Стилистическая оценка синтаксических конструкций простого предложения

Русский синтаксис отличается богатством стилистических средств. Синтаксические единицы характеризуются функционально-стилевой закрепленностью: одни используются в книжных стилях, другие – в разговорном. На синтаксическом уровне ярко проявляется экспрессивная окраска речи.

Стилистика начинается там, где есть возможность выбора, а в русском языке такая возможность постоянно возникает при обращении к различным структурным типам предложений, употреблении параллельных синтаксических конструкций, использовании различных способов актуализации отдельных частей высказывания и т.п.

Важнейшим аспектом синтаксической стилистики является стилистическая оценка синтаксических средств, раскрывающая их функциональностилевую закрепленность и экспрессивные возможности. При этом в центре внимания находится синтаксическая синонимия.

Изучение стилистического использования различных типов предложений выдвигает на первый план функционально-стилевой аспект. Для стилистической оценки того или иного типа предложения важно определить его употребительность в разных стилях речи. Функциональные стили характеризуются избирательностью употребления простых и сложных, односоставных и двусоставных предложений. Например, для научного стиля показательно преобладание двусоставных личных предложений (их частотность составляет 88,3% от числа всех простых предложений); среди односоставных преобладают обобщенно- и неопределенно-личные (5,7%); безличные предложения употребляются реже (4,8%); как исключение встречаются инфинитивные и номинативные, которые вместе составляют лишь 1%. В такой избирательности употребления различных предложений отражается специфика научного стиля: точность, подчеркнутая логичность, отвлеченно-обобщенный характер.

При стилистическом анализе разных типов предложений важно также показать их экспрессивные возможности, от которых зависит обращение к той или иной конструкции в конкретной речевой ситуации. Русский синтаксис предоставляет множество вариантов для выражения одной и той же мысли. Например, при соответствующей интонации стилистический прием тавтологического сочетания придает высказыванию известную выразительность, например: Учитель должен учить. Однако ее можно усилить, избрав более эмоциональные синтаксические конструкции;

1. Обязанность учителя – учить.
2. Учитель должен быть учителем.
3. Учителю надо учить.
4. Ты учитель – и будь учителем.
5. Ты учитель – ты и учи!
6. Что же учителю и делать, как не учить!
7. Кому и учить, как не учителю?!

Эти конструкции выражают субъективно-модальные значения, т.е. все те значения, в которых заключено отношение говорящего к тому, о чем он сообщает. Степень их интенсивности от первого предложения к последующим нарастает, что влияет на их использование в речи. Примеры 1-3 могут быть использованы в книжных стилях, причем пример 1 тяготеет к официально-деловому стилю, а в примерах 2 и 3 книжная окраска последовательно убывает. Предложения 4-7 выделяет яркая экспрессия, придающая им подчеркнуто разговорный и просторечный характер.

Таким образом, субъективно-модальные значения дополняют функционально-стилевой аспект в стилистической оценке типов предложений. Исходя из этого, перейдем к анализу конкретных синтаксических единиц.

Прежде всего для русского языка характерна синонимия односоставных и двусоставных предложений, что можно показать на примерах, сопоставив двусоставные конструкции и соотносительные с ними односоставные;

1. Знаю, выйдешь к вечеру за кольцо дорог, Сядем в копны свежие под соседний стог.
(С. Есенин)

1. Я знаю, ты выйдешь вечером. Мы сядем в копны свежие.

2. Что новенького в газетах пишут? (М. Шолохов).

2. Что новенького пишут газеты?

3. Жила я радостно, по-детски – проснешься утром и запоешь. (А. Чехов).

3. Я, бывало, просыпалась утром и пела.

4. Мне вздумалось сорвать этот репей. (Л. Толстой).

4. Я вздумал сорвать этот репей.

5. Все мне видится Павловск холмистый
(А. Ахматова).

5. Все я вижу Павловск холмистый.

6. Мне не жить без России (А. Прокофьев).

6. Я не смогу жить без России.

7. Вот эта синяя тетрадь - С моими детскими стихами.
(А. Ахматова)

7. Вот передо мной лежит эта синяя тетрадь с моими детскими стихами.

8. Не спится, няня. (А. Пушкин).

8. Я не могу уснуть.

