Гендер - Язык, культура, коммуникация. Материалы конференции. М. 2003. 64 с
Замечено, что референциальными чаще всего бывают девочки, экспрессивными – мальчики.
В исследовании планируется также подробное рассмотрение становления такой синтаксической категории, как отрицание, в речи русскоязычных детей в зависимости от половозрастных особенностей.
НАИВНАЯ КЛАССИФИКАЦИЯ АНЕКДОТОВ ( ГЕНДЕРНЫЙ АСПЕКТ )
1. Переход анекдота из группы сугубо устных жанров в разряд записываемых и публикуемых текстов, появление в Интернете сайтов, содержащих обширные коллекции анекдотов, спровоцировали появление наивных классификаций анекдотов, направленных на облегчение хранения и поиска текстов, зафиксированных в электронном или бумажном виде. Как правило, в качестве основания классификации рубрикаторами выбираются элементы содержания. Для обозначения групп анекдотов используются различные характеристики персонажей, включая собственные имена – о Штирлице , о Брежневе , о
чукче , о милиционерах , о жадинах , о лысых , о любовниках ; место действия или название общественного института – о театре , о
транспорте , о тюрьме , о необитаемом острове ; сфера действия – о спорте , об охоте , о сексе ; пародируемые тексты – о мультфильмах ,
о сказках , о Библии и т.д. Среди прочих выделяются анекдоты о женщинах и о мужчинах, иногда называемые мужскими или женскими анекдотами. Анекдоты о женщинах более дифференцированы. Например, часто встречаются рубрики женщина за рулем и женскаялогика .
2. Наивным сознанием также фиксируется существование анекдотов, отражающих женскую картину мира. Ср. высказывания из Интернет-форумов: Ирина , это же чисто женский анекдот !; Анекдот женский , но не стервозный , а бывают куда более стервозные женские анекдоты , могу рассказать . Анекдот, содержащий мужской взгляд на жизнь, считается нормой. Употребления выражения мужской анекдот в значении «анекдот, выражающий мужскую систему ценностей» довольно немногочисленны. Женский анекдот является для современной культуры лакунарным – потребность в нем есть, а тексты отсутствуют. Так, на одном из женских сайтов помещено объявление: К сожалению , практически все анекдоты рассчитаны
Гендер: Язык, Культура, Коммуникация
на мужчин. Мне с большим трудом удалось отобрать десяток . Если у вас есть хороший , женский анекдот пришлите , пожалуйста .
Анализ русскоязычного анекдота, классифицируемого наивным сознанием как женский, показывает, что перед нами либо переводные западные тексты, либо трансформированные мужские анекдоты, в сюжете которых произведена элементарная замена персонажей.
3. Наивная классификация анекдотов на мужские и женские производится также по признаку наличия или отсутствия обсценной лексики: Это мужской сальный анекдот , который хорош в небольшой компании ; Хотите анекдот расскажу ? Без мата , чисто женский !; Можно пошлый мужской анекдот ?
О ГЕНДЕРНОЙ СТЕРЕОТИПИЗАЦИИ ОБРАЗА ЮРИСТА
Как известно, гендер проявляется в стереотипах, фиксируемых языком, в речевом поведении индивидов, осознающих себя лицами определенного пола. Гендерные стереотипы являются частным случаем стереотипа и обнаруживают его свойства как, например, устойчивость, категоричность, упрощенность, доходчивость, избирательность, обобщенность, эмоциональность и другие. Под гендерными стереотипами понимают стандартные мнения о качествах, атрибутах и нормах поведения представителей обоих полов той или иной социальной группы или отдельных лиц данной группы. Гендерная стереотипизация фиксируется в языке на всех его уровнях
и тесно связана с формами выражения оценки (Кирилина, 1999).
К стереотипным следует отнести и ритуалы, поскольку они воспроизводят принятые в обществе нормы, статусные отношения и формируют круг ожиданий людей относительно мужского и женского поведения, внешности, одежды и т.п.
