Главенствующая роль Александра I в разгроме войск Наполеона
Чему и как учили российских школьников на уроках истории по Отечественной войне 1812 г. и участии русской армии в заграничном походе 1813-1814 г.г. Фальсификации с подачи фонда Сороса при Борисе Ельцине.
Сравнивая потери французской и русской армии, а так же фактическое количество наполеоновских солдат, принявших непосредственное участие в Бородинском сражении, был крайне удивлен некоторыми не стыковками. Хорошо известно с дореволюционных источников, что французская объединенная армия перешла границы России в июне 1812 года в составе «606 тысяч солдат и офицеров при 1700 орудий, не считая тыловых подразделений». И это не считая польской армии под командованием польского генерала Политковского, которая насчитывала до 100 тысяч поляков, которая сразу без боя перешла на сторону Наполеона.
За два с лишним месяца неприятель покрыл расстояние от Гродно до Бородино. При этом, русская армия под командованием военного министра Барклая де-Толли только однажды дала трехдневный бой французам под Смоленском и то для того, чтобы соединить воедино три своих армии. До Смоленска три армии отступали порознь. Таким образом, общая численность русской армии на тот момент при отступлении доходила до 210-и тысяч солдат. Сравнивая их по численности, мы видим, что французская армия превосходила более чем в три раза русскую армию. Эти цифры зафиксированы в истории, и их оспорить невозможно.
Под Смоленском, обороняясь на укрепленных валах, наша армия потеряла до десяти тысяч солдат. А неприятель, пытаясь сходу взять наши укрепления, потерял в три раза больше, где-то до тридцати тысяч солдат. Эти цифры не противоречат военной азбуке, согласно которой наступающие войска теряют, как правило, в три раза больше, чем обороняющиеся. Перед отступлением, чтобы задержать наступление еще на два дня был взорван мост. С другой стороны, согласно манифеста Александра 1, к Бородино подошло подкрепление по разным оценкам от 60 до 90 тысяч ополченцев. Чтобы рыть окопы, валы, укреплять позиции, выносить раненых с поля боя, подносить снаряды и подвозить еду. Это, по сути, вспомогательные войска. И их так же необходимо учитывать. Получив дополнительно вооружение с Тульских и других оружейных заводов, ополченцы составили грозную силу. И их равномерно распределили по полкам и дивизиям, учитывая принцип землячества. Ополченцы подошли со своими топорами, вилами и охотничьими ружьями…
С другой стороны, хорошо известно, что в сражении при Бородино приняли участие не менее 70 генералов французской армии и 47 русских генералов. С учетом укомплектованных дивизий можно вполне точно посчитать, сколько солдат на самом деле приняло участие в сражении с обеих сторон. Так как в среднем на одного генерала приходится до шести тысяч солдат. Перемножив, получаем. 70 на 6 = 420 тысяч – французская армия. И 47 на 6 = 282 тысячи – русская армия. Так как численность регулярной русской армии нам хорошо известна -210 тысяч солдат. То на ополчение остается где-то 72 тысячи, что не противоречит приблизительным данным по ополчению на Бородинском сражении.
Первые два дня французы нащупывали слабые места в обороне русских. И ждали подкрепление, растянувшиеся от Смоленска до Бородино, т.к. даже малоподвижные французские войска прошли уже тлеющий в развалинах Смоленск. До 180 тысяч французской армии растянулось на пути следования к Москве.
Вспомним строчку поэта. «Два дня мы были в перестрелке. Что толку в этакой безделке. Мы ждали третий день»… Французы метким огнем артиллерии как легкой, так и тяжелой за эти два дня выкосили ни менее пяти тысяч наших солдат. Наши же войска экономили снаряды, изрядно потратив боезапас под Смоленском. И отвечали огнем в крайней необходимости.
Но что мы читаем в различных французских источниках? Оказывается, при Бородино с французской стороны приняло участие только от 130 до 190 тысяч солдат. А где же тогда остальные четыреста с лишним тысяч? Неужели все остались сопровождать обозы? Не много ли? Покидая пылающую Москву, Наполеон в гневе лично сжег весь свой военный архив, чтобы о его истинных потерях никогда уже не узнала история. Он пошел на Россию, покорив 12 народов. И в его объединенной армии под его знаменами сражались немцы, австрийцы, итальянцы, испанцы, шведы и другие народы. Даже польский корпус яростно атаковал батарею Раевского. И почти полностью был истреблен русскими. А это несколько десятков тысяч поляков. И Наполеон в числе немногих французских маршалов и генералов отметил и польского генерала Политковского. Просто при оценке своих потерь Наполеон бессовестно вычеркнул потери всех сателлитов, считая их просто пушечным мясом. И в своих сводках оставил чисто французов. И мы никогда точно уже не узнаем, сколько в Бородинском сражении полегло немцев, австрийцев, итальянцев, испанцев, шведов, поляков и других народов под знаменами Наполеона. Но любой хороший аналитик скажет, что сравнительно точные потери можно посчитать и по-другому. Количество убитых французских генералов в 2 раза превышает наши генеральские потери — 49 против 23 у нас. Следовательно, и потери французов примерно такие же в соотношении с нашими. И если наши потери по разным источникам колеблются от 40 до 58 тысяч (от не восполнимых до частично восполнимых), то и потери французов надо оценивать от 80 до 116 тысяч солдат, включая не только французов, но и солдат тех народов, которые шли на Москву под знаменами Наполеона. И которые Наполеон кидал в бой как в топку, жалея свою гвардию, как боевой и решающий резерв.
А высказывания Наполеона подчас удивляют историков своей противоречивостью. К примеру, сразу после Бородинского сражения он произнес такие крылатые слова.
«Из всех моих сражений самое ужасное под Москвой. Французы в нем показали себя достойными одержать победу, а русские стяжали право быть непобедимыми. Из пятидесяти сражений, мною данных, в битве под Москвой выказано французами наиболее доблести и одержан наименьший успех».
Но спустя пять лет, плененный Наполеон произнес совсем другое об этой битве. «С восьмидесяти тысячной армией я устремился на русских, состоящих в 250 тысяч вооруженных до зубов, и разбил их». Видно крепко к этому времени англичане потравили его мышьяком, что он стал нести откровенный бред.
Вот теперь настала пора критически отнестись к тому, какие потери сами французы определили при Бородино. Цифры, прямо скажем, удивляют. От 30 до 42-х тысяч солдат, т.е. меньше чем у русской армии (по разным французским источникам). Хотя, если считать, что это только французы, то можно и согласиться. Следовательно, до 80 тысяч погибших, это воины стран сателлитов, покоренных Наполеоном в Европе (12 народов). На просторах России Наполеон оставил навечно лежать половину своей «великой» армии, где-то порядка 330 000 солдат и офицеров (Смоленск, Бородино, Малоярославец, Красное, Березино, Вильна, а так же погибших от ран, мороза и голода). Треть этих общих потерь он оставил при генеральном сражении под Бородино, т.е. более 100 тысяч солдат, включая солдат этих покоренных народов. Здесь опять применяется принцип военной стратегии, когда наступающие войска теряют в среднем в 3 раза больше солдат, чем обороняющиеся. Но ни как не 30-40 тысяч солдат, как нас пытаются убедить французские и западные (американские) историки.
Тема Отечественной войны 1812 года для меня особая. Работая над историческим исследованием «Александр Благословенный – святой старец Феодор Томский». Я проработал по жизни и царствованию Александра Благословенного более 20 томов: 4 тома Шильдера, 6 томов Богдановича, 7 томов Михайловского — Данилевского, 2 тома Галактионова и еще кое-что по мелочи. И высказывания современных историков меня подчас удивляют своим цинизмом. Чтобы не быть голословным, приведу конкретный пример. Возьмем учебник «Новая история» за 8-й класс. Год издания 2000-й! Автор учебника А.А.Кредер. Открываем главу 2, параграф 5 «Поход в Россию и гибель «великой армии». Военные действия в Европе». (стр.52-56). Процитирую то, что меня возмутило.