Нередко синонимизируются и разные типы односоставных предложений, например определенно-личные – безличные: Дыши последней свободой (А. Ахматова) – Надо дышать последней свободой; Не мучь меня больше (А. Ахматова) – Не надо мучить меня больше; неопределенно- личные – безличные: Близким говорят правду – Близким принято говорить правду, обобщенно-личные – безличные: Говори, да не заговаривайся (поел.) – Говорить можно, да не надо заговариваться; Озвереешь в такой жизни (М. Горький) – Можно озвереть в такой жизни; . Нарочно и лезет под колеса; а ты за него отвечай (Ф. Достоевский) – . а тебе за пего приходится отвечать; номинативные – безличные: Тишина – Тихо; Озноб, лихорадка – Знобит, лихорадит; инфинитивные – безличные: Не нагнать тебе бешеной тройки (Н. Некрасов) – Невозможно нагнать бешеную тройку.

Богатство вариантов создает широкие возможности для стилистического отбора синтаксических конструкций. Причем синтаксические синонимы (как легко заметить по приведенным примерам) далеко не равноценны в стилистическом отношении. Рассмотрим подробнее односоставные предложения.

1. Определенно-личные предложения в сравнении с двусоставными придают речи лаконизм, динамичность. Не случайно этот тип односоставных предложений ценят поэты:

Люблю тебя, Петра творенье.

Как он, ищу спокойствия напрасно,

Гоним повсюду мыслию одной.

Гляжу назад – прошедшее ужасно;

Гляжу вперед – там нет души родной!

Все хорошо под сиянием лунным.

Стою один среди равнины голой.

Определенно-личные предложения придают экспрессию газетным заголовкам: Не верь глазам своим (о рекламе); Здравствуй, добрый человек (о старожилах); Ожидаем большой эффект (о развитии деловых контактов), Тренируем дух и тело (о реконструкции спортивного зала).

Определенно-личные предложения со сказуемым, выраженным формой 1-го лица множественного числа, используются и в научном стиле:

Проведем прямую и обозначим на ней точку; Обозначим точки пересечения прямых; Рассмотрим спектр модальных значений высказывания в художественном тексте.

В таких предложениях внимание сосредоточено на действии безотносительно к его производителю, что сближает такие конструкции с неопределенно-личными предложениями. Личная форма сказуемого активизирует читательское восприятие: автор вовлекает читателя в решение поставленной проблемы, приобщает его к рассуждениям при доказательстве теоремы; ер. безличные конструкции: Если провести прямую.

Лингвисты часто отмечали преимущество определенно-личных односоставных предложений перед синонимичными двусоставными: указание лица в последних придает речи лишь более спокойный тон, делает ее "более вялой, разжиженной", по выражению А. М. Пешковского. Однако в подобных случаях все же употребляются не односоставные предложения рассматриваемого типа, а двусоставные с подлежащим, выраженным местоимением. Обращение к ним диктуется стилистическими соображениями. Во-первых, к двусоставным предложениям прибегают, если необходимо подчеркнуть значение 1-го или 2-го лица как носителя действия: Ты живешь в огромном доме, / Я ж средь горя и хлопот. (А. Пушкин); Мы послушаем, а вы постарайтесь нас убедить. В подобных случаях местоимения-подлежащие выделяются в устной речи ударением.

Во-вторых, двусоставные предложения используются при выражении побуждения с оттенком увещевания: Вы не торопитесь, я подожду; Да вы не тревожьтесь. При подобном употреблении стилистическое значение имеет порядок слов: подлежащее-местоимение должно предшествовать сказуемому. При иной их последовательности и соответствующей интонации двусоставные (побудительные предложения с подлежащим-местоимением 2-го лица (чаще единственного числа)) выражают пренебрежение, звучат резко, даже грубо: Да замолчи ты!; Отстань ты от меня!; Подождите вы!

