Ксения Собчак отмечает 30-летие
Вокруг ТВ выведал семейные тайны у мамы именинницы — Людмилы Нарусовой.
5 ноября Ксения Собчак отмечает 30-летие. Рождение человека — само по себе чудо. И, тем не менее, почти в каждой семье существуют предания, связанные с появлением на свет нежно любимого, драгоценного чада. Есть такая чудесная история и в семье Нарусовых-Собчаков. И связана она с мистическим вхождением в жизнь Ксюши Собчак.
— Наш брак с Анатолием был очень счастливым, — вспоминает Людмила Борисовна Нарусова. — Семейную жизнь омрачало только отсутствие ребенка. Мы так мечтали о малыше и… вымолили-таки его у Бога. Когда я наконец забеременела, с самого начала поняла, что жду девочку. Мое безмятежное счастье длилось недолго. Вскоре врач вынес приговор: роды будут очень тяжелые — и ребенку, и мне грозит опасность. И вот иду я из консультации, слезы текут ручьем. Вдруг подходит пожилая женщина и участливо спрашивает: «Чего ты так убиваешься, доченька?» Я ей все и рассказала. А она мне: «Сходи на Васильевский остров, в часовню Ксении Блаженной, и сделай то-то и то-то. » Сказала и исчезла. Двадцать один день подряд, как наказала мне эта старушка, я появлялась в часовне Ксении Блаженной. А когда на 22-й день показалась врачу, выяснилось, что все осложнения исчезли. Вот такое чудо. Роды в итоге прошли легко. Сомнений в том, как назвать девочку, не было — Ксения.
— Как Анатолий Собчак встречал вас с дочерью из роддома?
— Ксения родилась ростом в 53 сантиметра, и Анатолий меня встретил с 53-мя розами. В 1981 году купить розы, да еще в таком количестве, было практически невозможно. Потом я выяснила, что коллега Анатолия работала в загсе, и он через нее с большим трудом достал цветы. Они стояли у меня месяц.
Однажды в Петербург приехала Маргарет Тэтчер. После официальной программы «железная леди» изъявила желание посетить один из пригородных дворцов. При этом она мне сказала: «Я знаю, что у вас девочка, которая хорошо говорит по-английски, возьмите ее с собой. Мне будет интересно пообщаться с русским ребенком». Ксения действительно хорошо владела английским, рано начала изучать языки, с четырех лет. После нашей прогулки Ксюша вынесла вердикт: «Мама, а какое у госпожи Тэтчер хорошее английское произношение!»
— История, языки… У Ксении было «трудное» детство?
— Мы старались ее нагрузить как можно больше. Она занималась в художественной студии Эрмитажа. Брала уроки балета, причем пыталась сама ставить танцы. В десять лет она придумала и исполнила хореографическую миниатюру под названием «Девушка и Смерть». Еще Ксения занималась музыкой, играла на фортепиано.
— Каков был круг Ксюшиного общения?
— Она общалась с друзьями нашего дома. Несколько лет подряд в Петербурге мы встречали Новый год с Ростроповичем и Вишневской. Когда муж жил в изгнании, в Париже, мы отмечали этот праздник со Спиваковым в его французском доме. Мы много общались с Геннадием Хазановым, который был большим другом моего мужа. С Олегом Басилашвили мы соседи по даче. Круг людей, с которыми Ксения выросла, не мог не оказать влияния на ее интеллектуальный багаж. Но сейчас, с высоты прожитых лет, я понимаю, что в этом были и свои минусы. У Ксении практически не было детства в обычном понимании. У нее было мало друзей-сверстников. Она несколько раз меняла школы.
— Говорят, что Ксения с восьми лет ходила с охраной. Сверстников это не могло не раздражать?
— Наверное. Но в связи с назойливым, недоброжелательным, враждебным и даже опасным вниманием прессы к Ксении мы были вынуждены нанять охрану. Приведу один пример, который был шоком для нашей семьи и вызвал тяжелейшую депрессию у ребенка. В тинейджерском возрасте дочь пошла с одноклассниками на дискотеку (ее туда привезли-отвезли, естественно), где выступала группа «Агата Кристи». В этот вечер на дискотеке проводилась облава на наркоманов. Ворвавшиеся вооруженные люди уложили всех лицом на пол. Тут же появились фотокорреспонденты. И на следующий день газеты вышли со снимками — испуганное лицо Ксении и заголовок: «Дочь Собчака поймали в компании наркоманов». Понятно, что сделано это было для того, чтобы уязвить мэра. Но ведь страдала психика ребенка.
— Но сегодня у Ксении уже, похоже, выработался иммунитет и она спокойно относится к своим мельканиям в скандальных Она ответила: «Помнишь, как в детстве я таскала у тебя колготки, а потом — с дырочками, затяжками — снова их запаковывала и подкладывала тебе в шкаф? Это мой подарок за все эти годы».
— А вы с мужем когда-нибудь наказывали Ксению?
— В семье у нас было заведено так: жесткую линию воспитания проводила я, потому что меня именно так и воспитывали.
Поэтому я Ксюшу шлепала. А вот отец — никогда. Он очень трепетно к ней относился. Однажды Ксения нашкодила в школе, учительница пожаловалась. Я стала пилить мужа: это ты со своим либерализмом, надо пожестче… Он насупил брови, высказал Ксении всякие жесткие слова, а затем, расстегивая ремень, заявил: сегодня я тебя все-таки выпорю.
Ксюша, а ей было, наверное, лет десять, не теряя спокойствия, подбоченясь встала, с укоризной посмотрела на отца и выдала: «Эх ты, Собчак, а еще демократом называешься, руку на ребенка поднимаешь. »
— Что-нибудь забавное из Ксюшиных перлов еще можете вспомнить?
— Мы с Анатолием очень любили симфоническую музыку. Ходили на концерты, слушали Чайковского, Моцарта, конечно, таскали повсюду за собой дочь. И, видимо, переборщили. Однажды мы за один сезон несколько раз ходили на «Сильфиду». И тут приезжают гости из Австрии. Мы сидим за столом, обсуждаем, куда надо сходить, что посмотреть. И кто-то предлагает— в Мариинский театр, там «Сильфиду» дают. И вдруг Ксюша начинает плакать: «Не пойду я больше на эту вашу… «Сифилиду». Но самое смешное было, когда муж решил «продвинуться», посмотреть, чем живет его дочь. И однажды со стайкой ее подружек он пошел на тогда еще только начинающую Королеву. Звук, цвет, дым, шум ужасный… А он после работы, усталый. И вот Ксюша приходит после концерта и с порога: «Ну, наш папа! Как же мне стыдно было! Ты представляешь, он заснул!» Я немедленно реагирую: «Как же можно было там заснуть?!», имея в виду грохот и светомузыку. Дочь поняла это по-своему, восторженно подхватив: «Вот и я говорю: как он мог заснуть на концерте самой Наташи Королевой?!»