Сегодня в сохранении имущества наиболее эффективна полиция охраны
Гость редакции — Сергей Будник, руководитель Департамента полиции охраны, генерал полиции третьего ранга. К сожалению, мы наблюдаем определенную тенденцию к росту напряженности в обществе, расширению зон правонарушений. Поэтому вполне понятен круг вопросов.
— Сергей Иванович, ваша служба несколько необычна для нас. Мы редко имеем с ней дело. Пожалуйста, расскажите вкратце, когда она была создана, каковы основные функции, задачи. — Службу создали в 1952-м, в этом году отметит 65-летие. Создавалась она как вневедомственная охрана. В 90-х годах после провозглашения Независимости Украины была сформирована Государственная служба охраны. Все это время служба работает на полной самоокупаемости, то есть никаких средств из государственного бюджета на ее содержание не выделяют. Сегодня полиция охраны состоит из более чем 196 территориальных подразделений, в которых проходят службу почти 11 тысяч полицейских и 10 тысяч наемных работников. Основная задача — это осуществление охраны, прежде всего стратегически важных как для безопасности, так и для экономики государства объектов. Это объекты нефтегазового комплекса, морские торговые порты, нефтегазовая энергетика, коммуникационные сети, передающие станции и др. Кроме того, значительная составляющая нашей работы — это охрана жилья с личным имуществом граждан. Сегодня около 200 тысяч жилых помещений — у нас под охраной. Для этого у нас в составе свыше 600 групп, работающих по территории государства, реагируя на все срабатывания охранной сигнализации. Также мы обеспечиваем выполнение отдельных функций, в частности, охрану мероприятий во время проведения внешнего независимого оценивания. — Неожиданно. И что же вы там делаете с детьми? — Мы полностью обеспечиваем пропускной режим, контроль вноса запрещенных предметов. У нас подписан приказ Министерства внутренних дел, Министерства образования и науки, зарегистрированный в Министерстве юстиции, по поводу инструкции о порядке пропускного режима на пункты тестирования. Мы работаем с центрами оценивания качества образования Украины в тесном контакте. Перед оцениванием, например, в этом году, как всегда, проводили совещание с вице-премьер-министром Украины В. Кириленко по поводу всех возникающих проблем. Основная задача — это, конечно, сохранение тестовых материалов. Потому что, к сожалению, в Интернете есть предложения предоставить тестовые задания с ответами за плату соответственно. Основная цель — чтобы тестовые задания раньше времени не получали эти, как мы говорим, мошеннические организации. Здесь мы довольно плодотворно сотрудничали с нашим Департаментом киберполиции, который отслеживает эти вопросы, и есть определенные наработки по тем, кто предлагал такие услуги. — Это в Центре ВНО есть люди, которые передают задания? — Нет, в центре оценивания такая система, что оттуда передать невозможно. — А где же они тогда берут эти вопросы ВНО, чтобы потом их продавать? — У мошенников, иначе не скажешь, система построена довольно серьезная, и в целостном виде ее видят определенные люди. Существовала большая угроза того, что уже во время раскрытия конвертов с заданиями могли снять копии и передать через Интернет, потом оперативно решить их и снова вернуть. Поэтому стояла задача — не допустить, чтобы на пункты тестирования пронесли мобильные телефоны, смартфоны. Уже пошла мода на часы, которые также позволяют считывать информацию. Имели место такие факты. Мы изымали «спецсредства» и передавали их представителям Центра оценивания качества образования, которые принимали решение в таких ситуациях. Фактически в этих случаях учеников не допускали к сдаче. — Рамки ставили? — Рамки ставили, использовали ручные металлодетекторы. Было серьезное количество пунктов оценивания — 700. Напряженный момент имел место 23 мая — в первый день тестирования — это был украинский язык и литература. Тестирование проходили 240 тысяч учеников. — Вы выявляете эти технические средства, а как их изымаете, это же частная собственность? — Наши работники