Елена Жамбалова (Улан-Удэ), сборник стихотворений
руки, то в кольцах, то не в кольцах, чинь-чинь, озвучен мертвый пластик.
а мимо досвиданье-здрасте и думают, что мы пропойцы.
а мы беседуем часами, прифонаренные уютно,
но что-то ангелы поют нам такими злыми голосами.
Длинные столбы зелёной меди,
Два быка сияющих крылатых.
Улыбнись, прекрасная Геката,
Только чуда ждёт моё неведение.
Пусть закружат хороводы ведьмы,
Засвистят сквозь ледяные ветви
Страшные резиновые ветры,
Тонкие рубиновые смерти.
Тело бело и стоит на поле
Телу больно, но нездешней болью,
Красною сосновою корою
Лес стоит за всю меня горою.
Падает на всю меня горою.
Оттого ли нас огонь не греет.
Где-то на опушке тело зреет.
Гнет его бумагу в оригами,
И поет и плачет над снегами
Чья-то ненасытная веками
Ненависть, не бросившего камень.
И любовь, не бросившего камень.
чтоб не ругались мама с папой
я в бога начала молиться
и если батя трезвый добрый
спасибо господи тебе
а если батя злой и пьяный
прости я снова согрешила
и снова плачу на заборе
прости прости меня прости
когда деревья были выше
мне все хотелось дотянуться
но нифига не дотянулась
и до сих пор еще тянусь
не лазь сыночек по заборам
не повторяй моих ошибок
кто накосячил, тот и лезет
иди ка лучше поиграй
За три минуты сделайте три фонарика.
Как звали сына Марии и плотника?
Мы придумывали задания для алкашей и нариков
В ребцентре, в кабинете соцработника.
Соцработнице не до брейн-ринга, они со швеёй
Обсуждают беременность, всхлипывая в подсобке.
Юрка, мой кудрявый амиго, ое-ёй,
Мы-то с тобой здесь тоже не для массовки.
Кто нам-то с тобой посветит потом.
На нас тоже рассчитывай картон,
Иже еси на небеси.
И имя сына произнеси.
Это была республика ШКИД.
Лица ваши и голоса на мне, как на пленке.
В одно цветное, дрожащее сложенные.
"Что рисуешь? - Да внутреннего ребёнка.
- Ты дорисуй ему, пожалуйста, мороженое"
отец возвращается с колыма
летит апрельским голосом над чулымом
вернее их остатки
только отдам топор
и стоишь и смотришь ему в спину
Да что вы знаете про стыд?
накидаю языком простым.
Натыришь игрушек от киндеров
У городских братьев,
Запихаешь их в платья,
Ну, короче, с вещами пакет.
А дома сюрприз - там их нет!
И наступает лето.
Вся родня в гости,
А ты лежишь на задах огорода.
Не помнишь, как унесла ножки.
И рыдаешь в картошке.
это значит не лезь с добром.
Отстань уже от людей.
У тебя двор, курицы - живи двором,
Только вечером выпрямляйся,
Руки, расплескавшие два ведра.
Не надо никому твоего добра.
За предчувствием человека
Бормотание и морока.
Не смотри на меня, калеку,
Потому я кричу без звука,
Потому как ковыль, качаюсь
Потому что я здесь без друга
Вот дом. И руки даблвью.
И на пол, Юми, на пол, Ю.
Ми-8 пролетел, и мы
А на границу везли продукты.
Днями не смотришь в зеркало,
и как же здорово
обнаружить себя фарфоровой,
с полупрозрачными веками.
будем смола и брус
наше строится "понаехали".
Наверное, мне придётся идти за спичками.
От плиты керамической никак не загорится бумага
Снег хрум-хрум, руки чирк-чирк рукавичками,
Скрипит яблочная мякоть и влага
На всем, на всем. Потом прибежит собака,
Я ей брошу мои непропеченные боовы.
Сагалганаар, дорогая. Из нашего аймака
Ты для меня самый дорогой гость. Забегай снова.
никогда не хотела быть красивой бабой.
уж лучше быть бабою страшной.
бог любит меня - мечты сбываются,
каждое утро радуюсь у зеркала.
никогда не хотела быть умной бабою,
уж лучше тупить, тормозить, чушь нести.
бог любит меня - мечты сбываются.
траляля, привет, как дела, мммм. ой.
никогда не хотела быть бабой,
дружить с бабами,
спрашивать у баб: "какое пладзье надзенешь"?
и срочно переодеваться.
подходи, мужик, подходи, мужик.
давай дружить, только если ты мужик.
но ты снова баба.
увы, и - ты снова баба.
лучше б ты там осталась,
в теплом барачном детстве.
суп из пакета, гречка
было красиво, честно -
алое на небесном,
алое на небесном.
верно, что света много.
вот и пока ты плачешь
сын твой мизинцем трогает
разве ты их не любишь?
разве тебе здесь плохо?
алое на небесном
сердце твое, дуреха.
Гни шпангоуты, заводчанин,
Молотком отстучи смену.
Нам ли впадать в отчаяние
Лбом в гипсокартонную стену?
Я умею пельмени и борщ,
И троих детей. Третий тощ.
(Но рисует лучше старших
Космические удивительные пейзажи).
Иногда ты зубами скрипишь во сне,
Как будто валенки утопают в снег,
Я тогда глажу тебя по спине,
Тише, тише. А самой страшно.
Но потом, на аэродроме заводском нашем,
В день открытых дверей, теплою осенью,
Над нами летит серебряный Ми-8,
И мы всей семьёй ему машем.
Когда у меня спрашивают о чудесах,
Я вспоминаю не деда мороза,
не день свадьбы,
не получение диплома,
не призы за победу в конкурсах.
Я вспоминаю, как в шестом классе учительница сказала всем написать на бумажке имя,