2. Неопределенно-личные предложения не имеют особых экспрессивных качеств, которые бы выделили их на фоне других односоставных предложений. Основной сферой употребления неопределенно-личных конструкций является разговорная речь: Стучат!; Продают клубнику; Говорят, говорят. ну и пусть говорят! – откуда они легко переходят в художественную речь, придавая ей живые интонации: А в доме стук, ходьба, метут и убирают (А. Грибоедов); Идет. Ему коня подводят (А. Пушкин); Вот тащат за́ ноги людей / И кличут громко лекарей (М. Лермонтов). Подобные односоставные предложения нейтральны в стилистическом отношении и могут быть использованы в любом стиле. Вот, например, цитата из учебного пособия по семиотике:

У танца, как и у других искусств, в ранней истории имелись еще и несемиотические функции – медицинские и игровые. Общая пляска была средством коллективной психотерапии, физической тренировки и энергетической разрядки. Пляски наиболее искусных и выносливых танцоров часто принимали характер состязаний ("кто кого перепляшет") и были, таким образом, забавой и отдыхом для "не-солистов" и зрителей [1] .

Приведем отрывок из газетной статьи: Рейн уже не раз отравляли промышленными отходами. Но подобного удара реке еще не наносили. Все эти примеры убедительно свидетельствуют о том, что для неопределенно-личных предложений нет функционально-стилевых ограничений.

Неопределенно-личные предложения интересны в стилистическом плане тем, что в них подчеркивается действие:

Подсудимых тоже куда-то выводили и только что ввели опять (Л. Толстой); Когда полковник прибудет, то за ней придут (К. Симонов); Блинами, понятно, не встретят, не жди. – Какие там блины! Вздернут еще! <. > Бьют да вешают народ (М. Бубеннов).

Употребление таких предложений позволяет акцептировать внимание на глаголе-сказуемом, в то время как субъект действия отодвигается на задний план независимо от того, известен он говорящему или нет. Наиболее выразительны в семантико-стилистическом отношении неопределенно-личные предложения, в которых носитель действия представлен как лицо неопределенное:

А завтра меня в кино приглашают. – Кто же это? – спросила мать. – Да Виктор, – ответила Луша (В. Лидин).

Подчеркнутая глагольность неопределенно-личных предложений придает им динамизм, создает благоприятные условия для использования в публицистическом стиле: Сообщают из Киева..; Из Дамаска передают..; Депортируют из США. Особенно эффективно употребление неопределенно-личных предложений в качестве заголовков газетных материалов: Наживаются на беспошлинном ввозе сигарет; Пятятся назад (о международной политике); Неугодных убирают; Где отмывают деньги; Меняют фонари (об уличном освещении).

В научном стиле использование неопределенно-личных предложений диктуется стремлением автора обратить внимание аудитории на характер действия, например при описании опытов: Смесь тщательно взбалтывают и подогревают. Затем в сосуд добавляют. Полученную массу охлаждают.

В официально-деловом стиле неопределенно-личные предложения используются наряду с безличными: У нас не курят – Курить воспрещается; а также с инфинитивными: Не курить!; Просят соблюдать тишину – Не шуметь! При сопоставлении таких конструкций очевидно, что неопределенно-личные предложения выступают как более вежливая форма запрета, поэтому в известных условиях по этическим соображениями они оказываются предпочтительнее. Неопределенно-личные предложения, которые выражают побуждение в смягченной, подчеркнуто вежливой форме, прочно закрепились в отдельных жанрах официально-деловой речи, например в объявлениях (особенно при трансляции их по радио): Гражданина Петрова просят подойти к справочному бюро; Пассажиров приглашают на посадку, Студента Газетова вызывают к декану.

3. Обобщенно-личные предложения из всех односоставных личных выделяются экспрессивной окраской: Сердцу не прикажешь; Голой овцы не стригут; Что имеем – не храним, потерявши – плачем. Наиболее характерная для этих предложений форма сказуемого – форма 2-го лица единственного числа, получающая обобщенное значение, – является и самой экспрессивной:

За чем пойдешь, то и найдешь; Поспешишь – людей насмешишь; Перед смертью не надышишься; На каждый роток не накинешь платок; Ешь, пока рот свеж;

За твоим языком не поспеешь и босиком.

Афористичность и яркость подобных высказываний ставит их в ряд высокохудожественных произведений-миниатюр русского фольклора.

Глагол-сказуемое 1-го и 3-го лица в обобщенно-личных предложениях указывает на действие, которое может относиться к любому лицу:

В чужом глазу – сучок видим, а в своем и бревна не замечаем; За одного битого двух небитых дают; Рассказчики не годятся в приказчики; Для глухих две обедни не служат.

