Фильм о ночном клубе Annabel’s оставляет проблему классового общества за кадром
Mercedes-Benz, сверкающий, как тысячи кристаллов Swarovski, олицетворяет собою дух сегодняшнего центрального Лондона c его недавно заработанными деньгами, неслыханными состояниями и мировым влиянием, которые имеют мало общего с традиционной элегантностью высшего британского общества.
Праздник по случаю пятидесятилетия клуба Annabel’s стал бы прекрасным материалом для документального фильма Ридли Скотта об этом заведении. В легендарный ночной клуб, известный своими постоянными гостями, заглядывала когда-то сама английская королева (хотя сейчас его звезда — Кейт Мосс).
Только представьте себе, какой мог бы получиться фильм! Сценарий напоминал бы «Бегущего по лезвию», темное небо над унылой площадью Беркли, 44, торжественно освещали бы фейерверки. И этот праздник света символизировал бы упадок надменного высшего общества Великобритании, в котором лишь титулы, богатство и благородное происхождение могли послужить проходным билетом в закрытый клуб.
Определенно, оригинальному фильму Ридли Скотта не хватало именно этого эпизода: я посмотрела фильм два раза и, кажется, так и не услышала словосочетания «классовое общество». А ведь именно оно было основой социального строя Великобритании на протяжении веков и в то время, когда Марк Берли открыл свой «такой эксклюзивный» ночной клуб пятьдесят лет назад. Клуб был организован по законам высшего общества, к которому принадлежал он сам. В последнее же десятилетие Annabel’s превратился в заведение с самым дорогим шампанским и любимый клуб Наоми Кэмпбелл, которая, не будучи скромницей, в фильме Скотта заявляет, что любит здешнее «плохое освещение».
У семьи Берли замечательная история: у мужа – изысканный вкус и благородное происхождение, у жены – убийственно длинное имя — леди Аннабель Вэйн-Темпест-Стюарт. Позднее она вышла замуж за биллионера Джеймса Голдсмита. В династии Берли (помимо прочих знаменитостей) — Джемима Хан, дочь Аннабель, Максим де ла Фалез, сестра Берли, и Лулу, дочь Максим, именем которой назван другой ночной клуб через улицу от Annabel’s.
Тот клуб на Хертфорд-cтрит основал Робин Берли, находившийся в многолетней ссоре с отцом, а знаменитый Annabel’s он продал, положив тем самым конец семейной распре.
Разумеется, об этом нет ни слова в фильме. Что, в общем-то, и правильно. Режиссер Грег Фэй предпочитает смотреть в будущее и осторожно заглядывать в прошлое.
Нынешний владелец Annabel’s — Ричард Кэринг, делец в модном бизнесе и ресторатор. Ему прекрасно удалось понять значение и власть денег, которые стекаются в лондонские банки со всего мира. Теперь за низкими столиками на нижнем уютном этаже Annabel’s сидят русские олигархи, ближневосточная аристократия и биллионеры из Азии.
В 1963-v, когда Берли решил основать клуб, на месте Annabel’s было лишь несколько винных погребов в ужасном состоянии со сплетением электрических проводов над ними. Поэтому и фильм Ридли Скотта называется A String of Naked Lightbulbs («Оголенные провода и лампочки»).
Фильм чем-то напоминает «Аббатство Даунтон»: завсегдатаи Annabel’s разговаривают на элегантном английском выпускников Итона и Оксфорда, а бывшие сотрудники клуба дают интервью на кокни, вспоминая, как однажды в клубе надрался Фрэнк Синатра, как Дайана Росс танцевала, словно диско-дива, а мрачный, как туча, магнат шейх Хамдан аль-Махум оставлял по 100 фунтов чаевых за раз. (Хотя теперь, чтоб завоевать расположение здешних сотрудников не хватит, наверное, и 1000.)
В фильме Ридли Скотта клуб предстает обителью монарших особ: режиссер заснял и газетные публикации о бывавших здесь принцессе Диане, Ферджи и, разумеется, британской королеве. В фильме не упоминается о том, что с развитием технологий стало совершенно невозможно контролировать папарацци. Но Анна Винтур утверждает, что успех клуба всегда заключался в том, что все здесь были «своими» и чувствовали себя «в безопасности».
За время существования Annabel’s произошло немало изменений: в начале девяностых скандал с Lloyd’s London подорвал немало состояний, среди пострадавших были и постоянные члены клуба.
В конце фильма декоратор Ники Хэлсем заявляет, что Annabel’s всегда забит до отказа, а Ричард Кэринг рассказывает, что «людям нравится декаданс» и энергичные выступления Леди Гаги.
Я никогда особенно не любила Annabel’s: я всегда считала его прибежищем снобов, более уместным для блондинок со стройными ногами и мужчин с толстыми кошельками.
Но мне кажется, что клуб достоин лучшей биографии в кино, в которой бы отразился символический переход к глобализованному обществу, к обществу, в котором не класс, а деньги играют важную роль.
A String of Naked Lightbulbs можно будет увидеть в ноябре в лондонском Curzon Mayfair.