являются работниками полиции, соответственно, имеют все предоставленные законом полномочия по поверхностному досмотру, изъятию запрещенных предметов. Соответствующие документы составляли. Дело не в том, что мы изымаем, мы выявляем и передаем представителям Центра оценивания качества образования, которые принимают решение: допускать ученика к тестированию или нет. То есть наша задача заключалась в том, чтобы не допустить пронесения. Мы с ней справились. — А вы охраняете школы, детские сады, учитывая общую напряженность в обществе? — Да, мы довольно плодотворно работаем с Киевской городской администрацией по этому вопросу. Во всех районах столицы провели тендеры по определению охранной структуры, которая будет устанавливать охранную сигнализацию — «тревожную кнопку». — Эти услуги оплачивает детский сад и школа или государство? — За это платило государство. По районам Киева проводили эти тендеры. Четыре района сегодня обеспечиваем охраной мы, а остальные — частные структуры. У нас на рынке сегодня присутствуют около 6 тысяч охранных структур. То есть выбор для юридических и физических лиц есть. — Вы также раскрываете уголовные, административные нарушения? Но вы ведь не следственный орган? У вас есть лицензии? — Нет, мы не следственный орган. Но мы, как представители полиции, имеем право задержать человека, составить протоколы по соответствующим статьям. Если кража — административные протоколы, если мы обнаруживаем и задерживаем на месте преступления человека, то вызываем следственно-оперативную группу полиции, которая занимается оформлением состава преступления, документирует уже совершенное преступление. Мы ежедневно задерживаем 20-25 злоумышленников. Это могут быть задержанные не только на тех объектах, которые мы охраняем. Мы как подразделение, составная часть Национальной полиции, работаем еще и на реагирование по линии «102». То есть очень часто выезжаем на сообщения о хулиганских действиях, на прекращение массовых беспорядков, работаем в том числе после разбойных нападений. В последнее время у нас есть много задержанных в связи с незаконным оборотом наркотиков, когда при поверхностном досмотре мы находим наркотики, вызываем следственно-оперативную группу, документируем и передаем соответствующим органам полиции. «Тревожные кнопки», о которых я упоминал, есть и в учебных заведениях, и в детских садах, и в общественных местах. Они обозначены соответствующей наклейкой, и это дает возможность любому гражданину при необходимости нажать кнопку. Сигнал мгновенно поступит на пульт централизованного наблюдения, а наш наряд быстро отреагирует и выедет на вызов, независимо от того, просто ли человек нуждается в помощи, или совершена кража либо нападение на какой-то объект. То есть человек, если видит такую наклейку, может зайти, нажать кнопку и на помощь гражданам приедет полиция. — У каждого из нас должна быть такая наклейка, нужно повесить ее на свою дверь. Это будет как охранная грамота? — На свою дверь нужна наклейка «Объект под охраной». 90 процентов грабителей, когда видят такую наклейку, не лезут в жилье. Иногда люди просят, и я даю им наклейки. Здесь есть наши телефоны, у нас работает бесплатный круглосуточный колл-центр с общим телефоном, только разные операторы, чтобы гражданам было удобнее. — Вы сказали, что полностью самоокупаемы. Какая часть поступлений наиболее значительная, откуда вы получаете больше всего средств? — Это, конечно, крупные субъекты хозяйствования. Например, от нефтегазового комплекса — это предприятия «Укргазвидобування», «Укрнафта», «Трансгаз», «Транснафта», нефтепроводы, газопроводы, продуктопроводы, конденсатопроводы. Это все мы охраняем — пункты переработки, накопления, морские торговые порты. Если говорить по Киеву — это серьезные объекты государственного значения: и государственные органы, и прокуратура, Банкнотно-монетный двор Национального банка Украины. С 2016 года мы обеспечиваем охрану всех объектов Национального банка в государстве. Это тоже довольно серьезная и ответственная работа. Кроме того — жилье граждан. Из почти 200 