Челябинский бизнесмен предпочел «Лэнд Крузеру» отечественный «УАЗ-Хантер»

Основатель и генеральный директор группы компаний «НГ-сервис» Владимир Михайлов, которому недавно исполнилось 45 лет, рассказал, как мечтал, но не стал военным, почему в его автомагазинах продают самовары и зачем его компания «дотянулась» до ЯНАО.

«НГ-сервис» является официальным дилером таких гигантов, как «КамАЗ», «ЧТЗ-Уралтрак», «ГАЗ», «УАЗ», ведущий оператор на рынке продаж отечественных грузовых автомобилей и дорожно-строительной техники, запасных частей и сервисного обслуживания в Ямало-Ненецком автономном округе и в Челябинской области. Как получилось, что бизнес компании распространяется на два региона?

— Южный Урал — регион промышленный, в том числе производящий автотехнику: внедорожники, самосвалы, тягачи, трактора, — отвечает на вопрос Владимир Иванович. — Продвижение этой техники дает возможность нашему городу и области больше производить, аккумулировать в себе средства. Если иностранные гастарбайтеры, зарабатывая в России деньги, увозят их к себе на родину, то мы, реализуя технику нефтегазовому комплексу, «тянем» средства в Челябинскую область, чтобы повышать ее благосостояние. Это те же самые инвестиции. Считаю, что те, кто приносит деньги в область извне, должны цениться. И правительство региона должно им помогать.

— Ваш выбор пал на отечественный автопром, да еще и грузовой в то время как окраины города забиты сияющими салонами с импортными автомобилями.

— Мы являемся дилерами Челябинского тракторного завода, Ульяновского автомобильного завода, завода КамАЗ. Каждый автомобиль, там произведенный и купленный нами, позволяет семьям сотрудников заводов строить свой быт, обучать своих детей, выполнять свои планы. А те, кто продает иномарки, по моему мнению, перекачивают деньги из нашей страны в карманы иностранных семей. Это в корне неверно. Наша главная цель — содержать свой народ. Не строить свою жизнь на перепродаже импортной продукции. Но замечаю, что у нас сейчас открывается много предприятий, которые, как и мы, ориентируются на российское производство. Уральский завод спецтехники, открытый Николаем Антоновым, кстати, бывшим военным, завод ДСТ-Урал, который производит трактора, оснащенные по последнему слову техники.

ХАРИЗМАТИЧНЫЙ «УРАЛ»

— В большинстве развивающихся стран асфальтированных дорог почти нет. Там наша техника очень востребована. Взять к примеру «УАЗ-Хантер» и «Ленд Ровер Дефендер». При тестировании эти две машины абсолютно ничем не отличаются, при этом «Дефендер» на миллион дороже. Надо работать над совершенствованием отечественных моделей, и наша техника будет востребована везде.

Посмотрите в Интернете на ролики, где «Уралы» переплывают реки, полностью погружаясь под воду вместе с кабиной или как бойко двигается по «зимнику» КамАЗ. Это самая лучшая реклама наших грузовых машин. И пусть никто не говорит, что импортная техника не ломается. Я видел, как она на Севере выходит из строя. Еще быстрее, чем наша. Наша техника, я считаю, — лучше.

— На сайте вашей компания представлены такого рода автомобили, они солидно выглядят.

— При этом еще и комфортабельные. «Урал» очень харизматичная машина. Когда ее ведешь, чувствуется сила. Одно удовольствие гнать по степи. Мне нравится по бездорожью ездить на больших машинах. Автомобиль «УАЗ-Патриот», если завод уделит больше внимания комплектующим, ничем не уступит иномаркам тех же размеров, того же класса. Цена привлекательная, дизайн интересный. Просто, находясь в городе, мы думаем о городе. Если посмотреть на иномарки, которые продают у нас, эти роскошные автомобили способны ездить только по асфальтированным дорогам. Большинство потребителей таких автомобилей дальше Калачевки не ездят. А если едут куда-то за город, то переживают, как бы травинку задеть и не поцарапать лакокрасочное покрытие. Машина — это все-таки средство передвижения. На ней надо ездить быстро и с удовольствием.