В рамках исследуемого нами газетного материала, могут быть выделены следующие характерные черты, формирующие образ жен- щины-юриста. Так, при описании внешнего облика женщины-юриста, отмечается, что женщина «при исполнении», тем не менее, остается женщиной «Иногда женщины-судьи появляются в суде в пестром, кричащем наряде, не соответствующем месту, где осуществляется правосудие». В поведении женщин-юристов, порой отмечают а) непредсказуемость «Судья отказалась удовлетворять требование адво-
Материалы Третьей международной конференции
ката безо всякой формулировки»; б) эмоциональность «Весь зал вытирает слезы, судья едва сдерживается», «Судья возмущалась, что истец ходит на заседание без адвоката»; в) личное участие «Судья пытается успокоить женщину, но с трудом находит слова», «Судья советовала истице приобрести обогреватель»; г) непреклонность «Мы полчаса упрашивали судью перенести прения хотя бы на завтра», «Ходатайство преждевременно – вот ее неизменный вердикт на любую просьбу».
В силу того, что оценка женщинам-юристам дается с мужской точки зрения, рассмотрение гендерной проблематики призвано ответить на вопрос о том, насколько значима зависимость между гендерной принадлежностью автора и особенностями употребления им структур языка и речи, а также содержательным аспектом виденья образа представительниц противоположного пола, принадлежащих определенной социальной группе.
СПОСОБЫ КОНСТРУИРОВАНИЯ ГЕНДЕРНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ В ДИСКУРСЕ ЧАТА
Возникновение виртуальной среды, как принципиально нового вида среды существования человека, привело к формированию новых дискурсивных практик. Что же представляет собой возникающий специфический дискурс? В чем его особенности и каково его влияние на формирование виртуальной идентичности? И, наконец, каковы способы конструирования гендерного аспекта виртуальной личности в процессе синхронной коммуникации в Интернет среде? Вот ряд тех вопросов, которые нам хочется осветить в данном докладе.
Прежде всего, мы хотим остановиться на определении электронного (или виртуального) дискурса и описании его разновидностей. Под виртуальным дискурсом мы подразумеваем ряд электронных текстов в ситуации реального общения, особый вид деятельности и существования в виртуальном пространстве.
Если взять основные типы электронного дискурса, то мы различаем Веб-дискурс, дискурс электронной почты, а также дискурс асинхронного (форумы, гостевые комнаты) и синхронного (чаты, айсикью, игры) общения в Интернет – среде. Если Веб-дискурс (в большей мере) и дискурс электронной почты (в меньшей мере) очень
Гендер: Язык, Культура, Коммуникация
близки к письменной речи, то в асинхронном и, особенно, в синхронном общении в виртуальном мире ярко проявляются особенности нового вида дискурса, соединяющего в себе признаки устной и письменной речи. И именно дискурс чатов, как основной вид синхронного электронного дискурса, с нашей точки зрения, оказывает наиболее яркое влияние на формирование виртуальной идентичности. Основными способами конструирования виртуальной идентичности, которые мы здесь выделяем, являются следующие:
– лексические и грамматические особенности речи,
– невербальные средства общения.
Особо следует подчеркнуть, что исследования общения в виртуальной среде Интернет показывают, что именно гендерная принадлежность является важнейшим аспектом виртуальной личности. Она не только формируется при помощи дискурса, но, в свою очередь, оказывает влияние на электронный дискурс, т.е. мы можем говорить о взаимном влиянии гендерной идентичности иэлектронного дискурса.
ГЕРОЙ ДЕТСТВА КАК ОТРАЖЕНИЕ СОЦИАЛЬНЫХ
И ГЕНДЕРНЫХ СТЕРЕОТИПОВ
В докладе рассматривается использование образа героя детства как средства саморепрезентации. Исследование проводилось на материале брачных объявлений, опубликованных в газете «Die Zeit» (2003). Данный тип объявлений своеобразен по структуре и содержанию, так как представляет собой оформленные в таблицу ответы авторов на несколько вопросов анкеты, среди которых и вопрос о герое/героине детства (Held/in meiner Jugend). В отличие от традиционных брачных объявлений, где основное внимание уделяется социально-демографическим и физическим характеристикам автора, рассматриваемые тексты содержат также информацию об общей направленности личности и ее ценностной ориентации. Образ личностно-значимого героя позволяет аудитории составить представление об авторе, его интересах, жизненных установках, а также несет информацию о чертах характера и качествах идеального партнера.
