Ульяна Сергеева/ Кружево жизни
2 мои новые детские истории готовятся к публикации в издательстве "Феникс-Премьер".
Книги в наличии, комплекты и актуальные скидки: https://vk.com/market-85836147
Книги, которые не планирую переиздавать в твёрдом переплёте, есть в наличии в магазине Wildberries. (электронные версии и печатные в мягкой обложке).
Проходите в гости с чашечкой чая, здесь бережная и тёплая атмосфера.
Спасибо каждому читателю, я многому учусь у вас!
С любовью и признательностью, Ульяна Сергеева
Ульяна Сергеева/ Кружево жизни запись закрепленаОбними нас, уставших и растерянных.
Подари нам зелёную дымку первой листвы, пчелино-жëлтые лужайки одуванчиков, свечи каштанов. Показать полностью. Помоги нам вспомнить, как здорово гулять поздними вечерами за руку с речным ветром, провожать и встречать корабли и лодки.
В мае легко устроить праздник: украсить пирог свежими ягодами, поставить на стол букет розовых хризантем, спрятать в карманах курток смешные записки любимым.
"Встретимся на рыбалке"."Буду пить кофе на Львином мосту"."В 17.00 в том парке, где ивы"."Жду на велосипедной стоянке".
Спрячь в гардеробе наши тëплые пальто, май. Пусть из шкафа пёстрыми бабочками вылетают лёгкие плащи и джинсовые курточки.
Идём гулять, мой дорогой май?
- Записи сообщества
- Поиск
В мае вместе с ландышами, вереском и свежей листвой расцветают чувства. Слетает, как прошлогодние листья, сухость восприятия. Тает, как зимний лёд, равнодушие.
И вдруг вспоминаешь, что необязательно ждать дождя, чтобы поплакать и спрятать свою печаль. Не нужно притворяться сильным. Смелым. Всезнающим.
Все эмоциональные доспехи смывает первая майская гроза. И вот он ты — уязвимый, чувствующий. Живой.
Пожалуйста, оставайся им. Тем, кому бывает грустно, страшно, яростно. Сегодня кому-то важны даже твои слëзы — если они от сердца. Искреннее сочувствие утешает.
Вообще всё, что от сердца, на "рынке переживаний" сейчас нарасхват . Посетители берут про запас "букеты нежности", "хлеб заботы", "чай сострадания".
Только пусть лавки с ненавистью и враждой остаются пустыми — без продавцов. И без покупателей.
Ульяна Сергеева/ Кружево жизни запись закрепленаПисьменные практики - это один из инструментов психотерапии, которым можно пользоваться без сопровождения терапевта.
Честный разговор с самим собой через письмо помогает выявить тревоги, страхи, выплеснуть эмоции и получить поддержку.Показать полностью.
Основные виды практик:
утренние страницы/фрирайтинг (свободное выписывание потока мыслей); ведение дневника; составление различных списков; вопросы для настройки, поиска своих целей и потребностей; терапевтические письма (прощания, благодарности, прощения); письменные задания с визуализацией (счастливые воспоминания, надежды, планы).
Волшебство таких практик - в возможности прикоснуться к своему истинному "Я". Вспомнить, где заканчиваются ваши мечты, цели, чувства, и начинаются чужие. Обрести уверенность в себе, устойчивость, близкий контакт с собой.
Сейчас у многих обострены чувства. Учитывая эту уязвимость, в сборник письменных практик я включу больше упражнений о ресурсе и дружбе с тревогой.
Для выполнения практик не нужно специальной подготовки, особого таланта или знаний.
Это просто задания о вас и для вас. Подключу рассылку в дар на следующей неделе! Будете ждать?
С теплом, Ульяна.
За солнечное фото из родного города благодарю мою подругу Викторию Абраменко.
Ульяна Сергеева/ Кружево жизни запись закрепленаНОВЕЛЛА "ЛИМОННЫЙ ПИРОГ"
Бледный диск солнца вынырнул из-за линии горизонта, словно яичный желток из миски с песочным тестом. По синему шёлку моря рассыпались сияющие серебристые искорки – как мелкий бисер, из которого дочь Лукреции собирала незатейливые браслеты и в выходные дни продавала путникам на главной площади города. Лукреция пригладила рукой тёмные непослушные кудри, перевязала их жёлтой лентой. Пора начинать новый день, скоро придут первые посетители.
Показать полностью. От семьи мужа им достался белёный коттедж с зелёными ставнями (хозяйка тут же перекрасила их в шоколадный цвет): на первом этаже – небольшая кофейня на три столика, второй этаж – жилой, с двумя спальнями и гостиной. Готовили внизу, на кухне в кофейне.
Лукреция любила чистоту и порядок, ей нравилось, что запахи еды, пусть и очень соблазнительные (томаты, шафран, чеснок и базилик) остаются внизу.