Народно-поэтический оттенок обретают строки из художественных произведений, в которых писатели прибегают к обобщенно-личным предложениям: Глядишь и не знаешь, идет или не идет его величавая ширина. (Н. Гоголь): В себя ли заглянешь? – там прошлого нет и следа. (М. Лермонтов). Экспрессивность таких конструкций отчасти достигается переносным употреблением форм лица: 2-е лицо глагола указывает на самого говорящего. В иных случаях действенность речи усиливается использованием формы давнопрошедшего времени: Эх, бывало, заломишь шапку, / Да заложишь в оглобли коня. (С. Есенин). В поэтической речи подобные конструкции могут быть композиционно-образующим стержнем текста [2] :

Вот мы опять перевернем поспешно,

Стараясь прочитать иллюзию судьбы,

Год, календарь: так здорово, успешно!

И так обманчиво: спеши, спеши, спеши.

Спеши прожить, сказать, подумать, взвесить,

Спеши понять, почувствовать, простить,

Спеши забыть, отбросить, не заметить,

Спеши догнать, поверить, позвонить.

Спеши решить в последнее мгновенье,

Спеши увидеть в полной темноте,

Спеши признать такое пораженье,

Которое лишь подступ к высоте.

Яркая экспрессивность таких конструкций ограничивает их функционирование. Кроме разговорной и художественной речи, для них открыт публицистический стиль. В критике, публицистике обобщенно-личные предложения придают суждениями большую объективность: На каких весах взвесить, каким аршином измерить можно это чувство..; Писать, о чем думаешь (газ.).

Наименее экспрессивными среди обобщенно-личных предложений являются конструкции со сказуемым в форме 3-го лица множественного числа: Льет дождь. На даче спят два сына, / Как только в раннем детстве спят (Б. Пастернак). По структуре и семантике такие предложения близки к неопределенно-личным, но в отличие от них указывают на действие, которое может принадлежать всякому (все спят, каждый в детстве так спит). Эта структурная схема односоставных предложений находит применение и в научном стиле.

4. Безличные предложения характеризуются особым разнообразием конструкций и их стилистическим применением в речи. Некоторые из них типичны для разговорной речи: Хочется есть; Больно!; Не спится; Морозит; Ни души Нет денег; Нора домой; Стыдно сказать; другие выделяются канцелярской окраской:

Воспрещается без согласия усыновителей. выдавать выписки из книг регистрации актов гражданского состояния; О сохранении правоотношений с одним из родителей. должно быть указано в решении об усыновлении.

Среди безличных предложений есть и лирические по эмоциональной окраске, излюбленные поэтами конструкции:

И скучно и грустно, и некому руку подать

В минуту душевной невзгоды.

Всё кажется, и помнится, и мнится,

Что осень прошлых лет была не так грустна.

Легко проснуться и прозреть,

Словесный сор из сердца вытрясть

И жить, не засоряясь впредь.

Быть твоею сестрою отрадною

Мне завещано древней судьбой.

Есть среди них и предложения, используемые в публицистической речи, предназначенные для обычной информации: Строителям предстоит возвести санно-бобслейный комплекс; Ответ надо искать всем заинтересованным организациям. Правда, журналисты черпают из состава безличных конструкций и эмоциональные, которые необходимы для усиления действенности речи:

Стоя приветствовали болельщики чемпиона, и не было конца восторгам; Нужно было бы искать ему [спортсмену] замену, а достойных кандидатов в сборной нет; На равных бороться ему не по силам; Побеждать всегда приятно, но не разумнее ли отвлечься на время от дня сегодняшнего и заглянуть чуть дальше?

В газетных заголовках подобные синтаксические конструкции также продуктивны: С "Меркурием" безопасно; Подорожало или нет? и др.

Отдельные группы безличных предложений постоянно используются в научном стиле:

Известно, что. ; Приходится признать. ; Начинать опыт следует с вливания наименее концентрированного раствора и переходить к более концентрированным;

За один опыт рекомендуется применять не более 7-10 раздражений кислотой.

Характерный для научного стиля безличный принцип изложения обусловливает сравнительно частое использование конструкций со сказуемыми, выражающими различные оттенки долженствования, необходимости:

При установлении исходного функционального состояния организма следует обратить внимание на объективные физиологические данные; С подобной неоднозначностью приходится сталкиваться при всех прямых методах решения структур.