Материалы Третьей международной конференции
Изучение гендерной принадлежности героев, анализ идеографических групп, сравнение авторских предпочтений позволяют судить о социальных и гендерных стереотипах в современном немецком обществе.
ГЕНДЕРНО ОТМЕЧЕННЫЕ НОМИНАЦИИ В СИСТЕМЕ СОВРЕМЕННОГО СЛЕНГОВОГО СЛОВОУПОТРЕБЛЕНИЯ ( на материале украинского и других славянских языков )
Гендерная специфика субстандарта в системе различных языков остается актуальной и малоизученной проблемой. Несмотря на традиционно высокий научный интерес к изучению жаргона, природы жаргонной коммуникации, остаются нерешенными кардинальные проблемы гендерной лингвистики в плоскости жаргонологии: гендерные признаки сленговой картины мира, образ мужчины и женщины в ней, лексические средства выражения многогранного спектра отношений между полами и др. Автор настоящей статьи является составителем первого в Украине словаря жаргонной лексики, который вышел в свет летом этого года; собранный лексический материал из текстов художественной литературы, печатных СМИ, анкетирования, записей живой украинской речи, привлечение словарей русского, польского, чешского сленга – все это дает возможность осветить как национально специфические, так и универсальные закономерности функционирования гендерно отмеченных номинаций в жаргонной коммуникации, а также типизированных и единичных метафор как источника номинаций обоих полов и отношений между ними.
В докладе рассматриваются типизированные парадигмы, в структуре которых анализируются отдельные номинации с учетом типологии вышеупомянутых языков: женщина – животный мир, тело, мясо, обувь; предмет, поглощающий жидкость и др.
Относительно образа мужчины в сленге отмечается умеренность негативных и презрительных оценок, адресованных «сильному полу». Только криминальный жаргон с его человекофобной установкой отличается обилием уничижительных слов-оценок, относящихся к мужчине. В докладе анализируется синонимический ряд номинаций, обозначающих сексуально озабоченного мужчину, а также глагольный ряд половой сферы.
Гендер: Язык, Культура, Коммуникация
ПРОБЛЕМА ОПИСАНИЯ ГЕНДЕРНОГО КОММУНИКАТИВНОГО ПОВЕДЕНИЯ
Под коммуникативным поведением понимается совокупность норм и традиций общения народа, возрастной, профессиональной и т.д. группы. Гендерное коммуникативное поведение выступает как один из видов социально обусловленного коммуникативного поведения и как таковое требует систематизированного описания.
Разработана модель описания национального коммуникативного поведения, которая предполагает последовательное описание коммуникативного поведения народа по системе фактор – параметр-под- параметр – коммуникативный признак.
Представляется, что эта модель может лечь в основу систематического описания гендерного коммуникативного поведения, при этом мужское и женское коммуникативное поведение будут описываться отдельно, но на фоне друг друга, при соблюдении принципа контрастивности. Выделяемые параметры будут характеризовать коммуникативное поведение мужчин в сопоставлении с женским коммуникативном поведением, и наоборот.
Основными факторами, систематизирующими описание гендерного коммуникативного поведения, являются: общительность, коммуникативная эмоциональность, вступление в контакт, характер поддержания коммуникативного контакта, характер выхода из коммуникации, коммуникативная приветливость, коммуникативный демократизм, коммуникативная самоподача, этикетность общения, коммуникативное давление, коммуникативный контроль, тематическая направленность общения, дискуссионность, предпочитаемый круг общения и тип собеседника, ориентация на собеседника, коммуникативная дистанция, физический контакт, соотношение вербального и невербального общения, жестикуляция, мимика, громкость, темп общения.
ГЕНДЕРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ В КОНТЕКСТЕ ПОСТСТРУКТУРАЛИСТСКОЙ ФИЛОСОФИИ
В докладе рассматриваются вопросы возникновения гендерных исследований в поле постструктуралистской философии.