«Наполеон решил начать войну с Россией, потому что Александр 1 не выполнил условий Тильзитского мира… Для похода в Россию Наполеон собрал 448 тысячную «великую армию»… Разрозненные в начале войны русские армии разбить по одиночке не удалось, они отступили и соединились в Смоленске… Через Березину переправилось всего 20 тысяч солдат и офицеров… Весной 1813 года возникла еще одна антифранцузская коалиция в составе России, Англии, Швеции, Пруссии, Португалии и Испании… К осени 1813 года союзники собрали миллионное войско… Союзные войска обладали решающим превосходством в артиллерии… В генеральном сражении под Лейпцигом 16-19 октября 1813 года, названное современниками «битвой народов», 190 – тысячам французов с 700 орудиями противостояло 300-тысячное союзное войско с 1370 орудиями…
За 4 дня кровопролитных боев французы потеряли 60 тысяч, а союзники – 80 тысяч солдат. В январе 1814 года войска союзников вступили во Францию. Наполеон отверг предложение о заключении мира на условиях сохранения его трона и империи в границах 1801 г. Его армия, находясь в численном меньшинстве, нанесла противнику несколько поражений… В результате измены 31 марта 1814 г. союзники заняли Париж… Овеянное славой трехцветное знамя французов было заменено белым дореволюционным»… И ни слова об Александре Благословенном, как полководце союзной армии в заграничном походе против Наполеона. Здесь все, что выделено – это беспардонная ложь!
Наполеон начал войну с Россией, т.к. стремился к мировому господству. «Не выполнение Тильзитского мира со стороны Александра I » — не причина, а повод. Выполни Александр1 этот договор, Наполеон все равно, найдя другой повод, пошел бы на Россию, т.к. политика его была захватнической и сам он, кстати, так же нарушил этот «договор», но в другом пункте.
На самом деле границы России под знаменами Франции перешло более 600 тысяч. А 448 тысяч было в великой армии только французов. Остальные, порядка 200-тысяч солдат и офицеров – это войска покоренных государств (12 народов). «Великая армия была доведена до состава 606 000 человек при 1700 орудиях, не считая тыловых подразделений…»
Под Смоленском наши армии не только соединились, но и дали бой французам. «Три дня — 4-го, 5-го и 6-го августа шел под Смоленском жестокий и неравный бой…»
Через Березину переправилось не 20 тысяч французов, а свыше 300 тысяч солдат. 20 тысяч при отступлении переправилось только в последний день и только французов. И переправа продолжалась 2 недели непрерывно днем и ночью. Взорван был только один мост из трех.
Автор учебника пишет, что весной 1813 г. «возникла еще одна антифранцузская коалиция»… А разве до этого была еще какая-то?
К осени 1813 г. союзники не смогли собрать даже полмиллиона солдат. О каком миллионном войске пишет «историк»? «Ко времени открытия осенней компании союзники разделили свои силы на три армии: 1.Главная (Богемская), в 237 000 при 764 орудиях состояла под начальством австрийского фельдмаршала князя Шварценберга; 2.Силезская армия, в 99500 при 340 орудиях состояла под начальством Блюхера; 3.Северная, в 155500 при 359 орудиях (и отдельный корпус Вальмадена на нижней Эльбе – 28000 при 62 орудиях), находилась под начальством наследного принца Карла-Иоанна… Всего в составе союзных действующих армий находилось 492000 при 1383 орудиях». Вот такой Союзной армией командовал Александр Благословенный осенью 1813 г.! «Почти 200 000 солдат при 700 орудиях – такова численность русской армии в составе союзной армии» (Шильдер, т.3, с159).
«Действующая французская армия ко времени военных действий после перемирия считала в своих рядах до 440 000 при 1200 орудиях». (с.160) И где здесь решающее превосходство в артиллерии? (1383 против 1200).
И все эти войска как союзные, так и французские, приняли участие в «битве народов» под Лейпцигом. Просто одни были в резерве или в засаде в 1-й день сражения, другие отошли назад для переформирования, чтобы участвовать в сражении в 3-й последний день, т.к. 5октября не было произведено ни одного выстрела, ни с той, ни с другой стороны. Войска готовились к решающему штурму. А эти численность и орудия были взяты лишь по 1-му дню сражения 4октября. Сражение продолжалось только три дня, а не четыре, как утверждает автор учебника.
По потерям опять ложь. «В союзных войсках в трехдневном Лейпцигском сражении выбыло из строя 50 000 солдат (22 000 русских, 16 000 пруссаков, 12 000 австрийцев и 300 шведов)». «Благодарение всевышнему, — писал Александр1 графу Салтыкову из Лейпцига, — с душевным удовольствием извещаю ваше сиятельство, что победа совершенная. Битвы продолжались 4,6,7 числа. До 300 пушек, 22 генерала и до 37 000 пленных досталось победителям. Всемогущий один всем руководствовал»…
Не «в результате измены союзники заняли Париж», а в результате кровопролитного сражения. «Успех под Парижем был куплен дорогой ценой; союзники потеряли в день сражения 18 марта 1814 г. 8400 человек, в том числе 6 000 русских…» Наполеон Париж не оборонял, доверив оборону своему брату Иосифу и выделив для обороны всего около 40 000 солдат и 154 орудия.
Наполеон не отвергал предложения о мире в январе 1814 г., т.к. этого предложения не было и не могло быть в принципе. Ведь Александр1 еще при живом Кутузове твердо решил дойти до Парижа, заставить Наполеона отречься от престола. Французская армия не нанесла ни одного поражения союзникам. Это так же бессовестная ложь. Были лишь незначительные вооруженные стычки, где французы изредка одерживали верх.
Во время заграничного похода два сражения проиграла только русская армия сразу после смерти Кутузова в апреле 1813 г. – под Люценом и Бауценом. Союзная армия не выиграла только одно сражение под Дрезденом. Отступила, но и не проиграла его. Остальные сражения выиграла с блеском. Это, кроме «Битвы народов», двухдневный бой под Кульмой, Двухдневное Арсисское сражение, бой у Фер-Шампенуаза, где Александр1 «атаковал французов впереди конницы без поддержания пехоты». Плененный генерал Пакто не поверил, что перед ним русский император, сказав при этом: «Это невозможно!- отвечал он. Ваш государь, верно, не пойдет лично в атаку с одною конницей!» И наконец, сражение за взятие Парижа.
Таким образом, на 4-х страницах учебника, где половину занимают картинки, свыше 10 грубых и лживых утверждений. А ведь учебник прошел успешно аттестацию, как самый удачный. Комиссия известных историков утвердила его, как отвечающий духу времени. Кстати, Александр Благословенный, как командующий союзной армией, наградил себя только медалью «В память Отечественной войны 1812 г.». 26 боевых наград он получил от государств Союзной армии. Был, правда, на его груди с 1805 г. (Аустерлицкое сражение) орден Св.Георгия 4ст. – самый не престижный из всех орденов Св.Георгия. Когда автор учебника вещает про «овеянное славой трехцветное знамя французов…», то становится понятным, почему он так исказил заграничный поход русских против Наполеона.
Для него Наполеон – кумир, великий полководец. А для всех русских это военный преступник, сравнимый с Гитлером. И тот и другой поработили Европу. И в процентном отношении от всего населения нанесли Европе и России приблизительно такой же ущерб. За все сражения с Наполеоном русские потеряли более ста тысяч солдат и офицеров, не считая мирных жителей. Европа потеряла больше. И сама Франция где-то столько же сотен тысяч человек. В результате суммарные потери от всех войн с Наполеоном – несколько сотен тысяч человек, включая мирное население. А ведь в России тогда проживало чуть более 30 миллионов человек! И не понятно, почему Отечественную войну 1812г. не назвали частью 1-й мировой 1805-1814 г.г. Ведь Наполеон, покорив 12 народов (практически всю Европу), пошел на Россию. Ее в это время формально, на бумаге, поддерживала Англия. А когда Наполеон отступал, то его добивали кроме русских все эти народы под руководством русского царя.
P.S. С подачи фонда Сороса и США интенсивно фальсифицируется мировая история. Большой % молодежи в США и в Японии считает, что это СССР сбросил 2 атомные бомбы на города Японии. В учебниках этих стран для школьников и молодежи имеется такая информация. «В начале августа 1945 г. СССР напала на Японию. А через несколько дней были сброшены на Японию 2 атомные бомбы…» И умалчивается, какое государство конкретно их сбросило. И молодежь думает, что раз СССР – это «империя зла», а США – это образцовое демократическое государство, то именно СССР и применило ядерное оружие против мирных жителей. А последователи фашистов и бандеровцев – это «патриоты Украины, которые борются за единство Украины против России»…
Или другой яркий пример по фальсификации истории. В учебниках по истории, правда, не во всех, во времена шальных 90-х имеется такая забавная информация. Оказывается, битва при Ватерлоо была решающим и генеральным сражением в войне с Наполеоном, а не как не финальным. А правдивая информация здесь совсем другая. Английский генерал Вильсон убедил Александра Благословенного сослать Наполеона на один из островов Англии, дескать, так будет надежнее. Для охраны одного пленника выделили внушительную охрану. Но ему непонятным образом, вероятно, при тайной помощи самих англичан удается покинуть остров. На материке он быстро собирает свою гвардию. Европа опять в волнении. Христианский «Священный Союз» под руководством Александра Благословенного обязуется выделить для войны с Наполеоном до 800 тыс. солдат, по 200 тысяч от каждой державы – России, Германии, Австрии и Англии. Австрия особо не торопится, а Россия не успевает, ее армия на подходе, 167 тысяч солдат под командованием Барклая де-Толли успела только в июне 1815 года перейти границу Франции.