тысяч квартир и жилых помещений, которые мы охраняем, 50 тысяч — в Киеве. — Скажите, пожалуйста, ваши люди проходят какую-то специальную подготовку, как вы отбираете кадры? — Конечно, мы как орган полиции согласно Закону «О Национальной полиции» набираем людей по конкурсу. После прохождения соответствующего тестирования, зачета по физической подготовке полицейская комиссия рассматривает и принимает решение: рекомендует или нет взять на службу того или иного кандидата. После этого мы его назначаем на должность и отправляем в наши высшие профессиональные училища. Их у нас два — в Виннице и в Ривном, где они проходят первую частичную подготовку четыре месяца. После окончания получают соответствующие документы и уже приступают к самостоятельной службе. Кроме этого, каждые три года у нас повышение квалификации по направлениям. Если это, например, специальная группа реагирования — это одна система подготовки, если физическая охрана жилья или физическая охрана граждан — это другая программа. Есть программа по охране объектов, есть программа по техническому обеспечению. То есть каждые три года все сотрудники должны пройти повышение квалификации. Это же касается и наших наемных работников. Мы их берем на работу, направляем на обучение, учим с выдачей соответствующего документа, и только после этого допускаем к несению службы. — Вольнонаемные у вас потому, что не хватает профессионалов, или из-за высокой текучести кадров? — Нет, у нас невысокая текучесть кадров. За последние два года общее количество стабилизировалось. Я бы сказал, что это в пределах 20 тысяч человек в целом. Просто к работнику полиции требования несколько выше, чем к гражданскому. Соответственно не все могут пройти медкомиссию для работника полиции, не все могут тестирование пройти, а кто-то не желает работать полицейским, а хочет быть просто вольнонаемным охранником. Мы таких людей учим и направляем на службу. Довольно много людей у нас, в качестве первого этапа работы в органах полиции, и именно полиции охраны, идут через вольнонаемных — охранником поработают, потом смотрят, что к чему, и могут перейти работать полицейскими. Также каждого сотрудника изучает руководство: определяют, насколько человек готов работать. — А техническое обеспечение: автомобили, оружие, средства связи — вы самостоятельно покупаете? — Да. Мы все самостоятельно покупаем согласно проведенным тендерным предложениям через систему ProZorro. Как я и говорил, у нас полная самоокупаемость, никакого финансирования из бюджета нет. Стараемся постоянно обновлять техническое обеспечение. В ближайшее время собираемся приобрести около 100 автомобилей для наших подразделений. В прошлом году мы купили 150 автомобилей при общем количестве немногим более двух тысяч, используемых нами в служебной деятельности. Транспорт разный. Ведь мы также осуществляем сопровождение денежных средств, а для этого используются бронированные автомобили со специальной защитой. На вооружении наших сотрудников — огнестрельное оружие, короткоствольное и автоматическое. — А какая разница в зарплате того, кто работает у вас как полицейский, и вольнонаемного? Насколько я понимаю, полицейский получает также одежду, обувь, какой-то паек? — Охранник также получает одежду и обувь. Пайков нет. Только денежное обеспечение. У полицейского немного выше зарплата, и, кроме оклада, по должности он имеет специальное звание полиции, а за это существует определенная доплата, плюс еще выслуга лет, премия, работа в ночное время, в праздничные дни — все это оплачиваем согласно установленному порядку. У вольнонаемных оклад несколько ниже, соответственно, зарплата приблизительно на полторы-две тысячи гривен меньше, чем у аттестованного работника, то есть полицейского. Это опять-таки влияет на цену наших услуг. Если это полиция — немножко дороже, если это вольнонаемный работник, то дешевле. — Вы уже касались проблем с квартирными кражами. Скажите, пожалуйста, в последнее время их стало больше? — В 2016-м было в пределах 25—30 процентов именно по квартирным кражам, с проникновением в