Материалы Третьей международной конференции
Постструктурализм, исходя из представления о языке как глобальной и универсальной в своих проявлениях категории, поставил целый ряд новых проблем и создал новый категориальный аппарат, построенный, главным образом, на лингвистической терминологии. Постструктурализм противопоставил себя классическим канонам науки и философии и углубил языковую составляющую в гуманитарных исследованиях. Постановка таких проблем в данном течении, как лингвосоциальное регулирование, экзистенциальный статус автора и субъекта, симуляция, интер- и гипертекстуальность и многих других, привела к новому пониманию языка. Язык был провозглашен основным культурно-аксио-историческим детерминантом.
Названные инновации оказали существенное воздействие на развитие лингвистики, расширение ее границ и принципы научного анализа, что повлекло за собой возникновение новых исследовательских направлений, изменение категориального аппарата, обусловив возникновение новых направлений в языкознании. Одним из таких направлений стали лингвистические гендерные исследования.
Осознание базовых положений постструктурализма позволило релятивизировать понятие пола и приписать ему статус дискурсивной категории.
« ВОДКА МУЖСКОГО РОДА »: ГЕНДЕРНАЯ СЕМАНТИКА НАЗВАНИЙ И ВИЗУАЛЬНЫХ
РЕПРЕЗЕНТАЦИЙ СОВРЕМЕННЫХ КРЕПКИХ АЛКОГОЛЬНЫХ НАПИТКОВ РОССИИ
Крепкие спиртные напитки традиционно позиционируются как «мужские», и потенциальными потребителями водок и горьких настоек, к анализу которых мы обратимся, являются, прежде всего, мужчины. За истекшее десятилетие номенклатура выпускаемой алкогольной продукции увеличилась многократно. Мы проанализировали 2072 названия крепких алкогольных напитков (водок, горьких настоек, бальзамов), выпускавшихся в 1992–2003 годах на 293 предприятиях в 74 субъектах Российской Федерации.
Репрезентация маскулинности совершается через обращение к видам деятельности, маркируемым в гендерной картине мира как мужские. Это, прежде всего, военная служба и ее инварианты. Сюда
Гендер: Язык, Культура, Коммуникация
же можно отнести события военной истории и ее легендарных и мифологизированных персонажей, а так же тему оружия. Широко представлены в названиях отечественные варианты рыцарского и буржуазного этосов: «казачьи» и «купеческие» названия. Зафиксированы в названиях и культурные стереотипы типичных для мужчин способов проведения досуга, «канонизированные» в кинокомедиях А.Рогожкина о национальных особенностях охоты и рыбалки. Широкая сфера национальных особенностей потребления алкоголя, богатая эвфемизмами, также не обойдена вниманием.
Доминирование «мужского» дискурса в водочной семиосфере связано с поиском производителями постоянных потребителей в пределах мужских субкультурных сообществ с помощью апелляции главным образом к семантике отечественной культуры. Российский мужчина, потребляя любой крепкий алкогольный напиток, подтверждает не только свою гендерную, но и национальную идентичность.
КОНСТРУИРОВАНИЕ ГЕНДЕРНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ В ЯКУТСКОМ ГЕРОИЧЕСКОМ ЭПОСЕ
Исследование гендерных аспектов языка и коммуникации неизбежно приводит к проблемам разработки методологии лингвистической гендерологии. В этой связи представляется правомерной апробация уже выработанных положений гендерной лингвистики на материале языков, ранее в гендерном аспекте не рассматривавшихся, в частности, на примере якутского языка.
Целью исследования является анализ механизмов конструирования гендерной идентичности персонажей отдельных фольклорных источников, а также выявление национально-культурной специфики концептов мужественности и женственности, представленных в концептосфере якутского народа. Для исследования были привлечены методы анализа внутренней формы, семантический, контекстологический и другие виды анализа, которые позволяют реконструировать стоящие за языковыми единицами концепты мужественности и женственности, зафиксированные в сознании носителей якутского языка.