Под Ватерлоо немцы и англичане вступают в сражение с войском Наполеона. Англичане под натиском отступают, но с тыла заходит кавалерия Блюхера. И резерв Наполеона вроде как специально запоздал. И это решило исход сражения. Английский генерал Веллингтон со своей армией избежал поражения благодаря активным действиям армии прусского генерала Блюхера, но англичане незаслуженно приписывают эту победу себе… И по масштабу боевых действий это сражение ни в какое сравнение не идет с Бородинским или с «Битвой народов» под Лейпцигом. Поэтому считать это сражение генеральным и решающим не серьезно в принципе…
А окончательно спровоцировал Наполеона идти против России польский генерал Сокольницкий. 10.04.1812 г. он отослал Наполеону свой объемный труд (150 стр.) «Способы избавления Европы от влияния России и Англии». Идея – расчленить Россию на основе межнациональных конфликтов. Россия именовалась «империей тьмы», а Франция – «империей света». Сокольницкий обещал выставить против России до 100 тыс. польских солдат. После разгрома России Польшу рекомендовалось называть «Наполеонидой» и под ее владения должны были отойти земли Российской империи – Белоруссия, Прибалтика, Украина и Молдавия…Информация хранилась во французском архиве и рассекречена в 2012 г. через 200 лет… Но польский план Сокольницкого провалился и польский корпус Политковского был истреблен на Кургановой высоте (батареи Раевского), которую обороняли два корпуса – 7-й – Раевского и 6-й – Дохтурова… (в составе этого корпуса воевала 24-я дивизия генерала П.Г.Лихачева, а в составе этой дивизии и воевал 39-й томский пехотный полк – более 3 тысяч солдат, который постоянно пополнялся взамен погибших из числа призванных по Томской губернии).
Или, вот по телепрограмме Звезда идет передача по Сталинградской битве, кодовое название Уран с ведущим А.Соколовым. Якобы ее разрабатывали только трое – Василевский, Жуков и Сталин. А фактически ее разрабатывал только маршал Борис Михайлович Шапошников, а эти трое у него были лишь на подхвате. Сталин как координатор, а Жуков и Василевский как исполнители. При этом Жукову отводилась отвлекающая роль. Да и все другие, так называемые Сталинские удары (Гроза, Марс, Уран, Багратион и другие; их более 12) разрабатывал он в строжайшей секретности. За первую – взятие непреступной линии Менергейма ему было присвоено звание маршала еще до войны с фашистами. Правда, в начале, серьезно подпортил «маршал» Ворошилов, убедив Сталина, что финнов он одолеет лишь войсками Ленинградского округа, и без всяких штабных разработок, неоправданно загубив при этом более 100 тысяч бойцов. Тот самый, маршал Шапошников, который категорически отказался от награждения званием Герой Советского Союза за разработку контрнаступления под Москвой, мотивируя тем, что на фронте в окопах он не сражался…
Тот самый маршал, которого более всего опасался перед войной фашистский Генштаб. Тот самый, который сменил Жукова на посту начальника Генштаба, пока не исправил катастрофическое положение на фронте, с июля 1941 по 1942 г., передав потом дела своему лучшему ученику Василевскому. Тот самый, который единственный из высшего военного руководства искренне верил в Бога открыто. Тот самый, который руководил Генштабом задолго до войны, после смерти Фрунзе. Тот самый, который руководил обеими военными академиями, воспитав плеяду прославленных полководцев. Тот самый, который революцию встретил полковником царской армии, с отличием окончив Николаевскую академию Генштаба. Тот самый, которого по праву можно назвать маршалом Победы, кто был «Тайным советником вождя» (Вл.Успенский). Тот самый, который убедил Сталина пойти на полное примирение с православной церковью. Более того, убедил Сталина дать указание личному пилоту Голованову облететь три раза Москву с иконой Казанской Божьей матери. Это он вскрыл преступления Ягоды по «раскулачиванию» и репрессиям, подготовив для Сталина материал к статье «Головокружение от успехов». И Берия, видя на письменном столе вождя единственную настольную книгу Б.М.Шапошникова «Генштаб – мозг армии», не рискнул плести против него различные провокации, зная, что именно Шапошников спас Сталина от расстрела еще при царе за самоволку, когда тот проходил службу каптинаримусом в 16-м гренадерском Мингрельском полку непродолжительное время. Думаю, настало время окончательно рассекретить все материалы по Великой Отечественной войне.
Чтобы исправить ошибки советских историков, приведу несколько аргументов в подтверждение главенствующей роли императора Александра I в разгроме Наполеона… Вот что сказал Александр I перед вступлением Наполеона в Россию. «Я не начну войны, но не положу оружия, пока хоть один неприятельский солдат будет оставаться в России!». А вот как народ и государь восприняли весть о нападении Наполеона. «С восходом солнца Кремль наполнился народом, жаждавшим видеть своего царя, которого с ним еще более сроднила опасность, угрожавшая отечеству… Государь поклонился народу, и вместе с колокольным звоном слились приветственные крики многотысячной толпы. Но рядом с обычным «ура» слышались другие возгласы. «Веди нас куда хочешь; веди нас Отец наш; умрем или победим!» Началось шествие к Успенскому собору. На каждой ступени Красного крыльца сотни торопливых рук со всех сторон хватались за ноги государя, за полы мундира; их целовали и орошали слезами. Быстрый прилив народа теснил его все более; окружавшие его лица порывались раздвигать ряды. Император, кланяясь на все стороны, говорил: «Не троньте, не троньте их, я пройду». Один из толпы, посмелее других, купец или мещанин, подошел к нему и сказал: «Не унывай! Видишь, сколько нас в одной Москве, а сколько же по всей России?! Все умрем за тебя и отечество!» Он передал словами то, что было у всех на сердце» [ Шильдер, т.3, с.89 ].
Император Александр I . ГравюраА вот красноречивый и правдивый его ответ. «Да, этому народу нужен вождь, способный вести его к победе, а я, к несчастью, не имею для этого ни опытности, ни нужных дарований, Моя молодость протекала под сенью двора; если бы тогда меня доверили Суворову или Румянцеву, они образовали бы меня для войны, и, может быть, я сумел бы предотвратить бедствия, которые угрожают нам теперь, У меня нет качеств, необходимых для того, чтобы исправлять, как я бы желал, должность, которую я занимаю; но, по крайней мере, у меня не будет недостатка в мужестве и силе воли, чтобы не погрешить против моего народа в настоящий страшный кризис» [ Шильдер, т.3, с. 93].
А вот как был назначен Кутузов главнокомандующим армии. «По указанию императора был учрежден Комитет, который решил назначить главнокомандующим генерала Кутузова большинством голосов. Император Александр, хотя и неохотно, утвердил мнение Комитета. И призвав к себе Кутузова, объявил ему 8 августа о назначении его главнокомандующим всеми русскими армиями и ополчениями. Государь уполномочил Кутузова действовать по его собственному усмотрению. Одно строжайше запретил ему Александр – вступать в переговоры с Наполеоном» [ Шильдер, т.3, с. 97].
В войсках боялись, что Александр вынужден будет заключить унизительный мир с Наполеоном. Вот красноречивый ответ императора. «Лучше отращу себе бороду и буду питаться картофелем в Сибири!…»
А вот его поведение в С. Петербурге, когда в Москве хозяйничал Наполеон. «Забывая про опасности, которые могли грозить его жизни, он продолжал прогуливаться один по каменоостровским рощам, предаваясь новым для него размышлениям, а дворец его по-прежнему стоял открытым и без стражи» [ 1.1, т.3,с.116 ] .
Узнав, что Наполеон покинул пылающую Москву и Кутузов, дав бой под Малоярославцем, заставил его уходить по выжженной смоленской дороге, Александр поздравил полководца. «Победа, одержанная Вами над Мюратом, несказанно обрадовала меня. Я льщу себя надеждою, Что сие есть начало, долженствующее иметь за собой еще важнейшие последствия. Слава России нераздельна с Вашею собственной и со спасением Европы».
Изгнание Наполеона из России совпало по времени с юбилеем Александра. 12.12.1812 г. Ему исполнилось 35 лет. «11 декабря князь Кутузов в парадной форме со строевым рапортом в руке стоял у дворцового подъезда в Вильне с почетным караулом от лейб-гвардии Семеновского полка. В 5 часов по полудни прибыл император, прижал к сердцу фельдмаршала, принял рапорт и, поздоровавшись с Семеновцами, вошел во дворец рука об руку с победоносным полководцем… Граф Толстой поднес ему на серебряном блюде орден Св. Георгия 1-й ст.»