жилье. А за пять месяцев этого года показатели снизились на 20 процентов. Это связано с тем, что эффективность работы полиции в целом, не только полиции охраны, но и оперативных подразделений, уголовного розыска, патрульной полиции возросла. Количество зарегистрированных краж сократилось, а процент раскрытия этих преступлений увеличился. Если в 2016-м он был в пределах 5—7 процентов, то сегодня почти 36 процентов преступлений раскрываются. Это небольшой, но довольно существенный рост. — Какова ситуация с квартирами, которые вы охраняете? — У нас в этом году было зарегистрировано 149 фактов попытки проникновения именно в то жилье, которое мы охраняем. Ежедневно происходит 2-3 задержания. — То есть охрана, которую вы осуществляете, не всегда гарантирует 100-процентную защиту от воров? — 100-процентно гарантировать может лишь Господь Бог, но надежность нашей службы на сегодня — это 99,9 процента. К сожалению, есть проблема, связанная, например, с временем доезда. Не столько с самим доездом, сколько с тем, как долго преступник находится на объекте. Последнее ограбление произошло на улице Владимирской. Там преступники были одну минуту и тридцать восемь секунд. Конечно, за две минуты ни одна служба, если она не стоит рядом, не успеет. Бывает, что мы приезжаем довольно быстро, даже в пределах двух минут, и пресекаем эти правонарушения. В прошлом году было несколько краж, скажем так, «с выдумкой». Преступники знали, что в районном центре — лишь одна наша группа реагирования. Они приехали к объекту одного из банков, который у нас под охраной, открыли окна, имитировали проникновение. Наш наряд из центра зоны, где он стоит, отреагировал на это. Когда приехали, увидели обман. В тот момент поступил сигнал из другой части города, где грабили ювелирный магазин. Соответственно наши помчались туда, а по дороге разбросаны «ежи»: маленькие, острые, пробили два колеса в автомобиле. Поменяли колеса, прилетают, а воры разбили стекло, залезли в окно, прицепили тросом сейф к автомобилю, вытащили его вместе с окном, забросили сейф в машину и уехали. — И не нашли? — Не нашли. Этот случай произошел в прошлом году в Николаевской области, такой же был в Черкасской. И там почти задержали преступников, но они протаранили машину и скрылись, а наше авто из-за повреждений не смогло продолжать преследование. И их тоже пока не нашли. Много задерживаем сегодня. Теперь воры работают группами. Не просто идут в первую попавшуюся квартиру, а присматриваются, изучают образ жизни, то есть отслеживают. — В связи с этим вопрос: как вы определяете пункт дислокации и соотношение количества объектов под охраной и пунктов дислокации? — Во-первых, мы составляем карту, отмечаем, анализируем, где и какие объекты и жилье граждан у нас под охраной, и, соответственно, там определяем центры зон, откуда в кратчайший срок можно добраться до основного количества необходимых нам объектов. Там, где у нас есть определенные расстояния до зоны реагирования, объекты, более отдаленные от центра зоны, мы в договоре обязательно прописываем время доезда. Сегодня есть довольно серьезная тенденция: жители, например, коттеджного городка обращаются к нам с просьбой, чтобы группа реагирования была в их городке и чтобы она обеспечивала реагирование в кратчайшие сроки. Мы максимально идем навстречу, максимально определяемся по поводу цены, по поводу объектов, самого предмета охраны, сколько людей нужно. Если это мобильные группы, автомобиль, то три сотрудника должны работать круглосуточно. Это стоит определенных денег, чтобы было рентабельно. Мы предлагаем гражданам, и если они согласны, то такие группы выставляем, и они работают исключительно на этот микрорайон или коттеджный городок. Также сегодня довольно плодотворно начинаем сотрудничать с городскими, сельскими громадами, где в органах местного самоуправления тоже есть определенные средства, которые они могут направлять на безопасность своих территорий, на обеспечение общественного порядка. Мы заключаем соглашения, обеспечиваем патрулирование, не только реагирование на объекты, которые