В рамках этого стиля возможно использование и безлично-предикативных слов в роли сказуемых: Можно заметить следующую закономерность..; Для характеристики пегмалитового поля одного образца недостаточно.

При стилистической оценке безличных предложений важно учитывать, с одной стороны, возможность замены их другими конструкциями, что создает конкуренцию синтаксических синонимов, а с другой – полное отсутствие такой возможности, что снимает проблему стилистического выбора. Например, нельзя предложить какие-либо замены для безличных предложений такого тина:

Но стало страшно вдруг Татьяне. (А. Пушкин); Ах, в самом деле рассвело! (А. Грибоедов); Ему стало приятно от этой мысли (М. Горький); На небе ни облака (А. Чехов); Ногу ломит; Везет же людям!; Писем нет.

Однако иные безличные предложения легко трансформировать в двусоставные или односоставные неопределенно- или определенно-личные; ср.:

Сегодня тает – Снег тает; Следы засыпало снегом – Следы засыпал снег; Метет – Метет пурга; Хочется есть – Я хочу есть; Где тебя носило? – Где ты был?; Следует уступать места старшим – Уступайте места старшим; Полагается принимать лекарство – Принимайте лекарство; Про батарею Тушина было забыто – Про батарею Тушина забыли; Решено начать атаку на рассвете – Атаку решили начать на рассвете; Меня там не было – Я там не был.

При возможности двоякого выражения мысли следует учитывать, что "личные конструкции содержат элемент активности, проявления воли действующего лица, уверенности в совершении действия, тогда как безличным оборотам присущ оттенок пассивности, инертности" [3] . Кроме того, в отдельных типах безличных предложений заметна функционально-стилевая окраска, порой слабая. Так, подчеркнуто разговорными являются предложения: Где тебя носило?; Везет же людям]; В доме ни души. Книжную окраску имеют конструкции: Следует уступать..; Полагается принимать..; Решено начать.

5. Инфинитивные предложения предоставляют значительные возможности для эмоционального и афористического выражения мысли: Чему быть, того не миновать (поел.); Кого ж любить? Кому же верить? (А. Пушкин); Так держать]; От судьбы не уйти; Быть бычку на веревочке] Они используются в пословицах, в художественной речи; эта конструкция приемлема даже для лозунгов: Работать без брака] Однако основной сферой их функционирования является разговорный стиль: Сказать бы об этом сразу]; А не вернуться ли нам?; Берега не видать – последняя конструкция (распространенная дополнением со значением объекта) имеет просторечную окраску.

Художники слова обращаются к инфинитивным предложениям как к средству создания непринужденно-разговорной окраски речи: Ну, куда тебе возиться с женою да нянчиться с ребятишками? (А. Пушкин).

Экспрессивная окраска препятствует использованию инфинитивных конструкций в книжных стилях. В художественной и публицистической речи эти предложения вводятся в диалоги и монологи, насыщенные эмоциями: Подать свежих шпицрутенов] (Л. Толстой); Унять старую ведьму] (А. Пушкин). Эти конструкции ценят поэты:

до дней последних донца,

и никаких гвоздей!

Февраль. Достать чернил и плакать!

Писать о феврале навзрыд.

При соответствующем интонационном оформлении инфинитивные предложения несут огромный экспрессивный заряд и выделяются особой напряженностью.

6. Номинативные предложения по сути своей как бы созданы для описания: в них заложены большие изобразительные возможности. Называя предметы, расцвечивая их определениями, литераторы рисуют картины природы, обстановку, описывают состояние героя, дают оценку окружающему миру:

Смятенье! обморок! поспешность! гнев! испуга! (А. Грибоедов); Золото холодное луны, / Запах олеандра и левкоя (С. Есенин); Черный вечер. / Белый снег. /

Ветер, ветер! (А. Блок); Вот оно, глупое счастье / С белыми окнами всад! (С. Есенин); Теплый поздний вечер. Санкт-Петербург в огнях (В. Шишков); А воздух! Какой воздух, мать моя родная! (К. Паустовский); Маки, живые маки! (Н. Сладков).

Однако подобные описания не отражают динамики событий, поскольку номинативные предложения указывают на статическое бытие предмета, даже если номинативы – отглагольные существительные и с помощью них рисуется живая картина:

Бой барабанный, клики, скрежет,

Гром пушек, топот, ржанье, стон,

И смерть и ад со всех сторон.