«На следующий день, в день рождения Александра, 12 декабря, государь сказал собравшимся во дворец генералам: «Вы спасли не одну Россию, вы спасли Европу!» В тактичной форме он отказался от бала в его честь. «В настоящих обстоятельствах ни танцы, ни звуки музыки не могли быть приятны…»
Вот как он «отмечает» свой юбилей. «Приезд в Вильну Александра был истинным благодеянием Провидения для оставшихся в живых неприятелей, которым немедленно была оказана всевозможная помощь не только по его повелению, но даже под его личным надзором…»
В декабре 1812 г. наши войска вышли к границе. Закончилась Отечественная война. «В особом манифесте государь высказал намерение соорудить в Москве Храм во имя Спасителя Христа, в ознаменование благодарности к промыслу божьему, спасшему Россию от грозившей ей гибели».
Здоровье Кутузова начало слабеть и не позволило ему следовать за армией. 16 апреля 1813 г. он скончался. «Болезненная и великая не для одних Вас, но и для всего Отечества потеря, — писал государь овдовевшей княгине. – Не Вы одна проливаете о нем слезы; с Вами плачу я и плачет вся Россия!»
За эти четыре месяца ослабевший Кутузов как смог теоретически обучил Александра военному искусству. И его уроки не пропали даром. За день до смерти Александр опустился на колени перед умирающим Кутузовым и просил у него прощение. На что Кутузов ответил: «Я-то прощаю, да простит ли Россия?» (Кутузов знал, что Александр был посвящен в заговор против отца Павла. Но ограничился лишь тем, что взял с канцлера Панина клятву, что его отцу сохранят жизнь, отстранив от власти).
Вот как он лично готовил союзные войска к «Битве народов». «5 октября прошло в бездействии с обеих сторон, готовились к новому бою. Император Александр провел весь день в поле, под дождем, занимался лично принятием необходимых мер ввиду предстоящего решительного сражения. В действительности государь начальствовал над союзными войсками, а не кто другой. К князю Шварценбергу потеряли доверие, а прочие два монарха ни во что не вмешивались. Александр, ознакомившись в течении двух месяцев с австрийцами и их порядками, уже не оказывал им такой уступчивости, как при начале своего союза с ними. При разногласиях он твердо настаивал на своем мнении. Пруссаки во всем покорялись ему, и сами австрийцы, признавая его выдающиеся дарования и отсутствие всяких личных честолюбивых видов, начинали слушаться его, тем более что сосредоточение под Лейпцигом всех союзных армий увеличило число войск, непосредственно зависящих от распоряжений государя, который, по выражению очевидца, был истинным «Агамемномом сей великой брани» [ 1.1 т.3, с.171 ] .
А вот что Александр отметил в разговоре с Меттернихом, войдя с войсками в Париж. «Наполеон мог даровать мир Европе. Мог – но не сделал. Теперь очарование исчезло! Увидим, что лучше: заставить себя бояться или любить?»
Во время парада русских войск по главной улице Парижа «подозвав к себе генерала Ермолова и помолчав с минуту, Александр спросил: «Ну что, Алексей Петрович теперь скажут в Петербурге? Ведь право, было время, когда у нас, величая Наполеона, меня считали за простачка». «Не знаю, государь, — ответил Ермолов. – Могу сказать только, что слова, которые удостоился я слышать от Вашего величества, никогда еще не были сказаны монархом своему подданному».
А вот как Париж приветствовал Александра. «В 10 утра мы прибыли в предместье Парижа. «Где Александр? Вот он, вот Александр!» — взывали они. «Как он милостиво кланяется, с какою ласкою с нами говорит!» И от одного конца Парижа до другого мгновенно раздалось восклицание «Да здравствует Александр! Да здравствуют русские!» — произносимое миллионом голосов. Многие теснились около государя, просили, чтобы его величество остался во Франции. «Царствуйте над нами, — говорили они. – Или дайте нам монарха, который был бы на Вас похож!»
«Александр ходил по Парижу пешком, иногда один прогуливался по Елисейским полям верхом… И ездил по городу в карете, запряженной двумя лошадьми с двумя лакеями французами и с кучером, также французом, без всякого прикрытия». По указанию Александра в Париже решено было дать парад русских войск. Во время репетиции парада Александр сказал: «Я вижу, что моя армия первая в свете; для нее нет ничего невозможного, и по самому наружному ее виду никакие войска не могут с нею сравняться». Английский адмирал Сидней Смит объявил, Что этот смотр есть урок, даваемый русским императором прочим народам. Герцог Веллингтон сказал: «Я никогда не воображал, чтобы можно было довести армию до столь великого совершенства». Действительно, в продолжении церемониального марша, которым проходило более 107 тысяч человек пехоты, никто не сбился с ноги.
После смотра союзные государи, принцы, генералы и другие приглашенные лица возвратились в Вертью в главную квартиру императора , где ожидал их великолепный обеденный стол, приготовленный на 300 приборов. Александр предложил тост за мир в Европе и благоденствие народов.
А вот как необычно Александр на конгрессе решал судьбу Франции. «За главою страны, в которой существует крепостничество, заметил при этом государь, — не признают права явиться посредником в деле освобождения невольников; но каждый день я получаю хорошие вести о внутреннем состоянии моей империи, и с Божьей помощью крепостное право будет уничтожено еще в мое царствование, или при моей жизни».
А вот как Александр вспоминает сам свое вхождение в Париж. «Наше вхождение в Париж было великолепное, — рассказывал государь князю Голицыну. – Все спешили обнимать мои колени, все стремились прикасаться ко мне; народ бросался целовать мои руки, ноги; хватались даже за стремена; оглашали воздух радостными криками, поздравлениями. Но душа моя ощущала тогда в себе другую радость. Она, так сказать, таяла в беспредельной преданности к Господу, сотворившему чудо своего милосердия; она, эта душа, жаждала уединения. Мне хотелось говеть и приобщиться Святых тайн; но в Париже не было русской церкви».
И Александр приказал соорудить походную церковь. «Император Александр пожелал так же, чтобы говели войска; последовал приказ, воспрещавший офицерам и солдатам посещать на это время театров, шумных народных собраний и всяких публичных увеселений. В день светлого воскресенья Христова 29 марта (10 апреля) парижское население было свидетелем совершенно нового для себя зрелища…» День светлого воскресения – день Федора Стратилата, святого, умертвившего чудовище и обратившего в христианскую веру иноверцев. Как символично это совпадение!
Беседуя с князем Голицыным, Александр вспоминал. «Еще скажу тебе о новой и отрадной для меня минуте в продолжении всей жизни моей…Я живо тогда ощущал, так сказать, апофеоз русской славы между иноплеменниками; я даже их самих увлек и заставил разделить с нами национальное торжество наше. Мне даже было забавно тогда видеть, как французские маршалы, как многочисленная фаланга французских генералов теснилась возле русского креста и друг друга толкала, чтобы иметь возможность скорее к нему приложиться. Такое обаяние было повсеместно; так оторопели французы от духовного торжества русских». К тому же помогло необъяснимое явление в небе над Парижем. Сноп ярких лучей падал на место, где стояла русская походная церковь.
«Неподкупный, правдивый Штейн усматривал в поведении Александра редкое сочетание мудрости, благородства, мужества и возвышенности души». «Простив французам их нашествие на Россию, государь простил также и полякам яростное участие, принятое ими в этом нашествии и в разорении России» [ 1.1, т.3, с. 234 ] .
Покидая Францию, он на Конгрессе произнесет слова, которые могут стать своеобразным эпиграфом к этой статье. «Пройдут столетия. Время сотрет с лица земли бастионы. Навсегда умолкнут пушки, возвестившие победу. Но никогда не изгладится из памяти людей подвиг героев Отечественной войны. Благодарная Россия склоняет голову перед их мужеством и славою!». Но Храм Христа Спасителя как память об Отечественной войне 1812 года был взорван по указанию советского диктатора Сталина…
Вот как его нарекли Благословенным и его реакция на это. «Во время пребывания в Брухзале государь получил поднесенное ему Св. Синодом, Государственным Советом и Сенатом прошение о принятии императором наименования Благословенного, «тем более приличного скромности и благочестивому смирению государя императора, что великие подвиги его очевидно ознаменованы покровительством всевышнего промысла».
На другой день Шишков принес Указ, написанный в этом смысле (с черновика), и государь, без всякой перемены подписал его. Указ оканчивался словами, что он «отрицается и не соизволяет. Да соорудится мне памятник в чувствах ваших, как оный сооружен в чувствах моих к вам! Да благословляет меня в сердцах своих народ мой, как я в сердце моем благословляю оный! Да благоденствует Россия, и да будет надо мною и над нею благословение божие!»