Наверху она любила раскладывать вещи в шкафах, развешивать мешочки с сухой лавандой, протирать пыль с полок и дощатого пола. А в минуты отдыха вязать тонкое кружево из хлопковой нити или читать книги из отцовской библиотеки.
Муж Лукреции, Стефано, работал на местной ферме: занимался изготовлением сыров. Управление кофейней лежало на его крепких плечах, а Лукреция была её душой: именно она запоминала, какой кофе варить завсегдатаям, какой десерт предлагать, о чём беседовать. Лукреция знала по именам детей и внуков посетителей: кто где учится, работает, чем любит заниматься. Да это и немудрено: благо, городок маленький, достаточно посещать одну церковь, чтобы знать всё и обо всех.
Но среди гостей кофейни были и те, кто давно не переступал порог церкви, а вот в кофейне не пропускал ни одного воскресного визита.
Каждую неделю после мессы у двери кофейни, облокотившись на деревянную кривую палку, стоял Маттео. Седой и статный, всегда одетый в свежую белую рубашку, он до сих пор привлекал игривые взгляды женщин. Он тепло, по-отечески улыбался в ответ и глядел на них ясным взглядом серых мудрых глаз.
В его жизни уже случилась любовь, а он твёрдо верил, что чувство такой силы можно встретить лишь однажды. Прошло уже несколько лет с тех пор, как Маттео развеял прах любимой жены над сапфирово-синими волнами Адриатического моря, а сердце до сих пор ныло и саднило, как незажившая ссадина. В кофейню Лукреции он приходил за кусочком счастья.
Вот и сегодня она встала пораньше, чтобы успеть испечь до церковной службы лимонный пирог: взбить песочное тесто с солнечным сливочным маслом и прохладным молоком, натереть цедру трёх крупных лимонов из своего сада, приготовить крем. Она торопилась, то и дело просыпая муку и наспех вытирая стол и формы для выпечки. Наконец Лукреция поставила пирог в духовку и, переодевшись, поспешила на мессу.
На обратном пути она радостно улыбнулась: её усилия были не напрасны. Маттео встречал её у кофейни, незыблемый, как рассвет. Он подал ей сухую, жилистую руку и вежливо уточнил: - Я не слишком рано, моя дорогая? - Нет, вы всегда вовремя, - шутливо поклонилась в ответ Лукреция.
Они вместе переступили порог кофейни. Лимонный аромат окутал Маттео с головы до ног, он весело рассмеялся и словно сбросил с себя несколько лет, как отжившую змеиную кожу. - Как обычно? – довольно улыбнулась Лукреция. - Да, пожалуйста! – благодарно кивнул Маттео и присел на своё привычное место у окна с видом на зелёные виноградники. Хозяйка поставила перед ним чашку крепкого, как ночь, эспрессо, стакан воды, глиняное блюдце с кусочком лимонного пирога. Пожелала приятного аппетита и почтительно отошла в сторону.
Её дочь Модеста наблюдала за отлаженным до секунды ритуалом со второго этажа, сквозь перила лестницы. - Что ты здесь делаешь? – осведомилась мать, поднимаясь наверх за свежим передником. - Смотрю и не понимаю, мама, - призналась девушка. – Зачем ты готовишь каждую неделю пирог специально для Маттео? Ведь этого десерта даже нет в меню!
- Понимаешь, дочка, - Лукреция тщательно подбирала слова. – Маттео уже похоронил жену, а до этого беда случилась с его сыном. Он остался совсем один. А когда человек остаётся один, он ищет опору. Кто-то находит её в Боге, кто-то – в своих счастливых воспоминаниях. Когда Маттео был мальчишкой, у его матери был лимонный сад. Летом в доме готовили освежающий лимонад с мятой, пекли лимонные пироги, варили джем. Вместе с ароматом лимонных корочек Маттео вспоминает свою мать: её заботу и любовь, её натруженные руки, мягкий голос и нежные песни. И обретает утешение.
- Лучше бы он ходил в церковь, - неосторожно хмыкнула дочь. - А ты не суди других, - сурово оборвала её Лукреция. – Маттео ходит в церковь по субботам, поминать своих родных. А по воскресеньям благодарит Бога за то, что в его жизни до сих пор есть маленькие удовольствия.
Модеста с сомнением выглянула вниз: Маттео допил кофе и с безмятежным видом смотрел в окно. От него исходил такой мир, что Модесте стало совестно, и она решила спуститься вниз, чтобы развлечь беседой почтенного друга семьи.
- И всё-таки, мама, почему ты так к нему неравнодушна? – оглянулась она. - Его мать угощала меня лимонным пирогом, когда в моей семье было нечего есть, - спокойно ответила мать, завязывая ленты передника.
- Спасибо, мама! – после долгого молчания произнесла дочь, прижимаясь к матери и вдыхая ароматы лимона, мяты и лавандовых духов.
- Сколько я вам должен? – обсудив все новости с Модестой, спросил Маттео. - Вы нам должны следующий визит! – настойчиво и весело ответила Лукреция, пожимая его дружескую руку.