Здесь словно на фотоснимке запечатлено мгновение, один кадр, так как линейное описание событий номинативными предложениями невозможно: они фиксируют только настоящее время. В контексте оно может получать значение настоящего исторического, однако грамматическое выражение форм прошедшего или будущего времени переводит предложение в двусоставное; ср.: Бой – Был бой – Будет бой.

Использование в речи номинативных предложений разнообразно. Они выполняют и чисто "техническую" функцию, обозначая место и время действия в пьесах, называя декорацию постановки: Декорация первого акта. Восемь часов вечера. Звонок (А. Чехов). Однако и в драматургии художественное значение номинативных предложений может увеличиваться, если ремарки указывают на поведение героев, их душевное состояние: Пауза. Смех. Ропот и шиканье (А. Чехов). В новом жанре драматургии – киносценариях – номинативные предложения стали сильным средством художественных описаний:

Открытое пространство большого аэропорта, залитого солнцем. Грандиозная перспектива самолетов, выстроенных к параду. Оживленные группы военных летчиков. Чкалов неторопливым шагом идет вдоль линии самолетов.

Номинативные предложения могут звучать и с большим напряжением, выполняя экспрессивную функцию при соответствующем интонационном оформлении. Это относится прежде всего к оценочно-бытийным и желательно-бытийным предложениям, которые выделяются в составе номинативных: Какая ночь!; Только бы силы!; Если бы не уверенность.

Изобразительная функция номинативных предложений была продемонстрирована достаточно наглядно еще писателями XIX в. Вспомним знаменитые строки А. А. Фета, поразившие современников:

Шепот, робкое дыханье.

Серебро и колыханье

Все стихотворение состоит из одних номинативов, что возводит в принцип их стилистическое применение. Можно назвать поэтов и более позднего времени, которые питали особую склонность к номинативным предложениям. В частности, многие стихи А. А. Ахматовой открывают номинативы:

Пустых небес прозрачное стекло,

Большой тюрьмы белесое строенье.

(Пустых небес прозрачное стекло. )

Двадцать первое. Ночь. Понедельник.

Очертанья столицы во мгле.

(Двадцать первое. Ночь. Понедельник. )

Вот и берег северного моря,

Вот граница наших бед и слав.

У Б. Л. Пастернака целые строфы состоят из подобных конструкций:

Осень. Сказочный чертог,

Всем открытый для обзора.

Просеки лесных дорог,

Заглядевшихся в озера.

Как на выставке картин:

Залы, залы, залы, залы

Вязов, ясеней, осин

В позолоте небывалой.

Липы обруч золотой –

Как венец на новобрачной.

Лик березы – под фатой Подвенечной и прозрачной.

Под листвой в канавах, ямах.

В желтых кленах флигеля,

Словно в золоченых рамах.

(Золотая осень)

Для многих поэтов стилистическое использование номинативных предложений стало важным художественным приемом.

Интересно сравнить разные редакции произведений, свидетельствующие о том, что в процессе авторедактирования поэт норой отказывается от двусоставных предложений, отдавая предпочтение номинативным, например у А. Т. Твардовского:

Кому жизнь, кому смерть, кому слава.

На рассвете началась переправа.

Берег тот был, как печка, крутой,

И, угрюмый, зубчатый,

Лес чернел высоко над водой,

Лес чужой, непочатый.

А под нами лежат берег правый, –

Снег укатанный, втоптанный в грязь,

Вровень с кромкою льда.

В шесть часов началась.

Берет левый, берег правый,

Снег шершавый, кромка льда.

Кому память, кому слава,

Кому темна вода, –

Ни приметы, ни следа.

Из примера видно, что номинативные предложения создают динамизм, выхватывая из развернувшейся панорамы главные штрихи, детали обстановки, способные отразить трагизм разворачивающихся событий. Более распространенное описание, построенное на двусоставных предложениях, при сопоставлении проигрывает; оно кажется растянутым, обремененным несущественными подробностями. Таким образом, в подобных случаях номинативные предложения явно предпочтительнее.

Номинативные предложения привлекают внимание журналистов, которые видят в них инструмент лаконичных и суггестивно образных, броских предикатов: Бабочка и переправа (о туристическом многоборье); Лебединый домик (о городском мини-зоопарке); Работа на результат (о профилактике социального сиротства); Фейерверк наград (о достижениях детского муниципального музыкального театра); Павильоны и плитка (о благоустройстве городских остановок).