В начале своего царствования он Указом отменил смертную казнь и пытки под угрозой наказания за не исполнение. За четверть века его царствования с 1801 по 1825 г.г. не был казнен ни один гражданин России!
А теперь, пусть каждый для себя решит в силу своего мышления, интеллекта и взгляда на Христианство, где могила Александра Благословенного? В Санкт-Петербурге или в Томске, с учетом его личности и известных предсказателей 19 века, которые ни разу не ошиблись? Тем более, что гробницу императора Александра Благословенного вскрывали и не раз. И каждый раз она была совершенно пуста. В истории четко зафиксированы, по крайней мере, три официальных вскрытия.
При Александре II, при Николае II и в 1921 году уже при Советской власти, чтобы изъять драгоценности для спасения голодающих Поволжья.
Критический анализ статьи доктора педагогических наук, заслуженного профессора Л.Ф. Пичурина «Время славы и восторга» в газета «Красное знамя» № 83 от 20 июня 2012 года
Прочитав статью, испытал противоречивые чувства. С одной стороны статья очень понравилась своим содержанием на патриотическую тему. Но есть одно существенное но… В статье упомянут фельдмаршал Карл-Филипп Шварценберг как «главнокомандующий союзной армии», которая преследуя Наполеона после смерти Кутузова, дошла до Парижа. Следует заметить автору статьи, что Шварценберг ни дня не был главнокомандующим союзной армии. Более того, если бы он им был, то союзная армия развалилась бы, не просуществовав и недели.
Фельдмаршал Карл-Филипп ШварценбергА главнокомандующим союзной армии был Александр I. Вероятно, заслуженного профессора Льва Федоровича смутило военное звание австрийского «полководца» и то, что в союзной армии он командовал 1-й (Богемской) армией численностью в 237 тысяч солдат, самой многочисленной из четырех армий всей союзной армии. В этой армии состояло 77 200 русских солдат. 2-й армией (Силезской) в 99 500 солдат командовал немецкий генерал Блюхер. В этой армии 61 220 было русских. 3-й армией (Северной) в 155 500 солдат командовал наследный принц шведский Карл-Иоанн. В этой армии 30 500 русских. Кроме этого весной 1813 года начала формироваться четвертая резервная армия под командованием русского генерала Бенигсена. Первым заместителем у Александра II был русский генерал Барклай де-Толли, а начальником штаба всей союзной армии — русский генерал Волконский. Союзная армия тогда насчитывала 492 тысячи при 1383 орудиях, из них до двухсот тысяч русских.
Александр II специально назначил командующими первых трех армий не русских генералов, чтобы поднять дух союзникам, которые входили в Москву под знаменами Наполеона и чтобы чувствовали ответственность перед Европой, добывая свободу своим государствам. Льва Федоровича смутило, вероятно, то, что Шварценберг был единственным фельдмаршалом в союзной армии. Барклай де-Толли получил это звание от Александра II перед парадом русских войск в Париже. А сам Александр II имел воинское звание полковника, полученное им еще до царствования, в 19 лет, когда был назначен шефом и командиром Семеновского полка. Вот Путин тоже имеет звание полковника, а руководит генералами и маршалами. Кстати, генералу Барклай де-Толли Александр II предлагал возглавить союзную армию, но тот отказался, считая, что Александр II сам должен возглавить союзную армию. И русский император был вынужден согласиться. В союзной армии Александра 1 насчитывалось с десяток отважных боевых русских генералов, полководческий талант которых был на порядок выше, чем у австрийского фельдмаршала. Это – Барклай де-Толли, Волконский, Раевский, Дохтуров, Ермолов, Тормосов, Милорадович, Уваров, Остерман-Толстой, Платов, Витгенштейн, Васильчиков, Керн и другие известные боевые генералы, большинство которых командовало не дивизиями, а корпусами (корпус – это две, три или даже четыре дивизии). К примеру, корпусной генерал Дохтуров заменил на Бородинском сражении смертельно раненого Багратиона. А Остерман- Толстой перед Смоленском, обороняясь под градом пуль в начале войны в ответ на вопрос штабного офицера – «Что будем делать?», невозмутимо ответил: «Умирать будем!», не отступил, пока не получил приказ командующего армии – «Отступать»…
«Наполеон был возмущен предательством Австрии и озадачил Меттерниха, прибывшего к нему в Дрезден, оскорбительным вопросом: «Сколько Вам дала Англия за то, чтобы Вы сделались моим врагом?» [ т.3, с.159 ] .
«Государь, не принимая, однако, звания главнокомандующего, оказывал главнейшее влияние на все движения армий, несмотря на присутствие двух других монархов».
«Император Александр с обычным своим спокойным видом старался убедить Шварценберга в нецелесообразности его распоряжения, но выведенный, наконец, из терпения упорством фельдмаршала, сказал ему с неудовольствием: «Делайте с австрийской армией, что хотите; что же касается русских войск, то они двинуться на правую сторону Плейссы, где должны находиться, а не в другое место…» Сражение, разыгравшееся 4 октября, блистательным образом подтвердило справедливость мнения, высказанное императором Александром [ т.3, с.168 ] .
Двухдневный бой увенчался блистательной победой. Вандамм со всею свитою был взят в плен, были захвачены вся неприятельская артиллерия и 10 тысяч пленных. Это была первая победа над французами, в которой лично участвовал Александр II, имевший к тому же полное право приписать себе одержанный успех…» [ т.3, с.165 ] .
«К князю Шварценбергу потеряли доверие, а прочие два монарха ни во что не вмешивались… По выражению очевидца, Александр II был «истинным Агамемномом сей великой брани» [ Т.3,с.171 ] . «Император Александр говорил так ясно, определенно и с таким знанием стратегических движений, что возбудил общее удивление» [ т.3, с.174 ] .
«Император Франц и Меттерних нисколько не стремились к низложению Наполеона, а только к ослаблению его могущества…» т.3, с.177. Александр II при этом им обоим заметил: «Я не могу каждый раз поспевать к вам на помощь за 400 лье…» [ т.3, с.178 ] .
«Главнокомандующий австрийской армией Шварценберг по прежнему доставлял Александру немало хлопот. Император направлял все свои усилия к тому, чтобы побудить фельдмаршала к большей предприимчивости…» [ т.3,с.183 ] .
«Александр высказал мысль идти на Париж, но Шварценберг всячески старался помешать ему. Беседуя с Барклаем, он громко заметил: «Эти австрийцы сделали мне много седых волос!» [ т.3, с.197 ] .
Считаю, этих выдержек вполне достаточно, чтобы уяснить для себя, какова фактическая роль была у австрийского фельдмаршала в союзной армии Александра II. И кем он был на самом деле.
Критический анализ на книгу Г. Скворцова «Кто он?»
Недавно, с опозданием в 10 лет впервые взял в руки эту большую по формату и по объему книгу под редакцией составителя Геннадия Скворцова. Это, по сути, перепечатка некоторых изданий на заданную тему, изданная как и мое 2-е издание к 400-летию г.Томска. То, что это перепечатка некоторых изданий в виде легенды о святом и таинственном старце, явилось причиной того, что я ее не стал даже искать, чтобы прочесть и оценить.
И вот в библиотеке случайно увидел ее и решил пролистать. А вдруг найду для себя что-нибудь интересное спустя 10 лет после издания. Кстати, из всех библиотек Томска по электронному каталогу на компьютере она находится только в одной библиотеке, где я записан в краеведческом отделе. Библиотека находится в конце Алтайской, район «Парижа» и «Китайской стены».
В книге 802 страницы, формат книги в два раза превышает обычный книжный, цена поражает воображение – 10 тысяч рублей и это 10 лет тому назад (более 12,5 рублей за страницу). Для сравнения цена моего исследования по объему почти 400 страниц и по себестоимости всего 120 рублей и магазины сделали наценку 30%, итого продавалась она за 156 рублей. Все бы ничего, но новой информации там, по сути, нет. Ровно половина книги – перевод на английский язык тех же изданий. Вероятно, планировалось, что эта книга найдет своего читателя в Англии и в Америке. Хотя тираж мизерный для этого. Это страницы с 414 по 802. В русском изложении в списке используемой литературы мое историческое исследование значится под № 80, а в английском изложении под № 97. В русском изложении 84 источника, а в английском приведено 101 источник. Вероятно, зная о существовании этих источников, краевед Г. Скворцов их прочитать в основном не смог, предоставив читателю самому отыскать их, если, конечно, повезет. И в оглавлении только перепечатана незначительная их часть, порядка 10, что имелись в научной библиотеке ТГУ или в Томске.