Материалы Третьей международной конференции
Олонхо – якутский героический эпос – занимает в жанровой системе якутского фольклора центральное место, поскольку в нем синтезировано все лучшее, что было достигнуто духовной культурой якутов. Это способствовало тому, что якутский эпос стал ключом к пониманию самобытной якутской культуры, а также образа мышления носителей якутского языка. Одним из основных сюжетов олонхо является борьба богатыря со злыми духами – абааhы. Героем-защитником часто выступает Нюргун Боотур Стремительный, о котором сложены олонхо во многих вариантах. Что касается женщин-богатырок, следует отметить незначительное число эпосов, в которых они являются защищающими свой род и племя героинями, особняком среди них стоит богатырка Кыыс Дэбэлийэ. Нами были отобраны для анализа два эпоса – «Кыыс Дэбэлийэ» и «Нюргун Боотур Стремительный», героями которых являются женщина и мужчина соответственно.
Проведенный анализ показал, что в конструировании гендерной идентичности героев участвуют как вербальные, так и невербальные средства, в том числе личные имена, речевые действия персонажей, описание их поведения и т.д., которые отражают статус, социальную роль, личную характеристику героев. Национально-культурная специфика концептов мужественности и женственности проявляется, например, в традиционном описании внешнего облика героев, воспроизводящего национальные стереотипы женской и мужской красоты и т.д.
Якутский язык в силу географической обособленности и продолжительной изоляции от влияния других культур сохранил отдельные архаические черты, которые позволяют реконструировать культурные концепты, отражающие национальные особенности миропонимания.
ГЕНДЕРНЫЕ АСПЕКТЫ ФОРМИРОВАНИЯ ЛИТЕРАТУРНОГО КАНОНА
Термин «литературный канон» может трактоваться двояко. Его можно рассматривать как присущие определенной стилевой эпохе закономерности построения литературного текста, архитектонику произведения, которые предписывают некие основные принципы его
Гендер: Язык, Культура, Коммуникация
внутренней организации (к примеру, правило трех единств в классицизме). Однако существует и иное понимание этого термина, подразумевающее существование в общественном сознании некой совокупности авторских имен и произведений, воспринимаемых как наиболее адекватные манифестации культурного континуума в литературе. Именно такое понимание канона рассматривается в данной работе.
В более широком социальном приложении канон из закона превращается в предписание, инструкцию, канонический список, который вводит императивную оценку своих элементов. Эти дефинитивные метки, подсказывающие, какое место в литературной иерархии занимает то или иное имя, через систему образования, СМИ и прочие информационные каналы внедряются в общественное сознание. Таким образом, если юридический закон постулирует правила поведения, то литературный канон – правила восприятия и оценки, то есть имеет очевидный аксиологический характер.
На формирование литературного канона оказывают влияние не только чисто литературные процессы, в нем фиксируется состояние культуры в самом широком смысле ее понимания, в том числе и гендерная составляющая, т.е. полоролевых установок. Существовавшая на протяжении многих веков гендерная цензура как одна из ипостасей осуществления маскулинистской власти, выработала множество приемов по достижению доминации мужского в литературном каноне. Для «вымывания» или замалчивания женских имен использовался обширный арсенал средств: от философских, лингвистических и естественнонаучных спекуляций до приемов дискредитации, присущих низовым практикам социума. Рассмотрению различных проблем, связанных с такого рода манипуляциями, посвящена настоящая работа.
МЕХАНИЗМЫ АКТУАЛИЗАЦИИ ГЕНДЕРНЫХ СТЕРЕОТИПОВ В ГАЗЕТНОМ СПОРТИВНОМ ДИСКУРСЕ
( на материале немецкой прессы )
Большой спорт как зрелище, будучи одним из важнейших проявлений современной массовой культуры, обладает мощным развлекательным потенциалом. Последнее является необходимым условием
Материалы Третьей международной конференции
для презентации спортивных состязаний в современной медиасфере,
в том числе и в газетном дискурсе. Организация спортивного события и его последующая текстуализация в газете выступают инструментом социальной переработки информации в формировании ценностей, нормативных образцов поведения, включающих в себя и гендерные стереотипы.
Под гендерными стереотипами мы понимаем сформировавшиеся
в культуре данного общества представления о мужественности и женственности, подразумевающих мнения о качествах, атрибутах и нормах поведения обоих полов. Гендерная стереотипизация фиксируется в языке и тесно связана с выражением оценки (Кирилина, 1999).