Протяженные описания, насыщенные номинативами, характерны в первую очередь для очерков. Однако этим стилистические рамки использования данной конструкции не ограничиваются. К ней обращаются и авторы научно-популярных книг.

Неполные предложения могут успешно конкурировать с рассмотренными выше полными предложениями, что значительно расширяет стилистические возможности русского синтаксиса. Неполные предложения имеют четкую функционально-стилевую закрепленность и яркую экспрессивную окраску, а их стилистическое использование в речи определяется экстралингвистическими факторами и грамматической природой.

1. Неполные предложения, образующие диалогические единства, создаются непосредственно в процессе живого общения: Когда ты придешь? – Завтра. – Одна или с Виктором? – Конечно, с Виктором. Из разговорной они проникают в художественную и публицистическую речь как характерная особенность диалога:

Что, господин адъютант, какие новости? – спросил офицер. – Хорошие! (Л. Толстой); Прекрасный вечер, – начал он, – так тепло! Вы давно гуляете? – Нет, недавно (И. Тургенев).

Журналисты используют неполные предложения чаще всего в интервью:

Но, как и в любой другой стране, у вас, очевидно, тоже есть проблемы. В чем они? – Наиболее актуальная из них– переломный период в нашей экономике.

Однако обращение к контекстуально неполным предложениям, представляющим собой реплики и ответы в момент беседы, в публицистическом стиле весьма ограничено, а в других книжных стилях практически невозможно. Здесь даже при диалогизации стиля используются полные предложения, характерные для синтаксиса письменной речи.

2. Неполные предложения, представляющие собой части сложносочиненных и сложноподчиненных предложений, употребляются в книжных стилях, прежде всего в научном:

Считалось, что геометрия изучает величины сложные (непрерывные), а арифметика – дискретные числа. Обращение к ним диктуется стремлением избежать повторения однотипных структур.

3. Иными мотивами обусловлено предпочтение эллиптических предложений: они выступают как сильное средство эмоциональности речи. Основной сферой их применения является разговорная речь, однако эти предложения неизменно привлекают и художников слова. Эллиптические конструкции придают описаниям особый динамизм:

Григорий Александрович взвизгнул не хуже любого чеченца; ружье из чехла, и туда – я за ним (М. Лермонтов); А, бывало, мы его вздумаем дразнить, так глаза кровью и нальются, и сейчас за кинжал (М. Лермонтов); Я к ней, а он в меня раз из пистолета (А. Островский); Аксинья – в лавку! (М. Горький); К барьеру! (А. Чехов); Назад, домой, на родину. (А. Н. Толстой).

Соотносительные с эллиптическими конструкциями полные предложения, в которых сказуемые имеют значение движения, побуждения, желания, бытия, восприятия, речи и др., значительно уступают эллиптическим в экспрессии.

Для поэтов синонимия эллиптических и полных предложений открывает возможности выбора варианта, удобного для версификации. См., например, у А. А. Блока:

Зима прошла. Я болен.

Я вновь в углу, средь книг.

Он, кажется, доволен,

Досужий мой двойник.

Да мне-то нет досуга

Болтать про всякий вздор.

Мы поняли друг друга?

Ну, двери на запор.

Употребление сказуемого в приведенных предложениях удлинило бы строку, что в стихотворной речи не всегда допустимо.

Предложения с пропуском слов, не представляющих ценности в информативном отношении, получили большое распространение в газетном языке. Вот типичные заглавия газетных статей:

К вашему столу; Только для женщин; Магазин – на диване; Технические средства обучения – в классы; Вычислительную технику – в аудитории; Мы – против курения; По швейцарской системе; "Зеленым бракам" – зеленый свет?

Такого рода неполные предложения включают лишь целевые слова высказывания; все остальное восполняется текстом, речевой ситуацией. Разнообразные эллипсы, используемые в заглавиях, стали синтаксической нормой. Они формулируют мысль в предельно сжатой форме, обладают функционально-стилевой и экспрессивной окраской, привлекающей внимание читателя. Однако увлечение подобными предложениями таит в себе опасность: в них может возникнуть неясность, эстетическая неполноценность.

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