находятся непосредственно в зоне действия, но и охрану общественного порядка на этой территории. — Куда в основном идут красть: в банки, элитные магазины или в квартиры? — К сожалению, сегодня есть специализация — тот, кто идет и грабит банки или магазины, не полезет в квартиры. И, к сожалению, ныне довольно много преступлений по банкоматам. Последнее совершили во Львовской области. В больнице в банкомат «ПриватБанка» заложили взрывчатку, которая разнесла банкомат. Быстро отреагировав, почти через минуту прибыли на место, но не успели задержать преступников. Они скрылись, забрав немало денег, много наличных разбросало взрывом. Приблизительно три месяца назад так же взорвался банкомат в Сумах. Наш наряд выехал своевременно и задержал нарушителей. К сожалению, при этом ранили нашего работника. Злоумышленник тоже был ранен, но его задержали. И, как выяснилось, это у него уже не первый банкомат. В его отношении открыто уголовное производство. А наш работник выздоравливает, сейчас он проходит реабилитацию. — Теперь квартирные воры, наверное, не такие, как 20—30 лет назад? Они уже вооружены, оказывают сопротивление полиции при задержании. — Существует такая общая тенденция. Совершают нападения на объекты под охраной, на жилье, когда там люди. Последний случай был в Киеве в селе Чапаевка: преступники зашли в дом, связали детей хозяев, забрали ценности и уехали. Хозяева зашли в дом, увидели это и нажали кнопку. Конечно, когда наш наряд приехал, уже никого там не было. И такое случается, к сожалению, довольно часто. Мы предлагаем, когда устанавливаем сигнализацию, в обязательном порядке ставить и «тревожную кнопку», ее можно замаскировать и при необходимости сразу нажимать, чтобы мы могли мгновенно среагировать. Или мы, или другая охранная компания. Как я говорил, их на рынке сегодня много, и они так же реагируют на вызовы. — Идеального варианта охраны не существует, но какие-то рекомендации, которые могут помочь максимально обезопасить, как минимум, свое жилье, есть? — У нас, к сожалению, люди рассказывают в социальных сетях, что купили, например шубу норковую, новый гаджет, а через неделю пишут, что едут отдыхать на Канарские острова. Воры отслеживают такие моменты. Поэтому, если у вас есть необходимость поделиться своими приобретениями и эмоциями, лучше это сделать дома, а не в Интернете. Также важный фактор — добрососедские отношения. Все понимают: если у вас дружеские отношения с соседями, то они всегда присмотрят за вашим жильем, придут полить цветы, свет включат, почту заберут, какое-то белье повесят на балконе, чтобы чувствовалось присутствие людей. Нужно установить нормальные двери как минимум с двумя замками разных систем. Замков, которые бы обезопасили на 100 процентов, не существует, просто есть надежные замки, и чтобы их открыть, нужно больше времени. И чем больше его нужно, тем больше шансов, что преступник откажется от своих намерений или будет замечен другими людьми, которые проинформируют полицию или иным образом помешают совершить это правонарушение. Конечно, это окна-двери, также есть первый-второй и последние этажи, где прямо через балкон или форточку проникают в помещения. И завершает этот комплекс, конечно, охранная сигнализация, которая позволяет сегодня иметь техническую охрану. — Сколько стоит в среднем такая охранная сигнализация? — Охранная сигнализация — минимальный пакет — это 7 тысяч 500 грн. — Это установка? — Установка, оборудование и работы по монтажу этого оборудования. Абонплата в месяц составляет от 180 гривен и более. Кто сколько зон контроля устанавливает. Минимально это могут быть двери, один датчик движения и разбитое стекло. Если это первый, второй, последний этажи — мы рекомендуем в каждой комнате устанавливать такие датчики, это увеличивает зоны охраны. Можно сдавать под охрану, даже находясь в помещении. Потому что, к сожалению, бывают случаи, когда проникают в дом, где есть люди. — Трагедия в Княжичах. Ваши были там задействованы? — Да. Там два наших работника погибли. — И что на сегодняшний день? — Уголовное производство