Анализ современной немецкоязычной газетного спортивного дискурса показал доминирование информации о спортсменах-муж- чинах, что поддерживает представление о большом спорте как о преимущественно мужской сфере деятельности. При создании образа муж- чины-спортсмена в информационных комментариях (ИК) акцентируются прежде всего физические данные, мастерство, психологические качества, описание которых включает оценку: ein muskulöser Athlet, ein Kugelkünstler, atemberaubende Schusstechnik. Иногда для этого используется концептуальная метафора: Raketen-Aufschläge , ein Stehaufmännchen, ein Hammer-Mann. Агрессивность, умение подавить соперника ( Ballkünstler mit Verdrängungspotential, furchteinflößend)
выходят в мужских игровых видах спорта на первый план и оцениваются, как правило, положительно. Помимо этого важную роль играет интеллект спортсменов ( ein Profi mit Kopf ). В визуальных компонентах ИК спортсмены-мужчины чаще всего представлены в действии, с тем, чтобы подчеркнуть еще раз их силу и атлетизм.
Физическая сила становится в наше время важнейшим атрибутом и женского спорта, о чем свидетельствует частота употребления лексем stark, Kraft для презентации спортсменок . Это подтверждает тот факт, что стереотипы мужественности и женственности не напрямую связаны с биологическим полом. Помимо анализа чисто спортивных качеств спортсменок оценивается внешность ( die sympathischste Spielerin der ganzen Szene , die zierliche Verteidigerin, ein raffiniertes weißes Korsettkleid), обращается внимание на семейное положение ( Mutter , Tochter) , что говорит о поддержании традиционных взглядов на социальную роль женщины. Фотоснимки спортсменок также ориентированы на то, чтобы показать их красоту и сексуальность.
Гендер: Язык, Культура, Коммуникация
Вышесказанное позволяет говорить о важной роли газетного спортивного дискурса в конструировании доминантных моделей мужественности и женственности в современной массовой культуре.
ЖАРГОН И ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О ЖЕНСКОМ И МУЖСКОМ ПОЛЕ
( на материале современного болгарского языка )
Доклад посвящен анализу жаргонных выражений в болгарском языке, касающихся обозначений женщин и мужчин. В качестве источников материала послужили исследования по болгарскому молодежному жаргону, словарик жаргонных выражений (250 единиц) и диалектные словари различных областей Болгарии, содержащие интересующую нас лексику, и собственные записи.
Анализ показал, что представления о полах в городской и сельской среде несколько различаются. В традиционной культуре, господствующей в селе и принадлежащей к балканскому культурному ареалу, основанному на патриархальной модели, женщина символически соотносится с природой и рассматривается как более близкая ей в биологическом, социальном и психологическом аспектах и нуждающаяся в «культивизации» и «социализации». Мужчина, в свою очередь, как «деятель культуры», призван «работать» над объектом природы (женщиной), т.е. оценивать, ограждать ее, работать для нее и над ней. Поэтому сельский жаргон дает оценку женщины и ее поступков, отходящих от нормы, определенной мужчинами, и фиксирует, главным образом, отрицательные образы (прелюбодейка, распутница, бездетная) и действия «слабого» пола. Тогда как осуждение мужчины и его поступков почти не закреплено в языке.
Городская среда, напротив, выявляет тотальное преобладание жаргонизмов, оценивающих качества (главным образом умственные
– ‘глупый, невоспитанный, бесталанный’) мужчины, его национальное (цыган, валах, джигитаец ‘азиат’), социальное, территориальное ( зунландец, абориген ‘житель села, провинциал’) или профессиональное происхождение ( болтаджия ‘военный’). Отрицательная оценка дается всему «деревенскому» в противовес городскому: речи, навыкам, поведению. Реже в языке манифестируется внешность мужчины: красота или уродство ( антена ‘высокий и худой’, гардероб
Материалы Третьей международной конференции
‘широкоплечий мужчина’), а также сексуальная распущенность ( женкар ‘бабник’, брояч ‘бабник’, ебател ‘ухажер’, спиновъд ‘потенциальный носитель болезни СПИД’).