— А какой у вас личный автомобиль? Наверняка иномарка.

— Да, у меня была иномарка — «Лендкрузер», но его украли. Сейчас я езжу на «УАЗе» и доволен.

«РУСКИЕ, ВЫ НЕ ТО СТРОИТЕ!»

— С вами наверняка часто дискутируют на тему, какие грузовые машины лучше: наши или импортные.

— Когда такие разговоры заходят, я обычно спрашиваю спорщика: «Твоя жена кто по национальности?» Чаще всего слышу ответ: «Русская» или «Татарка». «А что же не взял себе немку, шведку? — «Немки некрасивые», — отвечает. Или находятся другие причины. «В таком случае, — говорю ему, — поработай над тем, чтобы отечественная машина была как можно лучше. Съезди на завод, поговори с производителями, потребуй от них качества».

Только взявшись вместе за руки, мы сможем добиться чего-то. Кроме нас нашу страну никто не поднимет. Или мы так и будем продолжать находиться в том состоянии, в котором находимся сейчас. Вот государство потратило 50 миллиардов долларов на Олимпиаду — и у нас теперь есть прекрасный город Сочи. Надо строить заводы, фабрики — и тогда у нас будут прекрасные машины. А если тратить деньги на покупку импортных машин, они будут становиться все лучше, а наши машины будут хиреть. Как-то я летел из Набережных Челнов и завязался разговор с попутчиком-турком. Он сказал: «Русские, вы дураки. Надо строить фабрики, а вы строите торговые центры».

— Кризис отражается на вашем бизнесе?

— Он на всех отражается. Тяжело сотрудникам. Цены выросли, а зарплаты — нет. Объемы продаж упали. Этот год переживем, а что будет в следующем году — покажет время. Надеемся, что наше государство нас не оставит. Найдет выход из положения и все же решится на мобилизацию экономики.

— Может надо почаще доносить до власти свои мнения?

— Доносить всегда нужно, свежий взгляд никогда не помешает. Но не всегда есть такая возможность.

— Я видела фото, где вы сидите за одним столом с губернатором Борисом Дубровским и депутатом Челябинской городской думы Наталье Басковой.

— Благотворительный фонд «Родная» проводил мероприятие, в котором мы участвовали, поскольку мы тоже занимаемся благотворительностью, стараемся помогать больным детям. А вообще-то с властью общаться не приходится.

«АВТОРОТА» ВМЕСТО «ДРАНДУЛЕТА»

— С чего начинается день руководителя серьезной компании?

— С выслушивания докладов подчиненных.

— Военным вы не стали, но дисциплина строгая!

— Со мной работает мой старший брат, он подполковник, бывший военный, выпускник военной академии. Я от него многое перенял. Порядок есть порядок. Один умный человек сказал: «Если вы сможете построить организацию без порядка, то вам обязательно поставят памятник».

— Ваша компания владеет сетью специализированных магазинов, у них тоже военное название — «Авторота».

— Первый магазин у нас назывался «Драндулет». Но посетителей он не привлекал. Видно, слово «драндулет» ассоциируется с развалюхой. Хотя на заре автомобилестроения «Драндулет» была марка престижного автомобиля. Наши магазины предназначены для предприятий, имеющих автоколонны, и организаций, производящих ремонт автотракторной техники. У нас они могут приобрести весь ассортимент оригинальных запчастей и аксессуары на всю отечественную автотехнику. Также у нас есть небольшие отделы, где люди, интересующиеся историей своей страны, могут купить своеобразные сувениры и даже такие артефакты, как старые патефоны, подковы, крынки, самовары.

— Где вы их берете?