Это — предисловие к книге А.Трубецкого, потом следует введение от составителя Г.Скворцова на 3 страницы, далее (с.13) книга К.Н.Михайлова «Император Александр 1 и старец Федор Кузьмич», С.Петербург, 1914 г. и еще перепечатано несколько изданий; статья Любимова, две статьи Эйдельмана, статья Л.Бежина «Усыпальница без праха», небольшая книжка, составленная томским кружком почитателей старца, изданная в Харькове в 1912 г., Житие святого старца Феодора Томского, составленное иеромонахом Иоанном (Хариным) и еще кое-что по мелочи, что составитель Г.Скворцов сумел отыскать в библиотеках Томска.
Из моего 1-го издания он взял только небольшую выдержку историка А.К. Тобузова из Новосибирска на мое историческое исследование в своем введении как составителя. «…Не следует считать, что доказательство идентичности личностей Александра Благословенного и таинственного святого старца Феодора Кузьмича представляет узко академический интерес. Анализ обстоятельств и причин перевоплощения может послужить иллюстрацией для определенного рода этических построений, которые способствовали бы возрождению и развитию национального самосознания, что чрезвычайно важно и своевременно…» Но при этом он сознательно «забыл» указать, что это выдержка из рецензии на мое историческое исследование, а не как на его перепечатку некоторых изданий. Перепечатки моего 1-го издания здесь нет и не должно быть по определению…
Вот и получается, что при сумасшедшей цене в 10 тысяч рублей книгу можно назвать «пустышкой», так как ничего принципиально нового она не содержит. Достаточно было купить «Житие святого Феодора Томского» (10 лет назад оно стоило порядка от 10 рублей), а не тратить 10 тысяч рублей. Как говорится, «почувствуйте разницу» — 10 рублей и 10 тысяч рублей практически притом же уровне информации! Представляю себе разочарование тех, кто купил это издание по ошибке, вероятно, в виде подарочного сувенира.
Половина книги вообще на иностранном языке. Дескать, кто захочет прочесть, то сам и переведет. Хотя это перевод этих же изданий. Поинтересовался количеством страниц и оглавлением. Даже прочитал небольшую статью Н.Я.Эйдельмана «Связь времен» и статью редактора журнала «Столица» кандидата филологических наук Леонида Бежина. Первую статью потому, что автор доктор исторических наук и заслуженный профессор более 30 лет официально опровергал то, во что «поверил» под конец жизни и клятвенно заверил собравшихся у него дома историков, что Александр Благословенный – это святой старец Феодор Томский. А вторую статью «Усыпальница без праха» (журнал Новый мир, №8, М., 1992 г.) повторно перечитал потому, что с автором статьи мы общались более двух часов у меня в кабинете. Я тогда исполнял обязанности заместителя директора по режиму и кадрам в закрытом НИИ ПММ при ТГУ. Институт прикладной математики и механики тогда работал на космос и оборону. Но с развалом СССР почти полностью развалился. И встретились мы на переломе времен и судеб – вроде и социализм рухнул, и империализм в стране еще не наступил. Он же в своей статье представил меня снабженцем (им я никогда не был в НИИ) и что разговор наш состоялся в коридоре института. А я на всю жизнь запомнил его поведение в моем кабинете. Все оглядывался по сторонам, вероятно, думал, что наше общение снимают скрытым видеонаблюдением и говорил шепотом, вероятно, думал, что в кабинете имеются жучки для прослушки. Все чего-то боялся, сидел как пришибленный, ерзая на стуле… Вероятно, сработала на подсознании вывеска на дверях моего кабинета в закрытом НИИ, и кто я по должности в действительности. В статье он представил себя, а заодно и меня дилетантами – исследователями. Он, конечно, может в силу самокритики себя отнести к категории «мучеников – дилетантов», так как его статья ничего нового в себе не содержит. Я же в этой области дилетантом себя не считаю. Скорее, в своем историческом исследовании я показал дилетантами трех докторов исторических наук – С.Б. Окуня, В.А. Федорова и М.М. Громыко, не считая нескольких кандидатов исторических наук, в том числе и его.
Вот как в своей статье он обрисовал в красках наше общение. И читатель увидит сам степень лукавства и передергивания фактов.
«В городе Томске я разыскал Виктора Федорова, с которым давно собирался встретиться, — разыскал в университете, где он работал. Но не на кафедре истории или литературы, а в коридоре, куда выходили двери разных хозяйственных служб.
И вот за одной из этих дверей с табличкой, обозначавшей некую административную должность, я и увидел человека с рассеянным взглядом, тихим голосом и бледным, несколько даже изможденным лицом мученика – делитанта, который днем добросовестно выполняет свои должностные обязанности (ну, скажем по снабжению), но зато ночами, когда молчит телефон, спят жена и дети предается изобретению вечного двигателя, получению лекарства против рака или доказательства существования Атлантиды.
Вот и Виктор Федоров прочел однажды, что многие считают сибирского старца Федора Кузьмича императором Александром II. Прочел и решил доказать, что этого не могло быть. Начал доказывать и собрал более ста доказательств, что это так и было.
Более ста, средь которых и неизвестные науке, найденные им самим,- к примеру, Виктор Федоров установил, что «посмертная маска» Александра, фотография которой представлена в большинстве работ, снята с живого и снята самим Александром. Чтобы посвященные в его тайну люди могли представить ее как свидетельство смерти императора.
Виктор Федоров, не чуждый криминалистики, так же провел графологическую экспертизу, подтверждающую идентичность почерков Александра II и Феодора Кузьмича. Словом, было о чем поговорить нам, мученикам – дилетантам, разгадывающим тайну сибирского старца. Но тут я заболел…
Заболел, когда услышал от Виктора Федорова, что в Томске живет правнучка купца Хромова и у нее хранится рубаха, вязанная шапочка и другие вещи старца Федора Кузьмича…»
Что здесь необходимо пояснить? Автор не видит разницы между двумя понятиями – доказательством и косвенным и прямым фактом. Доказательство у меня одно, доказательство перевоплощения императора в старца, а не сотни, как утверждает автор. А вот косвенных фактов действительно более сотни, как по инсценировки смерти императора, так и по сравнению личностей. А один из четырех прямых фактов он вывел в заголовок своей статьи «Усыпальница без праха». Но, похоже, объяснять автору статьи, в чем разница между прямым и косвенным фактом, а тем более между ними и понятием «доказательство» — пустая затея. Да и доказательства бывают полные и неполные.
Чтобы искать на планете Атлантиду, необходимо как француз Жак Жан Кусто «бороздить» моря и океаны на глубине от нескольких десятков до сотни метров. Чтобы изобретать лекарство от рака, необходима лаборатория и штат сотрудников – медиков при солидном выделении средств. Чтобы изобретать «вечный» двигатель, необходима, как минимум, мастерская. А ночью у себя дома человек может только мечтать и размышлять о бренности бытия, если, конечно, не спится. Лишь Менделеев ночью во сне получил свой знаменитый закон… Я же, как все нормальные люди ночью отдыхаю, если, конечно, не на суточном дежурстве…
Кстати, о вечном двигателе. Швейцарский ученый Бальзатар Платен, лауреат Нобелевской премии в области физики, якобы, уже изобрел его. Нобелевскую премию получил за изобретение искусственных алмазов, которые по себестоимости на порядок дешевле настоящих. Так же изобрел аммиачный холодильник. В СССР такие холодильники работали очень долго, несколько десятилетий. Своим изобретением поставил под сомнение один из законов термодинамики. Суть изобретения – аммиак в реакции с водой под большим давлением выделяет энергию. При этом вода и аммиак не теряют в массе… Вероятно, таким топливом заправляют инопланетяне свои НЛО.
Почерковедческую экспертизу проводил не я, а эксперт Юдников И.И. целых 8 месяцев. Я лишь тонко подвел его к этому. Переписал по вертикали в первую строку все буквы от А до Я. Во вторую строку напротив каждой букве алфавита все буквы, как заглавные, так и прописные, скопировав их из трех писем императора. А в третью строку по вертикали – все буквы как их написал старец по двум запискам 1836 г. и 1849 г.. Получилось полное сходство. Не было четырех букв для сравнения. При этом буква Д, д у старца писалась по разному. В одном варианте как у императора, а в другом варианте чуть иначе. Одна записка – это масонский шифр в виде андреевского креста, а другая – какая-то молитва. Внизу мелкими буквами им написано –»ныне отец, преж. Царь». 29 июня 1849 г.