ведет Генеральная прокуратура. Пока мы не получили никаких новых данных. С моей точки зрения, это было чрезвычайное происшествие, трагическое стечение обстоятельств. — Ныне в обществе очень активно анонсируется вопрос свободного оборота оружия. Ваше личное отношение к этому? — Один из упреков частных охранных структур в адрес полиции охраны — то, что мы имеем право на оружие огнестрельное, короткоствольное и даже на автоматическое, а они не имеют. Именно они хотят свободного владения оружием. Мое мнение таково: общество, к сожалению, еще не готово к свободному обороту оружия. Как ни досадно, но сегодня свободно можно приобрести медицинскую справку, которая дает право на владение оружием. Сегодня каждый гражданин, в принципе, если есть желание, может получить гладкоствольное оружие, нарезное охотничье. Я думаю, этого достаточно, чтобы защитить свое жилье. Кроме того, определенные категории граждан имеют право на устройства отечественного производства с резиновыми пулями — это журналисты, работники правоохранительных органов, государственные служащие, лица, в отношении которых принимают меры по защите свидетелей или участников уголовного судопроизводства. Мое мнение: необходимо подготовить общество к свободному обороту оружия. Построить систему четкого медицинского контроля психологического, медицинского состояния гражданина, его способности контролировать свои эмоции и действия в случае возникновения, скажем, критической ситуации с применением оружия. Должен быть механизм обучения. Сомневаюсь, что наши граждане, которые приобретут это оружие, раз в месяц или в две недели будут ездить в тир и совершенствовать свои навыки. Есть очень много моментов, которые необходимо урегулировать. Кстати, наличие огнестрельного оружия делает его владельца объектом нападения. У преступников есть соблазн завладеть чьим-то оружием и применить его. — Многие народные депутаты пользуются вашими услугами? — Нет, не многие. У нас под личной охраной около 380 человек. — А кто платит за это? — Каждый платит лично, или их предприятия, или юридические лица. В принципе мы можем заключить договор как с физическим лицом, так и с юридическим на охрану менеджмента или руководителей. — Скажите, пожалуйста, вы проводите соревнования между охранными структурами? — Вы знаете, довольно интересный вопрос. Я — президент Федерации охранников Украины. У нас есть такая национальная федерация, и есть международная федерация, которую возглавляет руководитель УГО, глава бывшей «девятки». И мы каждый год проводим чемпионат Украины, чемпионат Европы, чемпионат мира. Чемпионат Украины был в мае в Черновцах, его третий год подряд выигрывает команда нашего подразделения. Управление по физической безопасности города Киева. На чемпионате мира в прошлом году наши стали вторыми. В нем принимали участие 25 команд, из них пять — зарубежные. — Планируется пенсионная реформа, которой предусмотрено, что не будет досрочного выхода на пенсию. Это повлияло на отставки ваших людей? — На сегодняшний день мы не наблюдаем массововго выхода на пенсию работников. Насколько я понимаю, реформа не коснется обеспечения военных. Работники правоохранительных органов подпадают под действие закона о пенсионном обеспечении военнослужащих и некоторых других лиц. Они — третий этап пенсионной реформы. Очевидно, поэтому не наблюдаем оттока наших сотрудников. Думаю, надо подходить довольно взвешенно. Я не вижу большой проблемы в том, чтобы наши люди находились на службе более 20-25 лет. Я совсем не понимаю ситуацию, когда мужчина в 45 идет на пенсию. Право такое есть, но это не совсем правильно: государство вкладывало средства, государство его воспитывало, учило, и в таком расцвете сил, когда может для государства принести пользу, он оставляет службу. Это не совсем правильно. И если говорить о загранице в целом, то там полицейские — это гражданская организация, а не так, как у нас, военизированная, там, помимо того, что у полицейского есть социальный пакет, денежное и прочее обеспечение, он также имеет право служить до 60 и 65 лет. У нас тот