— Самовары и подковы выкупаем из металлоприемок и даем им вторую жизнь. Многие клиенты с удовольствием их покупают. Еще продаем топорики и охотничьи ножи, изготовленные златоустовскими оружейниками. Мы намеренно стараемся продвигать изделия наших мастеров. Ведь они по всем критериям превосходят китайский ширпотреб. И хотя цена этих ножей не дешевая, зато сталь самая лучшая.

НАЗВАЛИ В ЧЕСТЬ ЛЕНИНА

— Вы коренной уралец?

— Да. Родился в селе Кочердык Октябрьского района в 1970 году. Это был год столетия Ленина, в честь которого меня и назвали. В детстве мечтал быть военным. У нас все мужчины в семье были военными, кроме моего отца. Во время Отечественной войны он не мог учиться — нужно было работать, помогать матери. Окончил всего три класса. Без образования в военное училище его бы не взяли. Все остальные, включая моего брата, стали профессиональными военными. Я хотел быть ракетчиком, как брат. Но в военкомате мне сказали: «Рановато пришел», поскольку школу я оканчивал шестнадцатилетним. Поступил в ЧПИ на приборостроительный факультет. Специальность мне нравилась. О военной стезе мечтать перестал. Но тут наступила перестройка, нарушила планы. Я женился. Пришлось оставить институт, идти добывать хлеб. Устроился электромонтером в «Челябэнерго». Три года строил электролинии.

— Это были ваши первые самостоятельные деньги?

— Нет. Первые зарабатывал еще школьником, пропалывая сосенки в лесничестве. Довольно хорошо платили. Можно было за день до 40 рублей заработать. Я не жалел денег на книги, которыми зачитывался с раннего детства. Еще увлекался фотографией. Покупал фотоаппараты, принадлежности, химикаты, фотобумагу. Те детские снимки я бережно храню. Мое увлечение съемками продолжалось до тех пор, пока не появилась цифровая фотография. Исчез процесс проявки и закрепления пленок и снимков. Он был похож на волшебство и мне очень нравился.

СЕМЕЙНЫЕ КОРНИ

— Вы хорошо знаете историю своего рода?

— К сожалению, не так хорошо, как хотелось бы. Но мне известно, как появилась наша фамилия. Предки у меня были крепостные. Когда их освобождали от крепостной зависимости, то поскольку моего прапрадеда звали Михаил, имя стало семейной фамилией. А его брат очень быстро бегал, ему дали фамилию Дроздов. Два родных брата стали жить с двумя разными фамилиями.

Мой прадед приехал на Урал из Белоруссии перед Первой мировой войной. Прадеду, кстати, для переезда выдали столыпинский вагон, он смог привезти все свое имущество, не только мебель, но даже коров. И он и его братья сюда перебрались по Столыпинской реформе. Они получили землю, хозяйствовали. После Октябрьской революции вступили в колхоз. Переселенческая программа работала и при Советской власти. В Чесменском районе существует много переселенческих пунктов. Но их почему-то преподносят как место ссылки. На самом деле люди ехали туда добровольно, по желанию.

В прошлом году мой старший брат ездил в Белоруссию, куда никому из нас раньше не доводилось ездить. Он побывал в местах, где жили наши предки. Но никого из родственников там не нашел. Во время Отечественной войны все были уничтожены. Очень печально. Что-то спросить об истории семьи абсолютно не у кого.

— Для человека, создавшего свою компанию, она становится второй семьей.

— Причем, большой семьей: в нашем коллективе 350 человек. Чтобы что-то значительное создать, приходится отдавать все силы и время. Жертвовать семьей, вниманием близких, своим хобби.

У меня три сына. Старшему 24 года, он окончил юридический техникум, отслужил в армии, поработал на производстве, сейчас учится в ЧелГУ. Второму 13, а младшему семь. Оба учатся в православной гимназии.

— Строгий, когда нахожусь дома. А так как дома бываю редко, то, наверное, не очень…

Челябинский бизнесмен предпочел «Лэнд Крузеру» отечественный «УАЗ-Хантер»

Читайте также