Вот такие неточности в виде сознательного лукавства проскальзывают у автора статьи от нашего общения. Подержался за рубашку святого старца, посидел в кресле, в котором сидел император в Таганроге (в здешнем музее) перед инсценировкой своей смерти, выдвинул смелую и вполне реальную версию — гипотезу о том, что Пушкин перед смертью знал о перевоплощении Александра Благословенного – и «научная» статья на заданную тему готова! И здесь он, к сожалению, не одинок… Так штампуют некоторые «историки» свои «научные» статьи.
Я тогда под конец нашей беседы его попутно слегка напряг. Дескать, «какие дилетанты – эти западные «академики» Аризоны и Цюриха. Признали Плащаницу Христа фальшивкой. Статья об этом «открытии» в журнале Наука и религия. И что ей всего лишь шесть веков. Просто 6 веков назад ее решили «отстирать» маслом от копоти и сажи, так как подгорела с краю при пожаре, когда ее выносили из подвала, где она пролежала несколько веков, завернутая в другую материю. Отсюда и «ошибка» в их расчетах… Необходимо было взять кусочек Плащаницы с противоположной стороны. И за какие заслуги и труды этим дилетантам присваивают звание академика?»… Тогда Леонид Бежин слушая меня, слегка разинул рот, и часто заморгал. А под конец разговора даже закатил глаза, «заболев» от услышанного…Помню, я даже его спросил, нормально ли он себя чувствует, налив стакан воды из графина…Так что диагноз не уточняется, но что «заболел» Леонид Бежин – это точно, хоть скорую вызывай…Только куда вести его – непонятно.
Еще более невероятной он описывает свою встречу с правнучкой купца Хромова – Евгенией Александровной. Как он признался, «заболел» от предстоящей встречи с этой старушкой. Описывал на двух страницах свое состояние в окружении «одного ангела» и «одного бесенка»… Даже про золотые ангельские трубы не забыл упомянуть. Перед своим переводом опять в УВД на аттестованную должность в звании капитана я прочитал его статью (Новый мир, №8, 1992 г.) по совету одного научного сотрудника нашего закрытого НИИ ПММ. При этом он справедливо заметил, что автору статьи следовало бы писать фантастику с мистическим уклоном, а не «исторические статьи».
Читатель, вероятно, не поверит, как Л. Бежин в Томске впал в мистическое состояние перед встречей с правнучкой Хромова. Поэтому, для убедительности, приведу его соответствующие фразы. «Как блеснули на солнце золотые ангельские трубы и надо мною грянула небесная песнь»…
«Причем ангел меня надоумил, — когда будешь звонить, не говори про рубаху… Не говори, а то спугнешь»…
«А может быть, не ангел меня толкнул на это, а кто-нибудь другой – бесенок с рожками, хвостом и копытцами»…
Прочитав его статью, я также решил пообщаться с Евгенией Александровной, уже чисто из любопытства. Без труда созвонился с ней и пообщался у нее дома за чашкой чая. Посоветовал сдать оставшиеся вещи святого старца в Томскую епархию для музея святого Феодора Томского, который, уверен, откроется в будущем, так будет надежней и спокойней для нее. А то еще жизни лишится из-за этих вещей святого старца. Недавно обворовали церковь в Томской области и унесли несколько старинных икон, убив сторожа церкви. У коллекционеров они особо ценятся по особому прейскуранту, как уникумы. И некоторые вещи святого старца уже похищали, чтобы увезти тайно за границу, еще в царское время. Она обещала подумать…И никаких ангельских золотых труб, ангела и бесенка в отличие от него не увидал.
Есть в списках литературы у составителя Г.Скворцова и ссылка на одну статью «историка» А.Хакалкина. Незадолго до его смерти я хотел с ним встретиться. Он опубликовал хвалебную «научную» статью о книге М.М.Громыко в газете Томский вестник. От него я узнал, что за свое «научное исследование» ей присуждена степень доктора исторических наук. Хотел встретиться, собрать томских историков и краеведов, организовать открытый диспут, дискуссию по перевоплощению императора в старца. Но в редакции сказали, что у него нет постоянного почтового адреса и даже сотового телефона. И единственный источник связи через директора музея НКВД, подвального помещения рядом с Ново соборной площадью, куда он изредка раз в месяц заглядывал (в этом подвале я когда-то подрабатывал, в 70-х годах, когда учился на мехмате ТГУ. Тогда там находилась лаборатория НИИ сильноточной электроники академика Месяца, заместителя академика Зуева – основателя Томского академ городка). Но на связь он так при жизни и не вышел. Да и историки, и краеведы тогда уклонились от диспута под разными предлогами; кто-то вдруг заболел, а кто-то просто не захотел общаться с А.Хакалкиным. На кафедре отечественной истории ТГУ его охарактеризовали, как недоучившегося студента исторического факультета, отчисленного за прогулы и неуспеваемость. Видели в последний раз на рынке, что-то разгружал. Другими словами, жил как БИЧ и БОМЖ. Наверное, при разводе жена постаралась. Кому из женщин нужны «писаки» в мужья, одна морока от них, ни денег, ни секса, лишь сомнительная любовь?…
Но я все же «встретился» с ним. Но, ни о такой встречи я мечтал, т.к. встретил в морге во время прощания, прочитав некролог в газете. И так до конца и не понял, от чего он умер. Постоял у гроба вместе с Г.Скворцовым. Его хвалебная статья в адрес М.М.Громыко в Томском вестнике мне крайне не понравилась своей дизо информацией, написана по специальному заказу и не профессионально…
Больше всего меня удивило то, что не увидел позиции составителя Геннадия Скворцова, верит ли он сам в это не как в легенду, а как в скрытый исторический факт. И подтверждает это эпиграф к его книге, выраженный словами Д.Мережковского.
«Сколь же велика должна была быть в народе любовь не к Императору и Герою, но к Человеку, чтобы могла возникнуть эта легенда – прекраснейшая из всех русских легенд последних столетий.
Здесь душа народа перекликается с душою Александра; быть может, Он поступил не так как Федор Кузьмич, но Он мог, Он должен был так поступить!» …
Здесь позиция автора книги, а не исторического исследования как у меня, полностью совпала с позицией Мережковского. Хотел того или нет, но Г.Скворцов в своей перепечатке «Кто он?» преподносит все как легенду, а не как скрытый исторический факт. Интересно, а кто надоумил Г.Скворцова издать «пустышку» «Кто он?» за фантастическую сумму, чтобы только сбить с толку российского, да и зарубежного читателя? Не говоря уже о томском читателе.
Царская и советская цензура все сделали для того, чтобы поставить под сомнение факт перевоплощения и представить этот скрытый исторический факт как легенду.
Объяснение довольно простое. В царское время признание этого скрытого факта автоматически ставило под сомнение законность престолонаследия последующих императоров России. Ведь при живом Александре 1 на престол вступил Николай 1. А в советский период признание факта перевоплощения ставило под сомнение такую советскую науку как атеизм. Ведь власть в основном держалась на отрицании всякой религии как «опиума для народа».
Да и боролись с религией более яростно, чем сейчас с опиумом, т.е. с наркоманией.
Поэтому все источники в книге «Кто он?», пройдя через цензуру, как царскую, так и советскую, допускали скрытый исторический факт лишь как легенду, вроде и да, а вроде и нет. Небольшая книжка Валерия Привалихина также изданная к 400-летию Томска и подавно, якобы, «доказывает», что Федор Кузьмич это Федор Уваров. И не смущает автора тот факт, что Федор Уваров был среднего роста, а Федор Кузьмич выше его ростом более чем на 25 см. и лицом был и обхождением полной противоположностью по воспоминаниям С.Б. Волконского, П.А. Вяземского и Н.М. Муравьева. Фальшивка «подчерк на конверте» преподносится как факт, также как и «постатейный список» под № 151, составленный при аресте, где рост старца сознательно занижен более чем на 3 вершка. Книжка, вернее брошюра в «усушке и утряске» как раз тянет на его же статью, критический анализ которой я провел ранее, ничего нового, тот же абсурд.
Под деревенькой Салтановкой, обороняя Смоленск, чтобы дать возможность соединиться всем трем армиям воедино, генерал Раевский показал пример героизма, ошеломив неприятеля. Николай Николаевич Раевский начал службу в 1786 году, в возрасте 15 лет в чине гвардейского прапорщика. Через год в русско-турецкой войне уже командует одним из казачьих полков в сражениях при Аккермане и под Бендерами. И это в неполные 17 лет! В январе 1792 г. он был произведен в полковники (в 21 год). Через два года он назначен командиром Нижегородского драгунского полка. С этим полком он участвовал в войне с Персией. В 1807 г. он уже командир бригады и генерал, в 35 лет.
