеству.
— Для вас это творчество или увлечение?
— Для меня это работа, серьезная работа. Труд, приносящий радость и моральное удовлетворение. Это труд, требующий созревания, подготовки, вынашивания.
— Вам ближе творить на бумаге или на стекле?
— Большее удовольствие я получаю от работы на стекле, это ближе мне по характеру. Есть, конечно, определенные сложности, к примеру, рисовать приходится в зеркальном отображении. А это не так-то легко. Краски и тушь наносятся с обратной стороны стекла, это придает картинам яркость и насыщенность, защищает от пыли, влаги. Помню курьезный случай на одной выставке. Кто-то из зрителей (оказалось, он сам скрипач) подметил: «Скрипач-то на вашей картине – левша». На одной из моих миниатюр скрипач действительно держал смычок левой рукой. Вот так проявляются издержки зеркального отображения. Всегда стараюсь прислушиваться к замечаниям и советам.
«Гузель Къырым» в миниатюрах, или Привет из Крыма
В 2015 году в Крымскотатарской библитотеке им. И. Гаспринского Зера Аблязисова презентовала общественности набор почтовых открыток «Гузель Къырым».— Идея выпустить набор открыток зрела довольно долго, года три. Это 10 открыток миникопий с моих картин на стекле. Проект стал возможен благодаря моральной и материальной поддержке очень близких и родных мне по духу людей. На мой взгляд, миниатюры по-особому зазвучали, когда к каждой появилось поэтическое сопровождение на крымскотатарском, русском и украинском языках. Художественным руководителем проекта является Мамут Чурлу, авторами стихотворений поэт, кандидат физико-математических наук Валерий Темненко, поэтессы Майе Абдулганиева и Ярина Мавка. Творческое содружество оказалось плодотворным. Общение с такими интересными личностями меня окрыляет, преисполняет новыми идеями. Восхищаюсь глубоко философскими произведениями В. Темненко, удивительно тонкой и проникновенной поэзией Майе Абдулганиевой. Хотелось бы, чтобы «Голос Крыма new» напомнил читателям запавшие мне в душу их строки:Пророк