Среди жаргонизмов, оценивающих женщину, большая часть посвящена ее внешности, как недостаткам ( гюдерия ‘тощая, уродливая’, причем отрицательно оценивается стареющая женщина, например стара чанта ‘букв. старая сумка’, гъзица ‘задница’), так и красоте, где часто фиксируется так называемая “кулинарная” метафора
– кифла ‘булочка’, бонбонче ‘конфетка’, сладуранка ‘милашка’. Особое внимание уделяется привлекательным частям тела ( балкон, бомби ‘бомбы’, дюли ‘букв. плоды айвы’ = ‘грудь’), которыми нередко обозначают и сам субъект (метонимические названия): бедро ‘девушка с длинными ногами’. Не менее многочисленную группу составляют названия женщины легкого поведения ( амазонка , боклук ‘мусор’, задник ‘зад’), в которых отмечается и ее опасность как носительницы венерических болезней (ср. букет , спинче , спинаджийка ‘переносчица СПИДа’).
В сфере жаргонной лексики в отдельную группу, состоящую из нескольких подгрупп, выделяются обозначения женщины как таковой: 1) вульгарные выражения, которые идентифицируют ее с половым органом ( пичка , путка ); 2) абстрактные обозначения, лишенные пейоративности ( бройка , женска , беби ); 3) названия, заимствованные из животного мира от ласкательных до грубых ( мацка ‘кошечка’, пиле ‘цыпленок’, гъска ‘гусыня’, алигатор , ламя ‘драконша’).
ПСЕВДОАНДРОГОНИМЫ В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ
Использование псевдонима, как и любой трансвестивный акт, представляет собой смену одной общепризнанной формы обозначения объекта на другую общепризнанную и с психологической точки зрения имеет смысл ложного присвоения объекту несвойственных ему качеств. Псевдоним применяется для сокрытия нежелательных, но существующих качеств, либо для добавления несуществующих, но желаемых. Таким образом, присвоение женщинойписательницей псевдоандрогонима выполняет одновременно и задачу сокрытия нежелательных черт, наличие которых приводит к поражению в правах в рамках обозначенной сферы общения (в этом
Гендер: Язык, Культура, Коммуникация
случае – ситуации литературной деятельности и выхода женщины в публичную сферу) – с одной стороны, и декларирование несуществующих качеств, приводящее к увеличению прав через повышение статуса субъекта в рамках шкалы рангов той же сферы общения – с другой стороны. Именно об этом говорит Тэффи в фельетоне «Псевдоним»: «Женщины-писательницы часто выбирают себе мужской псевдоним. Это очень умно и осторожно <…>». Однако «прятаться за мужской псевдоним мне не хотелось. Малодушно и трусливо» 1 . Очевидно, что в этом озвученном устремлении Тэффи не была одинокой. Русских писательниц, прибегавших к услугам псевдоандронимов, было немного, всего около четырех десятков. Среди них наиболее известны, пожалуй, Антон Крайний (З.Гиппиус), Мурин Мурилов (А.Безнина), Н.Станицкий (А.Панаева), Федор Фан-Дим (Е.Кологривова), Леонид Верховский (Л.Е.Павловская) и Иван Весеньев (С.Д.Хвощинская). Но при этом в русской культуре нет феномена равного по степени наглядности Джорж Элиот, Жорж Санд или «братьям» Белл. При работе с украинским материалом принято называть в этом ряду имена Марко Вовчок. Однако широко известно негативное отношение Марии Маркович к своему псевдониму: в свой «петербургский период» она вообще отказалась от использования популярного к тому времени имени. «Невозможно мне сделать больших обиды и огорчения, – замечает писательница в частной переписке, – как способствовать тем или другим путем вывести опять эту кличку, заставить ее повторять – с похвалами или бранью – все равно» 2 .
Своеобразными трансвестивным актом женского литературного творчества в раду с весьма наглядным ношением мужского псевдонима выступает рьяное отвержение именования себя поэтессой или писательницей в пользу категории «поэт» и «писатель». По такой схеме выстроены, например, номинации в духе Скорбный поэт (Г.Жулева), Новооткрытый поэт в «Современнике» (К.Павлова) и тому подобное. Явление это, в равной мере характерно для всех исторических этапов русской женской литературы, возводит вопрос с уровня личных предпочтений и лингвистической проблематики на уровень проблемы соотнесения «женского» с креативным началом в культуре.