Генерал Николай Николаевич РаевскийПод деревенькой Салтановкой, обороняя Смоленск, чтобы дать возможность соединиться всем трем армиям воедино, генерал Раевский показал пример героизма, ошеломив неприятеля. В этом бою с легендарным генералом находились два его сына. Старший Александр – 16 лет и младший Николай, которому не исполнилось и 14 лет?! По другим данным сыну Николаю было лишь 11 лет! Наполеон хотел воспрепятствовать соединению русских армий, стремясь разбить их поодиночке. Смоленский полк, которым командовал полковник Рылеев, ждал приближения неприятеля. Смоленский полк , стоявший на самом главном рубеже обороны, дрогнул.
— Эка силища, — вздохнул усатый гренадер. Да это ж вся Бонапартова армада… И тут пробежал по рядам слух – сам генерал прибыл. Через минуту Раевский появился на передней линии. Спрыгнув с коня, он подбежал к смоленцам. Рядом с ним был его младший сын – Николай.
— Что пятитесь, смоленцы?! – вскричал генерал, и даже шум канонады не смог перекрыть его голоса. – Решается судьба наша и всего Отечества. Отобьем платину, не пустим француза! Солдаты застыли, слушая своего командира. – Где знамя? Выноси его вперед! Безусый подпрапорщик, тот, что всегда был рядом с Александром, выбежал из строя. Он сжимал в руках древко полкового знамени.
Раевский спрыгнул с коня и выхватил генеральскую шпагу. В этот момент Николай был уже рядом. Александр тоже подбежал и встал по правую руку отца. – Слушайте, братцы! Я здесь с вами. И дети мои со мной. Мы все идем в этот смертный бой. Жертвую всем ради вас и ради Отечества. Поднимем француза на штыки! Вперед! За мной!
Барабанщик забил атаку. Генерал взял Николая за руку и со шпагой в правой руке двинулся навстречу неприятелю. Александр шел тут же, подле знамени. Вздрогнули бывалые солдаты. Многое видывали они еще при Суворове, да и в австрийском походе. Но чтобы генерал шел впереди со своими детьми – никогда. Смоленский полк, а за ним и весь фронт без единого выстрела двинулся в решающую атаку. За Раевским пошел генерал Васильчиков, все штаб — и обер-офицеры.
Подвиг солдат Раевского под Салтановкой. Художник Николай Самокиш (1912)— Дай, дай мне знамя, — кричал в ухо безусому подпрапорщику Александр Раевский. Ему казалось, что настала минута славы. Знаменосец обернулся. Лицо его пылало от волнения. – Я сам умею умирать, — гордо отозвался он. Все ближе и ближе французы. Вот они остановились. Зарядили ружья. Прицелились. Дали залп. Град пуль просвистел над головами смоленцев. Остановился как вкопанный юный знаменосец. Руки разжали древко, и знамя стало медленно падать. – Ты что? – воскликнул Александр, подхватывая знамя…
За 50 шагов до противника, выронив саблю из рук, упал тяжело раненый осколком гранаты полковник Рылеев… Генерал крепче сжал руку Николая. Оставалось сорок шагов, двадцать… В едином порыве, без команды смоленцы вскричали оглушительное «ура» и бросились на врага. Знали французы, что их больше числом, но вновь не выдержали натиска, побежали. На плечах противника ворвался полк на мост, а затем на плотину…
Маршал Даву, видно, не решался продолжать наступление. Теперь он окончательно решил, что перед ним главные силы всей армии Багратиона, хотя оборонял плотину только корпус Раевского. Подвиг Раевского и его сыновей, вышедших перед строем в решительный момент боя, стал легендарным. После Салтановки в сражении за Смоленск имя генерала стало чрезвычайно популярным в русском войске. И было легендарному генералу тогда 40 лет. Наполеоновская «великая» армия и ее авангард под командованием маршала Даву превосходила корпус генерала Раевского в 13 раз по численности, как авангард армии Багратиона, когда две другие армии Барклая де-Толли и Тормосова шли на соединение.
Подвиг этот запечатлевали художники на гравюрах и живописных полотнах. Воспет он был и поэтами. В.А.Жуковский в своем «Певце во стане русских воинов» писал:
Раевский, слава наших дней, Хвала! Перед рядами
Он первый грудь против мечей С отважными сынами…
В марте 1814 года русские войска вступили в Париж. Во главе гренадерского корпуса одним из первых был генерал от кавалерии Николай Николаевич Раевский… Судьба определила Раевскому нанести Наполеону первый и последний удар. На памятнике героям Отечественной войны 1812 года, внутри помещения Храма Спасителя, прямо при входе можно было встретить имя генерала Раевского дважды: сначала на левой колонне как победителя французов под Салтановкой – в самом начале войны, и, наконец, справа, среди героев покорения Парижа, на колонне, венчающей славную галерею.
Он был в Смоленске щит, в Париже – меч России!
P.S. К декабрьскому вооруженному восстанию оба его сына Александр и Николай дослужились до звания полковника. Обоих арестовали за связи с «декабристами». Но обоих потом освободили, так как непосредственного участия в вооруженном восстании не принимали, хотя и знали о готовившемся мятеже и не скрывали этого при аресте. Николай 1 не рискнул сослать сыновей легендарного генерала в Сибирь на каторгу. Но оба были вынуждены подать в отставку, закончив военную службу в расцвете лет, в неполные 30 лет. Старшему Александру было тогда 29 лет, а младшему Николаю не более 27 лет. Оба командовали полками…
Читатель, прочитав в заключении исследования эту статью, подумает. А для чего я здесь поместил эту информацию? Наверное, потому, чтобы показать, как подчас несправедлива фортуна на войне к некоторым бойцам и генералам. С такими боевыми генералами Александр Благословенный бил французскую армию Наполеона в заграничном походе после смерти фельдмаршала Кутузова! Батарею Раевского на Бородинском сражении обороняла и 24-я пехотная дивизия генерал-майора Петра Гавриловича Лихачева, под командованием которого отражал атаки французов и 39-й Томский пехотный полк. На исходе были патроны и снаряды. От томского полка осталось в строю не более батальона. Слегка раненый генерал Лихачев, обнажив саблю, ведет в рукопашный последний бой своих боевых товарищей, чтобы достойно встретить смерть в бою. Но французский солдат, поняв, что перед ним русский генерал, отбил прикладом шпагу генерала и ударом ружья в голову сбивает генерала с ног… Наполеон, узнав о подвиге Лихачева, решает вернуть ее пленному генералу. Но Лихачев отказывается принять свою шпагу из рук неприятеля. При отступлении французов наши войска отбили раненого и контуженного генерала. Но прожил он немного. Умер, как и Кутузов, в апреле 1813 года в своем имении от ран. Его биография немного схожа с биографией Раевского. Военную службу начал с 14 лет, в звании подпрапорщика. В 1797 году в звании полковника вышел в отставку по возрасту. Узнав о нашествии Наполеона, написал рапорт с просьбой возврата в армию. Ему присвоили очередное воинское звание генерала- майора. В Бородинском сражении он был, пожалуй, самым «старым» по возрасту генералом. К примеру, погибшим генералам Тучкову – четвертому и Коновицину было под тридцать и чуть более. А ведь его подвиг напоминает нам подвиг Раевского при обороне Смоленска. Лихачев – единственный плененный генерал. И тем ни менее его портрет также украшает портретную галерею героев Отечественной войны 1812 года. Художник Доу лично был приглашен императором Александром Благословенным для оформления портретной галереи. Портрет императора Александра Благословенного, выполненный этим замечательным художником, самый удачный. Художник четко уловил и воспроизвел на полотно образ императора – победителя Наполеона. Всего портретная галерея героев Отечественной войны и заграничного похода насчитывает более 300 героев, в основном генералов…
Всего Сибирь для борьбы с Наполеоном выделила 8 полков и несколько артиллерийских рот с общей численностью свыше 30 тысяч солдат. В штыковые атаки ходили даже полковые священники. К примеру, полковой священник 39-го Томского пехотного полка Никифор Дмитровский с оружием в руках также отбивал яростные атаки неприятеля, за что был награжден боевой наградой. Все офицеры 39-го Томского пехотного полка, оставшиеся в живых, были награждены боевыми орденами –Св.Анны, Св.Владимира, Св.Георгия…различных степеней.
А фельдфебель 24-й дивизии П.Г.Лихачева Золотарев взял в плен французского генерала Бонами. Вероятно, Наполеон отдал приказ – любой ценой, ценой любых потерь взять в плен русского генерала, чтобы потом его обменять на своего генерала Бонами…
Батарея Раевского на Кургановой высоте несколько раз переходила из рук в руки. На исходе третьего дня резерв русской армии под командованием корпусного генерала Ермолова окончательно в последний раз отбил батарею Раевского у неприятеля…