же полицейский, который отработал сутки, потом получает двое суток свободного времени. И что ему мешает взять молоток и пойти в кузницу, что-то там выковать? Это ведь не входит в основную деятельность. У нас, к сожалению, в одной из областей составили протокол о коррупции на охранника, не на полицейского, где-то в селе ковавшего подкову. И он заработал там какую-то тысячу гривен, а ему написали протокол о коррупции. Глупость. — Охрана образовательных заведений. «Тревожная кнопка» обычно расположена в кабинете директора. Есть ли доступ для большего количества людей? — Мы стараемся, чтобы был более широкий доступ. Но дети любят поиграть, и потому, с одной стороны, надо дать более широкий доступ, а с другой — обезопасить от ошибочных срабатываний. К тому же, в большинстве школ есть физическая охрана, а у охранников — брелки радиокнопок. — А какова статистика проникновения преступлений в школы? Драки, наркотики? — Нет, такой статистики нет. Чаще это приход в учебное заведение посторонних лиц. В связи с этим довольно часто нас вызывают. — Есть статистика по наркотикам? — В последнее время довольно серьезно реорганизованы подразделения полиции по противодействию незаконному обороту наркотиков. Надо понимать, что в подразделениях противодействия наркопреступности было довольно много коррупционных проявлений. Во избежание этого заместителями руководителей областных управлений назначили представителей внутренней безопасности. На сегодняшний день эти подразделения серьезно работают. Выявлены 12,5 тысячи уголовных правонарушений в сфере незаконного оборота, что на 38 процентов больше, чем в прошлом году за такой же период. — Это в заведениях сферы образования? — Это в целом. — Скажите, пожалуйста, работаете ли вы с садовыми обществами? С дачными кооперативами? — К сожалению, это не массово. Чаще там устанавливают охранную сигнализацию, и, соответственно, мы реагируем. Предлагаем свои услуги к комплексной защите, опять-таки с присутствием нашей группы реагирования, и тому подобное. Но, как я сказал, это по расчетам. Стоимость группы реагирования в месяц — в пределах 110 тысяч гривен. Так что если в этом кооперативе есть такая сумма, пожалуйста, мы можем обеспечить присутствие. Вообще мы стараемся широко предлагать свои услуги: устанавливаем сигнализацию. Сегодня есть возможность установить даже видеонадзор и различные системы, которые будут блокировать помещение, например, включать или выключать свет, получать сигнал о срабатывании на мобильный телефон и т. п. Существует большой комплекс услуг, но, опять же, все это по желанию заказчика. — Скажите, пожалуйста, а кроме оружия, каковы еще преимущества государственной структуры? — Я уже говорил — это полномочия. Мы имеем все полномочия полиции по задержанию лица, составлению протоколов, доставке в соответствующие подразделения. Кроме того, у нас наиболее широкая сеть, это более шестисот групп реагирования. Обученный персонал, многолетний опыт и четкое взаимодействие с подразделениями полиции, что позволяет наиболее эффективно обеспечивать охрану. Мы также работаем с частными охранными структурами, когда реагируем на их тревожные сообщения. Возникает какая-то конфликтная ситуация или задерживают гражданина, укравшего что-то. Они вызывают нас. — Вы говорите, что есть много охранных частных фирм. Но у них нет такого материально-технического оборудования. Да и вооружение у них на уровне любительского. Мы были свидетелями того, что частные охранники, например, в супермаркетах, не способны предотвратить преступные действия или превышают свои полномочия. Это, в частности, связано с тем, что они не имеют достаточно правовых рычагов по сравнению с вашей службой. Тогда какой смысл нанимать частную охрану, если в итоге они обращаются к вам за помощью. Проще заключить соглашение сразу с вашей службой. — Это же предложение, кто что хочет, то и выбирает. Но я говорю, что сегодня наиболее эффективна полиция охраны, никто не может сравниться по количеству групп реагирования, полномочиям, качеству предоставления услуг. Конкурентов у нас нет.